ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-55415/16

29 августа 2018 года

Город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 29  августа 2018 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Холодковой Ю.Е., Федуловой Л.В.,

при участии в заседании: 

от ФИО1 – не явился, извещен

от АО «Риетуму банка» - ФИО2 – дов. от 19.01.2018

от финансового управляющего – ФИО3 Э.Ф.О. – дов. от 15.06.2018, ФИО4 – дов. от 21.08.2018

от ФИО5 – ФИО6 – дов. от 27.09.2017

рассмотрев 22 августа 2018 года в судебном заседании кассационную жалобу АО «Риетуму банка»,

на определение от 26 декабря 2017 года

Арбитражного суда Московской области,

вынесенное судьей Денисенко А.Э.,

на постановление от 24 апреля 2018 года

Десятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Коротковой Е.Н., Гараевой Н.Я., Мизяк В.П.,

по заявлению АО «Риетуму Банка» об оспаривании сделки должника

договор купли-продажи недвижимого имущества от 03.06.2016,

заключенный между ФИО1 и ФИО5, в рамках дела о

несостоятельности (банкротстве) ФИО1            

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.12.2017 должникФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства - реализация имущества, финансовым управляющим назначен ФИО7.

         АО «Риетуму Банка» (далее – Банк) обратилось в суд с заявлением о признании недействительной  сделкой – договор купли-продажи недвижимого имущества от 03.06.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО5, применении последствий признания ее недействительной.

         Определением Арбитражного суда Московской области от 26.12.2017, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2018,  в удовлетворении заявленных требований отказано.

          Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, Банк обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт, которым признать недействительным договор купли-продажи от 03.06.2016, заключенный между ФИО1 и ФИО5 и применить последствия недействительности данной сделки, возвратив недвижимое имущество в конкурсную массу должника.

         В обоснование кассационной жалобы её податель ссылается на неправильное применение судами норм материального и норм процессуального права, отсутствие надлежащего исследования представленных сторонами обособленного спора доказательств, судами не дана оценка экономической невозможности совершения сделки покупателем, не в полной мере исследовано понятие «неравноценности встречного исполнения», суды не проверили добросовестность сторон сделки при её заключении, суды не исследовали обстоятельства сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в материалах дела отсутствует заключение органа опеки и попечительства. 

         Представитель ФИО5, представил отзыв на кассационную жалобу, в отношения её удовлетворения возражал. 

         Представители финансового управляющего должника  представили отзыв на кассационную жалобы, просили её удовлетворить.

        Представленные представителями ФИО5 и финансового управляющего должника отзывы на кассационную жалобу судебной коллегией приобщены к материалам дела. 

        Должник в судебное заседание явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

        В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

         Отводов суду заявлено не было.

        Изучив материалы обособленного спора, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

         Как следует из материалов дела и установлено судами  03.06.2016 между ФИО8 и ФИО5 был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ФИО8 передал ФИО5:

         земельный участок, кадастровый № 50:20:0010516:21, общей площадью 1490 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район,Барвихинский с.о., дер. Усово, уч. 20, государственная рег. запись № 50-01.20-23.2002-42.1 от 10.04.2002 (далее - земельный участок площадью 1490 кв. м.,);

         земельный участок, кадастровый № 50:20:0010516:172, общей площадью 625 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, Барвихинский с.о., дер. Усово, уч. 19, государственная рег. запись № 50-50-96/100/2011-032 от 03.09.2011 (далее - земельный участок площадью 625 кв.м.,);

          жилой дом, кадастровый № 50:20:0010508:613, общей площадью 435,2 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, Барвихинский с.о., 

<

...>, государственная рег. запись № 50-01/20-60/2003-534.1 от 26.09.2003 (далее – жилой дом).

           Банк, полагая, что указанная сделка должника, является недействительной по основаниям, предусмотренными положениями статей 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

           Отказывая в удовлетворении заявления Банка, суд первой инстанции исходил из того, что расчеты по сделке произведены в полном объеме, что подтверждается решением Одинцовского городского суда Московской области от 22 ноября 2016 года по делу № 2-12179/2016.

          В целях установления рыночной стоимости объектов недвижимости  судом назначена судебная экспертиза, согласно заключению которой, рыночная стоимость составляет: земельного участка площадью 1490 кв. м. - 60 100 000 руб.; земельного участка площадью 625 кв. м. - 25 200 000  руб.; жилого дома  - 125 100 000   рублей.

         Суд первой инстанции сделал вывод о том, что представленное в материалы дела экспертное заключение опровергает доводы заявителя о неравноценном встречном исполнении обязательств, поскольку стоимость, уплаченная ФИО5 по договору купли-продажи от 03.06.2016, как указал суд «не превышает рыночной стоимости, определенной в результате проведения судебной экспертизы.».

         Довод Банка о том, что на момент подписания договора купли-продажи от03.06.2016 в Управлении Росреестра по Московской области  зарегистрирован арест (запрет) на совершение каких-либо сделок с вышеуказанным имуществом, судом отклонен по мотиву того, что вынесенное 18.03.2016 Одинцовским городским судом определение о принятии обеспечительных мер в виде ареста вышеуказанного имущества в связи со взысканием денежного долга с ФИО1, ФИО9 в размере 7 446 509,12 долларов США Московским областным судом отменено 01.06.2016.

         Суд исходил из того, что согласно расписке в получении документов на государственную регистрацию из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 17.06.2016 датой внесения записи о прекращении права ограничения (обременения) на основании определения Московского областного суда от 01.03.2016 является 29.06.2016, сделав вывод о том, что в материалы дела не представлено доказательств обременения в отношении имущества на момент регистрации права собственности ФИО5

         Суд апелляционной инстанции, поддержав выводы суда первой инстанции, указал, что согласно экспертному заключению стоимость вышеуказанных объектов недвижимости по состоянию на 03.06.2016 составляет 125 100 000 руб.

         Суд апелляционной инстанции учел представленные по его запросу    кадастровые выписки в отношении вышеуказанных объектов недвижимости, согласно которым кадастровая стоимость объектов недвижимости по состоянию на 03.06.2016 составляет 33 387 369 руб. 07 коп.

         В связи с чем, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что довод кредитора о том, что должник реализовал объекты, являющиеся предметом оспариваемой сделки по заниженной цене, является несостоятельным.

        Довод апелляционной жалобы о необоснованном применении ст.69 АПК РФ  признан несостоятельным, поскольку, как посчитал суд, в данном случае круг лиц, участвующих в обособленном споре в деле о банкротстве и в деле, рассмотренном судом общей юрисдикции, совпадает, а обстоятельствам безвозмездности сделки дана оценка судом общей юрисдикции при проверки сделки на предмет ничтожности.

        Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований полагать, что должник не получил равноценного встречного обеспечения по оспариваемому договору, не имеется.

         Довод Банка о том, что данная сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судами признан  несостоятельным в связи с тем, что  кредитором не доказана совокупность оснований для признания спорного договора купли – продажи недействительным, ввиду отсутствия доказательств того, что на момент заключения договора должник отвечал признакам неплатежеспособности, а также наличия цели причинения вреда кредиторам и осведомленности ФИО5 об этой цели, при этом сделка для должника, как указали суды, являлась возмездной.

         Между тем судами не учтено следующее.

        Обращаясь с заявлением в суд, Банк в обоснование совей позиции и приводимых доводов ссылался на нормы статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 ГК РФ.

        Оценивая доводы о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях сторон сделки осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

        Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

        Верховный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать допущенные должником и его контрагентами злоупотребления.

      В данном случае определением суда от 25.08.2016 г. принято к производству заявление Банка о признании должника банкротом, возбуждено производство по делу. 

       Оспариваемая сделка заключена 03.06.2016 г., то есть в  течение года до принятия заявления о признании должника банкротом.

          Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестность контрагента), не требуется.

         Учитывая данные разъяснения, действительность договора должна оцениваться только применительно к правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

        Согласно абзацу пятому пункта 8 Постановление № 63 на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

          По смыслу названного разъяснения могут оспариваться в качестве неравноценных в том числе сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено в полном объеме. По сути, такое условие соглашения о полном размере стоимости прикрывает (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) собою условие о фактической (меньшей) стоимости предоставления контрагента, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки.

          Применительно к данному обособленному спору Банк и финансовый управляющий должника ссылались то, что сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, сделка совершена безвозмездно и в отношении заинтересованного лица, утверждая также то, что после совершения сделки по передаче имущества должник пользовался и соответственно владел жилым домом и земельными участками, сторона сделки (ФИО5) к моменту совершения сделки знала и должна была знать о цели должника, направленной на причинение вреда имущественным правам кредиторов, а также ссылались на экономическую невозможность совершения сделки покупателем. 

           В частности, Банк указывал, что два земельных участка и жилой дом стоимостью 240 млн. рублей не могли быть приобретены ФИО5, так как он не имел финансовой возможности для приобретения указанной недвижимости. При этом в дополнении к отзыву (т. 4 л.д. 19-24) ФИО5 указывал на то, что на денежные средства, составляющие его сбережения и сбережения его сестры (ФИО10) за период 2014-2016 г.г. была приобретена недвижимость.

         Между тем, Банк ссылался на то, что оказание ФИО5 его сестрой столь значительной финансовой помощи для приобретения недвижимого имущества не доказано, не имеется правовых оснований учитывать денежные средства, принадлежащие ФИО10 в числе средств для приобретения недвижимости в том числе и потому, что брат и сестра по смыслу гражданского и семейного законодательства не являются лицами, ведущими совместное хозяйство, а суд должен был учесть денежные средства покупателя недвижимости, которые были у него в наличии к моменту передачи ФИО1 , доказательств аккумулирования и движения 240 млн. рублей с целью приобретения недвижимости сторонами сделки не представлены и судами не устанавливались. 

        Банк обращал внимание суда на то, что должником не раскрыты доказательства, свидетельствующие о дальнейшем использовании якобы полученной от продажи недвижимости суммы.  

        В этой связи суду необходимо было также учесть разъяснения, содержащиеся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) согласно которым, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

         Таким образом, доводы Банка и финансового управляющего должника о том, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве), судом первой инстанции не проверены.

         Выводы судов: первой инстанции - о том, что решением Одинцовского городского суда Московской области  от 22.11.2016 по делу № 2-12179/2016 установлено, что расчеты по сделке сторонами проведены в полном объеме и апелляционной инстанции: - о том, что в данном случае круг лиц, участвующих в обособленном споре в деле о банкротстве, и в деле, рассмотренном судом общей юрисдикции, совпадает, обстоятельствам возмездности сделки дана оценка судом общей юрисдикции при проверки сделки на предмет ничтожности являются ошибочными.

        В соответствии с пунктом 14 Постановления № 35 основным участвующим в деле о банкротстве лицам (далее - основные участники дела о банкротстве), которые также признаются непосредственными участниками всех обособленных споров в судах всех инстанций,  является в том числе арбитражный управляющий.

        Банк обращал внимание судов на то, что состав лиц, участвующих в деле, которое рассматривал суд общей юрисдикции,  а также в данном обособленном споре в рамках дела о банкротстве должника, являются различными, а также на то, что суд общей юрисдикции в деле № 2-12179/2016 не рассматривал спор по заявленным предмету и основаниям с применение норм Закона о банкротстве, суд не устанавливал факт оплаты по сделке на основании доказательств, которые подтверждали платежи,  а о том, что расчеты произведены судом установлено лишь из объяснений представителей сторон (страница 2 решения суда по делу № 2-12179/2016), финансовый управляющий должника не участвовал в споре, рассмотренном судом общей юрисдикции.     

        Таким образом, вывод судов о том, что решение суда общей юрисдикции имеет преюдициальное значение для разрешения данного обособленного спора является ошибочным.

        Необходимо также дать оценку доводу Банка о том, что проверяя добросовестность сторон при заключении и исполнении оспариваемой сделки, необходимо было обратить внимание и дать оценку тому, что арестованная Одинцовским городским судом Московской области недвижимость была передана по акту продавцом покупателю, который не мог не знать о судебных разбирательствах с этой недвижимостью. Банк утверждал, что свидетельством того, что ФИО5 знал о судебных спорах в отношении предмета сделки является то, что одно и то же лицо представляло сторон оспариваемой сделки в органах Росреестра при регистрации, в т. ч. осуществляя действия, связанные с аннулированием записей, связанных с арестом недвижимости, обращая внимание судов на то, что сделка была совершена 03.06.2016, тогда, как только 28.06.2016 сняты аресты.    

        В соответствии с пунктом  4  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» внесенная в государственный реестр отметка о возражении лица, соответствующее право которого было зарегистрировано ранее, или отметка о наличии судебного спора в отношении зарегистрированного права не препятствует осуществлению регистрации прав на имущество (пункт 7 статьи 8.1 ГК РФ). Наличие указанных отметок также не препятствует принятию судом обеспечительных мер в отношении этого имущества.

        Правовым последствием внесения указанных отметок является то, что лицо, обратившееся за регистрацией права на имущество в тот момент, когда в отношении этого имущества в государственном реестре содержалась отметка, считается знавшим о соответствующем притязании в случае спора с лицом, по требованию или заявлению которого была внесена эта отметка (абзац второй пункта 6 статьи 8.1 ГК РФ).

        В соответствии с частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

          В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 в силу  нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

        а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

        б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

         в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

         Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

          а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

         б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 Постановления № 63).

         Банк обращал внимание суда первой инстанции на то, что на момент сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, так как общий размер основного долга и процентов, установленный решением третейского суда на дату сделки (03.06.2016) составлял 7 888 342.90 долларов США или 526 539 789 руб. 07 коп., сумма долга подтверждена судами общей юрисдикции, а также в рамках дел № А41-55415/2016 и № А41-55412/2016; должник прекратил исполнение обязательств по кредитному договору перед Банком с 2015 г. 

        Следовательно, размер денежных обязательств должника мог значительно превышать стоимость имущества (активов) должника, что могло свидетельствовать о недостаточности имущества должника. 

        Данные доводы Банка, а также доводы финансового управляющего должника, изложенные в представленном им отзыве (т. 2 л. д. 1-10) нуждались в проверке судами.

        В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

         В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

        Означенная норма закона так же предусматривает, что неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств, или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

         В соответствии с частью 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

         Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из следующих обстоятельств:

        гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил;

        более чем десять процентов совокупного размера денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, которые имеются у гражданина и срок исполнения которых наступил, не исполнены им в течение более чем одного месяца со дня, когда такие обязательства и (или) обязанность должны быть исполнены;

         размер задолженности гражданина превышает стоимость его имущества, в том числе права требования;

         наличие постановления об окончании исполнительного производства в связи с тем, что у гражданина отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание.

        Таким образом, Банк и финансовый управляющий приводили убедительные доводы и ссылались не только на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но и на то, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным права кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, так как из конкурсной массы должника выбыл единственный актив,  а другая сторона сделки была осведомлена об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

        Суд кассационной инстанции считает выводы судов сделанными по неполно установленным обстоятельствам вследствие неполного исследования имеющихся в деле доказательств и неправильного применения норм права.

При не полно установленных судами обстоятельствах, суд кассационной инстанции считает, что судебные акты не являются законными и обоснованными, в связи с чем, в соответствии с частями 1-3 статьи 288 АПК РФ указанные судебные акты подлежат отмене.

Так как для принятия обоснованного и законного решения требуется установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий,  обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 названного Кодекса подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Московской области.

При новом рассмотрении суду первой инстанции необходимо учесть вышеизложенное, всесторонне и полно установить юридически значимые обстоятельства дела, дать надлежащую правовую оценку имеющимся в деле доказательствам в их совокупности и взаимной связи, рассмотреть спор по заявленным Банком основаниям,  проверить в полном объеме доводы сторон и при правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права принять законное и обоснованное решение.

          Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального      кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 26 декабря 2017 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24 апреля 2018 года  по делу № А41-55415/16 отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий судья                                            Н.Я. Мысак

Судьи:                                                                                        Ю.Е. Холодкова

                                                                                                     Л.В. Федулова