АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1065/23 

Екатеринбург

12 апреля 2023 г.

 

Дело № А60-45699/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 05 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Столяренко Г. М., Морозова Д. Н.

кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу Арбитражного суда Свердловской области № А60-45699/2016. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Рассмотрение кассационной жалобы начато 13.03.2023 в составе председательствующего Шершон Н.В., судей Павловой Е.А., Артемьевой Н.А.

Определением от 13.04.2023 судебное разбирательство по кассационной жалобе отложено на 05.04.2023.

Определением от 05.04.2023 произведена замена судей Павловой Е.А., Артемьевой Н.А. на судей Столяренко Г.М., Морозова Д.Н.

Рассмотрение кассационной жалобы начато с начала.

В судебном заседании 05.04.2023 приняли участие: арбитражный управляющий ФИО1 и ее представитель – ФИО2 по доверенности от 18.05.2022;  представитель ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 27.05.2021;  представитель акционерного общества «Банк Интеза» (далее – Банк «Интеза» – ФИО5 по доверенности от 21.08.2020.

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2017 ФИО3 (далее – Должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом Должника утверждена ФИО6. 

ФИО3 07.07.2021 обратился в арбитражный суд с жалобой на действия финансового управляющего, в которой просил признать незаконными действия (бездействие) финансового управляющего ФИО1, выразившиеся в ненаправлении Должнику денежных средств, оставшихся после удовлетворения требований, обеспеченных залогом единственного жилья; невыплате Должнику прожиточного минимума; необоснованной выплате вознаграждения, взыскать с финансового управляющего в пользу конкурсной массы денежные средства в размере 1 300 795,20 руб.; обязать финансового управляющего выплатить Должнику прожиточный минимум за период с июня 2016 по июль 2021 года в размере 569 234 руб. 

Банк «Интеза» 08.09.2021 также обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий финансового управляющего, выразившиеся в нарушении очередности погашения требований, установленной статьей 213.27 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а именно: неперечислении залоговому кредитору 10 % денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, обеспечивающего требования Банка «Интеза», незаконном распоряжении этими средствами, взыскании с финансового управляющего 255 372 руб. 85 коп. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2022 в удовлетворении жалоб ФИО3, Банка «Интеза» на действия (бездействие) финансового управляющего и взыскании с неё убытков отказано. В удовлетворении заявления ФИО3 об уменьшении вознаграждения финансового управляющего отказано. Арбитражному управляющему ФИО1 установлена сумма процентов по вознаграждению в размере 497 418 руб. 32 коп. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 определение от 08.09.2022 отменено. 

В удовлетворении жалобы Банка «Интеза» на действия (бездействие) финансового управляющего и взыскании с нее убытков отказано. 

Жалоба ФИО3 удовлетворена частично. 

Признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО1 по не выплате ФИО3 денежных средств, оставшихся после удовлетворения требований, обеспеченных залогом единственного пригодного для проживания жилья; по выплате арбитражному управляющему ФИО1 7% вознаграждения арбитражного управляющего от реализации единственного пригодного для проживания жилья. С арбитражного управляющего ФИО1 в пользу конкурсной массы ФИО3 взысканы денежные средства в размере 1 157 365 руб. 31 коп. В удовлетворении остальной части жалобы отказано. 

Заявление арбитражного управляющего ФИО1 об установлении вознаграждения удовлетворено частично, в пользу арбитражного управляющего ФИО1 установлена сумма процентов по вознаграждению в размере 42 140 руб. 

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит постановление апелляционного суда от 23.01.2023 отменить, направить спор на новое рассмотрение в апелляционный суд.  Кассатор настаивает на том, что правовая позиция, согласно которой в случае обращения взыскания на обремененное ипотекой единственное пригодное для постоянного проживания должника и членов его семьи помещение выручка от продажи, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику, сформирована в декабре 2018 года, после реализации предмета залога и осуществления расчетов в настоящем деле, в связи с чем действия финансового управляющего не могут быть признаны незаконными; кассатор указывает, что поскольку в состав залогового имущества входили земельный участок и два расположенных на нем дома: жилой дом площадью 243.1 кв.м., и жилой дом (пристрой к литер А), площадью 25,5 кв.м., вывод апелляционного суда об исчислении размера убытков от общей стоимости всего заложенного имущества неправомерен, суду следовало установить, какой из указанных объектов недвижимости обладал бы статусом единственного жилья; помимо этого, ФИО1 полагает, что суд апелляционной инстанции незаконно полностью лишил ее вознаграждения финансового управляющего, обязав возместить Должнику всю сумму денежных средств без учета вознаграждения. 

Как следует из доводов кассационной жалобы и пояснений кассатора, она не согласна с постановлением от 23.01.2023 в части удовлетворения жалобы ФИО3, взыскания с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу конкурсной массы Гурьянова 1 157 365 руб. 31 коп., лишения ее процентной части вознаграждения от размера выручки от реализации имущества, обремененного залогом в пользу Банка «Интеза».

В отзыве на кассационную жалобу должник ФИО3 просит обжалуемое постановление оставить без изменения.

К судебному заседанию суда округа 05.04.2023 арбитражным управляющим ФИО1 и должником ФИО3 также представлены дополнительные пояснения, которые судом округа приняты и приобщены к материалам дела.

Проверив законность обжалуемого постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела усматривается и установлено судами, что в реестр требований кредиторов ФИО3 включены требования Банка «Интеза» в размере 6 978 040 руб. 13 коп.  как обеспеченное залогом имущества, принадлежащего Должнику: жилой дом площадью 243,1 кв.м., здание (пристрой к литер А, назначение жилой дом) площадью 25,5 кв.м., земельный участок площадью 1 000 кв.м., расположенные по адресу: Свердловская область г. Сысерть, ул. Высоцкого, 21а,

Указанное домовладение являлось для должника и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В процедуре банкротства ФИО3 финансовым управляющим с Банком «Интеза» заключено соглашение об оставлении предмета залога за залоговым кредитором от 11.05.2018 по цене 6 503 946 руб. 

От Банка «Интеза» на счет должника 03.05.2018 поступили денежные средства в размере 1 300 795 руб. 20 коп., что составляет 20% от стоимости имущества передаваемого залоговому кредитору. 

Финансовый управляющий ФИО1 полученные от Банка «Интеза» денежные средства в размере 1 300 795 руб. 20 коп. направила на погашение текущих обязательств и реестровых требований в соответствии с пунктом 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

В частности, согласно представленным арбитражным управляющим пояснениям, 650 397 руб. 60 коп. (10 % от поступившей суммы) расходованы следующим образом: 22 882 руб. 06 коп. – вознаграждение финансового управляющего за процедуру реализации имущества гражданина, 33 704 руб. 16 коп. – расходы, понесенные в процедуре банкротства (не включая расходы на реализацию предмета залога), 5491 руб. 70 коп. – госпошлина текущего кредитора ФИО7, 588319 руб. 82 коп. – погашение требований кредиторов третьей очереди реестра.

Из остальных 650 397 руб. 60 коп. (10 % от поступившей суммы) произведено погашение расходов на реализацию предмета залога в размере 7 012 руб. 50 коп., выплачена сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего (7% размера выручки от реализации заложенного имущества) в размере 455 278 руб. 32 коп., оставшиеся денежные средства в размере 188 106 руб. 78 коп. перечислены Банку «Интеза».

Распределение денежных средств произведено управляющим 26.09.2018.

Должник ФИО3 06.07.2021 обратился в арбитражный суд с рассматриваемой в настоящем обособленном споре жалобой на действия финансового управляющего, ссылаясь в том числе на то, что предметом залога в пользу Банка «Интеза» являлось единственное пригодное для постоянного проживания помещение, выручка от его реализации, превышающая размер задолженности перед залогодержателем, подлежала перечислению Должнику, соответственно, действия финансового управляющего ФИО1, направившей денежные средства на погашение текущих обязательств и реестровых требований иных помимо залогового кредиторов, являются неправомерными, причинившими Должнику убытки.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении жалобы ФИО3, исходил из того, что правовая позиция относительно вопроса о передаче денежных средств от реализации единственного жилья должнику сложилась после заключения финансовым управляющим соглашения, ввиду чего в настоящем случае неправомерные действия со стороны финансового управляющего отсутствуют, последующие изменения законодательства и судебной практики не могут являться основанием для признания жалобы на действия управляющего, совершенные в 2018 году, обоснованной.

Размер процентного вознаграждения от реализации предмета залога Банка «Интеза» 455 278 руб. 32 коп. (из расчета 6 503 976 руб. * 7%.) проверен судом и признан верным. 

Поскольку в процедуре банкротства Должника также реализовано  имущество, обремененное залогом в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк» (транспортное средство), сумма процентного вознаграждения от реализации которого составила 42 140 руб., общий размер процентного вознаграждения установлен судом в размере 497 418 руб. 32 коп. 

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя в указанной части жалобу Должника, сослался на правовую позицию, содержащуюся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2012 № 1090/12, заключил, что правовая позиция относительно вопроса о передаче денежных средств от реализации единственного жилья должнику высказана Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации еще в 2012 году, в связи с чем признал, что финансовый управляющий ФИО1 при распределении денежных средств в 2018 году действовала неправомерно. 

Учитывая изложенное, исходя из того, что  из поступившей от Банка «Интеза» суммы в размере 1 300 795 руб. 20 коп. финансовый управляющий должна была погасить расходы на реализацию предмета залога (7 012 руб. 50 коп.), остаток задолженности перед залоговым кредитором в части долга и процентов (136 417 руб. 39 коп.), 7 % вознаграждения финансового управляющего от реализации имущества, при условии установления размера вознаграждения судом и достаточности денежных средств, при этом, в нарушение норм действующего законодательства финансовый управляющий ФИО1 направила денежные средства на частичное погашение включенных в реестр требований кредиторов, не обеспеченных залогом имущества Должника, кроме того, учитывая, что проценты по вознаграждению финансового управляющего (7 % выручки от реализации имущества гражданина) носят стимулирующий (премиальный) характер в связи с эффективной и добросовестной деятельностью управляющего по формированию и реализации конкурсной массы, сочтя возможным признать действия ФИО1 по выплате указанного вознаграждения от реализации единственного пригодного для проживания жилья недобросовестными, апелляционный суд взыскал с арбитражного управляющего ФИО1 1 157 365 руб. 31 коп.

Между тем, судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Положения статьи 60 Закона о банкротстве предусматривают возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов и иных заинтересованных лиц путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего. При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в арбитражный суд, должно доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего, а также то, что эти действия (бездействие) нарушили права и законные интересы кредиторов и должника; арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе доказывать соответствие спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

В абзаце 3 пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

При разрешении вопроса о том, имелись ли в поведении арбитражного управляющего признаки недобросовестности и неразумности, существенное значение имеет, действовал ли он в ситуации правовой неопределенности в отношениях, связанных с порядком расчетов при реализации заложенного имущества, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства (пункты 4, 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей виды имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, относит к такому имуществу жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Таким образом, законом предусмотрена возможность обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение, являющееся предметом ипотеки, и установлены основания для прекращения права пользования ими залогодателя и любых иных лиц, проживающих в таких жилом доме или квартире.

Согласно позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2012 № 1090/12, Федеральный закон от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» не предусматривает изъятия из исполнительского иммунитета в отношении обремененного ипотекой единственного пригодного для постоянного проживания помещения в части, касающейся не обеспеченных ипотекой обязательств. Само по себе сохранение залога вследствие сохранения основного обязательства не исключает возможности обращения взыскания на заложенную квартиру лишь по обеспеченным ипотекой обязательствам.

Вместе с тем, в данном Постановлении отсутствуют прямые выводы о том, что в случае обращения взыскания на жилое помещение выручка от продажи, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилого помещения взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами до приобретения нового жилища.

В связи с чем вывод апелляционной коллегии о том, что правовая позиция относительно вопроса о передаче денежных средств от реализации единственного жилья должнику высказана Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации еще в 2012 году, является ошибочным.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как указывает арбитражный управляющий ФИО1, такой подход к применению положений статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации впервые был высказан Арбитражным судом Уральского округа в постановлении от 04.12.2018 по делу № А76-8158/2017.

Представляется справедливой позиция арбитражного управляющего ФИО1 о том, что на момент распределения ею денежных средств, поступивших от Банка «Интеза», (26.09.2018) устойчивая  судебная практика по данному вопросу отсутствовала, в связи с чем не имеется оснований полагать, что любой разумный арбитражный управляющий в схожей ситуации совершил бы подобные действия – перечислил выручку от реализации обремененного залогом единственного жилья, превышающую размер задолженности перед залогодержателем, гражданину-должнику.

Суд округа полагает, что при таких обстоятельствах совершение финансовым управляющим ФИО1 действий по распределению поступивших от залогового кредитора денежных средств в размере 20 % выручки от реализации предмета залога в соответствии с регулированием, установленным в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, не может быть квалифицировано судом как незаконное. 

Таким образом, суд первой инстанции в данном случае правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения жалобы Должника на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО1 в указанной части, поскольку в ситуации правовой неопределенности в отношениях, связанных с распределением выручки от реализации обремененного залогом единственного жилья, в действиях управляющего отсутствовали признаки недобросовестности или неразумности.

Противоположный вывод суда апелляционной инстанции ошибочен, основан на неправильном применении норм материального права, регламентирующих ответственность арбитражного управляющего.

Поскольку поведение финансового управляющего ФИО1 в анализируемой ситуации являлось правомерным, основания для возложения на нее ответственности в виде возмещения убытков и взыскания с нее денежных средств 1 157 365 руб. 31 коп. у суда также не имелось.

Правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частно-правовой встречный характер, и включает в себя плату за проведение всех мероприятий в процедурах банкротства, в том числе плату за оказываемые управляющим услуги по антикризисному управлению. 

Предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В данном случае финансовый управляющий выполнила все необходимые мероприятия по формированию конкурсной массы и реализации имущества Должника (недвижимого имущества и транспортного средства), иного судами не установлено, основания полагать ее действия по распределению денежных средств неправомерными, с учетом изложенного выше, у суда апелляционной инстанции отсутствовали, произведенный финансовым управляющим расчет процентной части вознаграждения проверен судом первой инстанции и признан правильным, иными участвующими в споре лицами возражений по расчету не приведено, в связи с чем веских правовых и фактических оснований для отказа в установлении в пользу арбитражного управляющего ФИО1 процентного вознаграждения в общем размере 497 418 руб. 32 коп., не имелось.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что суд апелляционной инстанции, допустил неверное применение норм материального права с учетом установленных обстоятельств дела, что в соответствии с частями 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены судебного акта.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Учитывая, что судом первой инстанции фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, установлены на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, исходя из того, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы Должника на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО1 в полном объеме и взыскания с нее убытков, а также о наличии оснований для установления в пользу арбитражного управляющего ФИО1 суммы процентов по вознаграждению в размере 497 418 руб. 32 коп. являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на верном применении положений действующего законодательства, суд округа приходит к выводу о необходимости отмены постановления суда апелляционной инстанции и оставлении в силе определения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 по делу Арбитражного суда Свердловской области № А60-45699/2016 отменить, определение Арбитражного суда Свердловской области от 08.09.2022 по тому же делу оставить в силе. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Председательствующий                                                      Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                   Г.М. Столяренко 

 

                                                                                              Д.Н. Морозов