ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-20790/2022

Дело № А41-98550/19

19 апреля 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 апреля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 апреля 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности от 10.04.23;

от ФИО4 - лично, предъявлен паспорт;

от ООО «Регион Строй Инвест» – ФИО5, представитель по доверенности от 08.10.22;

от ИП ФИО6 – ФИО7, представитель по доверенности от 22.11.21;

от ООО «РСГ-Бизнес Сервис» – ФИО8, представитель по доверенности от 20.12.22;

от ФИО9 – ФИО8, представитель по доверенности от 16.01.23;

от ФИО10 – ФИО8, представитель по доверенности от 23.01.23;

от ФИО11 – ФИО8, представитель по доверенности от 21.01.23;

от иных лиц, участвующих в деле - представители не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» ФИО12 на определение Арбитражного суда Московской области от 21 сентября 2022 года по делу № А41-98550/19 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Золотой Возраст», по заявлению конкурсного управляющего ФИО12 о привлечении ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО4 и ООО «РСГ – Бизнес Сервис» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Московской области находится дело № А41-98550/19 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Золотой Возраст», в отношении которого решением от 10.12.2020 открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО12

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО4, Общества с ограниченной ответственностью «РСГ – Бизнес Сервис», РСГ Интернешнл ЛТД и Компании Гриерсон Инвестинг Корп. солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 07.06.2022 суд выделил в отдельное производство заявление конкурсного управляющего ФИО12 о привлечении РСГ Интернешнл ЛТД и Компании Гриерсон Инвестинг Корп. к субсидиарной ответственности.

По результатам рассмотрения настоящего обособленного спора определением Арбитражного суда Московской области от 21 сентября 2022 года отказано о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО11, ФИО9, ФИО4, ООО «РСГ – Бизнес Сервис».

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ФИО12 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01 декабря 2022 года ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Золотой возраст».

Определение Арбитражного суда Московской области от 11 апреля 2023 года новым конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

В суд апелляционной инстанции от ФИО11, ФИО9, ООО «РСГ-Бизнес Сервис», ФИО10 и ФИО4 поступили отзывы, в которых они просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» ФИО2 и ИП ФИО6 поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представители ООО «РСГ-Бизнес Сервис», ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Обращаясь с настоящим заявлением, с учетом его уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ, конкурсный управляющий указал, что ответчики являлись контролирующими финансово-хозяйственную деятельность должника лицами в следующие периоды времени.

ФИО10 являлся руководителем Общества в период с 25.10.2017 по 24.01.2020; ФИО11 являлся руководителем период с 30.08.2017 по 25.10.2017; ФИО9 был руководителем в период с 12.05.2017 по 30.08.2017; ФИО4 - с 18.03.2015 по 27.07.2015; ООО «РСГ - Бизнес Сервис» - с 18.11.2013 по 18.03.2015.

Конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по двум основаниям: за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о призвании ООО «Золотой Возраст» несостоятельным (банкротом) (ФИО10, ФИО11 и ФИО9), а также за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику (ФИО10, ФИО4 и ООО «РСГ - Бизнес Сервис»).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, не установил необходимой совокупности условий для возложения на них субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанные выводы суда первой инстанции.

В отношении требования о возложении на ответчиков субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Конкурсный управляющий ссылается на то обстоятельство, что определением суда от 24.11.2020 о включении требований ООО «Сарломсбыт» в реестр требований кредиторов установлено, что должник перестал исполнять обязательства по договорам займа № З/ЗВ-1 и З/ЗВ-2 перед ООО «СтройРемСтиль» еще по состоянию на дату 31.08.2015 (дата возврата займа).

Задолженность по возврату сумм основного долга составила 360 000 000 рублей.

Таким образом, считает конкурсный управляющий, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества с 31.08.2015.

Соответственно, с заявлением о признании должника банкротом руководитель должника должен был обратиться не позднее 30.09.2015.

Однако с таким заявлением он не обратился.

С заявлением о признании должника банкротом в суд обратился конкурсный кредитор - ООО «Регион Строй Инвест».

При определении размера субсидиарной ответственности каждого из ответчиков конкурсный управляющий исходит из того обстоятельства, что для  ФИО9 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о  банкротстве, является 12.06.2017.

Начиная с этой даты, должник принял на себя следующие обязательства: по возврату суммы основного долга, процентов за пользование и штрафных санкций по договору займа с ООО «Регион Строй Инвест» № 28/18 от 01.08.2018 на общую сумму 29 347 687,59 рублей, а также по уплате налога на прибыль организаций за 2019 год в общем размере 128 336 739,24 рублей.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО9 за неподачу заявления о признании должника банкротом равен 157 684 426,83 рублей.

В качестве доказательств конкурсным управляющим представлен акт сверки взаимных расчетов между ЗАО «Рейсдорфпанели» и ООО «Золотой Возраст» по состоянию на 30.06.2017.

Также, в период осуществления ФИО9 полномочий руководителя должника, судебными решениями за период с 29.05.2017 по 28.08.2017 с должника взыскано по искам ПАО «МОЭСК» в общей сложности 624 195,18 рублей.

Для ФИО11 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о банкротстве, является 30.09.2017 года.

Начиная с этой даты, должник принял на себя следующие обязательства: возврат суммы основного долга, процентов за пользование и штрафных санкций по займа с ООО «Регион Строй Инвест» № 28/18 от 01.08.2018 на общую сумму 29 347 687,59 рублей, обязательство по уплате налога на прибыль организаций за 2019 год в общем размере 128 336 рублей.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО11 за неподачу заявления о банкротстве равен 157 684 426,83 рублей.

Для ФИО10 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о банкротстве, является 25.11.2017.

После с этой даты Общество приняло на себя обязательства по возврату суммы основного долга, процентов за пользование и штрафных санкций по договору займа с ООО «РСИ» № 28/18 от 01.08.2018 на общую сумму 29 347 687,59 рублей, а также по уплате налога на прибыль организаций за 2019 год в общем размере 128 336 739, 24 рублей.

Тем не менее, ФИО10 с заявлением о банкротстве должника не обратился ни 25.11.2017, ни 10.10.2019.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на ответчиков субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве.

В деле нет доказательств, свидетельствующих о том, что в периоды исполнения ФИО9 (с 12.05.2017 по 30.08.2017), ФИО11 (с 30.08.2017 по 25.10.2017) и ФИО10 (с 25.10.2017 по 24.01.2020) обязанностей руководителей Общество находилось в такой критической финансовой ситуации, что не могло своевременно и в полном объеме исполнять принятые обязательства, вести нормальную хозяйственную деятельность, что директорам необходимо было обращаться с заявлением должника в арбитражный суд.

При этом арбитражный апелляционный суд учитывает особенности хозяйственной деятельности должника.

Оценка положения хозяйствующего субъекта не может быть проведена в отрыве от его сферы деятельности на рынке, поскольку именно она определяет стандартные управленческие практики, сроки реализации проектов, окупаемости вложений и т.д.

С учетом принадлежавшего должнику актива - земельных участков, видом разрешенного использования которых является «для комплексного освоения в целях жилищного строительства», оценка положения ООО «Золотой Возраст» могла быть проведена исключительно при сопоставлении с другими девелоперскими проектами (порядком реализации, нормативным регулированием и т.п.).

Основным нормативным актом, определяющим создание жилой недвижимости, является Федеральный закон от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».

Согласно ст. 3 указанного закона застройщик вправе привлекать денежные средства участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иных объектов недвижимости только после получения в установленном порядке разрешения на строительство, опубликования, размещения и (или) представления проектной декларации в соответствии с настоящим Федеральным законом и государственной регистрации застройщиком права собственности на земельный участок, предоставленный для строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иных объектов недвижимости, в состав которых будут входить объекты долевого строительства, либо договоры аренды, договоры субаренды такого земельного участка или в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О содействии развитию жилищного строительства» либо подп. 15 п. 2 ст. 39.10 Земельного кодекса Российской Федерации, договоры безвозмездного пользования таким земельным участком.

По смыслу приведенного законоположения застройщик не вправе привлекать денежные средства участников долевого строительства до наступления следующих обстоятельств:

- регистрации права на земельный участок под строительство;

- получения разрешения на строительство;

- опубликования проектной декларации.

Более того, наличие на стороне должника просрочки по заемным обязательствам, на которую ссылается конкурсный управляющий, по мнению суда, само по себе не свидетельствует о наличии признаков объективного банкротства в смысле статей 2, 9 Закона о банкротстве.

Единственным обстоятельством, при котором застройщик утрачивает возможность реализации проекта строительства, является прекращение права на принадлежащий ему земельный участок.

Таким образом, принимая во внимание нормативное регулирование сферы деятельности должника, принципы нормальной управленческой практики в отрасли, при разумном и осмотрительном ведении дел, бывшие руководители должника не могли предположить, что должник отвечает критериям объективного банкротства с последующим возникновением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Согласно Определению Верховного суда Российской Федерации N 309-Э17-1801 от 20.07.2017 по делу N А50-5458/15 одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь  временный характер.

Наличие такой задолженности позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий не указал точную дату, когда у ООО «Золотой Возраст» возникли признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что такой датой является 30 сентября 2015 года (истечение месячного срока с даты, когда должником должны были быть исполнены обязательства по договорам займа  № З/ЗВ-1 и №З/ЗВ-2 перед ООО «СтройРемСтиль»).

При этом для ФИО9 датой, не позднее которой он должен был обратиться с заявлением о  банкротстве, является 12.06.2017.

Для ФИО11 датой, когда ему необходимо было обратиться с заявлением о банкротстве, является 30.09.2017 года.

ФИО10, по мнению конкурсного управляющего, обязан был обратиться с заявлением о банкротстве 25.11.2017.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришёл к выводу о том, что имеющиеся в деле доказательства не позволяют сделать безусловный вывод  о наличии у ООО «Золотой Возраст» в указанные периоды времени (даты) признаков неплатежеспособности и недостаточности принадлежащего ему имущества.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"), что означает, что обоснованность и пределы ответственности должны устанавливаться на всестороннем и полном исследовании всех значимых обстоятельства дела и основываться на доказательствах.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18 июля 2003 г. N 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Для решения вопроса необходимо учитывать доход, позволяющий своевременно расплачиваться с кредиторами.

Ссылаясь на наличие обязательств перед кредиторами, заявителем в материалы дела не представлена бухгалтерская документация в отношении должника, в том числе, бухгалтерский баланс за периоды, когда, по мнению конкурсного управляющего, у ответчиков возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании Общества банкротом.

Не раскрыта структура баланса, не представлены сведения о составе имущества (наличие и размер дебиторской задолженности, нематериальных активов, основных средств, запасов, финансовых вложений, денежных средств и т.д.), соотношение активов и пассивов, не представлены результаты финансово-хозяйственной деятельности должника за исследуемый период.

При этом конкурсным управляющим не опровергнуты возражения ответчиков об отсутствии в их деятельности вины (недобросовестного и неразумного поведения), так как Общество занималось реализацией девелоперского проекта, имелся земельный участок для строительства жилых домов, осуществлялись мероприятия по оформлению проектно-разрешительной документации, подготовке градостроительного плана, прохождение экспертизы проектной документации, получение согласования по подключению к сетям водо-, энергоснабжения и другим коммуникациям.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Целью правового регулирования, содержащегося в указанных выше положениях Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств того, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело или могло привести к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, равно как и сведений ни об одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; безусловных доказательств того, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Также конкурсным управляющим не доказано наличие вины и причинно-следственной связи между неподачей руководителями должника ФИО9, ФИО11 и ФИО10 заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО9, ФИО11 и ФИО10 к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст. 9 и п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ).

Что касается требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО4 и ООО «РСГ - Бизнес Сервис» за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику, суд апелляционной инстанции  пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30 сентября 2019 года N 305-ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

- наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника;

- реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (при этом не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Также согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что банкротство ООО «Золотой Возраст» наступило непосредственно в результате деятельности, по вине руководителей общества: ФИО10, ФИО4 и ООО «РСГ - Бизнес Сервис».

Исходя из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", заявитель должен не только указать конкретные действия или бездействие контролирующего лица, принятые им решения, совершенные сделки, дача указаний, а также подтвердить надлежащими доказательствами, что они непосредственно привлеки к банкротству организации (явились необходимой причиной банкротства), то есть к состоянию неплатежеспособности и недостаточности имущества, и доказать вину руководителя.

Таких доказательств в рамках настоящего дела кредитором и конкурсным управляющим не представлено.

Бесспорных и безусловных доказательств вины ФИО10, ФИО4 и ООО «РСГ - Бизнес Сервис», отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности (ст. ст. 67, 68, 71 АПК РФ), в материалы дела не представлено.

Конкурсный управляющий ссылается на то обстоятельство, что в период осуществления ФИО10, ФИО4 и ООО «РСГ - Бизнес Сервис» (с 18.11.2013 по 24.01.2020) полномочий руководителя ими были совершены подозрительные сделки, которые впоследствии причинили существенный вред имущественным правам кредиторов.

Указанными подозрительными сделками, по мнению заявителя, являются: заключение мирового соглашения с ООО СЗ «Строй-Ресурс», соглашения об отступном с ООО СЗ «Строй-Ресурс» от 31.05.2019, заключение 16.04.2015 и 04.05.2015 договоров займа № З/ЗВ-1, № З/ЗВ-2 с ООО «СтройРемСтиль», а также заключение 20.01.2015 и 01.08.2018 договоров займа № 28/18 и № 4 с ООО «Регион Строй Инвест».

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что совершение указанных сделок не привело и не могло привести к банкротству Общества.

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», сделкой, причинившей существенный вред кредиторам, считается сделка, одновременно отвечающая следующим критериям: значимая для должника применительно к его деятельности; существенно убыточная для должника.

Как следует из определения Арбитражного суда о прекращении производства по делу № А41-100338/18, мировое соглашение было заключено с целью сокращения издержек ООО «Золотой Возраст», в том числе: судебных расходов в связи с возвратом государственной пошлины, ежемесячных расходов по арендной плате; дальнейших расходов на реализацию предмета залога в ходе исполнения судебного акта по делу.

Кроме того, мировое соглашение было заключено во исполнение существующего и действительного обязательства должника, которое не оспаривается конкурсным управляющим.

Заключение мирового соглашения было выгодно для должника, поскольку договор об ипотеке был заключен с целью обеспечения исполнения обязательств Компании ЭКСТАРЕЛ ЛИМИТЕД по оплате покупки 100% долей в уставном капитале ООО «Золотой Возраст».

При этом ООО «Золотой возраст» входит в группу компаний совместно с ЭКСТАРЕЛ ЛИМИТЕД.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии экономической выгоды для должника при заключении и исполнении договора об ипотеке и мирового соглашения.

Таким образом, заключение мирового соглашения было совершено в рамках обычной деловой практики, в том числе с целью получения должником на протяжении длительного времени экономической выгоды.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года № 305-ЭС19-4021, при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Также согласно пункту 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июля 2014 года № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» (далее – Постановление Пленума № 50) в силу принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) мировое соглашение может содержать любые не противоречащие закону или иным правовым актам условия.

Нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен исчерпывающий перечень оснований, при наличии которых арбитражный суд отказывает в утверждении мирового соглашения, а именно: его противоречие закону и нарушение этим соглашением прав и законных интересов иных лиц (часть 6 статьи 141 АПК РФ).

Арбитражный суд при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения исследует фактические обстоятельства спора и представленные лицами, участвующими в деле, доводы и доказательства, дает им оценку лишь в той степени и поскольку это необходимо для установления соответствия мирового соглашения требованиям закона и отсутствия нарушений прав и законных интересов других лиц (часть 6 статьи 141 АПК РФ), в частности, проверяет полномочия лиц, подписавших проект мирового соглашения, наличие волеизъявления юридического лица на заключение мирового соглашения, возможно ли распоряжение имуществом, являющимся предметом мирового соглашения, имеются ли у такого имущества обременения, соответствует ли проект мирового соглашения императивным нормам действующего законодательства, в том числе о сделках (за исключением случаев, когда такая проверка осуществляется судом только по заявлению соответствующего лица), а также изучает проект мирового соглашения для целей выявления условий, затрагивающих права и законные интересы лиц, не участвующих в деле (с учетом положений пункта 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 14 Постановления Пленума № 50). 

Таким образом, арбитражный суд в определении об утверждении мирового соглашения дал оценку указанной сделке на предмет ее соответствия императивным нормам действующего законодательства, в том числе, о сделках.

Определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 об утверждении мирового соглашения по делу № А40-100338/2018 было обжаловано конкурсным управляющим ООО «Золотой Возраст» ФИО12

Определением Арбитражного суда Московского округа от 11.02.2022, оставленным без изменения определением Арбитражного суда Московского округа от 21.03.2022, кассационная жалоба возвращена заявителю в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока на кассационное обжалование судебного акта.

Конкурсный управляющий ООО «Золотой Возраст» ФИО12 обратился с заявлением о признании недействительным мирового соглашения, утвержденного Арбитражным судом Московской области от 25.02.2019 по делу № А41-100338/18, в рамках дела о банкротстве ООО «Золотой Возраст».

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2021 по делу № А41-98550/19 отказано в принятии к производству заявления конкурсного управляющего об оспаривании мирового соглашения.

Сделка по исполнению мирового соглашения по делу № А41-100338/18 не оспаривалась.

Более того, после исполнения обязательства за заемщика к должнику перешли права кредитора в отношении основного обязательства, в обеспечение которого было предоставлено обеспечение (пункт 1 статьи 365 ГК РФ).

Договоры займа также не являются убыточными и не причинили существенного вреда кредиторам ООО «Золотой Возраст».

Заемные средства были направлены на увеличение размера собственных денежных средств должника.

Должник привлекал денежные средства по ставкам, которые являются рыночными и не ставят ООО «Золотой Возраст» в убыточное положение.

Указанное обстоятельство подтверждается сведениями о процентных ставках по кредитам, размещенными на сайте Центрального Банка Российской Федерации.

Договоры займа в установленном законодательством порядке не были оспорены, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Соглашение об отступном само по себе также не является убыточной сделкой, поскольку направлено на исполнение возникших ранее обязательств, а именно погашение кредиторской задолженности.

Напротив, заключение Соглашения об отступном позволило снизить долговую нагрузку должника на сумму процентов, поскольку было заключено в счет погашения обязательств по договорам займа.

Это обстоятельство объективно свидетельствует о том, что совершение подобной сделки не могло негативно отразиться на положении должника и его кредиторов.

Как следует из Соглашения об отступном, права требования были оценены следующим образом:

- право требования к ПАО «МОЭСК» в размере 51.438.000 руб. оценено по номиналу, то есть без уменьшения стоимости прав;

-  право требования к ООО «УНР 1187» на сумму 59.224.000 руб. оценено в 28.012.000 руб.;

- право требования к ООО «Центр проектирования, строительства и эксплуатации» в отношении исключительных прав на проектную документацию по договору проектирования № А18-08 от 25.06.2018 г. оценено в 3.000.000 руб.

Конкурсным управляющим не были представлены доказательства, подтверждающие, что стоимость прав требований к ООО «УНР 1187» существенным образом отличается от той цены, которую стороны указали в Соглашении об отступном.

Кром того, согласно представленным отчетам рыночная стоимость, с учетом сделанных ограничений и допущений, без учета НДС, составила:

- в отношении прав требований к ПАО «МОЭСК» - 40.288.776 руб.; 

- в отношении прав требований к ООО «УНР 1187» - 23.338.271 руб.;

- в отношении прав требований к ООО «Центр проектирования, строительства и эксплуатации» - 1 129 517 руб.

Соответственно, реальная рыночная стоимость уступленных прав требований составила меньшую сумму от стоимости, указанной сторонами в Соглашении об отступном, что, в свою очередь, позволило ООО «Золотой возраст» исполнить свои обязательства перед ООО СЗ «Строй-Ресурс» по договорам займа в большем объеме.

Таким образом, Соглашение об отступном является возмездной и экономически выгодной для должника сделкой.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В момент заключения и исполнения Соглашения об отступном ООО СЗ «Строй-Ресурс» не являлось заинтересованным лицом по отношению к ООО «Золотой Возраст».

В результате указанной сделки кредитором не было получено преимущественного удовлетворения своих требований.

Соответственно, заключение Соглашения об отступном не привело к уменьшению стоимости или размера имущества должника и увеличению размера имущественных требований к должнику.

Арбитражным апелляционным судом принято во внимание также то обстоятельство, что определением Арбитражного суда Московской области от 06.06.2022 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Золотой Возраст» об оспаривании Соглашения об отступном по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). 

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 21 сентября 2022 года по делу №А41-98550/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.П. Мизяк

Судьи

 

С.Ю.  Епифанцева

А.В.  Терешин