ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Резолютивная часть постановления объявлена 16.12.2019

Постановление изготовлено в полном объеме  20.12.2019

 Дело № А09-1878/2018

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Рыжовой Е.В., судей Заикиной Н.В. и Капустиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Равелин» – Болгаровой Т.В. (доверенность от 16.11.2018 № 101), от ответчика – государственного бюджетного учреждения культуры «Брянский государственный краеведческий музей» – ФИО2 (доверенность от 10.10.2019       № 01-05), от третьего лица – Департамента культуры Брянской области – ФИО3, (доверенность от 08.09.2018 № 9), в отсутствие третьего лица – Управления по охране и сохранению историко-культурного наследия Брянской области, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения культуры «Брянский государственный краеведческий музей» на решение Арбитражного суда Брянской области от 15.08.2019 по делу № А09-1878/2018 (судья Матвеева Н.И.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Равелин» (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению культуры «Брянский государственный краеведческий музей» (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – учреждение) о взыскании неосновательного обогащения в размере стоимости выполненных истцом работ по прекратившему действие контракту от 19.09.2016 № 0127200000216004953 в размере 16 094 727 рублей 93 копеек, процентов на сумму неосновательного обогащения за период с 28.03.2017 по 18.12.2017 в размере 1 046 708 рублей 50 копеек с последующим взысканием процентов до момента фактического исполнения обязательства, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 108 707 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 180 000 рублей (т. 1, л. д. 3 – 9).

Определением суда от 19.03.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Управление по охране и сохранению историко-культурного наследия Брянской области  (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – управление), Департамент культуры Брянской области (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – департамент) (т. 2, л. д. 99 – 100).

Истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил требования, просил взыскать неосновательное обогащение в размере 14 068 195 рублей 76 копеек, проценты за период с 28.03.2017 по 19.06.2019 в размере 2 560 909 рублей 26 копеек, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 106 146 рублей, на оплату услуг представителя в размере 180 000 рублей. Определением от 19.06.2019 уточнение иска принято к рассмотрению (т. 5, л. 

<

...>).

Истец заявил ходатайство о распределении судебных расходов: просил взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 105 424 рублей, на оплату услуг представителя в размере 180 000 рублей, на оплату судебной экспертизы в размере 551 658 рублей; взыскать с ответчика в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 722 рублей (т. 5,  л. д. 100 – 101).

Решением суда от 15.08.2019 требования удовлетворены в размере 16 629 105 рублей 02 копеек: с учреждения в пользу общества взыскано 14 068 195 рублей 76 копеек долга и 2 560 909 рублей 26 копеек неустойки; а также 106 146 рублей расходов по государственной пошлине, уплаченной по иску, 551 658 рублей расходов по оплате судебной экспертизы и 130 000 рублей расходов по оплате услуг представителя.

Суд определил производить взыскание неустойки с учреждения в пользу общества с 20.06.2019, исходя из 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации за каждый день просрочки, по день фактической уплаты 14 068 195 рублей 76 копеек долга. 

Обществу из федерального бюджета возвращено 2 561 рубль излишне уплаченной государственной пошлины по иску (т. 5, л. д. 108 – 147).

Суд посчитал, что ответчиком не доказан факт направления письменного отказа от подписания актов в предусмотренный контрактом срок, равно как не обоснованы причины его не направления. Установил, что ответчиком не представлено доказательств обеспечения участия представителя подрядчика в осмотре объекта: содержащееся в акте осмотра указание на присутствие мастера общества ФИО4 не может являться доказательством данного факта, так как в акте не содержится подпись указанного лица либо отметка об отказе указанного лица от подписания акта с указанием причин отказа.

Суд посчитал обоснованной позицию истца о том, что факт размещения ответчиком в составе конкурсной документации материалов проектно-сметной документации, проведения конкурса и заключения контракта давали обществу основания полагать, что данная документация подготовлена в соответствии с действующими нормами и правилами. Указал, что заявляя о наличии недостатков в выполненных истцом работах, ответчик и выступающие в его интересах третьи лица не представили достоверных сведений, свидетельствующих о наличии недостатков в выполненных истцом работах, влекущих невозможность использовать результат работ по назначению, а также  доказательств предъявления ответчиком претензий по качеству работ.

Оценив доводы, приведенные ответчиком в обоснование мотивов отказа от подписания спорных актов, суд посчитал, что ответчик не представил доказательства наличия мотивированных и обоснованных возражений об отказе в приемке работ и подписании спорных актов.

Поскольку факт выполнения истцом работ и просрочки ответчиком исполнения обязанности по оплате подтверждается материалами дела, суд посчитал обоснованным требование истца о взыскании задолженности по договору и неустойки с последующим ее начислением по день исполнения обязательства. 

В связи с удовлетворением исковых требований суд взыскал с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате стоимости судебной строительно-технической экспертизы в размере 551 658 рублей. Суд посчитал, что разумными являются расходы общества на оплату услуг представителя в размере 130 000 рублей (7 000 рублей за  составление искового заявление, 3 000 рублей за составление претензии, 30 000 рублей за подготовку пояснения, ходатайств о назначении экспертизы и распределении судебных расходов, 90 000 рублей за участие в 9 судебных заседаниях).

Не согласившись с принятым судебным актом, учреждение обратилось в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда от 15.08.2019 (т. 6, л. д. 2 – 9).

Возражая против вывода суда о том, что общество, предполагая добросовестность действий заказчика, выполняло работы в соответствии с размещенной в составе конкурсной документации проектно-сметной документацией, переданной ему учреждением, полагает, что подрядчик не должен был приступать к выполнению работ без получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия и наличия положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации, ввиду чего на истца может быть возложена ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств по контракту. 

Указывает, что на выездном заседании 28.12.2016 межведомственной комиссией с участием представителя общества и представителя разработчика проектно-сметной документации был установлен факт не выполнения истцом работ в объеме, предусмотренном контрактом, наличия недостатков, исключающих возможность использования результата работ. 

Полагает, что сметная документация не соответствует действующим нормативам в области сметного нормирования и ценообразования, не является достоверной (возможно завышение сметной стоимости работ) и требует корректировки. 

Учреждение, возражая против вывода суда о том, что факт выполнения работ на общую сумму 35 068 195 рублей 76 копеек подтвержден материалами дела и с учетом произведенной обществом с ограниченной ответственностью «АПХ «Мираторг» оплаты в размере 21 000 000 рублей, задолженность ответчика составила 14 068 195 рублей 76 копеек, указало, что необходимыми условиями для проведения приемки и оплаты работ являются полный комплект проектной документации, положительные заключения экспертизы, проведение экспертизы предоставленных подрядчиками результатов выполненных работ.

По мнению заявителя, суд необоснованно изменил предмет и основание иска с неосновательного обогащения на взыскание денежных средств по контракту за выполненные работы.

В отзыве на апелляционную жалобу общество просит оставить решение суда от 15.08.2019 без изменения, а жалобу – без удовлетворения (т. 6, л. д. 42 – 46). Указывает, что согласно с выводами суда, полагает, что доводы апелляционной жалобы были опровергнуты при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

По вопросу о необоснованной переквалификации судом заявленных требований с взыскания неосновательного обогащения на взыскание задолженности по договору, истец указал, что несогласие суда с правовой квалификацией спорных правоотношений и применение иных норм права является прерогативой суда и не является изменением предмета или основания иска в смысле положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу управление указало, что оставляет вопрос об удовлетворении требований общества, изложенных в апелляционной жалобе, на рассмотрение суда (т. 6, л. д. 76 – 80).

Указывает, что факт выполнения работ истцом подтверждается материалами дела, доказательств погашения задолженности в размере 14 068 195 рублей 76 копеек не представлено.

Ссылаясь на положения действующего законодательства, управление обращает внимание, что в рамках государственного контракта разработка проектной документации не являлась обязанностью истца. 

Полагает, что поскольку истец выполнял работы в соответствии с размещенной в составе конкурсной документации проектно-сметной документации, переданной ему ответчиком, на него не может быть возложена ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств заказчиком, не совершившим действий по получению положительного заключения проектно-сметной документации.

Указывает, что ответчиком в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих правомерность размещения им на торги проектно-сметной документации, не получившей положительное заключение государственной экспертизы, при наличии ранее полученной документации с положительным заключением. После выполнения истцом работ на объекте управлением письмом от 23.12.2016 № 1-4/109 согласована проектная документация, письмом от 23.12.2016 № 1-4/110 согласовано техническое заключение о состоянии строительных конструкций и грунтов по объекту, о чем составлен акт; письмом от 32.03.2017 № 1-1/254 согласована проектная документация, заказчиком которой выступал ответчик, одобрено положительное заключение экспертизы на указанный проект; 12.09.2016 было выдано разрешение № 4 на проведение научно-реставрационных и изыскательских работ ООО «Профреставрация». 

Обращает внимание, что на протяжении производства работ в период с сентября по декабрь 2016 ответчиком не заявлялись возражения относительно выполнения истцом работ на объекте.

Ввиду того, что законным владельцем объекта является ответчик, именно он должен был обеспечивать сохранность объекта и следить за соблюдением порядка проведения работ. Однако управлением в рамках осуществления мероприятий по контролю за состоянием объекта был установлен факт проведения строительных работ на объекте, что подтверждается актом осмотра и что явилось основанием для составления протокола об административном правонарушении в отношении должностного лица истца по признакам части 1 статьи 7.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которое признано виновным в совершении административного правонарушения в части организации и проведения работ по сохранению объекта культурного наследия без согласованной проектной документации. Управление полагает обоснованными выводы заключения судебной строительно-технической экспертизы от 08.04.2019 № 8575/6-3, в котором подтвержден факт выполнения работ истцом и определена фактическая стоимость выполненных работ.

От учреждения поступило ходатайство о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы, производство которой просило поручить эксперту общества с ограниченной ответственностью «ЮРЭКСП» (т. 6, л. д. 82 – 85) ФИО5, представило сведения об экспертной организации и кандидатуре эксперта (л. д. 86 – 111). Просило поставить на разрешение эксперта следующие вопросы:

1. Определить качество выполненных работ на предмет их соответствия установленным нормам и стандартам законодательства;

2. Обнаружить нарушения, которые были допущены в ходе выполнения работ;

3. Имело ли место при производстве обществом работ по контракту на объекте причинение ущерба реконструируемым объектам (строениям) с точки зрения сохранения целостности и первозданного вида объекта, имеющего историческую и культурную ценность и охраняемого государством, и имело ли место нарушение строительных норм и правил, предусмотренных для данного вида работ, при проведении указанных работ;

4. Возможно ли определить достоверной объем и стоимость фактически выполненных обществом работ по контракту в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 18.05.2009 № 427;

5. Определить достоверный объем и стоимость фактически выполненных обществом работ по контракту в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 18.05.2009 № 427;

6. Оценить обоснованность дополнительных трат, отраженных в КС-2;

7. Определить стоимость расходного материала, предоставленного в КС-2;

8. Проверить корректность расчетов и правильность формирования КС-2.

В судебное заседание 27.11.2019 учреждение представило платежное поручение от 25.11.2019 № 2248560 о перечислении денежных средств в размере 150 000 рублей в счет проведения экспертизы на депозитный счет Двадцатого арбитражного апелляционного суда (т. 7, л. д. 1).

В письменных пояснениях по ходатайству о назначении строительно-технической экспертизы (т. 7, л. д. 2 – 6) общество указало следующее.

В ходатайстве поставлены вопросы по оценке качества выполненных работ и стоимости расходного материала, правильности формирования КС-2, которые не являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции ввиду отсутствия претензий по качеству выполненных работ, а также не были заявлены в апелляционной жалобе; в материалах дела отсутствует подтверждение многочисленных дефектов и повреждений, выявленных истцом. Поскольку наличие недостатков работ не входит в предмет доказывания по делу, оснований для назначения экспертизы по данному вопросу не имеется.

В постановлении Правительства Российской Федерации от 18.05.2009 № 427 перечислены организации, уполномоченные осуществлять проверку достоверности сметной стоимости строительства, в число которых судебные эксперты не входят; также из указанного постановления следует, что проверка сметной стоимости проводится после разработки проектной документации, но до заключения контракта и выполнения работ. Полагает, что даже нарушение заказчиком порядка ценообразования на этапе подготовки смет после заключения контракта не является основанием для отказа в оплате работ по цене, установленной сметой и договором. Ввиду изложенного, по мнению истца, необходимость в проверке правильности составления смет в настоящем процессе отсутствует, поскольку не влияет на правоотношения сторон.

Поскольку рассмотрение дела в суде первой инстанции длилось более года и ответчику неоднократно предлагалось заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы, которое им заявлено не было, истец полагает, что в удовлетворении ходатайства следует отказать.

Относительно предложенной экспертной организации общество пояснило, что эксперт ФИО6 не обладает специальными знаниями в области технологий строительного производства, порядка эксплуатации строительных объектов и ценообразования в строительстве в объеме подготовки высшего учебного заведения по наплавлению строительства, а также профессиональным опытом не менее 5 лет и устойчивыми практическими навыками проведения подобных исследований. 

От общества в материалы дела поступили дополнительные документы – запросы и сведения об экспертных организациях, сроках и стоимости проведения экспертизы, а также кандидатурах экспертов, которые истец предлагает в качестве экспертов в случае назначения судом повторной судебной экспертизы по делу (т. 7, л. д. 8 – 12).

Общество заявило ходатайство об исключении доказательств (т. 7, л. д. 13 – 14) – дополнительных документов, приложенных к апелляционной жалобе (т. 6, л. д. 31 – 35), а также заключения, приложенного к ходатайству о назначении экспертизы (т. 6,                 л. д. 112 – 166), о приобщении которых ответчик при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлял.

В заседании суда апелляционной инстанции представители учреждения и департамента поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить решение суда от 15.08.2019 и отказать в удовлетворении заявленных требований; поддержали ходатайство о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы; возражали против удовлетворения ходатайства истца об исключении из материалов дела представленных в суд апелляционной инстанции доказательств.

В отзыве на жалобу департамент просил отменить решение суда, поддержал ходатайство истца о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы (т. 7, л. д. 34 – 37). Полагает, что, поскольку утверждение документации конкурса прошло с нарушением требований действующего законодательства, что было выявлено прокуратурой и Управлением Федеральной антимонопольной службы по Брянской области, подрядчик не должен был приступать к выполнению работ без получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия и наличия положительного заключения экспертизы проектно-сметной документации. Указывает, что подрядчиком не были представлены все предусмотренные контрактом документы, исполнительная, отчетная и иная документация, а также не выполнены работы в объеме, предусмотренном контрактом, ввиду чего, по мнению департамента, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков. Обращает внимание, что Федеральным автономным учреждением «Главное управление государственной экспертизы» (далее – ФАУ «Главгосэкспертиза России») были выявлены нарушения и необоснованность объемов и расценок в документации, по которой выполняло работы общество, ввиду чего акты выполненных работ также будут содержать аналогичные ошибки, и не являются обоснованными. Указывает, что согласно заключению Федерального бюджетного учреждения Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (далее – ФБУ Воронежский РЦСЭ) стоимость работ, отраженная в формах КС-2 от 15.10.2016 была завышена, так как не был учтен понижающий коэффициент торгов. Обращает внимание, что в соответствии с заключением экспертов не представляется возможным определить объем и стоимость фактически выполненных обществом работ, так как сметная документация к проектной документации на государственную экспертизу не предоставлялась, что ставить под сомнение вывод суда о том, что факт выполнения работ на сумму 35 068 195 рублей 76 копеек подтвержден материалами дела.

В пояснениях по отзывам (т. 7, л. д. 42 – 44) учреждение поддержало ранее изложенную позицию. Указало, что истец и управление не комментируют факт того, что общество в нарушение условий контракта и законодательства приступило к выполнению работ на объекте культурного наследия без получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, получение которого является обязанностью подрядчика (производителя работ). 

От общества поступило ходатайство о вызове в судебное заседание экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8, ФИО9 для дачи пояснений о проведенной по делу судебной экспертизе (т. 7, л. д. 47 – 48).

В заседании суда апелляционной инстанции представители учреждения и департамента поддержали доводы жалобы, просили отменить решение суда от 15.08.2019 и отказать в удовлетворении исковых требований; поддержали ходатайство о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы; возражали против удовлетворения ходатайства истца об исключении из материалов дела дополнительных доказательств, а также против удовлетворения ходатайства общества о вызове в судебное заседание экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8,          ФИО9 для дачи пояснений о проведенной по делу судебной экспертизе.

Представитель общества возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве и пояснениях, просил оставить решение суда от 15.08.2019 без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения; возражал против удовлетворения ходатайства учреждения о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы, поддержал ходатайство о вызове в судебное заседание экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8,          ФИО9 для дачи пояснений о проведенной по делу судебной экспертизе.

Управление в заседание суда апелляционной инстанции не явилось.

Апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие управления, извещенного надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев ходатайство ответчика о проведении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы, суд апелляционной инстанции отклонил его на основании статей 82, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по следующим основаниям.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить (постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 13765/10 по делу № А63-17407/2009).

           В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В настоящем деле, разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил подлежащий применению закон, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и принял решение, отвечающее нормам материального и процессуального права. В заявленном ходатайстве о назначении повторной экспертизы ответчиком поставлены вопросы по оценке качества выполненных работ и стоимости расходного материала, правильности формирования КС-2, которые не являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции ввиду отсутствия претензий по качеству выполненных работ, а также не были заявлены в апелляционной жалобе; в материалах дела отсутствует подтверждение дефектов и повреждений, выявленных истцом. Поскольку наличие недостатков работ не входит в предмет доказывания по делу, оснований для назначения экспертизы по данному вопросу не имеется.

В постановлении Правительства Российской Федерации от 18.05.2009 № 427 определены организации, уполномоченные осуществлять проверку достоверности сметной стоимости строительства, в число которых судебные эксперты не входят; также из указанного постановления следует, что проверка сметной стоимости проводится после разработки проектной документации, но до заключения контракта и выполнения работ. 

При этом суд согласен с доводом истца о том, что нарушение заказчиком порядка ценообразования на этапе подготовки смет после заключения контракта не является основанием для отказа в оплате выполненных работ по цене, установленной сметой и договором, и необходимость в проверке правильности составления смет в настоящем судебном процессе отсутствует, поскольку не влияет на правоотношения сторон.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что предложенный ответчиком эксперт ФИО6 не обладает специальными знаниями в области технологий строительного производства, порядка эксплуатации строительных объектов и ценообразования в строительстве в объеме подготовки высшего учебного заведения по наплавлению строительства, а также профессиональным опытом не менее 5 лет и устойчивыми практическими навыками проведения подобных исследований. 

           В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – постановление № 23) разъяснено, что ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

           Поскольку рассмотрение дела в суде первой инстанции длилось более года и ответчику неоднократно предлагалось заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы, которое им заявлено не было, в удовлетворении заявленного ходатайства в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует отказать, так как ответчик не привел уважительных причин незаявления указанного ходатайства в суде первой инстанции. Повторное предоставление ответчику процессуального права, которым он не воспользовался без уважительных причин, при наличии у него соответствующей возможности, противоречит принципу правовой определенности и положениям части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которых лицо, участвующее в деле, несет риск наступления неблагоприятных последствий совершения или несовершения этим лицом процессуальных действий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.07.2015 № 305-ЭС14-8858).

Представленное в суд заключение экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8, ФИО9 от 08.04.2019 № 8575/3 (т. 4, л. д. 30 – 144) соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит описание проведенного исследования, выводы экспертов являются мотивированными, ясными и полными; эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения; оснований для сомнения в компетентности экспертов у суда апелляционной инстанции не имеется; доказательств, опровергающих выводы экспертов, в материалы дела не представлено. 

Таким образом, принимая во внимание соответствие заключения экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8, ФИО9 от 08.04.2019 № 8575/3 требованиям закона, а также критериям относимости и достаточности, в отсутствие доказательств, опровергающих выводы экспертов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что указанное заключение судебной строительно-технической экспертизы является надлежащими доказательством по делу, и оснований, установленных частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для назначения по настоящему делу повторной экспертизы не имеется. 

Ходатайство общества о вызове экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8, ФИО9 в судебное заседание для дачи дополнительных пояснений отклонено судом апелляционной инстанции, поскольку заключение судебной экспертизы экспертов ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО7, ФИО8, ФИО9 от 08.04.2019 № 8575/3 не содержит неясностей и противоречий; его выводы соответствуют требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являются достаточными и определенными; вопросы экспертам не сформулированы и в суд не представлены; при таких обстоятельствах суд не усматривает правовых оснований для вызова экспертов в судебное заседание.

Суд апелляционной инстанции в силу статей 68, 268, части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не принимает во внимание представленные учреждением дополнительные документы (т. 6,   л. д. 31 – 35, 112 – 168), поскольку они не заверены надлежащим образом и ответчиком не представлено соответствующих доказательств, не приведены и не обоснованы уважительные причины невозможности представления указанных документов в суд первой инстанции.

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Брянской области от 15.08.2019 проверены судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее и письменных пояснений, заслушав представителей общества, учреждения и департамента суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 19.09.2016 между учреждением (заказчик) и обществом (подрядчик) (т. 1, л. д. 94 – 105) в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), на основании протокола рассмотрения и оценки заявок на участие в конкурсе с ограниченным участием от 08.09.2016 для закупки № 0127200000216004953, заключен контракт               № 0127200000216004953, по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по объекту «Реконструкция музея-усадьбы А.К. Толстого. Брянская обл., Почепский р-н,        с. Красный Рог» в соответствии с перечнем объектов, подлежащих реконструкции и реставрации (приложение № 1), на основании проектно-сметной документации в сроки, установленные контрактом, а заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их на условиях контракта. Подрядчик ознакомлен с проектно-сметной документацией и не имеет к ней претензий (пункт 1.1 контракта).

Согласно пункту 1.3 контракта заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ по контракту, принять надлежащим образом выполненные работы и оплатить их в порядке и сроки, предусмотренные контрактом.

Цена контракта составляет 97 364 107 рублей 49 копеек, включая НДС 18 % –                    11 628 224 рубля 67 копеек, на работы, подлежащие налогообложению. Цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта за исключением случаев, предусмотренных контрактом и действующим законодательством (пункты 2.1, 2.2 контракта). Согласно пункту 2.5 контракта оплата осуществляется в следующем порядке: 

– аванс в размере 30 % перечисляется на счет подрядчика в течение 20 рабочих дней с момента заключения контракта в размере 29 209 232 рублей 25 копеек; 

– фактически выполненные работы сдаются подрядчиком, принимаются и оплачиваются заказчиком на основании положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», акта о приемке выполненных работ (в соответствии с графиком работ – приложение № 2 к контракту), оформленного по унифицированной форме КС-2, утвержденной постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 11.11.1999 № 100 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету работ в капитальном строительстве и ремонтно-строительных работ», и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, утвержденной указанным постановлением Госкомстата, а также счета и счета-фактуры по ценам, обозначенным в сметных расчетах, в течение 10 рабочих дней с даты подписания сторонами акта о приемке выполненных работ (форма № КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3). 

При этом в обязательном порядке заполняются все графы форм, указываются полное наименование работ, предъявленных к оплате, номер контракта (дополнительного соглашения) и объект строительства, по которому ведется оплата, расшифровываются и скрепляются печатями подписи лиц, сдающих и принимающих работы. Оплата производится после исполнения этапа контракта в соответствии с графиком производства работ (приложение № 2 к контракту).

В соответствии с пунктом 3.1 контракта начало выполнения работ – со дня заключения контракта; конечный срок выполнения работ – 20.12.2016.

Подрядчик обязуется выполнить и сдать работы в объеме и сроки, предусмотренные контрактом, и сдать законченный объект по акту приемки выполненных работ по сохранению объекта культурного наследия, включенного в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, или выявленного объекта культурного наследия в соответствии с Приказом Министерства культуры Российской Федерации от 25.06.2015 № 1840 «Об утверждении состава и Порядка утверждения отчетной документации о выполнении работ по сохранению объекта культурного наследия», с условиями контракта, требованиями законодательства Российской Федерации (строительных норм и правил, технических условий, стандартов и прочего) (пункты 4.1.1, 4.1.2, 4.1.3 контракта).

В разделе 6 контракта установлен порядок приемки выполненных работ. Стороны производят оформление первичных документов (формы КС-2 и КС-3) в соответствии с условиями контракта, фиксирующих объем выполненных подрядчиком работ. Работы считаются выполненными окончательно и в полном объеме только после приемки выполненных в полном объеме работ по акту приемки работ по сохранению объекта культурного наследия и акту формы КС-14. 

Приемка выполненных работ осуществляется в течение 5 рабочих дней. Для проверки предоставленного подрядчиком результата выполненных работ, предусмотренного контрактом, в части его соответствия условиям контракта, заказчик обязан провести экспертизу.

Контракт вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до 01.02.2017. Окончание срока действия контракта влечет прекращение обязательств сторон по контракту (за исключением выполнения обязательств в период гарантийного срока) (пункты 11.1, 11.2 контракта).

Приложением № 1 к контракту утвержден перечень объектов, подлежащих реконструкции и реставрации (т. 1, л. д. 106 – 107).

Проектно-сметная документация по реставрации и реконструкции музея-усадьбы, в соответствии с которой должны исполняться условия контракта, подготовлена ООО «Профреставрация» на основании договора безвозмездного выполнения работ по разработке проектно-сметной документации по объекту от 08.06.2016, заключенному с учреждением. По условиям данного договора проектно-сметная документация должна быть разработана до 10.12.2016 (т. 3, л. д. 10 – 11).

Истец приступил к выполнению работ по ограждению территории, гостевому флигелю, дворовому флигелю и административному зданию.

Письмом от 20.09.2016 № 01-05/525 учреждение сообщило обществу о невозможности авансирования до получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия от управления и наличия положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации (т. 3, л. д. 12).

Письмом от 11.11.2016 № 97/16 общество сообщило учреждению о невозможности выполнять работы в установленные контрактом сроки ввиду отсутствия авансирования, указав при этом на приостановку работ при дальнейшем отсутствии финансирования. Одновременно подрядчик сообщил, что не приступил к работам по реконструкции здания флигеля ФИО10 и здания прачечной, так как выполнить комплекс работ по реконструкции указанных зданий в соответствии с условиями контракта до решения вопроса о демонтаже надземной части зданий не представляется возможным (т. 1,                           л. д. 46 – 47).

В рамках заключенного контракта подрядчик частично выполнил работы по реконструкции музея-усадьбы А.К. Толстого на сумму 36 160 822 рублей 68 копеек, о чем оформлены акты формы КС-2 от 15.12.2016 № 1 – № 11 (отчетный период с 19.09.2016 по 15.12.2016) и справки формы КС-3 от 20.01.2017 № 1 на сумму 32 849 668 рублей 86 копеек и № 2 на сумму 3 311 153 рубля 81 копейка, подписанные подрядчиком в одностороннем порядке (т. 1, л. д. 131 – 171, 125, 128).

Указанные акты переданы обществом на рассмотрение и дальнейшее подписание учреждению письмом от 20.12.2016 № 126/16, и получены ответчиком, что подтверждается штампом входящей корреспонденции от 23.12.2016 № 01-04/757 (т. 1, л. д. 48).

Учреждение письмом от 13.12.2016 № 01-05/734/1 просило общество приостановить проведение запланированных работ на объекте до получения необходимых разрешительных документов (т. 3, л. д. 13).

28.12.2016 был произведен комиссионный осмотр фактически выполненных работ на объекте «Реконструкция музея-усадьбы А.К. Толстого, Брянская обл., Почепский р-н, с. Красный Рог», по результатам которого составлен соответствующий акт (т. 2, л. д. 24 – 30). 

В ходе осмотра было установлено, что на территории музея-усадьбы А.К. Толстого проведены работы в дворовом флигеле, административном здании, прачечная, гостевой флигель, столовая (флигель ФИО10), ограждение, определены объемы работ. Указанный акт осмотра объекта культурного наследия не подписан со стороны подрядчика, технадзора (ООО «Профреставрация»).

Ответчиком с участием представителей департамента и Администрации Почепского района 31.01.2017 составлен акт о приемке результатов выполненных работ по контракту от 19.09.2016 № 0127200000216004953, согласно которому работы, предусмотренные контрактом, не выполнены в полном объеме, не удовлетворяют условиям контракта и не надлежаще оформлены: отсутствует согласованная с государственным органом охраны объектов культурного наследия проектная документация; отсутствует положительное заключение государственной экспертизы проектно-сметной документации ФАУ «Главгосэкспертиза России»; отсутствует разрешение уполномоченного государственного органа в области охраны памятников истории и культуры федерального значения на проведение работ; представленные формы КС-2, КС-3 от 15.12.2016 на общую сумму       37 094 727 рублей 93 копейки не завизированы технадзором, акты скрытых работ не представлялись, акт приемки работ по сохранению объекта культурного наследия и акт формы КС-14 не представлялись. Комиссия решила отказаться от приемки результатов выполнения работ по контракту в связи с тем, что экспертиза проектной документации не завершена, оценка достоверности соответствия сметной стоимости принятым проектным решениями будет выполнена после завершения экспертизы и внесения всех необходимых изменений в проектную документацию, не представляется возможным оценить соответствие сведений, содержащихся в ведомостях объемов работ, объемам работ и решениям, содержащимся в проектной документации (т. 2, л. д. 31 – 32).

Общество 20.02.2017 передало учреждению исполнительную документацию по выполненным работам, в том числе акты на скрытые работы, исполнительные схемы, общий журнал работ и журнал бетонных работ, сертификаты, что подтверждается актом приема-передачи документов и реестрами исполнительной документации, содержащими подписи сторон (т. 2, л. д. 123 – 143).

Письмом от 14.03.2017 № 48/17 общество в целях досудебного урегулирования спора просило учреждение произвести оплату за выполненные работы в размере                                   37 094 727 рублей 93 копеек с указанием на возможность применения штрафных санкций за неисполнение обязательства (т. 1, л. д. 12 – 13).

В ответ на претензию письмом от 29.03.2017 № 01-05/183 ответчик сообщил о том, что считает требования и доводы, изложенные в письме необоснованными и не подлежащими удовлетворению; все аргументы и доводы изложены им в письме об отказе от подписания актов приемки выполненных работ, ранее направленном в адрес общества, где полностью, подробно изложены причины и мотивы не подписания данных актов. Для ознакомления с текстом письма ответчик повторно направляет его в качестве приложения на 13 листах к своему ответу (т. 1, л. д. 172 – 180; т. 3, л. д. 24 – 26).

В целях популяризации творческого наследия А.К. Толстого договором пожертвования ООО «АПХ «Мираторг» безвозмездно обязалось частично освободить учреждение от имущественной обязанности перед обществом по оплате работ по реконструкции музея-усадьбы А.К. Толстого, выполняемых в рамках контракта от 19.09.2016 № 0127200000216004953; сумма пожертвования составляет 21 000 000 рублей (т. 3, л. д. 7 – 9).

Платежным поручением от 06.04.2017 № 440 ООО «АПХ «Мираторг» перечислило обществу 21 000 000 рублей в качестве пожертвования на частичную оплату работ по реконструкции музея-усадьбы А.К. Толстого (т. 1, л. д. 52).

Ссылаясь на неисполнение ответчиком обязательства по оплате выполненных работ в полном объеме, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения в размере стоимости выполненных работ по прекратившему действие контракту и процентов (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и заявления о распределении судебных расходов) (т. 1, л. д. 3 – 9; т. 5, л. 

<

...> – 101).

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, правоотношения сторон возникли на основании контракта от 19.09.2016 № 0127200000216004953.

В соответствии с частью 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В обоснование требования о взыскании неосновательного обогащения истец ссылается на пункт 11.2 контракта, предусматривающего, что окончание срока действия контракта влечет прекращение обязательств сторон по контракту (за исключением выполнения обязательств в период гарантийного срока) (т. 5, л. д. 64 – 68).

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и тому подобное), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что предметом иска по настоящему делу фактически является взыскание задолженности за выполненные работы по контракту № 0127200000216004953 от 19.09.2016.

Контракт от 19.09.2016 № 0127200000216004953 заключен между сторонами с соблюдением требований Закона № 44-ФЗ, в связи с чем правоотношения сторон по контракту подлежат регулированию нормами Закона № 44-ФЗ, толкуемыми во взаимосвязи с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а при отсутствии специальных норм – непосредственно нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, в частности главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ настоящий Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в части, касающейся планирования закупок товаров, работ, услуг заключения гражданско-правового договора, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе, приобретение недвижимого имущества или аренда имущества), от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, а также бюджетным учреждением либо иным юридическим лицом в соответствии с частями 1, 4 и 5 статьи 15 настоящего Федерального закона. В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 3 Закона № 44-ФЗ государственный контракт, муниципальный контракт – договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

На основании части 2 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В силу части 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации к подрядным работам для государственных нужд применяются общие положения о подряде.

Частью 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 названного Кодекса.

Согласно части 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В силу действующего законодательства, исходя из условий договора, истец должен документально подтвердить факт выполнения спорных работ, поскольку основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате фактически выполненных подрядчиком работ является сдача результата работ заказчику.

Надлежащим доказательством факта выполнения истцом работ на спорную сумму и принятия их результата ответчиком является акт сдачи-приемки, подписанный сторонами, либо односторонний акт сдачи-приемки с отметкой истца об отказе ответчика от его подписания.

В обоснование заявленных требований истец сослался на подписанные в одностороннем порядке акты о приемке выполненных работ формы КС-2 на общую сумму 37 094 727 рублей 93 копеек.

Как усматривается из материалов дела, истец направил в адрес ответчика для подписания акты приемки выполненных работ сопроводительным письмом от 20.12.2016 № 126/16 (т. 1, л. д. 48).

В соответствии с пунктом 6.5 контракта приемка выполненных работ осуществляется в течение 5 рабочих дней.

Ответчик, получив акты о приемке выполненных работ 23.12.2016, что подтверждается штампом регистрации входящей корреспонденции № 01-04/757, оставил их без подписания.

В обоснование возражений ответчиком представлено письмо от 30.12.2016                    № 01-05/768 (т. 2, л. д. 23), в котором учреждение просило общество предоставить акты формы КС-2 и акты на скрытые работы, завизированные службой технического надзора по результатам рассмотрения поступивших отчетных документов.

Однако в материалы дела не представлено доказательств отправки данного письма в адрес истца, который отрицал факт его получения, отметив, что о его наличии стало известно лишь в ходе судебного разбирательства.

Согласно части 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

В пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» разъяснено, что оформленный в таком порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

Таким образом, обязанность доказывания обоснованности мотивов отказа от приемки выполненных работ возложена законом на заказчика, то есть в данном случае на ответчика. При непредставлении таких доказательств заказчиком односторонний акт приемки выполненных работ является надлежащим и достаточным доказательством фактического выполнения подрядчиком работ, перечисленных в акте, и является основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ.

В силу части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно заказчик должен представить доказательства обоснованного отказа от подписания актов выполненных работ.

В обоснование возражений по спору, ответчик представил в материалы дела копии писем, адресованных истцу, содержащими информацию о причинах не подписания актов и по поводу расторжения контракта.

Так, в письме от 31.01.2017 № 01-05/056 учреждение уведомило ответчика о том, что ввиду неисполнения контракта в полном объеме принято решение об отказе от приемки результатов исполнения по контракту, отметив при этом, что готово оплатить работы при наличии всех необходимых документов, в том числе согласованной проектно-сметной документации и положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России» (т. 2, л. д. 86).

Письмом от 31.01.2017 № 01-05/056/1 учреждение отказалось от подписания актов приемки выполненных работ с подробным изложением мотивов отказа (т. 1, л. д. 174 – 180; т. 2, л. д. 52 – 64).

Также 31.01.2017 учреждением подготовлено письмо № 01-05/058 с предложением о расторжении контракта по соглашению сторон без исполнения в связи с отсутствием положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России» на проектно-сметную документацию (т. 3, л. д. 20).

Ответчик указал, что представленные истцом акты формы КС-2 не подписаны им по причинам и мотивам, указанным в письме от 31.01.2017 № 01-05/056/1 (т. 2, л. д. 52 – 64).

В качестве причин отказа от подписания актов формы КС-2 учреждение ссылалось на следующее:

– представленные акты не завизированы технадзором; 

– не представлены акты на скрытые работы, требование о необходимости представления указанных документов, изложенное в письме от 30.12.2016 №01-05/768, подрядчиком не исполнено; 

– работы проводятся без согласованной с органом охраны объектов культурного наследия проектной документации; отсутствует положительное заключение государственной историко-культурной экспертизы; 

– проектно-сметная документация по объекту не имеет положительных заключений ФАУ «Главгосэкспертиза России»; 

– утверждение документации конкурса прошло с нарушением требований законодательства. 

Ссылаясь на выявленные ФАУ «Главгосэкспертиза России» замечания, заказчик указывает, что сметная документация не соответствует действующим нормативам в области сметного нормирования и ценообразования и требует корректировки. До получения согласованного органом охраны акта государственной историко-культурной экспертизы научно-проектной документации по реставрации объекта культурного наследия федерального значения с указанием о необходимости проведения указанных видов работ и положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации не представляется возможным осуществить приемку работ. Указывая на пункты 1.5 и 1.4.2 заключенного контракта, заказчик отмечает, что подрядчик не должен был приступать к выполнению работ без получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия и наличия положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации.

Истец отрицал факт получения указанного письма до 29.03.2017, когда ответчик направил в его адрес ответ на претензию с приложением копии указанного письма.

Ответчик указывает, что письмо от 31.01.2017 № 01-05/056/1 было направлено истцу по почте отправлением РПО № 24101108201075.

Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что обществу письмо направлено 07.02.2017, то есть по истечении более полутора месяцев для представления возражений. Кроме того, оно направлено не по юридическому адресу истца (т. 3, л. д. 32).

Истец, опровергая факт направления данным почтовым отправлением письма с возражениями, представил отчет об отслеживании почтового отправления с идентификатором РПО № 24101108201075, отметив, что вес указанного письма составляет 11 грамм, что свидетельствует о направлении в адрес истца письма иного содержания.

Оценив данное заявление истца, суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к утверждению ответчика о направлении письма с отказом от подписания актов 07.02.2017, так как датой 31.01.2017 датированы еще два письма учреждения обществу, имеющие иное содержание.

Кроме того, в письме от 29.03.2017 № 01-05/183 ответчик ответил на претензию, письмо составлено на 2 листах с приложением возражений и отказа от подписания актов на 13 листах. Ответ на претензию направлен в адрес общества и получен им 04.04.2017, что подтверждено самим истцом, почтовым уведомлением (т. 3, л. д. 26), где указан вес письма 55 грамм.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что, ответчиком не доказан факт направления письменного отказа от подписания актов в предусмотренный контрактом срок, равно как и не обоснованы причины его не направления.

Кроме того, ответчиком не представлено доказательств направления в адрес общества писем от 31.01.2017 № 01-05/056 и № 01-05/058, получение которых истец отрицал, указав, что об указанных письмах ему стало известно лишь в ходе рассмотрения настоящего дела.

Из материалов дела усматривается, что 28.12.2016 состоялось выездное заседание межведомственной комиссии для фиксации факта выполнения заявленных объемов работ по реконструкции объекта.

По результатам выездного заседания был составлен акт осмотра объекта культурного наследия (т. 2, л. д. 23 – 30), в котором отказано в приемке результатов исполнения по контракту ввиду того, что: 

– отсутствует согласованная с государственным органом охраны объектов культурного наследия документация; 

– отсутствует положительное заключение государственной экспертизы проектно-сметной документации; 

– отсутствует разрешение уполномоченного государственного органа в области охраны памятников истории и культуры федерального значения на проведение работ; 

– формы КС-2 не завизированы технадзором; 

– не представлены акты скрытых работ, акт приемки работ по сохранению объектов культурного наследия и акты формы КС-14; 

– подрядчик не выполнил все работы в полном объеме, предусмотренном контрактом и перечнем объектов, подлежащих реконструкции и реставрации.

Однако ответчиком не представлено доказательств обеспечения участия представителя подрядчика в осмотре объекта. Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что содержащееся в акте указание на присутствие мастера общества ФИО4 не может об этом свидетельствовать, так как в акте не содержится подпись указанного лица либо отметки об отказе указанного лица от подписания акта с указанием причин такого отказа.

Суд правомерно отклонил указанные ответчиком и департаментом мотивы отказа от подписания актов, изложенные в письме от 31.01.2017 № 01-05/056/1, как необоснованные ввиду следующего.

В силу статьи 726 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан передать заказчику вместе с результатом работы информацию, касающуюся эксплуатации или иного использования предмета договора, если это предусмотрено договором либо характер информации таков, что без нее невозможно использование результата работы для целей, указанных в договоре.

Исходя из изложенного, отказываясь оплачивать переданные результаты подрядных работ по причине не передачи подрядчиком исполнительно-технической документации, заказчик обязан доказать, что отсутствие такой документации исключает возможность использования результата работ для целей, указанных в договоре. Сам по себе факт непредставления исполнительной документации не может являться основанием для отказа от оплаты выполненных работ.

Из материалов дела усматривается, что истец 20.02.2017 передал ответчику имеющуюся у него исполнительную документацию, что подтверждается актом приема-передачи документов и реестрами исполнительной документации, на которых имеются подписи представителей сторон (т. 2, л. д. 123 – 143).

По доводу об отсутствии согласования актов формы КС-2 с представителем технического надзора суд первой инстанции обоснованно принял во внимание следующее.

Между учреждением (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Реставратор» (далее – ООО «Реставратор») (исполнитель) 18.11.2016 заключен контракт № 0127200000216006170 (т. 2, л. д. 2 – 15), в соответствии с которым исполнитель обязуется оказать услуги по осуществлению технического надзора за проведением работ на объекте «Реконструкция музея-усадьбы А.К. Толстого. Брянская обл., Почепский р-н,        с. Красный Рог», а заказчик обязуется принять и оплатить оказанные услуги (пункт 1.1 договора). Пунктом 2.2.19 указанного контракта среди обязанностей исполнителя указана обязанность подписывать и заверять печатью организации акты выполненных работ (КС-2, акт приемки работ, акты скрытых работ и так далее).

Вместе с тем, 30.12.2016 контракт № 0127200000216006170 от 18.11.2016 расторгнут ООО «Реставратор» и учреждением по соглашению сторон в связи с отсутствием разрешительных документов на проведение работ по объекту. Сумма фактически выполненных и оплаченных работ по контракту составила 0 рублей (т. 2,                           л. д. 1).

При этом самим ответчиком, как лицом, на которое контрактом возложена обязанность осуществлять контроль за выполнением работ по объекту, не доказано, что на момент составления актов формы КС-2 и проведения приемки выполненных работ ООО «Реставратор» осуществляло функции технического надзора и могло подписать оформленные подрядчиком отчетные документы.

На момент направления ответчиком ответа на претензию 29.03.2017 с приложенными к нему возражениями по отказу от подписания актов формы КС-2, факт получения которого истцом подтвержден материалами дела, контракт с ООО «Реставратор» был расторгнут.

Оценивая довод ответчика о том, что подрядчик не должен был приступать к выполнению работ без получения разрешения на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия и наличия положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Условиями контракта от 19.09.2016 предусмотрено, что подрядчик обязуется выполнять работы на объекте на основании проектно-сметной документации.

В свою очередь, пунктом 5.1.1 контракта на заказчика возложена обязанность в течение 10 дней с момента заключения контракта передать подрядчику проектно-сметную документацию.

После заключения контракта подрядчику была передана проектная документация, выполненная ООО «Профреставрация» и ООО «Гражданпроект-Плюс» в 2016, а также копия акта государственной историко-культурной экспертизы научно-проектной документации для проведения работ по сохранению объекта культурного наследия федерального значения «Дом (флигель) усадьбы «Красный Рог», в котором жил поэт Толстой Алексей Константинович, от 20.09.2016.

Факт передачи подрядчику поименованной документации подтверждается накладной на передачу документации по объекту от 06.10.2016.

Кроме того, истцу передано задание на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия (памятника истории и культуры) народов Российской Федерации, согласованное учреждением и утвержденное департаментом 08.06.2016.

Письмом от 01.11.2016 № 0120/253 департамент, являющийся главным распорядителем средств федерального и областного бюджетов, согласовал проектную документацию в полном составе по объекту (т. 2, л. д. 162).

Учреждение письмом от 02.11.2016 № 01-05/620/1, адресованным ФАУ «Главгосэкспертиза России», согласовало проектную документацию по объекту в полном объеме (т. 2, л. д. 161). 

Как пояснил истец, указанные письма были ему переданы.

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что подготовленная ООО «Профреставрация» документация по объекту не получила положительное заключение государственной экспертизы.

Согласно пункту 5.1 части 1 статьи 6 Градостроительного кодекса Российской Федерации к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в области градостроительной деятельности относится, в том числе организация и проведение государственной экспертизы проектной документации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) федерального значения (в случае, если при проведении работ по сохранению объекта культурного наследия федерального значения затрагиваются конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности такого объекта), а также результатов инженерных изысканий, выполняемых для подготовки проектной документации указанных в настоящем пункте объектов.

В соответствии с частью 3.4 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации государственной экспертизе подлежат проектная документация и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой документации, объектов, указанных в пункте 5.1 части 1 статьи 6 настоящего Кодекса.

Проектная документация представляет собой документацию, содержащую материалы в текстовой и графической формах и (или) в форме информационной модели и определяющую архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства, реконструкции объектов капитального строительства, их частей, капитального ремонта (часть 2 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Частью 15.1 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что особенности подготовки, согласования и утверждения проектной документации, необходимой для проведения работ по сохранению объекта культурного наследия, устанавливаются законодательством Российской Федерации об охране объектов культурного наследия.

Согласно части 1 статьи 45 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ) работы по сохранению объекта культурного наследия, включенного в реестр, или выявленного объекта культурного наследия проводятся на основании задания на проведение указанных работ, разрешения на проведение указанных работ, выданных органом охраны объектов культурного наследия, указанным в пункте 2 настоящей статьи, проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, включенного в реестр, или выявленного объекта культурного наследия, согласованной соответствующим органом охраны объектов культурного наследия, указанным в пункте 2 настоящей статьи, а также при условии осуществления технического, авторского надзора и государственного надзора в области охраны объектов культурного наследия за их проведением. 

В случае, если при проведении работ по сохранению объекта культурного наследия, включенного в реестр, или выявленного объекта культурного наследия затрагиваются конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности объекта, указанные работы проводятся также при наличии положительного заключения государственной экспертизы проектной документации, предоставляемого в соответствии с требованиями Градостроительного кодекса Российской Федерации, и при условии осуществления государственного строительного надзора за указанными работами и государственного надзора в области охраны объектов культурного наследия.

По смыслу части 1 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации именно на застройщика или технического заказчика возложена обязанность направлять проектную документацию и результаты инженерных изысканий на государственную экспертизу. Согласно статье 762 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оказывать содействие подрядчику в выполнении проектных и изыскательских работ в объеме и на условиях, предусмотренных в договоре.

Пунктом 5.1.1 контракта предусмотрена обязанность заказчика (ответчика) в течение 10 дней с момента заключения контракта передать подрядчику (истцу) проектно-сметную документацию. 

Разработка проектной документации не являлась обязательством истца. 

ФАУ «Главгосэкспертиза России» 10.10.2017 выдало положительное заключение государственной экспертизы № 1087-17/ГТЭ-10195/05 (приложение т. 1, л. д. 69 – 168) в отношении проектной документации и результатов инженерных изысканий по объекту капитального строительства «Реконструкция музея-усадьбы А.К. Толстого. Брянская обл., Почепский р-н, с. Красный Рог», разработанной ООО «Профреставрация».

ФАУ «Главгосэкспертиза России» письмом от 22.12.2016 № 6033-16/ГГЭ-10195/10 направило учреждению замечания по материалам, представленным для проведения проверки достоверности определения сметной стоимости объекта капитального строительства на проектной документации, просило в 10-дневный срок представить откорректированную сметную документацию и ответы на замечания с обоснованием физических объемов работ в проектных материалах, перечень представленной сметной документации, в которую внесены соответствующие изменения, и сметную документацию, откорректированную по экспертным замечаниям в установленном порядке. Указало, что в случае непредставления указанных материалов в установленный срок ФАУ «Главгосэкспертиза России» в соответствии с условиями договора приступит к подготовке отрицательного заключения (т. 2, л. д. 33 – 51).

В разделе 2. «Общие замечания» отражено, что в 2016 ФАУ «Главгосэкспертиза России» была проведена экспертиза проектной документации и проверка достоверности определения сметной стоимости объекта капитального строительства по проектной документации и выданы положительные заключения по проектной документации от 02.02.2016 № 120-16/ГГЭ-10195/05 и по сметной документации от 02.02.2016                      № 121-16/ГГЭ-10195/10. На экспертизу представлена сметная документация на полный объем работ с учетом ранее рассмотренного проекта и объемов корректировки. При повторной проверке проектной документации экспертизе подлежит часть ее, в которую были внесены изменения, а также совместимость изменений с проектной документацией, получившей положительное заключение.

В письме от 23.12.2016 № 0120/291, адресованном ФАУ «Главгосэкспертиза России»,  департамент сообщил, что при подготовке летом 2016 документов на конкурсные процедуры для определения подрядчиков на выполнение работ, выяснилось, что текущее техническое состояние объектов усадьбы отличается от состояния на момент проведения обследования зданий и принятые ранее проектные решения не обеспечивают полную конструктивную надежность зданий и сооружений. При таких обстоятельствах заказчиком было принято решение о разработке проектно-сметной документации по объекту на основании новых технических обследований зданий и разработки проектных решений, которые обеспечат конструктивную надежность и безопасность объектов реконструкции музея-усадьбы. Реализация проекта, разработанного проектной организацией «Научно-исследовательская независимая экспертиза имени П.М. Третьякова», на который были ранее получены положительные заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», не осуществляется и осуществляться не будет (т. 2, л. д. 163).

ФАУ «Главгосэкспертиза России» 11.10.2017 выдало отрицательное заключение                № 1089-17/ГГЭ-10195/10 по объекту капитального строительства, в котором отражено, что сметная стоимость строительства объекта капитального строительства определена недостоверно (т. 2, л. д. 65 – 85).

Вместе с тем, в рамках дела № А09-7906/2016, рассмотренного Арбитражным судом Брянской области, установлено, что 30.04.2014 в целях реализации Плана мероприятий по подготовке к празднованию в 2017 году 200-летия со дня рождения А.К. Толстого, утвержденного Правительством Российской Федерации, между учреждением (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательская независимая экспертиза имени П.М. Третьякова» (подрядчик) (далее – ООО «НИНЭ                               им. П.М. Третьякова») заключен контракт № 01-ОП-2014 с дополнительными соглашениями от 30.06.2014, от 01.12.2014, от 15.12.2014, от 30.04.2015, от 28.07.2015, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы на объекте культурного наследия по обследованию зданий и парка; разработать проекты работ по организации сноса и реконструкции неисторических зданий, проект реконструкции инженерных сетей, проект благоустройства парка; разработать научно-проектную документацию на реконструкцию объектов (флигель ФИО10, дворовый флигель, погреб, прачечная) «Литературно-мемориального музея-усадьбы А.К. Толстого» – филиала учреждения (далее – объект), расположенного по адресу: с. Красный Рог Почепского района Брянской области; обеспечить проведение и получение положительного заключения государственной историко-культурной экспертизы.

Решением арбитражного суда от 25.04.2018 по делу № А09-7906/2016, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, с учреждения в пользу ООО «НИНЭ им. П.М. Третьякова» взыскано 11 924 101 рублей 53 копейки задолженности за работы, выполненные по контракту от 30.04.2014 № 01-ОП-2014, и 1 069 095 рублей 07 копеек неустойки за просрочку оплаты. Судом установлен факт выполнения ООО «НИНЭ им. П.М. Третьякова» работ по контракту от 30.04.2014 № 01-ОП-2014, что подтверждается актом приема-передачи проектно-сметной документации от 17.07.2015, подписанным сторонами без разногласий. ФАУ «Главгосэкспертиза России», в рамках своих полномочий, установленных частями 1, 4 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации, провело государственную экспертизу проектной документации и результатов инженерных изысканий по объекту «Реконструкция музея-усадьбы              А.К. Толстого. Брянская обл., Почепский р-н, с. Красный Рог», по результатам которой было выдано положительное заключение государственной экспертизы от 02.02.2016         № 120-16/ГГЭ-10195/05. 

Письмом от 05.02.2016 № 0553-16/ГГЭ-10195-05 ФАУ «Главгосэкспертиза России» передало учреждению заключение и комплект документации, что подтверждается соответствующей отметкой о получении от 08.02.2016. Таким образом, на момент проведения торгов у ответчика имелась проектно-сметная документация по спорному объекту, получившая положительное заключение ФАУ «Главгосэкспертиза России», однако она не была им размещена в составе конкурсной документации.

Согласно части 1 статьи 34 Закона № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных извещением об осуществлении закупки или приглашением принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документацией о закупке, заявкой, окончательным предложением участника закупки, с которым заключается контракт, за исключением случаев, в которых в соответствии с настоящим Федеральным законом извещение об осуществлении закупки или приглашение принять участие в определении поставщика (подрядчика, исполнителя), документация о закупке, заявка, окончательное предложение, не предусмотрены.

Статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно статье 6 Закона № 44-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, профессионализма заказчиков, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок. Статьей 9 Закона № 44-ФЗ установлено, что контрактная система в сфере закупок предусматривает осуществление деятельности заказчика, специализированной организации и контрольного органа в сфере закупок на профессиональной основе с привлечением квалифицированных специалистов, обладающих теоретическими знаниями и навыками в сфере закупок.

Исходя из толкования приведенных норм Закона № 44-ФЗ, следует, что заказчик обязан, имея намерение заключить контракт и достичь получения положительного результата его исполнения, подготовить весь необходимый пакет документов, среди которых в настоящем случае должно быть положительное заключение государственной экспертизы проектно-сметной документации ФАУ «Главгосэкспертиза России» и государственная историко-культурная экспертиза научно-проектной документации, подготовленной ООО «Профреставрация».

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции об обоснованности позиции истца о том, что факт размещения ответчиком в составе конкурсной документации материалов проектно-сметной документации, проведения конкурса и заключения контракта давали обществу основания полагать, что данная документация подготовлена в соответствии со всеми действующими нормами и правилами.

Как следует из пояснений ответчика, учитывая большую длительность разрешительно-подготовительных процедур и важность для области реконструкции музея-усадьбы А.К. Толстого в преддверии 200-летнего юбилея, учреждение согласилось проводить закупку в отсутствие положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России» в отношении документации ООО «Профреставрация».

Согласно части 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Учитывая, что общество (подрядчик), предполагая добросовестность действий учреждения (заказчика), выполняло работы в соответствии с размещенной в составе конкурсной документации проектно-сметной документации и переданной ему заказчиком, на него не может быть возложена ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств ответчиком, не совершившим действий по получению положительного заключения проектно-сметной документации.

В качестве возражения по иску ответчик также указывал, что неоднократно обращался к истцу с предложением о расторжении контракта по соглашению сторон без исполнения в связи с отсутствием положительных заключений государственной историко-культурной экспертизы и ФАУ «Главгосэкспертиза России», в качестве доказательства представил письма от 13.12.2016 № 01-05/734/2 (т. 3, л. д. 14 – 16) и от 20.01.2017 (т. 3,      л. д. 17 – 19).

Поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих направление истцу указанных писем, а истец отрицал их получение, суд первой инстанции обоснованно не принял их в качестве надлежащих доказательств по делу.

Полагая, что истец не должен был приступать к выполнению работ на объекте без всех разрешительных документов и положительного заключения государственной экспертизы, ответчик не представил доказательств, подтверждающих правомерность размещения им на торги проектно-сметной документации, не получившей положительное заключение государственной экспертизы, при наличии ранее полученной (08.02.2016) документации с положительным заключением.

Письмом от 23.12.2016 № 1-4/109 управление согласовало проектную документацию ООО «Профреставрация» (т. 2, л. д. 159). Письмом от 23.12.2016 № 1-4/110 управление согласовало техническое заключение о состоянии строительных конструкций и грунтов основания по объекту культурного наследия федерального значения «Дом» (гостевой флигель) музея-усадьбы А.К. Толстого (т. 2, л. д. 160).

15.02.2017 проведена государственная историко-культурная экспертиза научно-проектной документации ООО «Профреставрация», о чем составлен акт (т. 3, л. д. 74 – 76).

Управлением 31.03.2017 выдано согласование проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия № 1-1/254 (т. 3, л. д. 80).

Указанные согласования получены фактически после окончания выполнения подрядчиком работ на объекте; заказчиком не обоснованы причины неполучения необходимых документов до объявления конкурса на проведение работ по объекту.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что на протяжении производства работ в период с сентября по декабрь 2016 ответчик не заявлял каких-либо возражений относительно выполнения истцом работ на объекте, не поставил подрядчика в известность о том, что отсутствуют необходимые положительные заключения экспертиз проектно-сметной документации.

Как указано истцом и не опровергнуто ответчиком, на объекте неоднократно проводились выездные совещания с участием представителей подрядчика, заказчика, департамента и управления, на совещаниях обсуждался ход производства работ, что подтверждается письмом от 11.11.2016 № 97/16. Этим же письмом истец уведомлял заказчика о невозможности выполнения работ в полном объеме по причине не принятия решений по демонтажу надземной части зданий и невыплаты аванса; ответа на данное письмо от заказчика не последовало.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что невыполнение истцом работ в полном объеме, предусмотренном контрактом, фактически обусловлено недобросовестным поведением заказчика, выразившемся в неполучении необходимых согласований и положительных заключений государственных экспертиз, а также невыплатой аванса, предусмотренного контрактом.

Согласно части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (часть 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции правомерно расценил вышеуказанные действия ответчика как злоупотребление правом.

Заявляя о наличии недостатков в выполненных истцом работах, ответчик и выступающие в его интересах третьи лица не представили достоверных сведений, свидетельствующих о наличии недостатков в выполненных истцом работах, влекущих невозможность использовать результат работ по назначению; доказательств предъявления ответчиком претензий по качеству работ истцу в материалы дела не представлено.

Согласно части 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза.

Ходатайства о назначении экспертизы по вопросу определения объема и стоимости работ, выполненных с недостатками, ни ответчиком, ни третьими лицами не заявлено.

Поскольку ходатайство о назначении экспертизы не поступило, арбитражный суд, руководствуясь пунктом 3 постановления № 23, осуществил верную оценку требований и возражений сторон с учетом положений статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания, исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В ходе рассмотрения дела с целью определения объема и стоимости фактически выполненных обществом работ по контракту от 19.09.2016 в соответствии с проектной документацией, получившей положительное заключение государственной экспертизы ФАУ «Главгосэкспертиза России» от 10.10.2017 № 1087-17/ГТЭ-10195/05, и в соответствии с проектно-сметной документацией, размещенной заказчиком в рамках государственной закупки № 0127200000216004953, определением Арбитражного суда Брянской области от 03.09.2018 (т. 3, л. д. 167 – 178) по делу назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ФБУ Воронежский РЦСЭ ФИО8, ФИО7, ФИО9

Согласно заключению экспертов от 08.04.2019 № 8575/6-3 (т. 4, л. д. 30 – 144) в соответствии с положительным заключением государственной экспертизы от 10.10.2017                           № 1087-17/ГГЭ-10195/05 сметная документация на государственную экспертизу по объекту не представлялась. 

В ходе анализа представленной на исследование проектной документации, получившей положительное заключение экспертизы, установлено наличие несоответствий между представленными на исследование разделами, в связи с чем определить объем и стоимости фактически выполненных обществом работ по контракту в соответствии с документацией, получившей положительное заключение государственной экспертизы ФАУ «Главгосэкспертиза России» от 10.10.2017 № 1087-17ЛТЭ-10195/05 не представляется возможным, так как сметная документация к указанной проектной документации, в которой отражены объемы и стоимость работ по строительству объекта, на государственную экспертизу не представлялась.

При этом объемы фактически выполненных работ на спорных объектах определены экспертами, исходя из данных, полученных в ходе визуально-инструментального обследования, а также на основании представленной исполнительно-технической документации.

Экспертами составлены сравнительные таблицы, в которых приведен сравнительный анализ объемов и стоимости фактически выполненных работ, рассчитанных в ходе проведения экспертизы с объемами и стоимостью работ, отраженными в актах о приемке выполненных работ формы КС-2 от 15.12.2016 № 1 – 11, составленных и подписанных обществом, с объемами и стоимостью, отраженными в сметной документации, размещенной заказчиком в рамках государственной закупки         № 0127200000216004953 в единой информационной системе в сфере закупок в сети Интернет.

Экспертами установлено, что общество выполнило и предъявило к оплате работы на общую сумму 36 160 822 рублей 68 копеек, из них: 

– гостевой флигель (реставрация гостевого флигеля) – акты № 7 и № 11 на сумму     3 781 556 рублей 13 копеек; 

– флигель ФИО10 (разборка здания столовой) – акт № 5 на сумму 706 689 рублей 07 копеек; 

– дворовой флигель (реконструкция дворового флигеля) – акты № 6 и № 10 на сумму 5 196 506 рублей 62 копейки; 

– прачечная (реконструкция прачечной) – акт № 4 на сумму 848 657 рублей 57 копеек; 

– административное здание (разборка амбулатории и туалетов (административное здание)) – акт № 1 на сумму 383 362 рубля 60 копеек; 

– реконструкция административного здания (по факту строительства) – акты № 2 и          № 9 на сумму 3 616 754 рубля 07 копеек; 

– благоустройство и ограждение территории (озеление территории) – акт № 3 на сумму 21 628 296 рублей 62 копейки.

Эксперты определили, что общая стоимость фактически выполненных обществом работ в соответствии с проектно-сметной документацией, размещенной заказчиком в рамках государственной закупки, составляет 35 068 195 рублей 76 копеек.

Согласно частям 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации никакие доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы, каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что заключение экспертов от 08.04.2019 № 8575/6-3 оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основано на материалах дела, является полным и ясным, не содержит противоречивых выводов, сомнений в его обоснованности не установлено.

Ответчиком не представлено доказательств того, что высказанные им относительно заключения экспертизы замечания могли повлиять на выводы эксперта (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ходатайства о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы сторонами и третьими лицами не было заявлено, в связи с чем суд первой инстанции правомерно принял указанное экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу.

Оценив доводы, приведенные ответчиком в обоснование мотивов отказа от подписания спорных актов, суд пришел к правильному выводу о том, что ответчик не представил доказательства наличия мотивированных и обоснованных возражений об отказе в приемке работ и подписании спорных актов.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. 

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно части 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Факт выполнения работ на общую сумму 35 068 195 рублей 76 копеек подтвержден материалами дела. С учетом произведенной ООО «АПХ «Мираторг» оплаты в сумме        21 000 000 рублей задолженность ответчика за выполненные работы составила 14 068 195 рублей 76 копеек, доказательств ее погашения ответчиком не представлены.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность в размере         14 068 195 рублей 76 копеек.

За нарушение исполнения денежного обязательства по договору истец просил взыскать 2 560 909 рублей 26 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.03.2017 по 19.06.2019, с последующим взысканием процентов до момента фактического исполнения обязательства.

Согласно части 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Факт ненадлежащего исполнения ответчиком обязательства по оплате выполненных истцом работ в соответствии с контрактом подтверждается материалами дела.

Согласно представленному расчету истец просил взыскать с ответчика 2 560 909 рублей 26 копеек процентов за период с 28.03.2017 по 06.04.2017, начисленных на сумму неосновательного обогащения 35 068 195 рублей 76 копеек за период с 28.03.2017 по 06.04.2017 и на сумму 14 068 195 рублей 76 копеек за период с 07.04.2017 по 19.06.2019, исходя из ключевых ставок Центрального Банка Российской Федерации, действовавших в соответствующие периоды (т. 5, л. д. 27 – 28).

Как отмечено выше, фактически истцом заявлено требование о взыскании долга за выполненные работы по контракту.

Согласно пункту 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление от 24.03.2016 № 7) если законом или соглашением сторон установлена неустойка за нарушение денежного обязательства, на которую распространяется правило абзаца первого пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, то положения пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются. В этом случае взысканию подлежит неустойка, установленная законом или соглашением сторон, а не проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Аналогичное условие содержится в заключенном сторонами контракте от 19.09.2016.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 разъяснено, что если размер процентов, рассчитанных на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, превышает размер неустойки, суд при установлении факта нарушения денежного обязательства удовлетворяет исковые требования частично в пределах размера суммы неустойки, подлежащей взысканию.

Само по себе то обстоятельство, что истец обосновывает свое требование о применении меры ответственности в виде взыскания денежной суммы за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в то время как законом или соглашением сторон на случай этого нарушения предусмотрена соответствующая неустойка и денежные средства необходимо взыскать с ответчика в пользу истца на основании пункта 1 статьи 330 или пункта 1 статьи 332 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

При проверке судом расчета процентов установлено, что сумма процентов не превышает сумму законной неустойки, подлежащей взысканию в случае неисполнения заказчиком обязательств по оплате выполненных работ по государственному контракту.

В силу частей 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Заявленные ответчиком возражения относительно правомерности отказа от подписания актов о приемке выполненных работ КС-2 и, соответственно, их оплаты правильно признаны судом первой инстанции необоснованными, в связи с чем судом первой инстанции правомерно усмотрена вина учреждения в неисполнении обязательств по оплате выполненных работ.

Как отмечено выше, контракт действует до 01.02.2017 (пункт 11.1 контракта).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что указанное обстоятельство не препятствует взысканию с ответчика неустойки ввиду следующего.

Частью 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение.

Согласно пункту 67 постановления 24.03.2016 № 7 если договором установлена неустойка за неисполнение обязанностей, связанных с последствиями прекращения основного обязательства, то условие о неустойке сохраняет силу и после прекращения основного обязательства, возникшего на основании этого договора (пункт 3 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 68 постановления от 24.03.2016 № 7 окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3, 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом первой инстанции, предъявляемая к взысканию неустойка начислена не на прекращенное, а на действующее обязательство. С даты прекращения срока действия договора обязательство заказчика по оплате не прекратилось, соответственно, неустойка продолжает начисляться в соответствии с условиями контракта, аналогичными пункту 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ.

Согласно части 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Ответчик ходатайства о снижении размера неустойки не заявил.

Суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что предъявляемая истцом к взысканию неустойка соразмерна последствиям неисполнения ответчиком обязательства по оплате долга, оснований для ее уменьшения не усматривается судом.

Истец просил суд взыскать с ответчика неустойку по день фактического исполнения обязательства по уплате долга.

В соответствии с пунктом 65 постановления от 24.03.2016 № 7 по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, – иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требование истца о взыскании с ответчика неустойки подлежит удовлетворению в сумме 2 560 909 рублей 26 копеек, рассчитанной по состоянию на 19.06.2019, а также начиная с 20.06.2019 по день фактической уплаты 14 068 195 рублей 76 копеек долга, исходя из 1/300 действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации за каждый день просрочки.

Частично удовлетворяя требование ответчика о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

В частях 1 и 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

По смыслу названной нормы процессуального права разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусмотрены. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в арбитражном процессе.

Согласно правовой позиции, изложенной в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела. 

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление от 21.01.2016 № 1) определено, что судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Реализация названного права судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, учитывая при этом позицию Конституционного Суда Российской Федерации о том, что суд обязан создавать условия, при которых соблюдался бы необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон. 

В соответствии с определениями Конституционного Суда Российской Федерации от 20.10.2005 № 355-О и от 17.07.2007 № 382-О-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 № 454-О, суд не вправе уменьшать размер сумм, взыскиваемых в возмещении соответствующих расходов, произвольно, тем более, если другая сторона не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Реализация права по уменьшению суммы расходов возможна лишь в том случае, если суд признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

В силу пункта 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, должно доказать их размер и факт выплаты, а другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 11, 12, 13 постановления от 21.01.2016 № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. 

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса), данный принцип следует из смысла вышеуказанных положений. 

В силу части 1 статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Статья 48 Конституции Российской Федерации гарантирует право каждого на получение квалифицированной юридической помощи.

В обоснование размера судебных издержек обществом в материалы дела представлено договор об оказании юридической помощи (юридических услуг) от 09.01.2017, заключенный между обществом (заказчик) и адвокатом Болгаровой Татьяной Васильевной (исполнитель) (т. 1, л. д. 53 – 54), дополнительное соглашение от 09.03.2017 (т. 5, л. д. 69), платежные поручения от 06.02.2017 № 41, от 16.03.2017 № 136 на общую сумму 180 000 рублей (т. 1, л. д. 55 – 56; т. 5, л. д. 70 – 71).

В соответствии с пунктом 1.1 договора (в редакции дополнительного соглашения) исполнитель обязуется подготовить, согласовать с заказчиком и направить ответчику претензионное письмо по контракту от 19.09.2016 № 0127200000216004953, заключенному между заказчиком и учреждением. 

В случае не урегулирования спора исполнитель обязуется:

– подготовить, согласовать с заказчиком и направить учреждению исковое заявление о взыскании неосновательного обогащения и процентов за просрочку платежа;

– подать исковое заявление с приложениями в Арбитражный суд Брянской области;

– представлять интересы заказчика в судебных заседаниях;

– контролировать движение дела, исполнять определения суда, представлять необходимые доказательства, письменные и устные объяснения, заявлять необходимые ходатайства (пункт 1.2 договора в редакции дополнительного соглашения).

Вознаграждение исполнителя по договору составляет 180 000 рублей. Оплата вознаграждения производится путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет адвоката Болгаровой Т.В. или путем внесения денежных средств в кассу Адвокатского кабинета № 2593 в срок до 16.03.2017 (пункты 3.1, 3.2 договора в редакции дополнительного соглашения).

В силу пункта 5.1 договора в редакции дополнительного соглашения договор вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует до окончания оказания исполнителем услуг, указанных в пункте 1.2 договора.

Условия дополнительного соглашения применяются к отношениям сторон, возникшим 09.01.2017 (пункт 7 дополнительного соглашения).

Во исполнение принятых на себя обязательств адвокат Болгарова Т.В. подготовила следующие процессуальные документы: претензию, исковое заявление в арбитражный суд, письменные пояснения с учетом отзыва ответчика (т. 2, л. д. 117 – 122); ходатайство о проведении судебной строительно-технической экспертизы (т. 3, л. д. 109 – 111); дополнительные письменные пояснения с учетом отзывов ответчика и третьих лиц (т. 3,   л. д. 116 – 121); дополнительные письменные пояснения (т. 5, л. д. 64 –68); ходатайство о распределении судебных расходов (т. 5, л. д. 100 – 101).

Кроме того, адвокат Болгарова Т.В. приняла участие в 9 судебных заседаниях: 19.03.2018, 12.04.2018, 10.05.2018, 08.07.2018, 03.08.2018, 22.08.2018, 29.08.2018, 11.06.2019 и 08.08.2019.

Оплата истцом оказанных юридических услуг по дополнительному соглашению от 09.03.2017 в размере 180 000 рублей подтверждается платежными поручениями от 06.02.2017 № 41, от 16.03.2017 № 136 (т. 1, л. д. 55 – 56; т. 5, л. д. 70 – 71).

Таким образом, представленные в материалы дела документы подтверждают факт несения истцом расходов на оплату услуг представителя в заявленной сумме в рамках настоящего дела, что определено в предмете договора.

Ответчик не заявил о чрезмерности судебных расходов, при этом возражая против удовлетворения заявления о возмещении судебных расходов в полном объеме.

Оценка разумности судебных расходов осуществляется судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При определении разумного предела судебных издержек, понесенных истцом при рассмотрении настоящего спора, арбитражный суд принимает во внимание время на подготовку материалов квалифицированным специалистом, сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг представителей, сложность дела и его категорию, характер заявленных требований и объем проделанной работы.

В настоящем случае, дополнительным соглашением от 09.03.2017 цены за оказание конкретной юридической услуги не определены, общество и адвокат Болгарова Т.В. установили лишь общую цену договора – 180 000 рублей.

При определении разумных пределов судебных расходов по оплате услуг представителя суд первой инстанции обоснованно принял во внимание условия дополнительного соглашения от 09.03.2017, объем фактически оказанных услуг в рамках настоящего дела (подготовка претензии, искового заявления, участие в девяти судебных заседаниях суда первой инстанции), продолжительность судебных заседаний, характер и сложность настоящего спора, обусловленную значительным объемом доказательственной базы, проведением экспертизы по делу, наличием возражений со стороны ответчика и третьих лиц, учитывая сложившуюся в регионе (Брянской области) стоимость оплаты аналогичных услуг за ведение арбитражных дел: 

– составление правовых документов (заявлений, жалоб, исковых заявлений) – в зависимости от сложности, но не менее 5 000 рублей; 

– представительство в арбитражном суде первой инстанции – от 7 % оспариваемой суммы либо цены иска, но не менее 10 000 рублей за один день участия (раздел 6.4 Рекомендаций по оплате юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, учреждениям, организациям, предприятиям, утвержденных Советом Адвокатской палаты Брянской области 25.03.2014 (далее – рекомендации по оплате юридической помощи)).

При этом судом первой инстанции правомерно учтены разъяснения, изложенные в пункте 3 раздела 6.4 рекомендаций по оплате юридической помощи, указывающих, что суммы вознаграждения фиксируют минимальный уровень сложившейся в Брянской области стоимости оплаты юридической помощи адвокатов, в том числе и для целей применения критерия разумности, установленного в части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Размер вознаграждения может быть увеличен в зависимости от сложности дела. Сложность дела определяется наличием любого из следующих обстоятельств: состав лиц, участвующих в деле, более двух; объем дела (количество томов в деле превышает два); производство экспертизы по делу; иные обстоятельства, влияющие на сложность.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о том, что разумными являются расходы общества оплату услуг представителя в размере 130 000 рублей (7 000 рублей за составление искового заявления + 3 000 рублей за составление претензии + 30 000 рублей (по 6 000 рублей за подготовку пояснения и ходатайств о назначении экспертизы и о распределении судебных расходов) + 90 000 рублей за участие в 9-ти судебных заседаниях).

При этом судом первой инстанции обоснованно учтено, что расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора (пункт 15 постановления от 21.01.2016           № 1). Оснований для переоценки указанных выводов и обстоятельств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Проанализировав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с выводами суда и установленными обстоятельствами, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены принятого обжалуемого законного и обоснованного судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным         статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии с частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных                  в связи с подачей апелляционной жалобы. 

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Таким образом, государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей, уплаченная по платежному поручению от 05.09.2019 № 1767709 (т. 6, л. д. 10), относится на заявителя – учреждение.

Поскольку ходатайство ответчика о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения, денежные средства в размере 150 000 рублей, уплаченные по платежному поручению от 25.11.2019 № 2248560 (т. 7, л. д. 1) подлежат возврату с депозитного счета Двадцатого арбитражного апелляционного суда после предоставления банковских реквизитов.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 15.08.2019 по делу № А09-1878/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения культуры «Брянский государственный краеведческий музей» (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме. 

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья           Е.В. Рыжова 

Судьи                       Л.А. Капустина

                                                                                                                                Н.В. Заикина