ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-24785/2019

22 августа 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 августа 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Горбуновой Е.А., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6021/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 27 апреля 2022 года по делу № А46-24785/2019 (судья Скиллер-Котуновой Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; 644007, 

<

...>, офис 1П) ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7»,

 

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7» – представитель ФИО4, доверенность от 01.09.2021 сроком действия один год; 

 

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 01.08.2020 (резолютивная часть от 27.07.2020) заявление общества с ограниченной ответственностью «Домостроительный комбинат-3» признано обоснованным, общество с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7» (далее – ООО «ДСК-7», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3 (далее – ФИО4, конкурсный управляющий).

В арбитражный суд обратилась конкурсный управляющий ФИО4 с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению ООО «ДСК-7» здания, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, в пользу ФИО2 (далее – ФИО2) и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «ДСК-7» здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, аннулирования регистрационной записи в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) о праве собственности ФИО2 на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, восстановления регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ООО «ДСК-7» на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Омской области от 15.12.2020 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Завод сборного железобетона № 6» (далее – АО «ЗСЖБ № 6»).

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.07.2021 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области.

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.04.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признана недействительной сделка по отчуждению ООО «ДСК-7» здания, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, в пользу ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «ДСК-7» здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, погашения регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ФИО2 на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, восстановления регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ООО «ДСК-7» на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>; с ФИО2 в пользу ООО «ДСК-7» взысканы расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер и 28 000 руб. за проведение судебной экспертизы; с ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- ФИО2 не мог знать о наличии у ООО «ДСК-7» признаков неплатежеспособности на дату совершения спорной сделки, поскольку судебные акты, которыми с ООО «ДСК-7» была взыскана задолженность, вступили в законную силу после указанной даты (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2020 № 306-ЭС19-14691 по делу № А65-6839/2018);

- спорная сделка совершена при наличии равноценного встречного предоставления в пользу должника, вопреки выводам суда первой инстанции, цена спорного имущества ФИО2 и ООО «ДСК-7» не изменялась, указание в спорном договоре цены имущества в сумме 500 000 руб. являлось технической ошибкой;

- дополнительное соглашение от 19.02.2018 к спорному договору не требовало обязательной государственной регистрации, а потому его непредставление сторонами договора в управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области не является нарушением действующего законодательства и не свидетельствует о недействительности или о незаключенности спорного договора;

- результаты судебной экспертизы не содержат вывода о том, что дополнительное соглашение от 19.02.2018 к спорному договору было изготовлено не в указанную в нем дату.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, конкурсный управляющий ФИО4 представила отзыв, в котором просила обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

ФИО2, АО «ЗСЖБ № 6», управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав представителя конкурсного управляющего, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, 16.02.2018 ООО «ДСК-7» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор № 42Б купли-продажи нежилого помещения общей площадью 551.7 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, наименование: строительство магазина товаров первой необходимости (том 1, листы дела 43-44).

Согласно пункту 3 договора цена приобретаемого покупателем нежилого помещения составляет 500 000 руб., установлена соглашением сторон, является окончательной и изменению не подлежит. Продавец подтверждает, что на момент заключения договора оплата произведена полностью.

В силу пункта 6 договора передача помещения произведена при подписании настоящего договора. Настоящий договор является одновременно документом, подтверждающим факт передачи нежилого помещения покупателю.

27.02.2018 зарегистрирован переход права собственности на спорное здание от ООО «ДСК-7» к ФИО2 (том 1, листы дела 14-16).

Считая, что договор купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 совершен с неравноценным встречным предоставлением в пользу должника, со злоупотреблением правом, с целью причинения вреда имущественным правам его кредиторов и причинил такой вред, кроме того, является притворной сделкой, конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договора недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 2 статьи 170, статей 10, 168 ГК РФ.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- дело о банкротстве ООО «ДСК-7» возбуждено определением Арбитражного суда Омской области от 14.01.2020, оспариваемая сделка совершена сторонами 16.02.2018, в связи с чем последняя подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- в соответствии с заключением эксперта № 1353/40/21 рыночная стоимость здания, площадью 551,7 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, по состоянию на 16.02.2018 составляет 12 088 000 руб., в связи с чем согласованная сторонами спорного договора цена здания является заниженной, доказательства оплаты ФИО2 спорного имущества отсутствуют;

- доводы ФИО2 об изменении сторонами спорной сделки цены договора после его исполнения несостоятельны, поскольку такое положение дел противоречит действующему законодательству, по смыслу которого изменение цены договора купли-продажи в таком порядке позволяет считать соответствующий договор (в настоящем случае по состоянию на 16.02.2018) незаключенным, так как согласно пункту 1 статьи 555 ГК РФ существенным условием договора купли-продажи недвижимости является условие о цене товара;

- в ходе проведения судебной экспертизы не подтвержден факт изготовления дополнительного соглашения в указанную в нем дату (19.02.2018), материалы дела свидетельствуют о том, что дополнительное соглашение, датированное 19.02.2018, было составлено не в указанную в нем дату, а значительно позже, поскольку оно не было представлено в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области для регистрации перехода права собственности на здание магазина от ООО «ДСК-7» к ФИО2 и отсутствует в материалах регистрационного дела, представленного в арбитражный суд Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области (при том, что заявление о регистрации перехода права собственности от ООО «ДСК-7» к ФИО2 подано в управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области 19.02.2018);

- действительное наличие у АО «ЗСЖБ № 6» долга перед ООО «ДСК-7» в размере 2 381 242 руб. по договору поставки от 22.12.2014, по договору поставки от 02.06.2014, переведенного ООО «ДСК-7» на ФИО2 соглашением о переводе долговых обязательств, материалами дела не подтверждено;

- на дату совершения спорной сделки у ООО «ДСК-7» имелись признаки неплатежеспособности (решение Арбитражного суда Омской области от 10.07.2019 по делу № А46-6053/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальная организация «Полет-Омск» (далее – ООО «ЖКО «Полет-Омск») денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 17.12.2019 по делу № А46-14579/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Триал Плюс» (далее – ООО «Триал Плюс») денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 24.01.2020 по делу № А46-6219/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу акционерного общества «ОмскВодоканал» (далее – АО «ОмскВодоканал») денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 28.08.2019 по делу № А46-3881/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОВстрой» (далее – ООО «ПРОВстрой») денежных средств);

- как следует из материалов дела и установлено решением Арбитражного суда Омской области от 01.08.2020 по делу № А46-24785/2019 и постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2020 по делу № А46-24785/2019, ФИО2 и ООО «ДСК-7» являются фактически аффилированными лицами, в связи с чем презюмируется осведомленность ответчика о наличии у должника на дату совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности и о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В связи с изложенным суд первой инстанции признал договор купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 между ФИО2 и ООО «ДСК-7» недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применил последствия его недействительности в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «ДСК-7» здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, погашения регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ФИО2 на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, восстановления регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ООО «ДСК-7» на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции в соответствии с представленными в дело доказательствами, основания для установления иных фактических обстоятельств у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что, вопреки выводам суда первой инстанции, спорная сделка совершена при наличии равноценного встречного предоставления в пользу должника.

Между тем согласно пункту 3 договора купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 цена нежилого помещения составляет 500 000 руб.

В то же время, как следует из заключения эксперта № 1353/40/21 (том 2, листы дела 63-135), рыночная стоимость здания, площадью 551,7 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, по состоянию на 16.02.2018 составляет 12 088 000 руб., то есть в 24 раза больше стоимости указанного здания, согласованной сторонами спорного договора.

Согласно доводам ответчика указание в спорном договоре цены имущества в сумме 500 000 руб. являлось технической ошибкой, которая была устранена сторонами посредством заключения дополнительного соглашения от 19.02.2018 (том 4, лист дела 70), в пункте 1 которого указано, что стороны договорились в связи с допущенной технической ошибкой изложить пункт договора купли-продажи нежилого помещения № 43Б от 16.02.2018 в редакции, предусматривающей, что цена приобретаемого покупателем нежилого помещения составляет 5 500 000 руб., установлена соглашением сторон, является окончательной и изменению в одностороннем порядке не подлежит, продавец подтверждает, что на момент заключения настоящего договора оплата произведена полностью.

Однако, как верно указывает конкурсный управляющий, из заключения эксперта № 29/11-2021 (том 4, листы дела 42-118) следует, что на соглашении стоит печать должника, отличная от печати, переданной бывшим руководителем должника ФИО5 (далее – ФИО5) конкурсному управляющему, штемпельная краска, которой проставлена печать на дополнительном соглашении от 19.02.2018, отличается от штемпельной краски, которой проставлялась печать на иных документах, датированных январем, февралем, мартом 2018 года (то есть в этот же период времени).

Текст дополнительного соглашения от 19.02.2018 нанесен поверх печати ФИО2, то есть для создания видимости изготовления дополнительного соглашения в указанную в нем дату был найден чистый лист с уже ранее проставленной печатью ФИО2 и на него наносился текст документа и проставлялась печать ООО «ДСК-7», не переданная конкурсному управляющему.

Заявитель апелляционной жалобы верно указывает, что результаты судебной экспертизы не содержат прямого вывода, согласно которому дополнительное соглашение от 19.02.2018 было изготовлено не в указанную в нем дату.

Вместе с тем приведенные выше суждения, содержащиеся в заключении эксперта № 29/11-2021, свидетельствуют о наличии оснований полагать, что  дополнительное соглашение от 19.02.2018 было составлено не в указанную в нем дату.

К тому же заявление о регистрации перехода права собственности на спорное имущество от ООО «ДСК-7» к ФИО2 было подано в управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области 19.02.2018 совместно с договором купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018, текст которого содержал условие о цене спорного объекта недвижимости, равной 500 000 руб.

Дополнительное соглашение, датированное 19.02.2018, то есть датой обращения сторон в регистрирующий орган, не было представлено в управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области ни для регистрации перехода права собственности на здание магазина от ООО «ДСК-7» к ФИО2, ни впоследствии и отсутствует в материалах регистрационного дела, представленного в арбитражный суд управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что дополнительное соглашение от 19.02.2018 не требовало обязательной государственной регистрации, а потому его непредставление сторонами договора в управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области не является нарушением действующего законодательства.

Однако данное утверждение  на итог рассмотрения настоящего спора повлиять не может, так как оно не устраняется сомнений в достоверности дополнительного соглашения (в действительной дате его составления).

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать доводы ответчика о заключении сторонами дополнительного соглашения от 19.02.2018, исправляющего якобы допущенную в тексте спорного договора техническую ошибку в виде указания вместо цены нежилого помещения, равной 5 500 000 руб., цены, равной 500 000 руб., достоверными.

Так или иначе, якобы скорректированная сторонами посредством заключения дополнительного соглашения от 19.02.2018 цена спорного имущества в размере 5 500 000 руб. также в разы ниже его рыночной стоимости, определенной в заключении эксперта № 1353/40/21 в сумме 12 088 000 руб.

Кроме того, в деле не имеется достоверных и достаточных доказательств оплаты ФИО2 спорного имущества как по цене, равной 500 000 руб., так и по цене, равной 5 500 000 руб., а также в иной сумме.

В частности из материалов дела не усматривается передача ФИО2 должнику во исполнение спорного договора денежных средств в какой-либо сумме и внесения таковых в кассу ООО «ДСК-7», а также перечисление ответчиком соответствующих денежных сумм на счет ООО «ДСК-7».

Согласно доводам конкурсного управляющего сведения о совершении ФИО2 расчетов по спорному договору и документы, подтверждающие их совершение, у него отсутствуют.

Ответчик указывает, что расчет по спорному договору осуществлен им посредством зачета, произведенного соглашением о зачете взаимных обязательств от 16.02.2018 между ФИО2 (сторона 1) и ООО «ДСК-7» (сторона 2), по условиям которого зачетом встречных однородных (денежных) требований прекращается обязательство стороны 1 перед стороной 2 по уплате задолженности по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 в сумме 500 000 руб. и обязательство стороны 2 перед стороной 1 по уплате арендной платы по договору аренды нежилого помещения (помещений) от 01.11.2016 в сумме 500 000 руб. (том 1, листы дела 60, том 2, листы дела 27-29).

Однако доказательств передачи ФИО2 должнику составляющего предмет указанного договора аренды имущества (нежилые помещения, расположенные по адресу: 

<

...>) и пользования им ООО «ДСК-7», а также наличия у последнего по состоянию на 16.02.2018 задолженности по арендной плате в сумме 500 000 руб. перед ФИО2 не имеется.

Договор купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 указания на то, что расчет по нему осуществлен ФИО2 посредством соответствующего зачета, не содержит, несмотря на то, что данный договор и соглашение о зачете взаимных обязательств подписаны в одну дату – 16.02.2018.

Как бы то ни было, даже если расчет ФИО2 по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 в сумме 500 000 руб. посредством совершения указанного зачета действительно состоялся, данное обстоятельство о равноценности встречного предоставления, полученного должником по спорной сделке от ФИО2, не свидетельствует, поскольку, как было указано выше, рыночная стоимость здания, площадью 551,7 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, по состоянию на 16.02.2018 составляла 12 088 000 руб.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым учитывать, что содержащаяся в пункте 1.1 соглашения о зачете взаимных обязательств от 16.02.2018 формулировка, согласно которой обязательства стороны 1 перед стороной 2 по уплате задолженности по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 прекращаются полностью на сумму 500 000 руб., дополнительно указывает на то, что стороны спорной сделки на дату заключения оспариваемого договора исходили из стоимости объекта недвижимости, равной 500 000 руб., а не 5 500 000 руб., как на то указывает ответчик, и доводы последнего о заключении сторонами дополнительного соглашения от 19.02.2018 недостоверны.

ФИО2 также указывает, что расчет по спорному договору осуществлен им посредством заключения с ООО «ДСК-7» (первоначальный должник) и АО «ЗСЖБ № 6» (кредитор) соглашения о переводе долговых обязательств от 12.02.2018, по условиям которого первоначальный должник переводит на ФИО2 (нового должника) долг перед кредитором по обязательствам об оплате поставленной продукции, возникшим по договору поставки от 22.12.2014, на сумму 2 381 242 руб. (том 1, листы дела 58-59).

Между тем, во-первых, данное обстоятельство вступает в противоречие с положениями соглашения о зачете взаимных обязательств от 16.02.2018, которые, как было указано выше, свидетельствуют о том, что посредством его совершения обязательства ФИО2 по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 прекратились полностью.

Во-вторых, АО «ЗСЖБ № 6» совместно с отзывом на заявление представлена копия соглашения о переводе долговых обязательств от 16.02.2018 между ООО «ДСК-7» (первоначальный должник), ФИО2 (новый должник), АО «ЗСЖБ № 6» (кредитор), согласно которому первоначальный должник переводит на нового должника долг перед кредитором по обязательствам об оплате поставленной продукции, возникшим по договору поставки от 02.06.2014, на сумму 2 381 242 руб. и 2 618 758 руб. (товарно-транспортные накладные № 984 от 30.06.2014 и № 1403 от 30.07.2014) (том 1, лист дела 136).

При этом в пункте 5.2 соглашения содержится указание на то, что оно заключено во исполнение обязательств нового должника перед первоначальным должником по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018.

Какие-либо пояснения относительно обстоятельств подписания сторонами указанного соглашения от 16.02.2018 и вступления его условий в противоречие с положениями соглашения от 12.02.2018 и с правовой позицией ФИО2 по настоящему спору ответчиком не даны.

В-третьих, как верно указал суд первой инстанции, первичные документы, достоверно подтверждающие выполнение АО «ЗСЖБ № 6» для ООО «ДСК-7» работ по договору поставки от 22.12.2014 на сумму 2 381 242 руб., равно как первичные документы, подтверждающие выполнение АО «ЗСЖБ № 6» для ООО «ДСК-7» работ по договору поставки от 02.06.2014, на сумму 2 381 242 руб. и 2 618 758 руб. и наличие у ООО «ДСК-7» по состоянию на 12.02.2018 задолженности перед АО «ЗСЖБ № 6» в соответствующем размере, в материалы дела не представлены.

К дополнительному отзыву на заявление от 22.07.2021 АО «ЗСЖБ № 6» приложило договор поставки от 02.06.2014 между ним и ООО «ДСК-7» без последнего листа, на котором должны содержаться реквизиты сторон и их подписи (том 3, листы дела 61-62), в связи с чем данный документ допустимым и достоверным доказательством по настоящему делу не является.

Представленная АО «ЗСЖБ № 6» в дело копия товарно-транспортной накладной № 1403 от 30.07.2014 (том 3, лист дела 64) составлена на сумму 3 481 739 руб. 02 коп., а не на сумму в размере 2 618 758 руб., на которую содержится указание в соглашении о переводе долговых обязательств от 16.02.2018.

В-четвертых, указания на то, что расчет по договору купли-продажи нежилого помещения № 42Б от 16.02.2018 осуществлен ФИО2 посредством перевода долговых обязательств по соглашению от 12.02.2018 либо от 15.02.2018 в спорном договоре также отсутствуют, несмотря на то, что данные соглашения датированы до даты подписания спорного договора. 

В-пятых, даже если расчеты по спорному договору между ФИО2 и ООО «ДСК-7» на сумму 2 381 242 руб. посредством заключения соглашения о переводе долговых обязательств от 12.02.2018 состоялись, данное обстоятельство, с учетом того, что рыночная стоимость здания, площадью 551,7 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, по состоянию на 16.02.2018 составляла 12 088 000 руб., также не свидетельствует о равноценности встречного предоставления, полученного должником по спорной сделке от ФИО2

Более того, даже если предположить обоснованными доводы ответчика об осуществлении им расчетов по спорной сделке на сумму 500 000 руб. (соглашение о зачете взаимных обязательств от 16.02.2018) + 2 381 242 руб. (соглашение о переводе долговых обязательств от 12.02.2018) = 2 881 424 руб., соответствующая сумма в любом случае меньше как якобы согласованной сторонами стоимости спорного имущества в размере 5 500 000 руб., так и его рыночной стоимости в размере 12 088 000 руб. 

При этом доказательства оплаты им спорного имущества в сумме 5 000 000 руб. – 2 881 424 руб. = 2 118 576 руб., а тем более в сумме 12 088 000 руб. - 2 881 424 руб. = 9 206 576 руб. ФИО2 в дело не представлены.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что спорная сделка совершена в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу ООО «ДСК-7», и отклоняет доводы заявителя апелляционной жалобы об обратном.

Согласно доводам ФИО2 он не мог знать о наличии у ООО «ДСК-7» признаков неплатежеспособности на дату совершения спорной сделки, поскольку судебные акты, которыми с ООО «ДСК-7» была взыскана задолженность, вступили в законную силу после указанной даты.

Относительно приведенных доводов ФИО2 суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Во-первых, то обстоятельство, что решение Арбитражного суда Омской области от 10.07.2019 по делу № А46-6053/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу ООО «ЖКО «Полет-Омск» денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 17.12.2019 по делу № А46-14579/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу ООО «Триал Плюс» денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 24.01.2020 по делу № А46-6219/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу АО «ОмскВодоканал» денежных средств, решение Арбитражного суда Омской области от 28.08.2019 по делу № А46-3881/2019 о взыскании с ООО «ДСК-7» в пользу ООО «ПРОВстрой» денежных средств приняты судами и вступили в законную силу после даты совершения сторонами спорной сделки (16.02.2018), об отсутствии у последней цели причинения вреда имущественным правам конкурсных кредиторов ООО «ДСК-7» не свидетельствует.

Так, даже в условиях оспаривания сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие у сделки недобросовестной цели причинения вреда кредиторам (вывод должником имущества из-под обращения взыскания на него) может доказываться по общим основаниям, без использования презумпции неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 указано: из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как усматривается из решения Арбитражного суда Омской области от 10.07.2019 по делу № А46-6053/2019, взысканная им задолженность ООО «ДСК-7» за коммунальные услуги и содержание жилья перед ООО «ЖКО «Полет-Омск» в сумме 3 813 794 руб. 52 коп. образовалась за период с 01.03.2015 по 31.08.2017, в размере 1 025 802 руб. 51 коп. пени, в том числе, за период с 11.06.2015 по 16.02.2018.

Из решения Арбитражного суда Омской области от 17.12.2019 по делу № А46-14579/2019 следует, что ненадлежащее исполнение ООО «ДСК-7» обязательств по договору поставки № 06-02/2014 от 13.01.2014, явившееся основанием для обращения ООО «Триал Плюс» в арбитражный суд с соответствующим исковым заявлением к должнику о взыскании убытков в размере 10 227 086 руб. 84 коп., имело место в 2014-2016 годах.

Как следует из решения Арбитражного суда Омской области от 24.01.2020 по делу № А46-6219/2019, обязательства перед АО «ОмскВодоканал» в размере 4 342 255 руб. 57 коп. возникли у должника на основании договора на подключение к сетям водоснабжения и водоотведения № П-20514 от 20.04.2011 и акта о присоединении от 11.04.2016.

Из решения Арбитражного суда Омской области от 28.08.2019 по делу № А46-3881/2019 следует, что обязательства перед ООО «ПРОВстрой» по договору № 11/2015 от 06.11.2015 в сумме 3 847 779 руб. 41 коп. основного долга возникли у ООО «ДСК-7» в 2015-2016 годах.

Следовательно, по состоянию на дату заключения спорной сделки (16.02.2018) ООО «ДСК-7» должно было знать, что у него имеются неисполненные обязательства перед указанными выше кредиторами на сумму, превышающую 22 000 000 руб., то есть к 16.02.2018 должником от указанных кредиторов было получено встречное предоставление, требовавшее совершения ООО «ДСК-7» платежей в их пользу на сумму свыше 22 000 000 руб.

Между тем, несмотря на указанное обстоятельство, 16.02.2018 ООО «ДСК-7» в пользу заинтересованного лица ФИО2 совершена спорная сделка по отчуждению объекта недвижимости стоимостью свыше 12 000 000 руб., которые могли позволить погасить задолженность ООО «ДСК-7» перед обозначенными выше кредиторами, по крайней мере, наполовину.

При этом требования ООО «ЖКО «Полет-Омск» в размере 4 839 597 руб. 03 коп., из которых: 3 813 794 руб. 52 коп. – задолженность за коммунальные услуги и содержание жилья за период с 01.03.2015 по 31.08.2017, 1 025 802 руб. 51 коп. – пени за период с 11.06.2015 по 16.04.2018, а также 47 198 руб. расходов по оплате государственной пошлины не были погашены должником и включены в реестр требований его кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 29.09.2020.

Требования ООО «Триал Плюс» в размере 11 404 715 руб. 20 коп., из них 9 495 424 руб. – основной долг, 1 909 291 руб. 20 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, не были погашены должником и включены в реестр требований его кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 06.10.2020.

Требования АО «ОмскВодоканал» в размере 4 342 255 руб. 57 коп. (основной долг) не были погашены должником и включены в реестр требований его кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 16.10.2020.

Требования ООО «ПРОВстрой» в сумме 4 269 137 руб. 61 коп., в том числе 3 847 779 руб. 41 коп. – сумма основного долга, 421 358 руб. 20 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами не были погашены должником и включены в реестр требований его кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 25.11.2020.

То есть из материалов дела явно усматривается, что спорная сделка совершена ФИО2 и ООО «ДСК-7» с недобросовестной целью безвозмездного вывода принадлежащего должнику высоколиквидного имущества (объекта недвижимости) стоимостью свыше 12 000 000 руб. в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица (на что будет указано ниже).

Даже если допустить, что недостаточность имущества для расчетов с кредиторами у должника отсутствовала на дату совершения сделки, она возникла в результате совершения спорной сделки.

Учитывая изложенное, вопреки доводам ответчика, из материалов настоящего дела усматривается наличие предусмотренного абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условия признания сделки недействительной в виде цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Спорная сделка в любом случае (независимо от того, имелись ли у должника на дату ее совершения или в результате ее совершения признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества) была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и фактически причинила такой вред.

Во-вторых, то обстоятельство, что указанные выше судебные акты приняты судами и вступили в законную силу после даты совершения сторонами спорной сделки (16.02.2018), не свидетельствует о неосведомленности ФИО2 о наличии у спорной сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «ДСК-7» в связи со следующим.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В настоящем случае из дела следует, судом первой инстанции правильно установлено, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц руководителем и участником ООО «ДСК-3» является ФИО2 В период с 23.12.2002 до 25.04.2006 ФИО2 являлся директором и единственным участником должника. На официальном сайте ООО «ДСК-3» указано, что ФИО2 является Председателем Совета директоров Группы компаний ДСК.

Кроме того, деятельность ООО «ДСК-7» и ООО «ДСК-3» осуществлялась по одному адресу: 

<

...>, несмотря на то, что в настоящее время ООО «ДСК-7» имеет юридический адрес: 

<

...>, оф. 1П.

Собственником помещений по адресу: 

<

...>, является ФИО2 Указанный факт подтверждается и материалами регистрационного дела в отношении должника. Согласно представленным документам ООО «ДСК-7» с момента регистрации до 22.02.2012, а также в период с 03.02.2016 до 11.11.2019 имело юридический адрес 

<

...>. С 11.11.2020 местонахождение ООО «ДСК-7» изменено на 

<

...> П. Материалы регистрационного дела также содержат документы, подтверждающие право собственности ФИО2 на здание, расположенное по адресу: 

<

...>.

Факт ведения ФИО2 экономической деятельности через ООО «ДСК-7» подтверждается также материалами арбитражных дел № А46-13076/2019, № А46- 13647/2014. 

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015,  от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО2 является фактически аффилированным с ООО «ДСК-7» лицом, более того, имеются основания полагать ФИО2 способным давать подлежащие обязательному исполнению указания не только ООО «ДСК-3», но и ООО «ДСК-7».

Кроме того, фактическая аффилированность «ДСК-7» и ФИО2 установлена решением Арбитражного суда Омской области от 01.08.2020 по делу № А46-24785/2019 и постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2020  по делу № А46-24785/2019, имеющими в силу части 2 статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Приведенные обстоятельства презюмируют осведомленность ФИО2 по состоянию на совершение спорной сделки о наличии у ООО «ДСК-7» не исполненных обязательств перед кредиторами на сумму свыше 22 000 000 руб. и о том, что, совершая спорную сделку с должником, ФИО2 действует с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «ДСК-7».

Доводы ФИО2 о недопустимости признания ответчика по спору о признании сделки должника недействительной осведомленным о наличии у последнего признаков неплатежеспособности и о порочности спорной сделки в ситуации, когда все судебные акты, подтверждающие наличие у должника на дату совершения сделки неисполненных обязательств перед кредиторами, вступили в законную силу после даты заключения сделки, со ссылкой на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2020 № 306-ЭС19-14691 по делу № А65-6839/2018, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как следует из указанного определения, соответствующий вывод сделан Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации применительно к фактическим обстоятельствам, отличным от обстоятельств настоящего дела, в частности, в отсутствие в деле № А65-6839/2018 доказательств аффилированности ответчика по спору о признании сделки недействительной с должником и его заинтересованности по отношению к должнику.

В настоящем же случае, как указано выше, из дела следует фактическая аффилированность ФИО2 с ООО «ДСК-7», в связи с чем в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предполагается, что ФИО2 на дату совершения спорной сделки знал о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. При этом данная презумпция ФИО2 надлежащим образом не опровергнута.

А потому содержащаяся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2020 № 306-ЭС19-14691 по делу № А65-6839/2018 правовая позиция не применима к настоящему спору.

Какие-либо иные доводы относительно незаконности или необоснованности обжалуемого определения суда первой инстанции, в том числе в части применения последствий недействительности спорной сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «ДСК-7» здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, погашения регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ФИО2 на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, восстановления регистрационной записи в ЕГРН о праве собственности ООО «ДСК-7» на здание, кадастровый номер 55:36:120307:24203, площадь 551,7 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, в апелляционной жалобе ФИО2 не содержатся.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Омской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Омской области от 27 апреля 2022 года по делу № А46-24785/2019 (судья Скиллер-Котуновой Е.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; 644007, 

<

...>, офис 1П) ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Домостроительная компания-7», оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6021/2022) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Е.А. Горбунова

 В.А. Зюков