ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-36135/2020

 

Дело № А40-290432/18

г. Москва

18 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Внешнего управляющего ООО «КТБ Строительство» ФИО2 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 июня 2020, вынесенное судьей Свириным А.А., об отказе в удовлетворении заявления внешнего управляющего ООО «КТБ Строительство» ФИО2 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи самоходной машины от декабря 2016, заключенный между ООО «КТБ Строительство» и ФИО3, и применении последствий недействительности сделкипо делу № А40-290432/18 о банкротстве ООО «КТБ Строительство»

при участии в судебном заседании:

в/у ООО «КТБ Строительство» - ФИО2 паспорт

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 (резолютивная часть оглашена 29.10.2019 г.) по делу А40-290432/18 в отношении ООО «КТБ Строительство» введена процедура внешнего управления сроком на 6 месяцев. Внешним управляющим утверждён ФИО2 

В Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление внешнего управляющего ООО «КТБ Строительство» ФИО2 о признании недействительной сделкой договор купли-продажи самоходной машины от декабря 2016, заключенный между ООО «КТБ Строительство» и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18 июня 2020 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с определением суда, внешний управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить оспариваемое определение и принять по делу новый судебный акт. 

В судебном заседании внешний управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судом первой инстанции, в декабре 2016 г. между ООО «КТБ Строительство» и ФИО3 был заключен договор б/н купли-продажи строительной техники, по условиям которого в собственность Покупателя перешла самоходная машина: Погрузчик Bobcat S630, заводской №машины (рамы) - A3NU12707, двигатель № 3.331L V3307-T8DN3206, год выпуска - 2013. 

Цена указанной самоходной машины в соответствии с п. 4 договора составила 500 000 (Пятьсот тысяч) руб.

 В декабре 2016 г. по акту приема-передачи самоходная машина была передана ФИО3 (далее также ответчик).

Заявитель, полагая, что оспариваемая сделка является недействительной, совершенной в целях причинения вреда имущественными правам кредиторов, поскольку, на момент спорных платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности, цена транспортного средства занижена относительно рыночной, в результате чего данная сделка причинила вред имущественным правам кредиторов; а также, что ответчик должен был знать о цели совершения оспариваемой сделки, обратился в суд с настоящим заявлением на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также управляющий указал на наличие оснований для признания сделки недействительной, предусмотренные ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии с ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку счел недоказанным факт того, что на дату заключения оспариваемого договора должник отвечал признакам неплатежеспособности; осведомленности ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов; факт причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оснований для признания договора по ст.ст. 10, 168 ГК РФ суд также не усмотрел.

Апелляционный суд соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 07.12.2018, оспариваемый договор заключен в декабре 2016, т.е. в трехлетний период, установленный ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Как установлено судом апелляционной инстанции, в рассматриваемом случае внешний управляющий не представил никаких свидетельств заинтересованности должника и ответчика по отношению друг к другу, в связи с чем, совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов не доказана.

Доводы заявителя о том, что ответчик должен был знать о противоправной цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении сделки, являются ничем не обоснованным и не подтвержденным предположением внешнего управляющего, и подлежат отклонению.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик при заключении спорных сделок действовал с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, не предъявлено. 

Действующим законодательством не установлена обязанность субъекта предпринимательской деятельности осуществлять проверку платежеспособности контрагента всякий раз при заключении с ним договора.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку цель причинения вреда имущественным правам кредиторов не доказана.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции о недоказанности неравноценности встречного предоставления по сделке.

Заявитель отмечает, что стоимость транспортного средства, указанная сторонами в вышеназванном договоре, значительно ниже рыночной стоимости за аналогичные транспортные средства.

Данный вывод заявитель делает на основании анализа объявлений о продаже транспортных средств на территории города Москвы и Московской области, руководствуясь общедоступной информацией, предоставленной в сети Интернет: https://www.avito.ru/ulyanovsk/gruzoviki ispetstehnika/minipogruzchik bobcat s630 2011 2х skorostnov 1631 5S0473 - объявление о продаже минипогрузчика Bobcat s 630, год выпуска 2011 стоимостью 1 900 000 руб. https://www.avito.ru/kazan/gmzoviki i spetstehnika/minipogruzchilc bobcat_s63 0 20 111 824832284 - объявление о продаже минипогрузчика Bobcat s 630, год выпуска 2011 стоимостью 2 340 000 руб.

Однако анализ объявлений о продаже аналогичного имущества, размещенных в сети «Интернет», не может служить достаточным доказательством несоответствия цены, указанной в спорном договоре, рыночной стоимости транспортного средства, поскольку, в частности, не учитывает фактическое состояние реализованного должника имущества.

Суд первой инстанции правомерно не принял во внимание довод о неравноценности встречного предоставления, так как данные сведения, размещенные в сети «Интернет», не учитывают все индивидуальные характеристики транспортного средства с учетом его технического состояния на момент его продажи, такие как пробег, год выпуска, наличие восстановительного ремонта и прочее. 

Ходатайство о назначении по делу экспертизы на предмет определения рыночной стоимости указанного транспортного средства внешний управляющий должника не заявил.

Доводы о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки также являются необоснованными.

Само по себе наличие просрочки исполнения обязательств не может рассматриваться в качестве обстоятельства, очевидно свидетельствующего о неплатежеспособности должника.

При решении вопроса о том, должен ли был ответчик знать о финансовых затруднениях должника, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом (абзац 4 пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Ни одно из указанных обстоятельств заявителем не доказано.

В отзыве, представленном в арбитражный суд первой инстанции, ответчик указывал, что в период заключения спорной сделки должник осуществлял хозяйственную деятельность не только в 2016 году, но и в 2017-2018 годах, выполнил два государственных контракта в 2017 году, имел выручку в 2017 и 2018 годах.

Ссылка апеллянта на осведомленность суда о наличии судебных актов о взыскании задолженности с должника, на основании которых требования кредиторов были включены в реестр требований кредиторов, неправомерна. 

Во-первых, для признания сделки недействительной на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходима осведомленность ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника, не суда, как ошибочно полагает апеллянт, во-вторых, указанные обстоятельства подлежат доказыванию заявителем по обособленному спору, а не судом.

Кроме того, для признания сделки недействительной на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо установления совокупности обстоятельств, предусмотренных данной статьей.

Таким образом, внешним управляющим не представлено доказательств того, что оспариваемая сделка повлекла за собой причинение имущественного вреда должнику либо его кредиторам. 

На основании изложенного суд верно пришел к выводу об отказе в признании оспариваемой сделки недействительной на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу о невозможности применения положений ст. ст. 10 и 168 ГК РФ в рамках обособленного спора о признании сделки недействительной.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В данном случае доказательства того, что при заключении договора сторонами было допущено злоупотребление правом, в материалы дела не представлены. 

Правовых оснований для вывода о злоупотреблении правом при ее совершении не имеется.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

По смыслу приведенных норм для признания договора ничтожным заявитель должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих участников сделки.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Доказательства недобросовестности или сговора между ответчиком и должником отсутствуют, наличие признаков заинтересованности ответчика по отношению к должнику не установлено.

Апелляционный суд отмечает, что доводы внешнего управляющего о недействительности сделки не выходят за пределы признаков подозрительной сделки, предусмотренных п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы о недобросовестности сторон и злоупотреблении своими правами при совершении оспариваемых сделок в принципе не основаны на конкретных обстоятельствах и являются необоснованными.

Таким образом, доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

 Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 18 июня 2020 по делу № А40-290432/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Внешнего управляющего ООО «КТБ Строительство» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.В. Лапшина

Судьи:И.М. Клеандров

ФИО4