ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-31747/2017к12

г. Красноярск

16 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «09» октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен          «16» октября 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Радзиховской В.В.,

судей: Яковенко И.В.,  Морозовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: от финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 31.08.2023 исх. № 1-01, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 11 августа 2023 года по делу № А33-31747/2017к12,

установил:

в рамках дела о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – должник) 10.01.2020 поступило заявление от финансового управляющего имуществом должника ФИО5 о признании сделки должника недействительной. Согласно заявлению финансовый управляющий просит суд (с учетом уточнения, принятого в судебном заседании 16.05.2023):

1.  Признать недействительной единую сделку, оформленную договором дарения между ФИО2 и ФИО6 28.10.2016, договором дарения между ФИО6 и ФИО7 в лице ФИО6 от 06.10.2017 в отношении:

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 24:57:0000043:758, общей площадью 1553+/-13,79 кв.м., категория земель : земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, участок 39;

- ? доли в праве общей долевой собственности на жилое здание, объект индивидуального жилищного строительства, общей площадью 293,3 кв.м., количество этажей 2, в том числе подземных один, кадастровый номер: 24:570000043:1484, расположенное по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, д. 39;

- нежилого здания, хозяйственная постройка, общей площадью 25,4 кв.м., количество этажей 1, кадастровый номер: 24:27:0000043:1623, расположенное по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, д. 39;

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу спорного имущества.

2.  Признать недействительной сделку, оформленную договором дарения между ФИО2 и ФИО8 в лице ФИО6 от 21.10.2016, договором купли-продажи между ФИО8 и Суховеем С.А. от 11.01.2020 в отношении:

- жилого помещения, квартиры, кадастровый номер 24:57:0000003:2757, общей площадью 44,5 кв. м., расположенной по адресу: 

<

...>.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с Суховей И.А. 1071000 руб. - действительной стоимости жилого помещения на дату оспоренной сделки, взыскания с Суховей И.А. 1074000 - убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 11 августа 2023 года удовлетворено заявление финансового управляющего об отказе от требований к ФИО9, прекращено производство по заявлению в части требований к ФИО9, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий указывает на то, что судом первой инстанции необоснованно не  применил положения статей 10, 170 ГК РФ. По мнению финансового управляющего, при оспаривании цепочек сделок срок исковой давности должен течь от даты последней сделки в этой цепочке, основанием для признания единой сделки недействительной является факт дарения должником квартиры по первой сделке сыну 21.10.2016, так как данная сделка недействительна, то недействительны и все следующие за ней сделки автоматически.

В  судебном  заседании  представитель финансового управляющего изложил доводы апелляционной жалобы, просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  РФ) (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

На основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ суд первой инстанции правомерно прекратил производство по делу в части требований к ФИО9

Принимая во внимание положения статей 61.1, 61.8, 61.9, пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, статей 10, 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии права у финансового  управляющего обратиться в суд в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о признании сделки должника недействительной.

Финансовый управляющий просит суд (с учетом уточнения, принятого в судебном заседании 16.05.2023):

1.  Признать недействительной единую сделку в отношении:

- ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 24:57:0000043:758, общей площадью 1553+/-13,79 кв.м., категория земель : земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, участок 39;

- ? доли в праве общей долевой собственности на жилое здание, объект индивидуального жилищного строительства, общей площадью 293,3 кв.м., количество этажей 2, в том числе подземных один, кадастровый номер : 24:570000043:1484, расположенное по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, д. 39;

- нежилого здания, хозяйственная постройка, общей площадью 25,4 кв.м., количество этажей 1, кадастровый номер: 24:27:0000043:1623, расположенное по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, д. 39;

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу спорного имущества.

2.  Признать недействительной сделку в отношении:

- жилого помещения, квартиры, кадастровый номер 24:57:0000003:2757, общей площадью 44,5 кв. м., расположенной по адресу: 

<

...>.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с Суховей И.А. как наследницы Суховея С.А. 1071000 руб. - действительной стоимости жилого помещения на дату оспоренной сделки, взыскания с Суховей И.А. 1074000 - убытков, вызванных последующим изменением стоимости имущества.

В заявлении финансовый управляющий ссылается на то, что оспариваемые сделки являются недействительными сделками, так как в результате совершенных сделок произведен безвозмездный вывод имущества из состава активов должника, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов. В обоснование признания сделок недействительными финансовый управляющий ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, по мнению финансового управляющего, спорные сделки должника по оформлению имущества на детей являются недействительными сделками на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 5 - 7 постановления Пленума ВАС  РФ  от 23.12.2010 N 63, для квалификации сделки в качестве подозрительной по указанному основанию, необходимо доказать совокупность следующих условий: цель причинения вреда и осведомленность контрагента об указанной цели, причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. Осведомленность другой стороны по сделке также презюмируется, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО2 возбуждено 18.12.2017, оспариваемые финансовым управляющим сделки заключены 28.10.2016 и 06.10.2017, а также 21.10.2016,  11.01.2020. Таким образом, указанные сделки совершены в течение трехлетнего периода, предшествующего возбуждению в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве), и после его возбуждения, в связи с чем подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и может быть оспорена по данному основанию.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право, либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574 Гражданского кодекса РФ) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности (пункт 2 статьи 572 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, обязательным признаком договора дарения является очевидное намерение освободить сторону от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130). В соответствии с пунктом 1 статьи 555 Гражданского кодекса РФ договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Заключение договора купли-продажи и передача имущества по нему в собственность покупателя представляет собой реализацию принадлежащих собственнику правомочий (по владению, пользованию и распоряжению имуществом).

На основании статьи 408 Гражданского кодекса РФ при расчетах по договору купли-продажи исполнение обязательств подтверждается распиской в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора, исходя из заявленных оснований оспаривания, имеют обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок дарения и купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над объектами недвижимости конечному покупателю, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок.

Должник в представленных в материалах дела отзывах ссылается на рассмотрение Арбитражным судом Красноярского края дела №А33-547-5/2018, из которого следует, что земельный участок по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул.  Светлая, участок 39, с расположенными на нем жилом домом и хозяйственной постройкой, являются единственно пригодным помещением для проживания ФИО6 и ее несовершеннолетнего ребенка.

Указанным судебным актом установлено, что у должника и его супруги имелась неисполненная задолженность, подтвержденной решением Арбитражного суда при АНО «НАП» от 01.06.2016 года по делу №Т/КРК/16/2471, а также определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.04.2018 о включении данных требований в реестр требований кредиторов должника.

Из указанного определения следует, что между ПАО «Сбербанк России» и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (заемщик) заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1221/9031 /0060/9071/14 от 28.01.2014  (далее - кредитный договор) на срок по 25.12.2018, с лимитом в сумме 16 700 000 рублей, с уплатой процентов за пользование кредитом по ставке 12 Процентов годовых, (п. 4 Кредитного договора).

В соответствии с пунктом 5 кредитного договора  уплата процентов должна производиться ежемесячно. Согласно пункту 7 кредитного договора, при несвоевременном перечислении платежа в погашение кредита, или уплату процентов, или иных платежей, предусмотренных кредитным договором, заемщик уплачивает кредитору неустойку в размере 0,1 процента от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки в период с даты, следующей за датой наступления исполнения обязательства (не включая эту дату), установленной Кредитным договором, по дату погашения просроченной задолженности (включительно).

Выдача кредита осуществлялась перечислением сумм платежей на счет заемщика № 40802810231000084138 в ПАО Сбербанк, что подтверждается распоряжениями на перечисление кредита.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору между ОАО «Сбербанк России» и ФИО6 был заключен договор поручительства № 1221/9031/0060/9071/14П2 от 28.01.2014.

Также в определении от 20.11.2020 по делу №А33-547-5/2018 судом, действительно, установлено, что спорный жилой дом, находящийся по адресу: 

<

...> с кадастровым номером 24:57:0000043:1484, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 24:57:0000043:758, с присоединенной к нему хозяйственной постройкой, общей площадью – 25,4 кв.м., с кадастровым номером 24:57:0000043:1623 являлся на дату совершения спорной сделки (договор дарения от 06.10.2017 между ФИО6 (даритель) и ФИО7) единственным жилым помещением должника (ФИО6). Как и ФИО7

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение его стабильности и общеобязательности, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения в установленном законом порядке, принимаются судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Несогласие участника спора с обстоятельствами, ранее установленными вступившим в законную силу судебным актом при разрешении другого дела, не дает оснований суду, рассматривающему иной спор, констатировать по собственной инициативе иные обстоятельства.

Согласно положениям части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" судебные постановления, вступившие в законную силу, являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Закрепленное в статье 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту не предполагает возможность выбора заинтересованным лицом по своему усмотрению любых способов и процедур. Обжалование судебных постановлений осуществляется в соответствии с процессуальным законом применительно к конкретным видам судопроизводства и категориям дел.

Указанный вывод суда основан на правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.04.2022 N 308-ЭС21-26679.

Из выписки из ЕГРН от 06.05.2021 следует, что ФИО2 в период с 01.01.2014 по 06.05.2021 принадлежали объекты недвижимости (жилые помещения) (указывается дата регистрации права и регистрации его прекращения):

- в период с 20.07.2011 по 02.11.2016 - 

<

...>

- в период с 12.05.2014 по 01.11.2016 - 

<

...>,

- в период с 09.04.2009 – 

<

...> (является предметом ипотеки в силу закона),

- в период с 22.07.2014 по 29.11.2019 - 

<

...> (является предметом ипотеки в силу закона).

Суд первой  инстанции, исследовав материалы дела, сделал  правомерный  вывод, что указанные обстоятельства не дают возможности признания квартир, расположенных по адресу: 

<

...> и Красноярский край, г. Шарыпово, 3мкрн, д.9/1, кв. 13 единственно пригодным и возможным для проживания должника и членов его семьи, так как данные квартиры являлись предметом ипотеки и подлежали включению в конкурсную массу для дальнейшей реализации в силу действующего законодательства.

Положениями статьи 446 ГПК РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание; предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

В Определении Конституционного Суда РФ от 04.12.2003 № 456-О разъяснено, что положения статьи 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, названного в пункте 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Жилое помещение может быть исключено из конкурсной массы при наличии следующих условий: жилое помещение принадлежит гражданину-должнику на праве собственности; гражданин-должник и члены его семьи совместно проживают в данном помещении; для гражданина-должника и членов его семьи данное помещение является единственным пригодным для постоянного проживания.

Как ранее установлено судом, договоры дарения жилого дома по адресу: 

<

...> заключен должником 24.10.2016 и 28.10.2016, а договор дарения квартиры по адресу: 

<

...> – 21.10.2016, в связи с чем на момент совершения оспариваемой сделки по дарению земельного участка и жилого дома данное имущество также было единственно пригодным помещением для проживания супруги должника, и несовершеннолетних детей.

При этом, суд первой  инстанции правомерно исследовал вопрос возможности отнесения спорного жилого дома к категории роскошного жилья.

Спорное жилое здание - объект индивидуального жилищного строительства, количество этажей 2, в том числе подземных один, кадастровый номер: 24:570000043:1484, расположенное по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, д. 39, имеет общую площадь 293,3 кв.м.

Согласно абзацу четвертому пункта 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П "По делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО10 и ФИО11" (далее - Постановление N 11-П) положение абзаца второму части 1 статьи 446 ГПК РФ, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предоставляет гражданину-должнику имущественный (исполнительский) иммунитет с тем, чтобы исходя из общего предназначения данного правового института гарантировать указанным лицам условия, необходимые для их нормального существования. Исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" указано, что при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26.04.2021 N 15-П указал, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта (иное может быть обусловлено особенностями административно-территориального деления, например, существованием крупных городских агломераций (компактно расположенных населенных пунктов, связанных совместным использованием инфраструктурных объектов и объединенных интенсивными экономическими, в том числе трудовыми, и социальными связями));

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией (наказанием) за неисполненные долги или средством устрашения должника, в связи с чем необходимым и предпочтительным является проведение судебной экспертизы рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего (это влечет за собой необходимость оценки и стоимости замещающего жилья, а также издержек конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого).

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от 06.05.2021 в отношении жилого дома 39 по ул. Светлая, кв-л Энергостроителей, 1/3 доли в праве собственности принадлежит Джериной Екатерине Александровне, 1/6 принадлежит Скодтаеву Марку Вадимовичу, ? ФИО7. Вышеперечисленные лица проживают в указанном доме.

Из материалов дела (адресная справка, поступившая 23.06.2022) и отзыва ФИО6 следует, что она также проживает в спорном доме. Из договора дарения от 28.10.2016 (пункт 4.2) следует, что на момент заключения договора в указанном доме проживают и зарегистрированы 6 человек.

Как ранее установлено судом, общая площадь дома равна 293,3 кв.м., при этом, следует учесть, что в общую площадь дома входят также и иные помещения, не предназначенные для проживания. Исходя из представленных в электронном виде документов, в том числе кадастрового паспорта объекта, площадь жилых помещений при расчете на всех проживающих в жилом доме лиц в целом соответствует социальным нормам площади жилья, приходящейся на одного человека, установленным Законом Красноярского края от 27.09.1996 N 11-339 "О социальной норме площади жилья на территории Красноярского края".

Кроме того, исходя из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 N 15-П, нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма служат для определения характеристик жилого помещения, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, предоставляемого должнику, а не для определения роскошности жилого помещения, принадлежащего признанному несостоятельным (банкротом) гражданину-должнику.

Также судом   первой  инстанции  правомерно  учтено, что даже превышение площади спорного помещения нормативам жилой площади по количеству проживающих в нем граждан  не является правовым основанием для отказа в признании жилого помещения в качестве единственного жилья.

Указанные выводы соответствуют судебной практике: постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.06.2019 № Ф02-2289/2019 по делу № А19-19708/2016, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.01.2018 № Ф03-5521/2017 по делу № А51-26085/2015, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 23.05.2019 № Ф09-8220/17 по делу № А60-42287/2016.

Что касается отчуждения нежилого помещения согласно договору дарения от 24.10.2016, суд приходит к следующим выводам.

В подпункте 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) определен правовой принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому, все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В развитие данного принципа пункт 4 статьи 35 ЗК РФ запрещает отчуждение земельного участка без находящихся на нем зданий, строений, сооружений в случае, если они принадлежат одному лицу.

Согласно п. 62 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" абзацем третьим части 1 статьи 446 ГПК РФ установлен запрет на обращение взыскания по исполнительным документам на земельные участки, на которых расположены объекты, указанные во втором абзаце части 1 названной статьи.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что спорный объект – нежилое здание, расположенное по адресу: 

<

...> строение, 1, является хозяйственной постройкой и расположен на одном земельном участке с жилым домом, являющимся единственным пригодным для постоянного проживания должника и ответчика.

Находящаяся на земельном участке постройка является сооружением хозяйственно-бытового значения и будучи расположенной в границах земельного участка потребителя в правовом смысле применительно к положениям статьи 135 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом сохраняющего свою актуальность разъяснения, содержащегося в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 N 4 "О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом личной собственности на жилой дом", предназначено для обслуживания жилого дома и проживающих в нем лиц, ввиду чего не может иметь отличающийся от основного строения режим правового регулирования. При этом, его обособленное расположение не лишает его вспомогательного, служебного назначения по отношению к основному строению (жилому дому).

Различного рода вспомогательные строения и сооружения в домовладении, предназначенные для обслуживания жилого дома (сараи, гаражи, колодцы и т.п.), в том числе капитальные, исходя из положений ст. 130, 131, 135 Гражданского кодекса Российской Федерации самостоятельными объектами недвижимости не являются.

Таким образом, поскольку жилой дом, хозяйственная постройка используются по единому хозяйственному назначению, как единое целое, суд приходит к выводу, что хозяйственная постройка не является самостоятельным объектом права собственности, в связи с чем, ее отдельная реализация не представляется возможной.

 

В отношении цепочки сделок по отчуждению жилого помещения, квартиры, кадастровый номер 24:57:0000003:2757, общей площадью 44,5 кв. м., расположенной по адресу: 

<

...>, суд первой  инстанции   правомерно   сделал к следующие  выводы.

Как ранее установлено судом, в отношении данного объекта недвижимости последовательно заключен ряд следующих сделок:

- договор дарения от 21.10.2016, заключенный между ФИО2 и ФИО8 в лице законного представителя (матери) ФИО6,

- договор купли-продажи от 11.01.2020, заключенный между ФИО8 в лице законных представителей ФИО2 и ФИО6 и ФИО13,

- свидетельство о праве на наследство по закону от 25.01.2021, согласно которому ФИО14 унаследовала от Суховея С.А. спорную квартиру,

- договор купли-продажи от 04.02.2021, заключенный между Суховей И.А. и ФИО9.

Финансовый управляющий ссылается на заключение договора дарения от 21.10.2016 между ФИО2 и ФИО8 в лице законного представителя (матери) ФИО6 как на сделку, совершенную с заинтересованным лицом.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Судом  первой инстанции   установлено  и как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, 26.07.2013 между ФИО2 и ФИО6 заключен брак, который прекращен 16.02.2017. Также не оспаривается и тот факт, что ФИО8 является совместным сыном ФИО2 и ФИО6

На основании изложенного и в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве ФИО6 и ФИО8 на дату совершения сделки являлись заинтересованными лицами по отношению к должнику, а фактически близкими родственником (супруга и сын).

Далее, 11.01.2020 ФИО8 в лице законных представителей ФИО2 и ФИО6 заключен договор купли-продажи спорной квартиры с ФИО13, согласно которому имущество реализовано по стоимости 900 000 руб.

ФИО14 унаследовала от Суховея С.А. спорную квартиру, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от 25.01.2021, после чего на основании договора купли-продажи от 04.02.2021 продала квартиру ФИО9 по стоимости 800 000 руб.

Финансовый управляющий полагает, что ФИО15 состоял в отношениях с ФИО16, которая является матерью ФИО6 и бабушкой ФИО8, что в силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве свидетельствует о заинтересованности Суховея С.А. по отношению к ФИО8 Кроме того, продавая указанную квартиру 04.02.2021г. от имени наследницы Суховей И.А. по доверенности подписывает договор и подает документы на регистрацию договора купли-продажи с ФИО9 именно Джерина Е.А. Что еще раз свидетельствует о вовлеченности заинтересованных лиц Должника ФИО2 в процесс контроля и сохранения выведенного имущества Должника.

Обстоятельства совместного проживания Суховея С.А. с ФИО16 и родства последней с ФИО6 ФИО8 не оспариваются лицами, участвующими в деле, и подтверждается материалами дела, в связи с чем суд не имеет оснований не согласиться с доводами управляющего о заинтересованности указанных лиц по отношению к должнику.

Суховей И.А., в свою очередь, в представленном отзыве от 01.08.2022 указывает, что лично не знакома ни с должником, ни с ФИО6, доказательств обратного не представлено. В обоснование заключения договора купли-продажи от ее имени Джериной Е.А. Суховей И.А. объясняет их знакомство в связи с осуществлением трудовой деятельности в г. Усть-Илимск на предприятиях лесопильно-деревообрабатывающего завода «Илилм».

Финансовый управляющий в дополнениях, поступивших 13.04.2022, просил взыскать с Суховей И.А. рыночную стоимость квартиры, в подтверждение которой впоследствии представил отчет об оценке №22/061А от 17.05.2022, согласно которому по состоянию на 11.01.2020 итоговая величина стоимости объекта оценки определена в размере 2 002 500 руб.

15.12.2022 в материалы дела от ФИО14 поступило ходатайство о назначении оценочной экспертизы в отношении спорной квартиры для определения рыночной цены недвижимого имущества.

Определением арбитражного суда от 24.01.2023 ходатайство о назначении судебной экспертизы удовлетворено, назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Кабинет судебной экспертизы и оценки» ФИО17. Перед экспертом поставлен вопрос: какова рыночная стоимость квартиры, кадастровый номер 24:57:0000003:2757, общей площадью 44,5 кв. м., расположенной по адресу: 

<

...> на 21 октября 2016 года, на текущую дату?

28.04.2023 в материалы дела поступило заключение эксперта №34 СОЭ/23 от 21.04.2023, в соответствии с которым рыночная стоимость квартиры по состоянию на 21.10.2016 округленно составляет 1 071 000 руб., на 18.04.2023 – 2 145 000 руб.

 

Принимая  во  внимание  положения   пунктов 11, 24 Федерального стандарта оценки "Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки (ФСО N 1)", утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20 мая 2015 г. N 297, пунктов 3-5, 8, 10   Федерального стандарта оценки "Требования к отчету об оценке (ФСО N 3)", утвержденного приказом Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации от 20 мая 2015 г. N 299, учитывая, что  представленное в материалы дела заключение эксперта №34 СОЭ/23 от 21.04.2023 лицами, участвующими  в деле, не оспорено,  возражения относительно экспертного заключения и процедуры подготовки и проведения экспертизы не заявлены,  отсутствие обстоятельств, вызывающих сомнения в обоснованности, допустимости заключения №34 СОЭ/23 о рыночной стоимости недвижимого имущества, отсутствие  противоречий в выводах оценщика,   арбитражный суд первой  инстанции   сделал  правомерный  вывод о достоверности выводов оценщика, отраженных в экспертном заключении №34 СОЭ/23 от 21.04.2023 о рыночной стоимости объекта недвижимости относительно рыночной стоимости объекта по адресу: 

<

...> на дату совершения должником сделки по ее дарению и на дату проведения экспертизы.

Вместе с тем, рассматривая вопрос о признании цепочки сделок: ФИО2???? - ФИО8 в лице ФИО6 -  Суховей С.А., исследованию подлежит также вопрос о доказательствах возмездности последнего договора между ФИО8 и Суховей С.А., и соответственно, наличии факта причинения вреда кредиторам.

В материалах дела содержится нотариально заверенный договор купли-продажи от 11.01.2020, заключенный между ФИО8 в лице законных представителей ФИО2 и ФИО6 (продавец) и ФИО13 (покупатель), согласно которому квартира реализована по стоимости 900 000 руб. Из условий договора следует, что кадастровая стоимость на день его удостоверения составляет 823 962,89 руб. В пункте 5.2 указано, что цена квартиры оплачена покупателем и получена продавцом в присутствии нотариуса Шарыповского нотариального округа Красноярского края при удостоверении настоящего договора, в связи с чем, продавцы подтверждают, что указанная сумму получена полностью.

В соответствии с частью 5 статьи 69 АПК РФ  обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Указанные обстоятельства подтверждают возмездный характер сделки и соответствие волеизъявления сторон их действиям и обстоятельствам заключения договора.

Также, как указано ранее, согласно заключения эксперта №34 СОЭ/23 от 21.04.2023, рыночная стоимость квартиры по состоянию на 21.10.2016 округленно составляет 1 071 000 руб., на 18.04.2023 – 2 145 000 руб.

Следовательно, разница между фактически произведенной оплатой - 900 000 рублей и рыночной стоимостью объекта оценки, определенной в рамках указанной экспертизы - 1 071 000 рублей, составляет около 16%, а между кадастровой стоимостью на дату совершения сделки - 823 962,89 руб. и рыночной стоимостью – около 23%.

Так, в частности, из абзаца третьего пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

Согласно абзацу седьмому пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В обоих случаях применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка.

Таким образом, с учетом заключения судебной экспертизы по установлению рыночной стоимости спорного помещения, цена сделки отличалась лишь на 16% от рыночной, что не говорит о существенном расхождении этой цены с рыночной, и не может свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника.

Таким образом, учитывая условия возмездности договора купли-продажи от 11.01.2020, заключенного между ФИО8 в лице законных представителей ФИО2 и ФИО6 и ФИО13, отсутствие в материалах дела доказательств существенного занижения цены по договору купли-продажи, арбитражный суд приходит к выводу, что факт причинения вреда имущественным правам кредиторов и цель причинения вреда при заключении договора от 11.01.2020 не доказаны финансовым управляющим.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Кроме того, данный факт также является косвенным доказательством аффилированности первоначального, нового приобретателя имущества и его продавца.

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. Данный механизм вывода активов в преддверии банкротства с использованием юридически несвязанного с должником лица является распространенным явлением, реализуемым посредством совершения цепочки хозяйственных операций по выводу активов на аффилированное с должником лицо по взаимосвязанным сделкам.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК  РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии со статьей 71 АПК  РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями статьи 68 АПК РФ. Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Таким  образом, доказательств того, что в результате совершения оспариваемой цепочки сделок по реализации жилого дома и квартиры должник лишился имущества без предоставления равноценного встречного предоставления, либо того, что совершение сделки привело к иным неблагоприятным последствиям в виде уменьшения конкурсной массы и ущемления прав кредиторов, не представлено.

Также не подтверждаются доводы финансового управляющего относительно нарушения норм Гражданского кодекса РФ, Семейного кодекса РФ, закона «Об опеке и попечительстве», относительно наличия согласия органа опеки и попечительства о совершении сделки в отношении несовершеннолетнего ФИО8

Согласно представленным органом опеки данным, сделка указанным органом проверялась, нарушений не установлено, т.к. несовершеннолетнему ФИО8 была предоставлена доля в праве собственности в 

<

...>.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления N 63, для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При указанных обстоятельствах, суд пришел к выводу о недоказанности заявителем совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В отношении довода конкурсного управляющего о признании платежей недействительными на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

С учетом пункта 3 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченный употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 N 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Для квалификации сделки как ничтожной заявителю необходимо доказать, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом.

Указанные выводы суда соответствуют правовым позициям, изложенным Верховным Судом РФ в определениях от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1).

В определениях от 31.08.2017 по делу № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765 Верховный Суд Российской Федерации указал на недопустимость конкуренции банкротных и общегражданских норм об оспаривании сделок должника, поскольку содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Вместе с тем, финансовый управляющий в качестве основания для признания платежей недействительными в силу ничтожности (статьи 10 и 168 ГК РФ) ссылается на те же обстоятельства и доказательства, что и при оспаривании сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Указанные доказательства и обстоятельства исследованы и оценены судом. По результатам исследования и оценки доказательств, арбитражный суд пришел к выводу, что финансовым управляющим не доказано умышленное поведение должника по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. Доказательств, подтверждающих, что оспариваемые платежи имеют пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, не представлены.

При указанных обстоятельствах, суд пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых платежей недействительными на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, заявление конкурсного управляющего о признании сделок недействительными не подлежит удовлетворению.

В связи с тем, что судом отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными, не подлежат применению и последствия недействительности сделок.

В ходе рассмотрения дела должником заявлены доводы о пропуске срока исковой давности по предъявленному требованию. По мнению должника, оспаривание сделок по правовому основанию ст. 61.2 Закона о банкротстве возможно только в пределах годичного срока с даты, когда не участвующее в сделке лицо узнало или должно было узнать об основаниях оспаривания.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В пункте 32 Постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 N 63 указано, что заявление об оспаривании сделки на основании статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ иск о признании оспоримой сделки недействительной может быть заявлен в течение одного года со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Данная норма права определяет начало течения срока исковой давности с момента, когда лицо должно было узнать об этом обстоятельстве.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Таким образом, начало течения срока исковой давности следует исчислять с момента, когда о наличии соответствующих оснований к оспариванию сделки узнал или должен был узнать первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий.

Должник в отзыве в обоснование заявленного довода ссылается на определение Арбитражного суда Красноярского края от 04.09.2021 по делу № А33-31747-11/2017,которым отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего к ФИО6, ООО «Смена» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок: договора дарения (заключен между ФИО2 и ФИО6), договора купли-продажи от 29.09.2017 (заключен между ФИО6 и ООО «Смена»), договора купли-продажи от 02.10.2017 (заключен между ФИО6 и ООО «Смена») в отношении имущества: 

-  земельный участок по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, 28, площадь 5 558 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:143;

- нежилое помещение по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, №30/8, пом. 2, площадь 440,4 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:463;

- нежилое здание по адресу: 

<

...>, площадь 309 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:337;

-  земельный участок по адресу: 

<

...>, площадь 718 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:30; 

При исследовании материалов дела судом установлены следующие обстоятельства.

Определением от 02.04.2018 (резолютивная часть объявлена 26.03.2018) заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании банкротом ФИО2, признанно обоснованным, в отношении должника введена  процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 06.02.2019 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 30.01.2019) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества сроком до 30.07.2019. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

Финансовый управляющий в свою очередь, поясняет, что ФИО2 не передавал ему истребуемые документы, следовательно, годичный срок исчисляется с 21.02.2019 – с момента получения выписки из ЕГРН из Управления Росреестра.

ФИО5 обратился с заявлением о признании сделок недействительными в арбитражный суд 27.12.2019 (о чем свидетельствует штемпель на почтовом конверте), направив заявление посредством почтовой связи, заявление поступило в суд 10.01.2020.

Как указано ранее, финансовым управляющим заявлено требование о признании недействительными единых сделок в отношении жилого дома и хозяйственной постройки по адресу: г. Шарыпово, кв. Энергостроителей, ул. Светлая, участок 39, оформленной: договором дарения от 24.10.2016, 28.10.2016, договором дарения от 06.10.2017; и сделки в отношении квартиры по адресу: 

<

...>, оформленной: договором дарения от 21.10.2016, договором купли-продажи от 11.01.2020, свидетельством о праве на наследство по закону от 25.01.2021, договором купли-продажи от 04.02.2021.

Пунктом 7 статьи 213.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что не позднее чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда по рассмотрению дела о банкротстве гражданина финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности, сведения о финансовом состоянии гражданина, протокол собрания кредиторов, на котором рассматривался проект плана реструктуризации долгов гражданина, с приложением документов, определенных пунктом 7 статьи 12 Закона о банкротстве.

Соответственно, не позднее, чем за пять дней до даты заседания арбитражного суда по рассмотрению дела о банкротстве гражданина, а именно в июне 2018 года, финансовый управляющий обязан был представить в суд отчет о своей деятельности, а также сведения о финансовом состоянии гражданина.

Следовательно, сведения об имущественном положении должника должны были быть запрошены финансовым управляющим у регистрирующих органов таким образом, чтобы обеспечить получение информации к судебному заседанию по рассмотрению итогов проведения процедуры реструктуризации долгов (26.06.2018). 

Финансовый управляющий указал, что ему стало известно о наличии ранее в собственности должника спорного имущества после получения выписки из ЕГРН от 21.02.2019. Данная выписка получена от Управления Росреестра по Красноярскому краю на основании запроса финансового управляющего от 14.02.2019. Мотивы обращения в регистрирующий орган за получением сведений об имуществе, которое принадлежало должнику только 14.02.2019, т.е. спустя 11 месяцев после утверждения финансового управляющего, не приведены. 

Учитывая, что ФИО5 утвержден финансовым управляющим должника 26.03.2018, принимая во внимание, что информация о совершенных сделках содержится в выписке из ЕГРН, и могла быть получена посредством обращения в регистрирующий орган, при этом с заявлением о предоставлении информации в Управление Росреестра финансовый управляющий обратился только в феврале 2019 года, то есть через 11 месяцев после своего утверждения, суд первой  инстанции  правильно   указал, что начиная с даты утверждения в качестве финансового управляющего должника ФИО5, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, мог получить сведения о спорных сделках должника еще в процедуре реструктуризации долгов.

Судом первой инстанции сделан верный вывод о том, что заявителем пропущен срок исковой давности по цепочке сделок по реализации доли в жилом доме по адресу: 

<

...>, и не  пропущен по цепочке сделок по реализации квартиры в г. Шарыпово.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено, что доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм процессуального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК  РФ  основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса РФ, пункта 19  постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 N 63 расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы, который освобожден от ее уплаты в установленном законом порядке.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 11 августа 2023 года по делу  № А33-31747/2017к12 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, вынесший определение.

 

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Н.А. Морозова

 

И.В. Яковенко