АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-16051/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме 21 апреля 2023 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Лаптева Н.В.,

судей                                                         Глотова Н.Б.,

ФИО1 –

при ведении протокола с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Котельниковой В.К. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Научно-производственная компания «Катрен» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>; далее – общество «Катрен») на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.06.2022, дополнительное определение Арбитражного суда Кемеровской области от 26.07.2022 (судья Матыскина В.В.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022 (судьи Апциаури Л.Н., Сбитнев А.Ю., Фролова Н.Н.) по делу № А27-16051/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее также – должник), принятыепо заявлению общества «Катрен» о признании сделок недействительными.

Другие лица, участвующие в деле: ФИО3, ФИО4.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Майкова Т.Г.) в заседании участвовал ФИО5 – представитель общества «Катрен» по доверенности от 15.09.2022.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 конкурсный кредитор общество «Катрен» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными: сделку, оформленную договором купли-продажи от 11.10.2018 нежилого помещенияс кадастровым номером 42:24:0101001:2962, расположенного по адресу: 

<

...>, 3 (далее – помещение), применении последствий её недействительности в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника денежных средств в сумме 9 300 000 руб.; сделку, оформленную договором купли- продажи от 16.08.2021 нежилого помещения, между ФИО3 и ФИО4, применении последствий её недействительности в виде прекращения права собственности на помещение за ФИО4, признании право собственностина указанное помещение за ФИО2

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.06.2022и дополнительным определением арбитражного суда от 26.07.2022, оставленнымибез изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного судаот 20.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Общество «Катрен» подало кассационную жалобу, в которой просит отменить состоявшиеся определения и постановление, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим обстоятельствам и положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) выводов судов об отсутствии оснований для признания сделок недействительными.

По мнению общества «Катрен», суды не дали оценку его доводам о том,что заинтересованное лицо ФИО3 не имел личных средств для приобретения помещения, в том числе не раскрыты финансовые операции по приобретению векселей; спорное помещение фактически оплачено имуществом должника, находящегосяв состоянии неплатёжеспособности, когда денежные обязательства перед кредиторамис очевидностью не могли быть исполнены по причине недостаточности имущества; требования указанных кредиторов в итоге включены в реестр требований кредиторов должника; должник в преддверии своего банкротства в короткий промежуток времени совершил ряд сделок с близкими родственниками по отчуждению своего имущества,в том числе оспариваемую, что свидетельствует на наличии умысла на причинение вреда имущественными правам кредиторов.

Кредитор полагает, что судами не применён подход о справедливом распределении бремени доказывания, согласно которому на ответчика должна была быть возложена обязанность по опровержению убедительных утверждений о недействительности спорной сделки.

В судебном заседании представитель общества «Катрен» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, и их представители в судебное заседаниене явились.

До начала судебного заседания ФИО3 заявил ходатайство об отложении рассмотрения кассационной жалобы в связи с освобождением ФИО6 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должникаи отсутствием судебного акта об утверждении нового финансового управляющего.

Согласно пункту 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса.

Суд округа рассмотрел заявленное ходатайство, принял во внимание отсутствиепроцессуальных и правовых вопросов, которые не могут быть надлежащим образом разрешены на основании материалов дела и письменных доводов участвующих в деле лиц, пришел к выводу о том, что кассационная жалоба может быть рассмотрена в порядке части 3 статьи 284 АПК РФ в отсутствие лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещённых о времени и месте проведения судебного заседания, в том числе финансового управляющего.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права,а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа нашёл основание для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО7, ФИО8 (продавцы) и ФИО3 (покупатель) заключён договор купли-продажи от 11.10.2018, по условиям которого продавцы передали в собственность покупателя спорное торговое помещение общей площадью 95,4 кв. м, а покупатель уплатил его цену в сумме 9 300 000 руб., путём передачи наличных денежных средств в сумме 300 000 руб. до подписания договораи простых векселей публичного акционерного общества «Сбербанк России» на сумму 9 000 000 руб.

В последующем спорное помещение отчуждено ФИО3 в пользуФИО4 по договору купли-продажи от 16.08.2021.

ФИО2 17.07.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве, указывая на просроченную задолженность перед кредиторами в сумме 48 946 180 руб., отсутствие имущества и денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

ФИО2 (сын ФИО3) 20.01.2020 прекратил статус индивидуального предпринимателя, осуществляет трудовую деятельность в ФГБОУ ВО КемГМУ Минздрав России в должности профессора кафедры фармации, ежемесячный размер заработной платы составляет 54 493,94 руб.; совокупный годовой доход от трудовой деятельности составил: в 2017 году – 517 541,22 руб., в 2018 – 544 570,69 руб., в 2019 – 690 335,87 руб., в 2020 – 443 083,82 руб.

Определением арбитражного суда от 23.07.2020 заявление ФИО2 приняток производству и возбуждено настоящее дело.

Определением арбитражного суда от 14.09.2020 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утверждён ФИО6.

Решением арбитражного суда от 03.03.2021 должник признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утверждён ФИО6

Полагая, что ФИО3 не располагал денежными средствами для покупки помещения, договоры купли-продажи от 11.10.2018, 16.08.2021 являются единой недействительной сделкой, совершённой за счёт его сына ФИО2, находящегосяв состоянии неплатёжеспособности, с целью вывода активов должника в преддверии предстоящей процедуры банкротства и причинения вреда имущественным правам кредиторов, общество «Катрен» обратилось в арбитражный суд с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что сделка совершена за значительный период до возбуждения делао банкротстве, на момент совершения сделки у ФИО2 не имелось признаков неплатёжеспособности, доказательств причинения вреда его кредиторам совершением такой сделки его отцом ФИО3 не имеется; кредитор не доказал, что спорное помещение приобретено именно должником на денежные средства, выведенныеиз оборота, связанного с предпринимательской деятельностью должника.

Арбитражный суд сделал выводы об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по признакам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

Между тем суды не учли следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в указанном Законе.

Институт оспаривания сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за счёт неправомерно отчужденного имущества последнего.

Так, к числу подобных фактов могут быть отнесены действия, направленныена исполнение любых обязательств должника; совершённые третьими лицами (а не самим должником) сделки за счёт должника (пункты 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), ненормативные правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника и прочее.

Во всех названных случаях право на иск имеется, в том числе в силу того,что на законодательном уровне интересы неудовлетворенных кредиторов как гражданско-правового сообщества признаются более значимыми по сравнению с интересами конкретных лиц, получивших имущественный актив за счёт неплатёжеспособного лицав индивидуальном порядке, в целях выравнивания положения (возможности на получение удовлетворения) всех кредиторов, обладающих равным правовым статусом.

Специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам,если их содержание не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами.

Исходя из пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа сделки, применяются относящиесяк ней правила.

По смыслу названной нормы права по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этомобе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерацииот 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 2статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствийи прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка),с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

По утверждению кредитора, договор купли-продажи от 11.10.2018, подписанный ФИО7, ФИО8 (продавцы) и ФИО3 (покупатель), прикрывает собой сделку, в действительности заключённую между продавцами и покупателем ФИО2, на основании которойон приобрёл торговое помещение для размещения аптеки и реализации свой предпринимательской деятельности.

Несмотря на то, что приведённых компанией доводов было достаточно для того, чтобы в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания совершения договора купли-продажи как недействительной сделки перешло на ответчика, указанные доводы не получили надлежащей оценки, мотивы по которым суды сочли достаточной финансовую возможность ФИО3 оплачивать дорогостоящие покупки, в судебных актахне приведены.

Таким образом, податель жалобы привёл заслуживающие внимание доводы, которые в своей совокупности позволяют усомниться в правдивости позиции относительно покупки помещения на средства, принадлежащие ответчику, фигура которого в качестве мнимого держателя активов могла быть использована должником, накапливающим долговые обязательства перед третьими лицами (заявленный размер неудовлетворённых требований на дату подачи заявления - 17.07.2020 составил 48 946 180 руб.),для регистрации фактически принадлежащего ему имущества на близкого родственника на внешне безупречных условиях.

По утверждению кассатора, в результате совершения, в том числе спорной сделки, на стороне ответчика ФИО2 сосредоточено ликвидное имущество, тогда как должник, во вред свои кредиторам, обязательства перед которыми наступили непосредственно после совершения сделки, сохранив за помещением контроль в пределах одной семьи, обособил его от своей конкурсной массы; сделкой по отчуждению имущества ФИО2 создавал невозможность исполнения обязательств в будущем, умышленно уменьшил объём активов.

Однако, сделав вывод об отсутствии у должника признаков неплатёжеспособности на дату заключения сделки, ограничившись констатацией того, что приобретение родственником должника какого-либо имущества не является основанием для признания такой сделки недействительной, суды не исследовали всю совокупность обстоятельств, касающихся её действительной правовой природы, не провели анализ предпринимательской деятельности должника, которая, по утверждению кассатора, позволяла создавать видимость финансового благополучия, аккумулировать средствана подконтрольных обществах, но в действительности была направлена на вывод ликвидных активов с недобросовестными целями.

Кроме того, суды безосновательно не учли, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатёжеспособности или недостаточности имуществана момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) в целом не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63  обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатёжеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

С учётом изложенного, проверяя действительность договора купли-продажи, судам следовало исключить формальный подход к рассмотрению спора, осуществить надлежащую проверку доводов на предмет притворности сделки, а также применительнок вопросу ею совершения с целью причинения вреда кредиторам, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений, связанных с владением помещением, использования его ответчиком в своей предпринимательской деятельности.

При изложенных обстоятельствах суд округа полагает, что выводы в обжалуемых судебных актах сделаны без установления всех обстоятельств, необходимыхдля правильного разрешения обособленного спора, определение суда и постановление апелляционного суда подлежат отмене, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, установить значимыедля настоящего обособленного спора обстоятельства, в том числе наличие у ФИО3 возможности приобрести дорогостоящее имущество на собственные сбережения, сопоставив все значимые доходы и расходы за период, предшествующий дате заключения договора купли-продажи, для чего дать надлежащую оценку доказательствам и доводам участвующих в деле лиц в соответствии с нормами статьи 71 АПК РФ и применением повышенного стандарта доказывания, при необходимости предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства, принять законныйи обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, а также распределить судебные расходы.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, пунктом 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.06.2022, дополнительное определение Арбитражного суда Кемеровской области от 26.07.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2022 по делу № А27-16051/2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   Н.В. Лаптев

 

Судьи                                                                                                                  Н.Б. Глотов

 

ФИО1