АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 марта 2022 года

Дело №

А56-161800/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15.03.2022

Полный текст постановления изготовлен 18.03.2022

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Каменева А.Л.,судей Бычковой Е.Н., Колесниковой С.Г., 

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 03.06.2022), от ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 24.11.2021), от ФИО6 - ФИО7 (доверенность),   

рассмотрев 15.03.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО4 и ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А56-161800/2018/суб.1, 

 

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области суда от 06.11.2019 по делу № А56-161800/2018, общество с ограниченной ответственностью «КапиталНефть», адрес: 199106, Санкт-Петербург, 26-я линия В.О., дом 15, корпус 2, литера А, помещение 88Н,      ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «КапиталНефть», Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением от 27.10.2021, суд отстранил ФИО8 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего; новым конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9. 

В рамках дела о банкротстве, конкурсный кредитор ФИО6 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи          49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –   АПК РФ), в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КапиталНефть»: ФИО2 (город Сертолово, Ленинградская область), ФИО10 (Санкт-Петербург), ФИО4 (Санкт-Петербург) и ФИО1 (Санкт-Петербург).

Другим заявлением ФИО6 просил взыскать с ФИО4 убытки в размере 239 166 руб. 67 коп.

Оба заявления кредитора объединены в одно производство по обособленному спору. 

 

Определением суда первой инстанции от 08.09.2021 установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по долгам Общества только ФИО10 и ФИО4, для определения размера субсидиарной ответственности названных лиц производство по спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

В остальной части в удовлетворении заявления кредитору отказано.

Не согласившись с определением суда, ФИО10 и ФИО4 обжаловали его в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции нашел основания для отмены определения от 08.09.2021 по безусловным основаниям (нарушение норм процессуального права) и перешел к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции. 

По результатам рассмотрения спора, постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 отменено указанное определение суда первой инстанции, заявление кредитора удовлетворено в отношении всех упомянутых ответчиков; производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания сроков расчетов с кредиторами. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить указанное постановление от 27.12.2021 только в части привлечения его к субсидиарной ответственности, и в этой части принять новый судебный акт - об отказе в применении к нему субсидиарной ответственности. 

Податель жалобы считает, что апелляционным судом не установлено оснований и обстоятельств, определенно свидетельствующих о возможности привлечения его к субсидиарной ответственности по долгам                            ООО «КапиталНефть», поскольку он не относится к лицам, контролирующим должника,  а выполнил разовую функцию по доверенности от 12.01.2018 № 3 и не в свою пользу. 

В частности, ФИО1 ссылается на правоотношения с должником, связанные с оказанием последнему юридических услуг. Податель жалобы также считает, что выводы апелляционного суда о наличии у него печати Общества ни чем не подтверждены, а вмененные ему действия ни как не связаны с банкротством должника. 

В дополнение к  жалобе, ФИО1 поясняет, что имеется заинтересованность между ФИО11 и ФИО4, поскольку      ФИО11 является сестрой жены ФИО4 

В кассационной жалобе ФИО4 просит отменить указанное постановление от 27.12.2021 в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КапиталНефть». 

Позиция указанного ответчика основана на том, что платежи Общества в пользу другого общества - общества с ограниченной ответственностью «БалтТрансНефть» не могли привести к его банкротству, вывод апелляционного суда о наличии у ФИО4 возможности распоряжаться денежными средствами на расчетных счетах должника не соответствует фактическим обстоятельствам дела, так как ФИО4 был только участником Общества. 

Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что именно он принял на себя обязательства по погашению кредиторской задолженности Общества на 9 220 960 руб. а соглашение о перемене лица в договоре лизинга (вмененное ему кредитором) имело целью освобождения должника от соответствующей долговой нагрузки. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить указанное постановление от 27.12.2021 в части привлечения его к субсидиарной ответственности, отмечая, что ранее действовавший руководитель Общества ФИО10 документацию должника ему не передал, в доступе к арендованному должником помещению, в котором хранилась документация, было отказано в связи с наличием задолженности по арендной плате. 

Также, по мнению ответчика, апелляционным судом не был учтен факт отстранения ФИО8 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в связи с допущенным им бездействием по взысканию дебиторской задолженности, что подтверждает наличие подтверждающей ее документации. 

В отзыве на кассационные жалобы ФИО6 возражает против их удовлетворения, полагая, что вывод о контроле над Обществом ФИО1 следует сделать по факту его участия в совершении сделки, направленной на вывод активов должника, и фактами сокрытия ФИО1 обстоятельств взаимоотношений между ФИО4 и ФИО11, полагая, что они являются заинтересованными лицами через ФИО12; говоря о номинальном характере деятельности ФИО10 в качестве руководителя должника. 

По мнению кредитора, фактическое управление Обществом осуществлялось ФИО4 В отношении ФИО2, заявитель поясняет, что бездействие последнего по взысканию дебиторской задолженности повлекло за собой причинение убытков должнику. ФИО6 настаивает, что ФИО2 имел доступ к документации Общества, но не передал ее конкурсному управляющему. 

В судебном заседании представители подателей жалоб поддержали доводы, приведенные в жалобах. 

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «КапиталНефть» создано на основании решения учредителя ФИО4 от 11.05.2011, и который оставался его единственным участником на момент признания Общества банкротом.

Задолженность перед кредиторами, в том числе перед обществом с ограниченной ответственностью «Татнефтьхим», заявление которого послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве Общества, образовалась в ходе осуществления должником деятельности по приобретению нефтепродуктов. 

ФИО10 и ФИО2 последовательно значились руководителями ООО «КапиталНефть»: ФИО10 в период с 19.05.2015 по 06.02.2018 (в указанную дату в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о ФИО10 как генеральном директоре), а ФИО2 – с 28.01.2019 по 05.11.2019. 

Требования кредитора о субсидиарной ответственности к ФИО4, ФИО10 и ФИО2 предъявлены как к контролирующим должника лицам (участнику и руководителям ООО «КапиталНефть»). 

Требование к ФИО1 основано на том, что этот ответчик, действуя по доверенности, совершил от имени Общества убыточную сделку, а именно, сделку цессии, уступив в пользу ФИО11 права требования по выкупу у акционерного общества «ВТБ Лизинг» автомобиля, признанную впоследствии недействительной (определение суда от 21.01.2021). Также заявитель указывал на то, что при оформлении спорной цессии ФИО1 действовал по доверенности от 12.01.2018 № 3, тогда как ФИО10 еще 20.12.2017 подал заявление об увольнении с должности руководителя Общества по собственному желанию, но до внесения в ЕГРЮЛ сведений о ФИО13 как руководителе Общества. 

Требуя привлечения ответчиков - бывших руководителей к субсидиарной ответственности, заявитель ссылался на их бездействие по обращению от имени Общества в суд заявлением о банкротстве, полагая, что признаки неплатежеспособности у последнего возникли в конце 2016 года, когда было приостановлено исполнение обязательств перед ФИО6, а на 01.04.2017, уже возникла задолженность и перед другими кредиторами. 

Таким образом, заявитель посчитал, что обращение определенных ответчиков в суд должно было состояться не позднее 01.05.2017.

Другим основанием для субсидиарной ответственности руководителей, заявитель определил неисполнение ими законной обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, которая бы позволила обнаружить активы Общества (в частности, дебиторской задолженности), тем самым сформировать конкурсную массу в большем размере для расчетов с кредиторами. 

ФИО6 посчитал, что эти же ответчики сами не исполнили обязанность по взысканию с контрагентов дебиторской задолженности, чем усугубили финансовое положение должника. 

В качестве сомнительных сделок, по причине которых Общество стало несостоятельным,  ФИО6 приводит платежи, совершенные в пользу  ООО  «БалтТрансНефть» в период с 12.03.2016 по 26.09.2017 на общую сумму 173 202 099 руб. 91 коп., которое в свою очередь контролирует должника через ФИО4, и цессию по договору внутреннего лизинга от 09.03.2016        № ЛД-78.0121/16.

Проверяя обстоятельства спора и доказательства, представленные сторонами спора, по правилам суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности заявителем (за исключением оснований за обращение в суд с заявлением о банкротстве                              ООО «КапиталНефть»), того, что в случае, если бы Обществом не было совершено упомянутых ФИО6 сделок, а также при своевременном обращении в суд о взыскании дебиторской задолженности с контрагентов, и при полной передаче документации об активах должника конкурному управляющему, объективное банкротство и негативные последствия для кредиторов могли не наступить. 

В данном случае апелляционный суд посчитал, что за указанное, все названные ответчики должны нести субсидиарную ответственность по долгам Общества. 

Относительно представителя по доверенности ФИО1, апелляционная инстанция отметила, что совершение этим ответчиком сделки цессии с передачей права требования по упомянутому договору лизинга третьему лицу, может свидетельствовать о наличии у него полномочий как у контролирующего должника лица на совершение убыточной для Общества сделки.  При этом, апелляционный суд исходил из того, что доступ к расчетному счету должника имели ФИО4 и ФИО10, а также бухгалтер Общества ФИО14, а ФИО1 действовал от имени                    ООО «КапиталНефть» на основании доверенности от 12.01.2018 № 3 при совершении сделки уступки прав по договору лизинга в пользу ФИО11 С учетом, имеющихся в ЕГРЮЛ данных, 06.02.2018 внесены сведения о недостоверности записи о ФИО10 как руководителе Общества. По факту наличия у ФИО1 доверенности на совершение указанной выше цессии, апелляционный суд пришел к выводу о том, что ФИО1 в указанный период исполнял обязанности руководителя ООО «КапиталНефть», сославшись в качестве дополнительного подтверждения указанного вывода на наличие в распоряжении ФИО1 печати Общества, которая использовалась при оформлении перехода права на предмет лизинга. 

Апелляционный суд отклонил возражения ФИО4 и ФИО2 о причинах невозможности расчетов с кредиторами в связи с уклонением ФИО10, от передачи должнику товарных запасов на 36 588 000 руб., как не подтвержденные материалами дела, а также с учетом утверждения ФИО4 о получении ООО «КапиталНефть» в этот период выручки в размере, превышающем кредиторскую задолженность. 

Кроме того, суд не принял во внимание пояснения ФИО4 о переводе на него долга Общества по кредитному соглашению от 22.12.2016     № 0148-16-004348 в связи с совершением 24.10.2017 платежа по указанному кредитному соглашению в размере 239 166 руб. 67 коп. за ФИО4 с расчетного счета должника. 

В отношении ФИО2 апелляционный суд посчитал, что непредъявление им требований к дебиторам Общества окончательно исключило возможность произвести расчет с кредиторами. Также, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что обязанность по передаче ФИО2 документации ООО «КапиталНефть» исполнена со значительным нарушением сроков и порядка, установленных пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, лишь 21.06.2021, поэтому за указанный период задержки в передаче документов часть дебиторов Общества уже была ликвидирована, соответственно возможность получения с них удовлетворения – утрачена. 

В требовании кредитору по эпизоду субсидиарной ответственности руководителей должника за необращение в суд с заявлением о признании    ООО «КапиталНефть» банкротом, апелляционный суд отказал, поскольку не установил, что приведенная заявителем дата и соответствующие для этого обстоятельства им доказаны.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб и возражения на них, суд кассационной инстанции пришел к следующему.     

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Между тем, указанная презумпция является опровержимой, и к числу контролирующих должника лиц в силу положений пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве могут быть отнесены и иные лица, имевшие возможность влиять на органы управления должника и определять его действия в ходе текущей деятельности иным образом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), разъяснено, что необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

При разрешении спора, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Суд округа считает, что вывод суда апелляционной инстанции о наличии статуса контролирующего лица у ФИО1 сделан без учета приведенных выше положений закона и разъяснений.

По смыслу статьи 182 ГК РФ, статус представителя юридического лица не дает права контроля за его деятельностью, оснований для вывода об осуществлении ФИО1 руководства над деятельностью                   ООО «КапиталНефть», его вовлеченности в процесс управления им и в хозяйственную деятельность Общества иначе, как в качестве представителя юридического лица при совершении конкретной сделки, апелляционным судом не приведено. 

Наличие в распоряжении ФИО1 печати Общества, которое отмечено применительно к оформлению единичной сделки, при совершении которой ФИО1 действовал как представитель должника, таким основанием являться не может.

Самостоятельного принятия ФИО1 каких-либо значимых решений в рамках деятельности ООО «КапиталНефть» из материалов дела не следует. 

Сделка цессии, в оформлении которой участвовал ФИО1, как следует из пояснений самого заявителя, была совершена в интересах единственного участника должника ФИО4, при отсутствии каких-либо доказательств получения выгоды от ее совершения ФИО1 

Указанные обстоятельства, с учетом разъяснений пункта 7 Постановления № 53, не позволяют признать ФИО1 контролирующим должника лицом в юридическом или фактическом качестве. Также вмененные ФИО1 заявителем  действия не доказывают связи с наступлением банкротства Общества. 

Следовательно, оснований для привлечения названного ответчика к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «КапиталНефть» у суда апелляционной инстанции не имелось. 

В этой связи кассационная жалоба ФИО1 подлежит удовлетворению, а постановление апелляционного суда в этой части отмене. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по данному требованию кредитора следует принять новый судебный акт - об отказе в удовлетворении заявления к ФИО1

В остальной части суд кассационной инстанции считает возможным согласиться с выводами апелляционного суда.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, установлена презумпция вины контролирующего должника лица в доведении его до банкротства в случае причинения должнику вреда в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 указанной статьи Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Как видно из материалов дела и не опровергается подателям жалоб, Обществом в период контроля над ним ФИО4 и ФИО10 совершен ряд сделок по безвозмездному отчуждению принадлежащего должнику имущества, в том числе произведено списание денежных средств с расчетного счета в размере, значительно превышающем кредиторскую задолженность.

Доводы ФИО4 об отсутствии его контроля за совершением указанных сделок опровергаются обстоятельствами, установленными апелляционным судом, указавшим на наличие у единственного участника должника доступа к его расчетному счету, а также на то, что выгоду от совершения большей части оспариваемых сделок извлек именно сам  ФИО4

Вопреки доводам ФИО4, единственный участник хозяйственного общества, в силу положений 32, 33 и 40 Федеральный закон от 08.02.1998        № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» осуществляет контроль за деятельностью единоличного исполнительного органа общества. Следовательно, такой участник общества, также несет ответственность перед кредиторами юридического лица за неисполнение должником принятых на себя обязательств вследствие ненадлежащей организации внутренней деятельности и управления должником. 

Обстоятельства, составляющие презумпцию вины ФИО4 и ФИО10 в невозможности осуществления расчетов с кредиторами, не опровергнуты.

Равным образом, не опровергнута ФИО2 презумпция вины в невозможности осуществления Обществом расчетов с кредиторами.

Из положений закона следует, что действующий на момент признания должника банкротом его руководитель обязан обеспечить наличие бухгалтерской и иной документации юридического лица, а также обеспечить своевременную ее передачу арбитражному управляющему. 

В данном случае, как установлено апелляционным судом и не опровергнуто ФИО2, законная обязанность по передаче документации конкурсному управляющему им была исполнена значительно позднее.

При этом, доводы названного подателя жалобы о наличии объективной невозможности своевременного исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, не подтверждены ссылками на материалы дела. 

Доказательств своевременно принятия мер по восстановлении документации должника, в случае ее отсутствия, которые должны были быть приняты разумным руководителем непосредственно по факту его назначения и обнаружения отсутствия документов, ФИО2 в материалы дела также не представил. 

Доводы ФИО2 о наличии таких документов у ранее утвержденного конкурсного управляющего ФИО8 носят предположительный характер, и не могут считаться подтвержденными при отсутствии доказательств передачи этой документации арбитражному управляющему в порядке пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве или получения арбитражным управляющим доступа к документации иным способом. 

Между тем, отсутствие первичной документации должника объективно  препятствовало своевременному предъявлению требований к дебиторам должника, наличие которых было установлено судом. 

Сведений о безнадежности всей суммы дебиторской задолженности к взысканию на момент признания должника банкротом материалы дела не содержат; частичное получение дебиторской задолженности в ходе конкурсного производства не опровергает самого факта затруднения, связанного с формированием конкурсной массы по причине отсутствия необходимых документов.

Степень участия каждого из ответчиков (участника и руководителей) в доведении ООО «КапиталНефть» до банкротства подлежит учету, в порядке разъяснений пункта 22 Постановления № 53, при определении размера подлежащей применению субсидиарной ответственности; доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. 

При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

При названных, установленных обстоятельствах, вывод апелляционного суда о наличии оснований для применения субсидиарной ответственности ко всем трем ответчикам: ФИО4, ФИО10 и ФИО2 следует признать правильным. 

Доводы, приведенные ФИО4 и ФИО2 в жалобах, не нашли своего обоснованного подтверждения в суде кассационной инстанции.

 

Руководствуясь статьями 286 -  289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А56-161800/2018 отменить в части удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1. 

В отмененной части принять новый судебный акт. 

Отказать в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

В остальной части постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО4 и ФИО2 – без удовлетворения. 

 

Председательствующий

А.Л. Каменев

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

С.Г. Колесникова