ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.i№fo@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-27205/2024 

 

Москва                                                                                Дело № А40-343177/19 

 11 июня 2024 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей Ю.Н. Федоровой и М.С. Сафроновой

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Ретэнтива Дистрибьюшен Компани» на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2024 по делу № А40-343177/19, вынесенное судьей Л.А. Кравчук в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ретэнтива Дистрибьюшен Компани»,

о признании требований ООО «СмартЭкоСистема» обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты;

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Ретэнтива Дистрибьюшен Компани» - ФИО1 по дов. от 03.07.2024

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2021 должник ООО «РЕТЭНТИВА ДИСТРИБЬЮШЕН КОМПАНИ» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 (шесть) месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и о введении в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в Газете «Коммерсантъ» № 53 от 27.03.2021.

В Арбитражный суд города Москвы 26.01.2024 (в электронном виде) поступило требование кредитора ООО «СмартЭкоСистема» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 37 061 196 ,83 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2024 требование кредитора ООО «СмартЭкоСистема» в размере 32 278 322,29 руб. – основного долга, 4 782 874,54 руб. – проценты по 395 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации – в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО «Ретэнтива Дистрибьюшен Компани» обратился  в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, как принятое с нарушением норм материального права. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО »Ретэнтива Дистрибьюшен Компани» доводы апелляционной жалобы поддержал.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2021 по настоящему делу требование кредитора ООО «СмартЭкоСистема» в размере 12 721 677,71 руб. - основной долг, 214 991,37 руб.– проценты, 1 210 160,13 руб. проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации признано обоснованным и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации – в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В удовлетворении требований кредитора ООО «СмартЭкоСистема» в размере 60 200 776,72 руб. отказано.

При признании требования кредитора ООО «СмартЭкоСистема» обоснованным и при определении размера требования учитывалась сумма по Договору №1 о зачете встречных требований от 12.02.2020.

Так, согласно определения Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2021 по настоящему делу задолженность в размере 14 146 829,21 руб. подтверждается договором займа №10.09/2019СЭС от 10.09.2019, платежным поручением №32 от 10.09.2019 в размере 45 000 000 руб., подтверждающим факт предоставления займа. 12.02.2020 между ООО «СмартЭкоСистема» и Должником на сумму 34 044 619, 46 руб. был проведен зачет встречных требований, из которых 32 278 322, 29 руб. основного долга и 1 766 297, 17 руб. процентов на сумму займа. Таким образом, по состоянию на 24.04.2020 сумма долга, процентов за пользование займом и неустойка за нарушение срока возврата займа всего составляет 14 146 829,21 рублей.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022, признан недействительным Договор №1 о зачете встречных обязательств от 12.02.2020, заключенный между ООО «РДК» и ООО «СмартЭкоСистема». Применены последствия недействительности сделки, восстановлено право требования ООО «РДК» к ООО «СмартЭкоСистема» по Договору №1СЭС/РДК от 07.11.2019 на общую сумму 34 044 619,46 рублей.

При вынесении определения суда от 10.01.2022 суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка является недействительной на основании пунктом 2, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения кредитора с рассматриваемым заявлением.

Признавая требования ООО «СмартЭкоСистема» в заявленном размере обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для понижения очередности удовлетворения данного требования.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд руководствуется следующим.

Исходя из положений статьи 142 Закона о банкротстве, в процедуре конкурсного производства установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 данного Закона, согласно которой по результатам рассмотрения заявления кредитора суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов в соответствии с подтверждающими документами. Срок предъявления требований, по истечении которого реестр требований кредиторов подлежит закрытию, составляет два месяца.

Данный срок не может быть восстановлен (п. 3 информационного письма ВАС РФ от 26.07.2005 №93 «О некоторых вопросах, связанных с исчислением отдельных сроков по делам о банкротстве»).

Согласно пункту 4 статьи 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

В соответствии с абзацем 5 пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве после расчетов с кредиторами третьей очереди производятся расчеты с кредиторами по удовлетворению требований по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем первым пункта 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку

В соответствии с абзацем первым пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в случае, когда упомянутая в предыдущем пункте сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022 по настоящему делу вступило в законную силу 22.03.2022. Настоящее требование заявлено 26.01.2024 в электронном виде, то есть с пропуском двухмесячного срока.

Как следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СмартЭкоСистема» генеральным директором организации на момент заключения договора займа на основании которых заявителем предъявлено требование к должнику (в период с 16.04.2019 по 20.02.2020), являлся ФИО3

Из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «РДК» также следует, что с 18.06.2015 управляющим должника является ФИО3

ФИО3 также является одним из учредителей ООО «РДК». При этом, вторым учредителем ООО «РДК» является ООО «Алдэн Менеджмент», единственным учредителем которого является также ФИО3

Таким образом, на момент заключения договора займа ФИО3 являлся контролирующим лицом как ООО «СмартЭкоСистема», так и ООО «РДК».

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.91 № 948- 1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица – физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки, либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. Необходимость исследования судом обстоятельств, которые бы могли подтвердить, либо опровергнуть утверждения возражающих кредиторов об аффилированности сторон, подтверждается многочисленной судебной практикой (Определение Верховного суда РФ от 23.11.2017 №305-ЭС17-10308).

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС16-7060 от 15.09.2016 года; № 306-ЭС16-17647(1) от 30.03.2017 года; № 306-ЭС16-17647(7) от 30.03.2017 года; № 306-ЭС 16-20056(6) от 26.05.2017 года) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки действительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413 при рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица

На основании пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020 контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов -оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

При этом, не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Подконтрольное компании общество в силу аффилированности не могло не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса при перечислении денежных средств по договору займа.

Согласно материалам дела, должник уже в середине 2019 года перестал исполнять свои обязательства перед другими независимыми кредиторами и обладал признаками неплатежеспособности, о чем кредитору, как аффилированному и контролирующему должнику лицу, было известно.

Так, в период предоставления займа должник находился в состоянии имущественного кризиса, что подтверждается следующими фактами:

1) согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 27.08.2020 по делу №А40-343177/2019 должник перестал исполнять свои обязательства перед конкурсным кредитором ПАО «ФК Открытие» на общую сумму 661 395 742,11 руб. основного долга, который впоследствии был включен в реестр требований должника;

2) как было определено при проведении финансового анализа должника уже на 31.12.2018 должник находился в тяжелом финансовом состоянии, испытывая трудности с удовлетворением требований по текущим обязательствам и низкий коэффициент автономии, что свидетельствует о том, что предприятие было финансово неустойчиво;

3) на 23.07.2019 у должника была задолженность перед АО «Альфа Банк» в размере 140 040 850, 27 руб., которая впоследствии была уступлена ООО «Мэдисон».

Однако общество, будучи осведомленным о наличии у должника серьезных финансовых затруднений, ООО «СмартЭкоСистема» выдало должнику займ на существенную сумму.

Указанное поведение кредитора и должника стало возможным исключительно вследствие подконтрольности кредитора и должника одним и тем же лицам, а наиболее вероятной причиной подобных действий заявителя является принятие мер для выведения должника из состояния имущественного кризиса либо создание подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего перераспределения активов в ходе процедур банкротства.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что исполнение по договору займа носило характер компенсационного финансирования, поскольку кредитор и должник являются аффилированными лицами, которые были подконтрольны ФИО3 во время заключения и исполнения договора займа.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к обоснованному выводу о доказанности заявителем реальности правоотношений, которые вместе с тем представляют собой компенсационное финансирование общества, что с учетом вышеприведенных разъяснений является основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, требования кредитора вытекают из договора займа №10.09/2019СЭС от 10.09.2019, на основании которого судом установлена реальность сделки и возникновение задолженности должника перед кредитором, а не из договора о зачете встречных обязательств, признанного недействительным.

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2022 по делу № № А40-343177/19-71-384 по заявлению конкурсного управляющего ООО «РДК» - ФИО2 к ООО «РДК», ООО «СмартЭкоСистема» признан недействительным Договор № 1 о зачете встречных обязательств от 12.02.2020, заключенный между ООО «РДК» и ООО «СмартЭкоСистема»

Признание недействительным договора № 1 о зачете встречных обязательств, не отменяет задолженность должника перед кредитором по Договору займа №10.09/2019СЭС от 10.09.2019, реальность отношений которых установлено арбитражным судом в определении от 28.12.2021.

Кроме того, задолженность по договору займа №10.09/2019СЭС от 10.09.2019 за вычетом суммы по договору о зачете встречных требований признана судом обоснованной, что также не оспаривалось конкурсным управляющим.

В связи с тем, что при признании требования кредитора ООО «СмартЭкоСистема» обоснованным и при определении размера требования учитывался договор о зачете встречных требований, который позднее признан недействительным, то оставшаяся задолженность по договору займа № 10.09/2019СЭС, а также проценты по договору и проценты в порядке ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а всего в размере 37 061 196,83 рублей законно признаны судом первой инстанции обоснованными.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2024 по делу № А40343177/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.С. Маслов

Судьи:М.С. Сафронова

Ю.Н. Федорова