ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А65-32654/2022

г. Самара

10 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 января 2025 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Бондаревой Ю.А., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания Богуславским Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу ООО «А-Финанс» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.10.2024 по заявлению ООО «А-Финанс»  о признании недействительными сделки должника и применении последствий недействительности сделок  по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1

при участии в судебном заседании до перерыва:

представитель ООО «А-Финанс» – ФИО2, доверенность от 09.07.2024.

представитель ООО «ВСК-Нефтесбыт» – ФИО3, доверенность от 02.08.2024.

при участии в судебном заседании после перерыва:

представитель ООО «А-Финанс» – ФИО2, доверенность от 09.07.2024.

представитель ООО «ВСК-Нефтесбыт» – ФИО4, доверенность от 16.12.2024.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05.12.2022 в отношении ФИО1 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2023 (резолютивная часть  от 12.07.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление (вх.53918) ООО  «А-Финанс» (заявитель) о признании недействительным договора поручительства № П-03/24-ТЕО27 от 21.04.2022, заключенного между ООО «ВСК-Нефтесбыт» (ответчик) и должником.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 02.10.2024 об отказе в удовлетворении заявления.

ООО «А-Финанс» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.10.2024.

Вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2024, судебное заседание назначено на 09.12.2024 на 14 час. 40 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании, открытом 09.12.2024 в соответствии со статьей 163 АПК РФ, объявлялся перерыв до 18.12.2024 до 14 час. 00 мин., информация о котором также размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции явившиеся представители участников спора представили объяснения относительно заявленных требований и возражений.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установил суд первой инстанции, между ответчиком (покупатель) и третьим лицом ООО «Трак Евро Ойл» (поставщик) заключен Договор поставки нефтепродуктов № 03/24-ТЕО27 от 24.03.2016. 

Дополнительным соглашением от 31.03.2022 ООО «Трак Евро Ойл» (поставщик) обязалось поставить ООО «ВСК-Нефтесбыт» (покупатель) 480 тонн топлива дизельного (евро, межсезонное, сорт Е) на сумму 26 448 000 руб. в срок до 06.04.2022.

Другим дополнительным соглашением от 31.03.2022 ООО «Трак Евро Ойл» (поставщик) обязалось поставить ООО «ВСК-Нефтесбыт» (покупатель) 528 тонн топлива дизельного (евро, межсезонное, сорт Е) на сумму 29 092 800 руб. в срок до 05.04.2022.

ООО «ВСК-Нефтесбыт» (ответчик) осуществило оплату товара в адрес ООО «Трак Евро Ойл» на общую сумму 55 540 800 руб., в том числе на сумму 26 448 000 руб. по платежному поручению №499 от 31.03.2022 и на сумму 29 092 800 руб. по платежному поручению №246 от 31.03.2023. 

В то же время ООО «Трак Евро Ойл» обязательства по поставке исполнило лишь частично на сумму 18 610 265,60 руб.

В подтверждение указанных обстоятельств ООО «ВСК-Нефтесбыт» в материалы дела представлены копии ответа третьего лица от 13.04.2022 на претензию кредитора, соглашения об урегулировании задолженности от 21.04.2022, банковских выписок, подтверждающих исполнение платежных поручений № 499 от 31.03.2022 на сумму 26 448 000 руб., № 246 от 31.03.2022 на сумму 29 092 800 руб., универсальных передаточных документов, книг покупок за период с 01.01.2022 по 30.06.2022, карточки счета 60 за период с 31.03.2022 г. по 01.11.2023,  оборотно-сальдовой ведомости по счету 60 за период с 31.03.2022 г. по 01.11.2023, подтверждающих частичную поставку топлива по договору.

21.04.2022 года между ООО «ВСК-Нефтесбыт» и ООО «Трак Евро Ойл» заключено Соглашение об урегулировании задолженности по Договору, в соответствии с которым ООО «Трак Евро Ойл» подтвердило наличие у него задолженности перед ООО «ВСК-Нефтесбыт» на сумму 36 930 534 руб. 40 коп., обязалось погасить указанную задолженность в срок по 16.05.2022.

Обязательства в рамках договора и вышеуказанного соглашения ООО «Трак Евро Ойл»  также исполнены не были, в связи с чем решением Кунцевского районного суда г.Москвы от 31.05.2023 по делу №2-2397/2022 в том числе с ООО «Трак Евро Ойл» взыскано в пользу ООО «ВСК-Нефтесбыт» 36 930 534 руб. 40 коп. долга, 2 388 849 руб. 09 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 16.04.2024 по делу № 33-11605/24 решение Кунцевского районного суда от 31.05.2023  по делу №2-2397/2022 изменено в части периода и размера процентов за пользование чужими денежными средствами.

Указанные обстоятельства подтверждены также вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.12.2023 по настоящему делу (о включении требования ООО «ВСК-Нефтесбыт» в реестр требований кредиторов должника ФИО1), определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.10.2023 по делу №А65-36936/2022 (о включении требования ООО «ВСК-Нефтесбыт» в реестр требований кредиторов должника ООО «Евро Ойл Трак»), определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.01.2024 по делу №А65-16672/2023 (о включении требования ООО «ВСК-Нефтесбыт» в реестр требований кредиторов должника ООО «Трак Евро Ойл»).

Одновременно с Соглашением об урегулировании задолженности от 21.04.2022 между ООО «ВСК-Нефтесбыт» и ООО «Трак Евро Ойл», в обеспечение исполнения обязательств ООО «Трак Евро Ойл»  (поставщика) перед ООО «ВСК-Нефтесбыт» (покупатель), предусмотренных Договором поставки нефтепродуктов №03/24-ТЕО27 от 24.03.2016, между ООО «ВСК-Нефтесбыт» и должником ИП ФИО1 (поручитель) заключен Договор поручительства № П-03/24-ТЕО27 от 21.04.2022, по условиям которого ИП ФИО1 обязался нести солидарную ответственность с ООО «Трак Евро Ойл» перед ООО «ВСК-Нефтесбыт» за исполнение всех обязательств по договору поставки нефтепродуктов, в том числе по возврату суммы основного долга, уплаты неустойки, процентов, возмещению убытков и судебных расходов, в объёме ответственности ООО «Трак Евро Ойл» в размере 50 000 000 руб.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением,  ООО «А-Финанс» ссылалось на положения статьи 61.3 Закона о банкротстве и полагало упомянутый договор поручительства совершенным с предпочтением.

Отклоняя указанные доводы заявителя, суд первой инстанции отметил недоказанность того, что ООО «ВСК Нефтесбыт» могло обладать сведениями о таком предпочтении, наличии у должника ИП ФИО1 признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества.

Суд первой инстанции указал, что ООО «ВСК Нефтесбыт» не являлось конкурсным кредитором ООО «Трак Евро Ойл» на момент заключения договора поручительства (требование ООО «ВСК Нефтесбыт» было включено в реестр требований ООО «Трак Евро Ойл» 22.01.2024), возбуждение дела о банкротстве ООО «Трак Евро Ойл» кредитор не инициировал.

Также, суд первой инстанции отметил отсутствие доказательств заключения договора поручительства не в соответствии с его обычным предназначением, а в других целях, свидетельствующих о злоупотреблении правом (неправомерный вывод активов, получение безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности, реализация договоренностей между ответчиком, должником и лицами, входящими с должником в одну группу, направленных на причинение вреда кредиторам должника, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали).

Суд первой инстанции констатировал, что ООО «ВСК Нефтесбыт» не является заинтересованным лицом должника, не аффилирован к группе лиц (ФИО6, ФИО1, ООО «Эпсилон-Лизинг», ООО «Трак Евро Ойл», ООО «Евро Ойл Трак») в связи с чем, не должен подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания. 

Кроме того, суд первой инстанции отметил наличие у оспариваемой сделки применительно к пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве признаков ее совершения в рамках обычной хозяйственной деятельности, поскольку оспариваемый договор поручительства не являлся необычной сделкой, договоры поручительства заключались должником и ранее.

Так, как установил суд первой инстанции, в рамках судебного дела №А65-23634/2022 по иску ООО «Гранд» (истец) к ФИО1, ООО «Трак Евро Ойл» (ответчики) обсуждался вопрос  солидарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО «Трак Евро Ойл» как поручителя по договору поручительства от 01.02.2022.

В материалах дела (по данным информационного ресурса Картотека арбитражных дел, расположенного на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (https://kad.arbitr.ru) имеется также договор поручительства от 29.04.2021 между ООО «ТриТон Трейд» и ФИО1 к договору поставки нефтепродуктов  №224-16 от 19.08.2016 (по обязательствам ООО «Трак Евро Ойл»).

Также суд первой инстанции указал, что практика выдачи поручительств, входящих в вышеуказанную группу лиц (ФИО1, ФИО6, ООО «Эпсилон-Лизинг», ООО «Трак Евро Ойл», ООО «Евро Ойл Трак») являлась для должника и его аффилированных лиц обычной. 

Аналогичные поручительства имеются по кредитным обязательствам перед банками. Так, из содержания определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.02.2023 по настоящему делу  о включении требований ПАО «Акибанк» (правопреемником которого является ООО «А-Финанс»),  следует, что задолженность  ФИО1 возникла на основании договора об открытии кредитной линии с лимитом задолженности №66/21 от 21.10.2021 и договора поручительства №81-ДП- 66/21 от 27.10.2021.

Суд первой инстанции отметил, что согласно сложившейся судебной практике, наличие корпоративных, либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения кредитора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным кредитором своими правами во вред иным участникам оборота, в частности остальным кредиторам должника (п. 4 ст. 1 и п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от статуса кредитора по отношению к заемщику и поручителю.

 В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018) (ред. от 26.12.2018)  разъяснено, что в ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Суд первой инстанции указал, что ФИО1, заключая оспариваемый договор, действовал как субъект гражданско-правовых отношений, обладающий свободой волеизъявления на заключение гражданско-правовых договоров и по распоряжению собственным имуществом в соответствии со статьей 209 ГК РФ.

При этом, как отметил суд первой инстанции,  существенным является то, что ФИО1 поручился за общество исполнять договор в редакции Соглашения об урегулировании задолженности, которым были определены новые сроки погашения задолженности, а именно в срок по 16.05.2022 года. (п. 2 Соглашения).

В указанной связи, сроки исполнения обязательств были изменены соглашением сторон, а следовательно, утверждение заявителя о том, что поручительство должника было выдано по просроченному обязательству, суд первой инстанции признал не соответствующим обстоятельствам дела.

С учетом перечисленного, суд первой инстанции посчитал, что доказательства, очевидно свидетельствующие о том, что ответчик, в отсутствие формально-юридической связи при соблюдении достаточной степени осмотрительности и добросовестности, мог знать о действительной цели должника и о наличии у него признаков неплатежеспособности, к заявлению ООО «А-Финанс» не представлены.

Принимая во внимание перечисленное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что основания для признания сделки по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, в рассматриваемом случае отсутствуют.

Также суд первой инстанции не нашел оснований для применения положений статьи 61.2 Закона о банкротстве (поскольку не установлена цель причинения вреда), статей 10 и 168 ГК РФ (поскольку не подтверждены обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве).

С учетом указанного, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных ООО «А-Финанс» требований.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом первой инстанции дана подробная и мотивированная оценка доводам заявления, доводы апелляционной жалобы, по существу, повторяют первоначальные доводы заявителя и сводятся к несогласию с их оценкой судом первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 названной статьи установлено, что сделка, указанная в пункте 1 этой статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Доводы о необходимости оценки оспариваемой сделки с позиций пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве с учетом возбуждения дела о банкротстве в период действия моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» и положений статьи 9.1 Закона о банкротстве учтены судом первой инстанции.

Так, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 44) по смыслу подпункта 1 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве в случае введения моратория периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19, статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, по делам о банкротстве, возбужденным в трехмесячный срок, исчисляются исходя из дня введения моратория. В частности, это означает, что при оспаривании сделок проверкой охватываются: периоды, предшествующие дню введения моратория, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года); период действия моратория; период со дня окончания моратория до дня возбуждения дела о банкротстве; период после возбуждения дела о банкротстве.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 05.12.2022, то есть в пределах трех месяцев с даты окончания вышеуказанного моратория, и следовательно периоды оспаривания сделок должника следует исчислять исходя из дня введения моратория (01.04.2022).

Оспариваемый договор поручительства заключен 21.04.2022, в связи с чем может быть оспорен на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Вместе с тем пунктом 14 Постановления № 44 установлена презумпция отнесения всех сделок должника, в отношении которого действовал мораторий, к сделкам, совершенным в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Также указано, что сделка с контрагентом, совершенная в период действия моратория, может быть признана недействительной по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в распоряжении контрагента должника действительно имелись сведения о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, наступивших по основаниям, не связанным с введением моратория, или о заведомом отсутствии реальной возможности преодоления этих признаков.

Указанное разъяснение распространяет на должника, в отношении которого действовал мораторий, ограничения статьи 61.4 Закона о банкротстве, согласно которым по правилам пункта 1 статьи 61.2, статьи 61.3 Закона о банкротстве не могут быть оспорены сделки, совершенные в рамках обычной хозяйственной деятельности, и прямо указывает, что презумпция отнесения сделок должника к обычной хозяйственной деятельности распространяется на все сделки должника, в отношении которого действовал мораторий.

При оценке доводов сторон суд первой инстанции правомерно исходил из того, что юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению в рамках настоящего спора, для признания сделки недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве являются оказание предпочтения ответчику по сравнению с иными кредиторами и осведомленность ответчика об этом.

Как разъяснено в пункте 14 Постановления № 63, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

В данном случае, суд первой инстанции установил, что оспариваемая сделка являлась ординарной, аналогичные сделки совершались и ранее.

Также, необходимо отметить следующее. Из разъяснений, изложенных в абзацах 1 и 2 пункта 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что сделка с предпочтением может быть признана недействительной, только при наличии условий, предусмотренных абзацами 2 и 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела. Т.е. состав недействительности сделки с предпочтением носит формальный характер.

При этом абзац 8 пункта 12 указанного Постановления разъясняет, что в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона, могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом названного пункта (абзац 9 пункта 12).

Следовательно, указанные разъяснения (абзацы 8 и 9) по сути уточняют, что формальный подход к признанию недействительной обеспечительной сделки по признакам предпочтительного удовлетворения, при наличии только условий абзаца 2 и 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве может быть применен в отношении сделок по установлению залога. Такой подход логичен, поскольку ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право получить удовлетворение своих требований за счет стоимости залога приоритетно перед требованиями иных кредиторов.

При этом, правовая природа договора поручительства в отличие от договора залога не предоставляет кредитору право предпочтительного удовлетворения требований в смысле, придаваемом абзацем 2 и абзацем 3 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 363 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением обязательств должником. Лица, давшие поручительство, отвечают перед кредитором солидарно.

Согласно статье 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требования кредитора.

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве», поскольку исполнение поручителем своего обязательства перед кредитором не влечет негативных имущественных последствий для должника, заключение договора поручительства не приводит к преимущественному удовлетворению одного из кредиторов должника по основному обязательству, обеспеченному поручительством, в том смысле, в котором Закон о банкротстве определяет понятие сделки с предпочтением (статья 61.3). 

Квалифицирующим признаком, свидетельствующим о недействительности сделки на основании абзаца 2 и абзаца 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве является оказание предпочтения в результате изменения очередности удовлетворения требований. Однако, несмотря на то, что поручительство и является обеспечительной сделкой, но сама по себе выдача должником поручительства не влечет за собой предпочтительного удовлетворения требований Банка перед требованиями других кредиторов и не изменяет порядок и очередность их удовлетворения, как в случае предоставления залога.

Таким образом, к оспариваемой сделке подлежит применению абзац 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

При этом, необходимым условием для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным абзацем 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, является такое обстоятельство, как осведомленность контрагента о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать выводы о наличии таких признаков.

Следовательно, в рамках заявленных требований, заявителю, необходимо доказать, что на момент совершения сделок, ответчику было или должно было быть известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Между тем, таких доказательств в нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Кроме того, в соответствии со сложившейся судебной практикой, получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является обычной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности. Предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации на сомнительность поручительства будет указывать отклонение поведения кредитора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть, по сути, использовании им своего права во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 2 статья 61.2 Закона о банкротстве).

При предоставлении финансирования независимым кредитором предполагается, что главная цель поручительства, выданного входящего в группу компаний с заемщиком лицом, заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств.

О наличии иной цели может свидетельствовать то обстоятельство, что кредитор не рассчитывал и не мог рассчитывать на повышение вероятности возврата предоставленных заемщику денежных средств. Инициирование производства по делу о несостоятельности поручителя, как минимум, должно порождать у кредитора обоснованные сомнения в возможности получить удовлетворение именно по данному обеспечению. Кроме того, в такой ситуации разумно предположить, что из-за недостаточности имущества у должника обеспечение фактически выдается за счет его кредиторов, которые рискуют не получить удовлетворение своих требований в связи с безосновательным увеличением текущей задолженности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2018 № 304-ЭС17-21427 по делу № А67-4289/2013).

В рассматриваемом случае, на момент заключения договора поручительства ни должник-поручитель, ни иные члены группы не обнаруживали формальных признаков неплатежеспособности, в отношении них не только не была введена процедура банкротства, но также не было и возбуждено дело о несостоятельности.

При этом, исходя из совпадения даты Соглашения об урегулировании задолженности от 21.04.2022 между ООО «ВСК-Нефтесбыт» и ООО «Трак Евро Ойл» и спорного договора поручительства, заключение последнего обусловило согласование первого отсрочку уплаты долга, то есть получение должником как участником упомянутой группы от предоставленного обеспечения имущественной выгоды в виде отсрочки уплаты долга.

С учетом перечисленного, по мнению судебной коллегии суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения заявления ООО «А-Финанс».

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 АПК РФ). Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей (часть 5 статьи 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.10.2024 по делу №А65-32654/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

2. Взыскать с ООО «А-Финанс» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб. по апелляционной жалобе.

3. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                        Д.К. Гольдштейн

Судьи                                                                                      Ю.А. Бондарева 

                                                                                                 Я.А. Львов