АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1446/24 

Екатеринбург

02 мая 2024 г.

Дело № А60-47821/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 мая 2024 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Калугина В.Ю., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестУрал» ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2023 по делу № А60-47821/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.04.2022 общество с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестУрал»(далее – общество «ТрансИнвестУрал», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 21.02.2023 обратился в Арбитражный суд Свердловской области о привлечении ФИО3 и ФИО4 (далее также – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В ходе рассмотрения обособленного спора определением суда от 27.02.2023 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 07.11.2023 и постановление апелляционного суда от 22.01.2024 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель, выражая несогласие с выводами судов об отсутствии правовых оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу ими документации должника, указывает на то, что соответствующие документы были переданы конкурсному управляющему лишь через полтора года после открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства и подачи настоящего заявления. Податель жалобы также ссылается на необоснованность выводов судов об отсутствии у ответчиков обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, акцентирует внимание на наличии у должника на февраль 2019 года неисполненных обязательств перед кредитором – обществом с ограниченной ответственностью «Шалинское строительное управление» (далее – общество «Шалинское строительное управление»), что, по мнению заявителя жалобы, свидетельствует о возникновении у руководителей должника обязанности по обращению с заявлением о банкротстве последнего, а также отмечает наличие у должника задолженности перед иными кредиторами, сформированных после возникновения у ответчиков соответствующей обязанности. Кроме того, конкурсный управляющий приводит доводы о допущенных судами процессуальных нарушениях, выразившихся в неверном распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «ТрансИнвестУрал» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.10.2014.

Участниками должника с момента образования общества являлисьФИО3 и ФИО4 с долей участия в уставном капитале общества 50 % каждый.

С момента регистрации общества «ТрансИнвестУрал» функции единоличного исполнительного органа исполнял ФИО3

Ссылаясь на неисполнение ФИО3 и ФИО4 обязанности по подаче заявления о признании общества «ТрансИнвестУрал» несостоятельным (банкротом) при возникновении у него признаков объективного банкротства уже на 01.02.2019, указывая на непередачу ими документации, товарно-материальных ценностей и имущества должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из недоказанности оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом исходили из следующего.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности; этот момент определяется тем, когда обычный, разумный и добросовестный руководитель, поставленный в ту же ситуацию, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования.

При этом в случае, если руководителем должника будет доказано, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным, с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац второй пункта 9 постановления Пленума № 53).

В обоснование требований о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неисполнение им обязанности по обращению в суд с заявлением о признании общества «ТрансИнвестУрал» банкротом конкурсный управляющий ссылался на то, что должник стал обладать признаками неплатежеспособности уже по состоянию на 01.02.2019 в результате фактического прекращения исполнения принятых на себя обязательств перед обществом «Шалинское строительное управление», повлекшего впоследствии возбуждение настоящего дела о банкротстве.

Исследовав доводы конкурсного управляющего в совокупности и взаимосвязи с возражениями ответчиков и представленными в их обоснование доказательствами, проанализировав обстоятельства, период возникновения обязательств перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, в том числе перед обществом «Шалинское строительное управление», и установив, что общество «ТрансИнвестУрал» в период с 2018 по 2021 год вело стабильную хозяйственную деятельность, стабильно на добровольной основе до июня 2020 года и после возбуждения исполнительного производства от 04.03.2020 исполняло обязательства перед кредитором, производило расчеты с контрагентами, осуществляло платежные операции вплоть до апреля 2021 года, предпринимало меры по взысканию дебиторской задолженности в судебном порядке (постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 по делу № А60-13513/2021 с контрагента должника в пользу последнего взысканы денежные средства в сумме 898 тыс. руб.), согласно данным бухгалтерской отчетности за 2018-2020 год имело значительное количество активов, совокупный размер которых превышал сумму долга перед отдельным кредитором, в частности, на 2018 год размер активов составлял 9,232 млн руб., на 2019 год – 10,105 млн руб., на 2020 год – 13,856 млн руб., выручка по итогам каждого календарного года составляла более 13 млн руб., чистая прибыль на 2020 год составила 60 тыс. руб., суды нижестоящих инстанций не усмотрели оснований полагать, что должник по состоянию на февраль 2019 года обладал признаками объективного банкротства, на основании чего констатировали отсутствие у ФИО3 и ФИО4 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, при том что доказательств обратного лицами, участвующими в деле, в том числе конкурсным управляющим, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

С учетом установленных обстоятельств и совокупного анализа представленных доказательств суды заключили, что объективная обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом возникла у ответчиков не позднее конца мая 2021 года, отметив, что задолженность перед иными кредиторами (кроме общества «Шалинское строительное управление»), требования которых включены в реестр, сформировалась за период с 2020 года по март 2021 года и после мая 2021 года никаких новых обязательств перед кредиторами у общества «ТрансИнвестУрал» не возникало, при этом уже в сентябре 2021 года с заявлением о признании должника банкротом обратилось общество «Шалиинское строительное управление».

При таких обстоятельствах, исходя из того, что неоплата долга конкретному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве и не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании общества «ТрансИнвестУрал» несостоятельным (банкротом).

Рассматривая требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу управляющему документации должника, суды руководствовались следующим.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Исследовав обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника, в совокупности и взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, доводами и возражениями лиц, участвующих в деле, установив, что возложенная на ФИО3 как бывшего руководителя должника определением суда от 01.03.2023 обязанность по передаче конкурсному управляющему документов и имущества, перечисленного в определении, исполнена им в полном объеме и надлежащим образом, вся имеющаяся у него первичная документация была передана управляющему, исходя из отсутствия со стороны конкурсного управляющего доказательств, свидетельствующих о сокрытии ответчиком какой-либо иной документации или его уклонении от ее передачи, суды, признав, что ответчиком вышеуказанная презумпция опровергнута, заключили, что в отсутствие доказательств того, что непередача каких-либо документов должника привела к невозможности принятия конкурсным управляющим надлежащих мер по формированию конкурсной массы должника и, как следствие, невозможности удовлетворения требования его кредиторов, основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника отсутствуют. При этом судами учтено, что конкурсный управляющий на какие-либо иные обстоятельства, которые могли бы хотя бы косвенно свидетельствовать о выводе активов, совершению подозрительных сделках, растрате полученных денежных средств не на цели, связанные с основной деятельностью должника, не ссылался, таких обстоятельств не установлено и судами.

При таких обстоятельствах суды обеих инстанций пришли к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между непередачей руководителем должника документации должника и невозможностью формирования конкурсной массы, а также проведения расчетов с кредиторами, в связи с чем с учетом фактических обстоятельств дела не усмотрели оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТрансИнвестУрал».

Таким образом, при принятии обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае необходимых и достаточных оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценке фактических обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Возражения заявителя кассационной жалобы со ссылкой на неисполнение ответчиком обязанности по ведению (составлению), хранению документов бухгалтерского отчета рассмотрены судами и обоснованно отклонены в силу их неподтвержденности материалами дела. В данном случае суд апелляционной инстанции верно отметил, что фактически конкурсный управляющий факт передачи и получения документации должника не оспаривает, возражая лишь относительно момента ее передачи – не ранее 11.10.2023, то есть через полгода после введения в отношении должника конкурсного производства и возникновения у ответчика обязанности по передаче соответствующей документации. Вместе с тем данные обстоятельства с учетом недоказанности невозможности формирования конкурсной массы в отсутствие таковых документов и при условии выявления конкурсным управляющим ликвидных активов должника, принятия им мер ко взысканию дебиторской задолженности сами по себе о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности не свидетельствуют и выводов судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному эпизоду не опровергают. Суд округа оснований для иных выводов не усматривает.

Доводы кассационной жалобы о наличии у ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника также были предметом исследования судами первой и апелляционной инстанций и мотивированно отклонены. Вопреки позиции заявителя, наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности обратитьсяв суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В рассматриваемом случае суды по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств установили, что с учетом данных бухгалтерского баланса, сведений, содержащихся в выписке по счетам должника, должник на указанную конкурсным управляющим дату признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества не обладал, доказательств обратного не представлено, на основании чего обоснованно констатировали, что наличие у должника неисполненных обязательств перед одним конкретным кредиторов в данном случае не может являться безусловным основаниемдля привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности.

Утверждения конкурсного управляющего относительно неправильного распределения судами бремени доказывания судом округа исследованы и отклонены. В рассматриваемом случае суды исходили из того, что бремя доказывания обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций, лежит на заявителе, что последним доказано не было. Нарушений в данной части судом округа не установлено.

Иные изложенные в кассационной жалобе доводы конкурсного управляющего сводятся к несогласию последнего с оценкой фактических обстоятельств дела, повторяют доводы, изложенные ранее в апелляционной жалобе. Вместе с тем, с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточностии взаимной связи доказательств в их совокупности, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений или неправильного применения судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат, основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2023 по делу № А60-47821/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ТрансИнвестУрал» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийО.Э. Шавейникова 

СудьиВ.Ю. Калугин 

С.Н. Соловцов