﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5941/20 

Екатеринбург

26 июля 2021 г.

Дело № А60-16146/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Павловой Е.А., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом должника Фрибуса Александра Рудольфовича – Кичеджи Павла Федоровича (далее – финансовый управляющий, заявитель кассационной жалобы) и общества с ограниченной ответственностью «Атомстройкомплекс-промышленность» (далее – общество «Атомстройкомплекс-промышленность», заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.01.2021 по делу № А60-16146/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества «Атомстройкомплекс-промышленность» – Абрамов Т.А. (доверенность от 14.09.2020);

Фрибус А.Р. – лично (предъявлен паспорт);

представитель Фрибуса А.Р. – Панкратов Н.М. (доверенность от 21.10.2020);

представитель закрытого акционерного общества «Березовские строительные конструкции» – Богданова О.А. (доверенность от 09.02.2021).

Поступивший в электронном виде отзыв Фрибуса А.Р. к материалам кассационного производства приобщается ввиду заблаговременного направления его лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

В Арбитражный суд Свердловской области 25.03.2019 поступило заявление общества «Атомстройкомплекс-промышленность» о признании Фрибуса А.Р. несостоятельным (банкротом), которое определением от 25.04.2019 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве. 

Определением суда от 22.08.2019 в отношении Фрибуса А.Р. введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден Кичеджи П.Ф. 

Решением арбитражного суда от 22.01.2020 Фрибус А.Р. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, исполняющим обязанности финансового управляющего утвержден Кичеджи П.Ф. 

В арбитражный суд Свердловской области 25.09.2020 поступило заявление финансового управляющего Кичеджи П.Ф. о признании брачного договора от 11.07.2016, заключенного между должником и Фрибус Еленой Викторовной, недействительным (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ), применении последствий его недействительности в виде возврата в единоличную собственность Фрибуса А.Р. следующего имущества:

– 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение площадью 66,7 кв. м, кадастровый номер 66:35:0111003:1005, по адресу Свердловская область, г. Березовский, ул. Энергостроителей, д. 3 кв. 52; 

– жилого дома, площадью 33 кв.м, кадастровый номер 66:62:0201004:702, по адресу Свердловская область, г. Среднеуральск, д. Мурзинка, ул. Полевая,д. 12; 

– земельного участка, площадью 645 кв. м., кадастровый номер 66:62:0201004:106, по адресу Свердловская область, г. Среднеуральск, д. Мурзинка, ул. Полевая, д. 12; 

а также возврата в совместную собственность Фрибуса А.Р. и Фрибус Е.В. следующего имущества:

– земельного участка площадью 1707 кв. м., кадастровый номер 66:62:0201004:233, по адресу Свердловская область, г. Среднеуральск, д. Мурзинка, ул. Морозова, д. 7; 

– жилого дома, площадью 335,1 кв. м, кадастровый номер 66:62:0201004:670, по адресу Свердловская область, г. Среднеуральск, д. Мурзинка, ул. Морозова, д. 7; 

– жилого дома площадью 34,3 кв. м, кадастровый номер 66:62:0201004:672, по адресу Свердловская область, г. Среднеуральск, д. Мурзинка, ул. Морозова, д. 7; 

– автомобиля марки Лексус RX350 2013 года выпуска, VIN JTJBK11AX02458193 государственный регистрационный знак Х282СН96, по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.01.2021  в удовлетворении заявления финансового управляющего Кичеджи П.Ф. о признании сделки с Фрибус Е.В. недействительной отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационных жалобах и дополнениях к кассационной жалобе финансовый управляющий и общество «Атомстройкомплекс-промышленность» просят указанные судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение.

Заявители кассационных жалоб указывают, что фактические обстоятельства дела свидетельствуют о неплатежеспособности должника на момент заключения спорного договора, а также отмечают, что неплатежеспособность должника подтверждена судебными актами по делу № А60-71228/2018, имеющими преюдициальное значение для разрешения настоящего спора. Финансовый управляющий и кредитор указывают, что в рамках вышеуказанного дела со стороны доверенного лица Фрибуса А.Р., являвшегося финансовым директором в группе компаний, был представлен отзыв, согласно которому должник предпринимал в спорный период времени активные действия по выводу активов из группы компаний, поскольку имелись финансовые проблемы у всей группы компании и у него лично. Как полагают заявители, должник, выступающий поручителем по обязательствам входивших в группу компаний обществ, и его супруга были осведомлены о дефолте всей группы компаний, что, в свою очередь, судами при рассмотрении настоящего обособленного спора не учтено.

Заявители кассационных жалоб обращают внимание, что супруге должника по брачному договору перешло ликвидное имущество, в то время как неликвидное имущество – доли в компаниях, которые находятся в состоянии имущественного кризиса – было оставлено за самим должником; при этом выводы судов о получении должником имущества большей стоимости, сделанные на основании заключения от 11.01.2021 № 05-125/2020, противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Финансовый управляющий и кредитор полагают, что спорный договор носит очевидно мнимый характер, поскольку заключен не с целью урегулировать имущественные отношения супругов, а с целью избежать обращения взыскания на общее имущество супругов; иной причины заключения оспариваемого договора из материалов дела не следует.

Заявители кассационных жалоб отмечают, что суды первой и апелляционной инстанций проигнорировали доводы финансового управляющего о недействительности брачного договора на основании статей 10, 168 ГК РФ, поскольку для вывода имущества должником был использован внешне правомерный механизм его отчуждения путем заключения брачного договора; о недобросовестном характере действий со стороны должника свидетельствует также то обстоятельство, что через несколько месяцев после заключения брачного договора Фрибусом А.Р. был отчужден по заниженной цене единственный ликвидный актив, не перешедший супруге в виде доли в размере 25% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Карьер».

Кроме того, по мнению заявителей жалоб, бремя доказывания распределено судами неверно: в ситуации, когда финансовый управляющий привел убедительные аргументы, свидетельствующие о наличии в действиях заинтересованных сторон противоправной цели по выводу имущества, стороны не могут ограничиваться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности отношений, а должны с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, чего в рассматриваемом деле сделано не было.

В отзыве на кассационную жалобу должник Фрибус А.Р. просит оставить судебные акты без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб – отказать.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Фрибус А.Р. и Фрибус Е.В. состоят в зарегистрированном браке с 17.06.1983. 

Между супругами заключен брачный договор от 11.07.2016, по условиям которого установлено, что в период брака сторонами приобретено следующее имущество: 

– земельный участок площадью 645 кв. м, который приобретен в единоличную собственность Фрибуса А.Р. на основании договора купли-продажи №76-К от 09.02.2006; 

– жилой дом с хозяйственными постройками, площадью 33 кв. м, приобретенный в единоличную собственность Фрибуса А.Р. на основании постановления Главы администрации г. Верхняя Пышма №1162 от 29.09.1995, акта приемки в эксплуатацию индивидуального жилого дома от 21.01.2004; 

– 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение (квартиру) площадью 66,7 кв. м, приобретенной в единоличную собственность Фрибуса А.Р. на основании договора №5320 о передаче квартиры в собственность граждан от 08.02.1996. 

Пунктом 5 брачного договора установлено, что указанное выше имущество переходит в единоличную собственность Фрибус Е.В.

Согласно брачному договору, в единоличную собственность Фрибуса А.Р. переходят (остаются) доли в уставных капиталах, акции следующих обществ: общества с ограниченной ответственностью «Березовские инвестиционные решения» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Екатеринбургский завод строительных материалов» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «БСК Плюс» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Агентство БСК» – 70% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «БСК Плюс» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «БЗСКТрансСервис» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Нефтеюганскстройинвест» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Березовские строительные решения» – 51% доли в уставном капитале; общества с ограниченной ответственностью «Свет» –  33% доли в уставном капитале; акционерного общества «БЗСК-Инвест» – 520 шт. обыкновенных акций; закрытого акционерного общества «БЗСК» – 84 шт. обыкновенных акции; закрытого акционерного общества «Березовские строительные конструкции Плюс» – 130 шт. обыкновенных акций (32% доли в уставном капитале). 

Пунктом 6 данного договора супруги установили режим раздельной собственности, согласно которому все имущество, которое будет приобретаться супругами после заключения брачного договора, будет являться раздельной собственностью каждого из супругов, на имя которого оно оформлено или зарегистрировано.

Судами при рассмотрении настоящего обособленного спора, установлено, что спорная сделка заключена между заинтересованными лицами в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что не установлены обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии оснований для признания брачного договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд первой инстанции отклонил доводы финансового управляющего о наличии у организации, контролирующими лицами которых являлся Фрибус А.Р., признаков неплатежеспособности, как не имеющие правового значения; суд первой инстанции, опираясь на выводы, изложенные в заключении специалиста о стоимости долей в уставных капиталах подконтрольных Фрибусу А.Р. обществ, пришел к выводу о соблюдении супругами в рассматриваемом случае баланса перешедшего в единоличную собственность каждого из супругов имущества. Суд первой инстанции сослался на заключение между супругами еще 11.11.2015 соглашения о разделе общего имущества супругов с сопоставимыми условиями, что, в свою очередь, свидетельствовало о наличии у супругов Фрибусов еще до заключения спорного брачного договора намерения разделить имущество, данное намерение было реализовано путем заключения брачного договора.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии необходимой совокупности условий для признания брачного договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отметив, что стоимость долей/акций, которые переходят/остаются в единоличной собственности Фрибуса А.Р., составляет более 139 млн. руб., заключив, что в результате раздела имущества должнику перешло имущество стоимостью, значительно превышающей стоимость имущества, оставшегося за супругой, в то время как в отсутствие брачного договора требования кредиторов могли быть удовлетворены только за счет половины имущества супругов, в связи с чем вред имущественным интересам кредиторов заключением брачного договора не причинен. 

Суд апелляционной инстанции также отметил, что неплатежеспособность обществ, доли участия в уставном капитале которых перешли по брачному договору в единоличную собственность должника, наступила не ранее 2017 года, первая процедура в отношении компании группы – общества «Березовскстройинвест» – была введена в 2017 году (дело № А60-30987/2016), в связи с чем пришел к выводу, что дефолт всей группы компании БЗСК на дату заключения брачного договора от 11.07.2016 не доказан. 

При этом суд апелляционной инстанции, анализируя обстоятельства наступления неплатежеспособности группы компаний БЗСК и должника, указал, что в связи со спецификой деятельности группы компаний – строительная деятельность – для ее ведения необходимо было привлечение заемных денежных средств, в связи с чем общества, входящие в группу, принимали на себя кредитные обязательства (кредиторы: публичное акционерное общество АКБ «Инвестторгбанк» и публичное акционерное общество «Сбербанк России»), которые, в свою очередь, обеспечивались залогом их имущества, каждое из обществ демонстрировало устойчивое имущественное положение и наличие достаточных активов, покрывающих кредитные обязательства; в связи с отзывом лицензии общества АКБ «Инвестторгбанк» последнее обратилось к обществу «Березовскстройинвест» с требованием о досрочном погашении обязательства, вместе с тем суд отметил, что должник не являлся участником общества «Березовскстройинвест»; с учетом приостановления деятельности общества АКБ «Инвестторгбанк», между группой компаний БЗСК и обществом «Сбербанк России» велись переговоры о предоставлении дополнительного финансирования на сумму 150 000 000 руб., по результатом которых было подписано дополнительное соглашение от 28.11.2016 № 3 к договору об открытии невозобновляемой кредитной линии; в условиях неполучения согласия от общества «Сбербанк России» на выдачу дополнительных кредитов группа компании БЗСК не смогла единовременно погасить возникшую задолженность перед обществом АКБ «Инвестторгбанк» в размере, превышающем 200 млн. руб., попытки реструктуризации задолженности перед указанным обществом также не увенчались успехом; таким образом, апелляционный суд делает вывод об объективных причинах должнику надеяться на самостоятельное исполнение обществами, чьим поручителем он являлся, своих обязательств и, соответственно, на недоказанность наличия у должника признаков неплатежеспособности.

Между тем, по мнению суда округа, судами нижестоящих инстанций не учтено следующее.

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Основным мотивом отказа судов в удовлетворении требований финансового управляющего являлась недоказанность наличия признаков неплатежеспособности должника в спорный период заключения брачного договора, а также эквивалентность имущества, закрепленного за каждым из супругов в результате заключения брачного договора. 

Однако суды упустили из внимания, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной, учитывая, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В частности, финансовый управляющий в ходе рассмотрения обособленного спора последовательно ссылался на тот факт, что на момент заключения брачного договора Фрибус А.Р. уже принял на себя солидарные обязательства, выдав поручительства в обеспечение возврата заемных средств, полученных по кредитным договорам, заключенным юридическими лицами (заемщиками), входящими в группу компаний БЗСК; при этом срок исполнения обязательств одного из обществ – «Березовскстройинвест», поручителем которого являлся должник, перед крупнейшим кредитором – обществом АКБ «Инвестторгбанк», наступил уже 02.12.2015, а 07.07.2016 (за четыре дня до заключения брачного договора) было принято к производству заявление о признании данного общества банкротом.

Соответственно, должник не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщиков и значительной кредиторской задолженности указанных лиц перед Банками, безотносительно к самим причинам возникновения такого положения, будь то отзыв лицензии у общества  АКБ «Инвестторгбанк» или иные обстоятельства.

В рамках дела № А60-59737/2016 (банкротство общества «БЗСК») при рассмотрении обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам общества «БЗСК» контролирующих должника лиц, в числе которых был указан Фрибус А.Р., судами установлено, что по состоянию на 30.06.2016 долг общества «БЗСК» по кредитным договорам превышал 700 млн. руб., долг по обязательным платежам превышал 82 млн. руб., а совокупная задолженность перед кредиторами, включая задолженность перед банками в значительном размере, существенно превысила стоимость активов должника на ту же дату (580 664 000 руб.), с 2014 по 2016 годы произошло значительное снижение объемов и выпуска продукции и выручки должника, с октября 2016 года его производственная деятельность вынужденно приостановлена.

Суды не учли, что кризисная ситуация (как в имущественной сфере обществ, входящих в группу, так и должника в частности), как правило, возникает не одномоментно, а нарастает до момента появления признаков объективного банкротства. Следовательно, даже при формальном отсутствии кредиторов лично у поручителя, его осведомленность о скором банкротстве заемщиков меняет стандарт добросовестного поведения поручителя, не позволяя выводить по неравноценным сделкам ликвидные активы из своей имущественной массы. 

При таких обстоятельствах подозрительными и нетипичными являются действия поручителя, являющегося одновременно руководителем и учредителем компаний группы, которые испытывают финансовые трудности, по перераспределению своих ликвидных активов в пользу заинтересованного лица.

Соответственно, в таком случае дополнительному выяснению и оценке подлежат мотивы должника как по заключению брачного договора спустя значительное время после заключения брака, без намерения прекращать брачные отношения, для исключения компрометирующих должника разумных подозрений финансового управляющего и кредиторов о том, что единственной целью совершения данной сделки является вывод ликвидных объектов недвижимости и транспортного средства из имущественной массы поручителя с использованием внешне законного механизма – путем заключения брачного договора, для целей исключения обращения на него взыскания, при том, что оснований, по которым у должника объективно могли возникнуть разумные ожидания относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основными должниками, приведено не было.

Помимо этого, нельзя не отметить, что и супруга должника, как заинтересованное лицо, также не может не знать об обязательствах своего супруга, возникших из договоров поручительства, равно как и об ухудшающейся ситуации в имущественной сфере семьи (угрозе ухудшения данной ситуации) в связи с предъявлением требования о досрочном погашении задолженности к основному должнику, в случае, если указанное ею не опровергнуто.

Поскольку в настоящем обособленном споре возникает вопрос о субъективном отношении ответчиков к обстоятельствам возникших в 2016 году денежных притязаний к основным должникам-обществам, контролируемым Фрубусом А.Р., то дополнительному исследованию подлежат и сами условия брачного договора.

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

По смыслу статей 40, 42, 44 СК РФ при заключении брачного договора стороны вправе распределить нажитое в браке имущество на свое усмотрение, при этом принцип равноценности в таких правоотношениях не является обязательным, в то же время вред требованиям кредиторов может быть причинен в результате заключения брачного договора в том случае, когда должник в результате совершения такой сделки лишился имущества, за счет стоимости которого могли быть погашены обязательства перед кредиторами (статья 65 АПК РФ).

Суды, оценив заключение специалиста № 05-125/2020, пришли к выводу, что вред имущественным интересам кредиторов в данном случае заключением брачного договора не причинен, поскольку в результате должнику в единоличную собственность перешло имущество стоимостью, значительно превышающей стоимость имущества, перешедшего супруге (139 492 000 руб.).

Вместе с тем ни одно из доказательств, в том числе документы с изложением мнения специалистов, заключения экспертов, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы – все они оцениваются судом по существу в их совокупности (статья 72 и часть 1 статьи 82 АПК РФ).

В разделе 8 названного заключения специалиста указано, что стоимость предприятий-эмитентов как имущественных комплексов и как действующих бизнесов провести должным образом невозможно. Это обусловлено тем, что данное исследование проведено в условиях ограниченной информации, проведено по финансовой отчетности предприятий, опубликованной на Интернет-ресурсах. Оценка предприятий специалистом проведена по методу чистых активов (страница 22 заключения).

В то же время при оценке соразмерности распределенных активов между супругами судам необходимо было учесть, что, оценивая доли в уставных капиталах обществ (количество акций), закрепленные в брачном договоре за должником в качестве его личного имущества, для получения объективных данных об их реальной стоимости, требуется оценка не только чистых активов, но и ряда иных обстоятельств, таких как текущее экономическое и финансовое положение обществ, факты обременения имущества юридических лиц залогом и заключения ими договоров поручительства в пользу третьих лиц, прогнозирование будущих доходов, уровень требуемого оборотного капитала, наличие реальных перспектив к предъявлению требований обществам и т.д.  

В этой связи, суды помимо вышеуказанного, при оценке заключения специалиста должны были учесть, что в момент заключения брачного договора общества, входящие в группу компания БЗСК, находились в состоянии финансового кризиса, что объективно влияет на рыночную стоимость долей; впоследствии в отношении данных обществ были возбуждены дела о несостоятельности, о чем свидетельствуют сведения из «Картотеки арбитражных дел» (дела №№ А60-58477/2018, А60-24125/2018, А60-45802/2017, А60-31287/2017, А60-53773/2017, А60-47915/2019, А60-54470/2018, А60-59737/2016, А60-71228/2018, А60-7315/2019, А60-39048/2017, А60-25947/2021); в конкурсной массе должника не имеется иного имущества, кроме упомянутых долей в обществах; определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2021 утверждено Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника в редакции, представленной финансовым управляющим, из определения следует, что во всех случаях предлагается продажа долей по номинальной стоимости, что во много раз меньше стоимости, указанной в заключении специалиста.

Таким образом, судами не дана надлежащая правовая оценка заявленным доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, не дана оценка всем обстоятельствам, которые были заявлены в качестве оснований для признания сделки недействительной, не установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из доводов и возражений лиц, участвующих в деле, представленных в материалы дела доказательств, в связи с чем выводы судов об отсутствии оснований для признания сделки недействительной в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует признать недостаточно обоснованными, имеющими предположительный характер.

С учетом вышеизложенного выводы суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции нельзя признать соответствующими требованиям статей 168, 170 АПК РФ, поэтому определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене на основании части 3 статьи 288 АПК РФ как принятые с нарушением норм материального и процессуального права.

Исходя из того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде округа в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, исследовать доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные в их обоснование доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, и принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.01.2021 по делу № А60-16146/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2021 по тому же делу отменить. 

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьями 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					Ю.В. Кудинова 

Судьи								Е.А. Павлова 

                                             							С.Н. Соловцов