АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3188/2023

г. Петропавловск-Камчатский

30 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 ноября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 30 ноября 2023 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Т.А. Арзамазовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                   ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по 

исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 304410126600148, адрес: 684000, Камчатский край, Елизовский район, г. Елизово)

к 

индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 353411, Краснодарский край, г. Супсех) 

третье лицо:

индивидуальный предприниматель ФИО6

о взыскании 2 144 586, 07 руб., из которых 2 096 341,5 руб. убытков и 48 244,57 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 

при участии в заседании:

от истца: представитель ФИО4 (паспорт, доверенность от 09.03.2023, со специальными полномочиями, сроком на пять лет, диплом),

от ответчика: представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 17.08.2023, со специальными полномочиями, сроком на пять лет, диплом),

от третьего лица: представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 31.07.2023, со специальными полномочиями, сроком на три года, диплом), 

 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик) о взыскании 2 144 586, 07 руб., из которых 2 096 341,5 руб. неосновательного обогащения и 48 244,57 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 05.09.2023 судом принято уточнение истцом исковых требований, в соответствии с которым истец просит взыскать с ответчика             2 096 341,5 руб. убытков в размере стоимости переданных продуктов питания и товарно-материальных ценностей и 48 244,57 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Указанным определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО6.

Обосновывая заявленные требования, истец по тексту искового заявления и уточнений к нему указал, что в связи с освобождением трех арендуемых зданий кафе был вынужден передать продукты и товарно-материальные ценности на хранение и реализацию ответчику. Необходимость передачи объяснил незаконными действиями как ответчика, так и собственника арендованных помещений. Пояснил, что уведомление об освобождении помещений 15.03.2023 получено им только 14.03.2023, в то время как по условиям заключенного договора ответчик обязан был уведомить истца о предстоящем расторжении договора не менее чем за три месяца до даты прекращения договора. Настаивает на том, что товары переданы ответчику по актам приема-передачи, количество товаров сторонами сверено, претензий по качеству товаров ответчиком не заявлено, однако стоимость товаров ответчиком компенсирована не была, что и повлекло причинение истцу ущерба в размере цены товара. Пояснил, что обратился к ответчику с претензией о перечислении денежных средств, которая оставлена без внимания, в связи с чем просит взыскать стоимость товаров в судебном порядке.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами, которые начисляет на стоимость товара за период с 18.03.2023 по 07.07.2023. 

Ответчик в письменном отзыве на исковое заявление, поддержанном представителем в судебном заседании, с требованиями истца не согласился. Настаивает на том, что договоры субаренды с истцом расторгнуты на законных основаниях, о необходимости освобождения помещений истец неоднократно уведомлялся в 2022 и 2023 годах. Пояснил, что передача товаров сторонами не производилась, имела место сверка продуктов питания в спорных зданиях, после чего перечисленные в актах товары остались во владении истца. Указал, что объекты аренды поступили в пользование ответчика только в апреле 2023 года, при этом никаких продуктов питания там не находилось. Факт причинения вреда истцу действиями ответчика и третьего лица отрицает.

Представитель третьего лица в судебном заседании поддержал позицию ответчика.

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

30.04.2021 между ответчиком (арендатор) и истцом (субарендатор) заключен договор субаренды, по условиям которого ответчик передал в пользование истца здание кафе – шашлычная «Лейла», кадастровый номер 41:05:0101013:1906 площадью 212,6 кв.м, назначение – нежилое, расположенное по адресу: Камчатский край, Елизовский район, Никольское сельское поселение для ведения предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 1.2 договор заключен на срок 10 лет, то есть с 04.05.2021 по 04.05.2031 включительно.

Договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю 13.05.2021.

Также 30.04.2021 между ответчиком (арендатор) и истцом (субарендатор) заключен договор субаренды, по условиям которого ответчик передал в пользование истца здание кафе – шашлычная «Лейла 2» на 50 посадочных мест, кадастровый номер 41:05:0101093:383 площадью 613,1 кв.м, назначение – нежилое, расположенное по адресу: 

<

...> для ведения предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 1.2 договор заключен на срок 10 лет, то есть с 04.05.2021 по 04.05.2031 включительно.

Договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю 12.05.2021.

Кроме того, 30.04.2021 между ответчиком (арендатор) и обществом с ограниченной ответственностью «Солод Ди» в лице генерального директора ФИО2 (субарендатор) заключен договор субаренды, по условиям которого ответчик передал в пользование субарендатора здание кафе – шашлычная «Десятое Поле», кадастровый номер 41:05:0000000:163 площадью 235,4 кв.м, назначение – нежилое, расположенное по адресу: Камчатский край, Елизовский район, 10 км автодороги Елизово-Паратунка для ведения предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 1.2 договор заключен на срок 10 лет, то есть с 04.05.2021 по 04.05.2031 включительно.

Договор зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю 03.06.2021.

Письмом от 14.03.2023 ответчик уведомил истца о необходимости освобождения занимаемых зданий 15.03.2023.

15.03.2023 представителями сторон произведена сверка продуктов питания, находящихся в зданиях кафе, однако фактически здания истцом не освобождены. Согласно перечням сверки стоимость продуктов питания составила: в кафе-шашлычная «Лейла» - 530 227,88 руб., в кафе-шашлычная «Лейла-2» -                   806 497,5 руб., в кафе-шашлычная «Десятое Поле» - 759 616,12 руб., общая стоимость товаров составила 2 096 341,5 руб.

Письмом от 17.03.2023 третье лицо уведомило истца о необходимости прибытия для осуществления передачи находящегося на территории третьего лица имущества, в том числе продуктов питания, 20.03.2023 в 11 часов 00 минут.

27.04.2023 истец передал третьему лицу акты приема-передачи зданий кафе-шашлычная «Лейла», «Лейла 2» и «Десятое Поле», указав, что ранее такие акты передавались ответчику 23.03.2023.

Со ссылкой на то, что в ходе освобождения помещений сверенные по состоянию на 15.03.2023 продукты переданы ответчику, 01.06.2023 истцом в адрес ответчика направлена претензия, в которой предложено погасить задолженность перед истцом в размере 2 096 341,5 руб.

До настоящего времени спорная сумма ответчиком не перечислена, в связи с чем истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем взыскания неосновательного обогащения, возмещения убытков.

Как следует из материалов дела, первоначально истец заявлял о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде стоимости переданных ответчику товаров, а затем изменил квалификацию требований на требования о взыскании убытков.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 данной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2               статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для возложения гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцом должны быть доказаны: факт причинения ущерба и его размер; противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинной связи между противоправным поведением ответчика и возникшим ущербом. Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Оценивая наличие оснований для возложения на ответчиков гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков, суд исходит из того, что истцом не представлены доказательства совершения ответчиками противоправных действий (бездействия), нарушения обязательств и наличия причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и суммой, заявленной ко взысканию истцом в качестве ущерба.

Как следует из материалов дела, между сторонами сложились правоотношения, связанные с использованием истцом зданий кафе-шашлычная «Лейла», «Лейла 2», между ответчиком и обществом с ограниченной ответственностью «Солод Ди» сложились правоотношения, связанные с использованием здания кафе-шашлычная «Десятое Поле». Наличие права пользования указанными зданиями истец объясняет заключением договоров субаренды от 30.04.2021 с ответчиком. На вопрос суда в судебном заседании представитель истца пояснил, что объективную сторону гражданского правонарушения, повлекшего причинение ему убытков, в рассматриваемом случае составляет нарушение ответчиком порядка расторжения договоров субаренды.

По правилам статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Пунктом 1 статьи 610 Кодекса предусмотрено, что договор аренды заключается на срок, определенный договором.

В силу пункта 2 статьи 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор.

В ходе рассмотрения дела факт заключения и действительность договоров субаренды спорных зданий от 30.04.2021 сторонами не оспаривались, в связи с чем указанные обстоятельства судом не оцениваются. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 618 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором аренды, досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды. 

Судом установлено, что здание кафе-шашлычная «Лейла» передано третьим лицом в аренду ответчику 30.04.2021 на основании соответствующего договора аренды. Соглашением от 01.10.2022 данный договор расторгнут сторонами по соглашению сторон с 01.12.2022. 

Следовательно, в силу прямого указания пункта 1 статьи 618 ГК РФ договор субаренды данного здания прекратил своей действие. Иные правила прекращения договора субаренды, отличные от предусмотренных статьей 618 ГК РФ, договором аренды предусмотрены не были.

Договоры аренды в отношении кафе-шашлычной «Лейла 2» и «Десятое Поле», а также соглашения об их расторжении суду представлены не были, однако истец факт расторжения данных договоров на момент получения уведомлений от ответчика, а затем и от третьего лица не оспаривал. Единственным доводом  истца, касаемым неправомерности действий ответчика при расторжении договоров субаренды, являлось нарушение ответчиком срока уведомления истца о предстоящем расторжении договора.

 Действительно, пунктом 5.3 договоров субаренды предусмотрено, что расторжение договора возможно обеими сторонами по любым причинам, уведомленным способом не менее чем за три месяца по указанным в договоре адресам электронной почты.

Вместе с тем указанное условие не распространяется на случаи досрочного прекращения договора аренды, в отношении которых обязательное уведомление субарендатора и сроки такого уведомления ни ГК РФ, ни условиями договоров аренды не предусмотрены. В данном случае договоры субаренды прекратили свое действие автоматически, вне зависимости от обстоятельств уведомления истца об этом, а также вне зависимости от государственной регистрации права субаренды. 

В этой связи суд находит доводы истца о ненадлежащем исполнении ответчиком обязательств по договорам субаренды в части порядка и сроков уведомления о расторжении договоров несостоятельными. 

Иных доводов о противоправном поведении ответчика истцом не приведено, и судом в ходе рассмотрения дела не установлено. 

Как следует из материалов дела, ответчик уведомил истца о необходимости освобождения занимаемых зданий письмом от 14.03.2023.

В материалах дела имеется письмо ответчика, датированное 27.12.2021, однако в нем указана иная причина расторжения договоров субаренды зданий кафе-шашлычная «Лейла» и «Лейла 2». Кроме того, истец факт получения указанного письма оспаривал, а ответчик факт его вручения истцу не подтвердил.

С учетом установленных обстоятельств суд вынужден принимать во внимание только письмо от 14.03.2023, которым истцу предписано освободить здания 15.03.2023. 

Установить, когда конкретно были освобождены спорные здания, в ходе рассмотрения дела не представилось возможным, поскольку каждая из сторон настаивала на своей дате, а акты приема-передачи, подписанные обеими сторонами, суду представлены не были.

В судебном заседании 31.10.2023 представитель истца утверждал, что                  15 и 17 марта спорные здания освобождены в полном объеме, однако в судебном заседании 23.11.2023 изменил свои показания и заявил, что все здания освобождены 18 марта 2023 года. 

Согласно представленных истцом отчетов системы электронного документооборота «СБИС» последняя продажа с применением кассовых аппаратов истца в кафе-шашлычная «Лейла» имела место 15.03.2023, в кафе-шашлычная «Лейла 2»- 15.03.2023, в кафе-шашлычная «Десятое Поле» - 17.03.2023.

Вместе с тем иными материалами дела, в том числе представленными отделом Министерства внутренних дел Российской Федерации по Елизовскому району материалами проверок по фактам противоправных действий в кафе «Лейла», подтверждается, что на 18 марта 2023 года сотрудники истца находились в указанном здании, а представители третьего лица пытались убедить их освободить здание. Доказательства того, что 18.03.2023 это и иные здания освобождены истцом, в материалы дела не представлены.

Как указывает истец, 15.03.2023 им совместно с представителем ответчика проведена сверка наличия в зданиях продуктов на общую сумму  2 096 341,5 руб., из которых в кафе-шашлычная «Лейла» - 530 227,88 руб., в кафе-шашлычная «Лейла-2» - 806 497,5 руб., в кафе-шашлычная «Десятое Поле» - 759 616,12 руб., после чего указанные продукты переданы ответчику.

Ответчик факт сверки наличия продуктов подтвердил, однако по поводу передачи ему продуктов возразил, указав, что надписи «сдал»-«принял» учинены представителем истца после подписания перечня сверенных продуктов.

В судебном заседании 05.09.2023 судом обозревался оригинал перечня, подписанный представителями обеих сторон, на котором действительно отсутствуют надписи «сдал» - «принял». Представитель истца объяснить различие в экземплярах перечней, находящихся у сторон, а также дать пояснения относительно целей, для которых товар мог передаваться ответчику, не смог.

Иных доказательств передачи товара на спорную сумму ответчику в материалы дела не представлены.

В отсутствие таковых суд вынужден констатировать, что истец не подтвердил факт передачи спорного товара ответчику.

В ходе рассмотрения дела истец представил суду диск с видеозаписями, на которых зафиксирован приезд третьего лица на один из объектов. Как пояснил представитель истца, запись сделана 18.03.2023 на объекте – здание кафе-шашлычная «Лейла». При изучении представленных видеозаписей каких-либо противоправных действий со стороны ответчика и третьего лица судом выявлено не было. При этом судом установлено, что  товары, идентичные приведенным в перечне от 15.03.2023, размещены на полках, в морозильных камерах и холодильных установках. Данный факт опровергает утверждения истца о передаче спорных товаров во владение ответчика 15.03.2023 и об отсутствии возможности их вывоза самим истцом.

Представитель ответчика пояснил, что ни 15.03.2023, ни 18.03.2023 указанный товар ему не передавался, о месте нахождения товара ничего сообщить не мог. Настаивал на том, что здания возвращены истцом без спорных товаров.

Суд принимает во внимание, что письмом от 17.03.2023 третье лицо уведомило истца о необходимости прибытия для осуществления передачи находящегося на территории третьего лица имущества, в том числе продуктов питания, 20.03.2023 в 11 часов 00 минут, однако на 18.03.2023 спорные помещения истцом освобождены не были. Доказательства того, что 20.03.2023 состоялось освобождение помещений истцом, суду также не представлены, несмотря на то, что определениями от 05.09.2023 и от 31.10.2023 суд обязывал сторон представить акты приема-передачи объектов или акты об освобождении помещений. 

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Кодекса).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Поскольку в силу действующего законодательства именно на истце лежит обязанность доказывания элементов состава правонарушения, необходимого для привлечения к ответственности в виде возмещения вреда, суд считает, что истец не доказал наличие такого состава в действиях (бездействии) ответчика. Доказательства того, что ответчик удерживал спорный товар, воспрепятствовал истцу вывезти принадлежащий ему товар, а равно совершал иные действия, направленные на причинение вреда истцу, в материалы дела не представлены.  Оснований считать выставленную к оплате сумму убытками истца, понесенными в связи с прекращением договоров субаренды либо противоправными действиями ответчика, судом в ходе рассмотрения дела не установлено.

Доказательства неосновательного обогащения ответчика за счет истца суду также не представлены, поскольку факт приобретения ответчиком товаров за счет истца в ходе рассмотрения дела подтвержден не был.

При установленных обстоятельствах суд вынужден отказать истцу во взыскании 2 096 341,5 руб. как с точки зрения квалификации данной суммы в качестве убытков, так и с точки зрения наличия на стороне ответчика неосновательного обогащения за счет истца.

Соответственно, производное от указанных требований требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также подлежит оставлению без удовлетворения. При этом суд отмечает, что проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 ГК РФ на сумму убытков не начисляются, поскольку и проценты, и убытки являются видами гражданско-правовой ответственности.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в силу положений статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся судом на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

 

Судья                                                                                                               Т.А. Арзамазова