Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А58-3302/2013

г. Чита

12  июля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 12 июля 2018 года

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Мациборы А.Е., судей Даровских К. Н., Корзовой Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы закрытого акционерного общества «Иреляхнефть» и конкурсного управляющего МУП ЖКХ г. Ленск ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 26 марта 2018 года по заявлениям конкурсного управляющего от 22 декабря 2017 года и закрытого акционерного общества «Иреляхнефть» от 25 декабря 2017 года о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника собственника и учредителя должника – Администрацию муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия), 

в деле о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Жилищно-коммунальное хозяйство город Ленск» муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> адрес: 678144, Республика Саха (Якутия), улус Ленский, 

<

...>) (суд первой инстанции судья Н.Д. Немытышева) 

установил:

дело о банкротстве муниципального унитарного предприятия «Жилищно-коммунальное хозяйство город Ленск» муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия) (далее – должник, МУП «ЖКХ г. Ленска» возбуждено определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 19.06.2013 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Таас-Юрях Нефтедобыча» от 11.06.2013

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 03 февраля 2014 года МУП «ЖКХ г. Ленска» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 30.01.2018 в одно производство для совместного рассмотрения приняты заявления конкурсного управляющего должника ФИО2 и закрытого акционерного общества «Иреляхнефть» о привлечении к субсидиарной ответственности учредителя должника Администрации муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия) (далее – Администрация) по денежным обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 26.03.18 в удовлетворении заявлений отказано.

Не согласившись с указанным определением, арбитражный управляющий и закрытое акционерное общество «Иреляхнефть» обратились в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В обосновании доводов апелляционной жалобы арбитражный управляющий  указывает, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника учредителя должника возникли на основании Постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского Округа от 24.04.2015. Указывает, что конкурсный управляющий в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации не ставил вопрос о праве на имущество, подлежащее государственной регистрации, а просил суд привлечь контролирующего должника лица к ответственности в связи с тем, что изъятие у должника имущества, в том числе котельных, повлекли невозможность производства основного вида деятельности (производство тепла) и послужили причиной банкротства. Полагает, что сроки исковой давности нельзя считать ранее, чем с момента окончания торгов имуществом должника, в том числе поступившего в конкурсную массу в результате признания недействительной сделкой действий 

В обосновании доводов своей жалобы ЗАО «Иреляхнефть» указывает, что изъяв имущество, переданное должнику для осуществления уставной деятельности, администрация не приняла мер по наделению должника другим имуществом, за счет которого последний мог бы продолжить осуществление деятельности и исполнение обязательств перед кредиторами. Изъятие имущества у должника повлекло значительный рост диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств. Полагает, что Администрация подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Полагает, что поскольку Администрацией помимо котельных была также изъята автомобильная техника, также необходимая должнику для осуществления уставной деятельности, то такие действия Администрации привели к банкротству должника. Считает, что Администрация, как собственник имущества МУП «ЖКХ г. Ленска», должна была на основании пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обратиться с заявлением о банкротстве должника, поскольку руководитель должника с таким заявлением не обращался, а соответственно и нести субсидиарную ответственность. 

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В связи с временным отсутствием судьи Гречаниченко А.В., она на основании определения от 03.07.2018 была заменена на судью Корзову Н.А., в связи с чем дело рассматривается сначала.

До начала судебного заседания от Администрации муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия) поступил отзыв на апелляционную жалобу, дополнение к отзыву на апелляционную жалобу.

Как следует из материалов дела и установлено судом, вступившим в силу определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 05 ноября 2014 года в части отказа в удовлетворении требований, заявленных конкурсным управляющим, о признании недействительными сделок должника по изъятию на основании распоряжений № 07-04-000738/2, № 07-04-000185/13 и № 07-04-000185/3 от 07.03.2013 учредителем должника объектов недвижимого имущества (котельных), поскольку право хозяйственного ведения должника на спорные объекты недвижимого имущества не возникло.

Вступившим в силу определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 16 декабря 2015 года признаны недействительными сделки, оформленные распоряжением главы муниципального образования «Город Ленск» Ленского района Республики Саза (Якутия) «Об изъятии из хозяйственного ведения МУП ЖКХ г. Ленск движимого и недвижимого имущества МО «Город Ленск» Ленского района Республики Саха (Якутия) от 07 марта 2013 года №07-04-000185/13 в части изъятия движимого имущества у должника – МУП «ЖКХ г. Ленск» следующего движимого имущества: самосвал КАМАЗ 65115-62 2009 16мт 489654 С 322 ЕС; комбинированная машина КО-505А; автопогрузчик с челюстным захватом марки ZL30F; автогрейдер ДЗ-98В, МкСм-800; ГС — 10.01; КАМАЗ-53215; КАМАЗ 65115 КО 829. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания Администрации передать имущество в конкурсную массу.

Ссылаясь на то, что в результате действий Администрации по изъятию имущества, должник лишился возможности осуществлять уставную деятельность, что привело к его банкротству и невозможности удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве обратился с заявлением о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности в размере 99 817 392 рубля 33 копейки.

Согласно заявлению ЗАО «Иреляхнефть», помимо оснований, указанных конкурсным управляющим, заявлено о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности в размере 34 601 827,64 руб. на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом в соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 закона о банкротстве.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума № 53), суд должен оценить существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Дело о банкротстве МУП «ЖКХ г. Ленск» было возбуждено 19.06.2013 в связи с наличием задолженности в размере 6 010 783 руб. 90 коп., возникшей в феврале 2012 года  по договору на приобретение нефтяного котельного топлива от 01.12.2010 № 367-2/10.

Требования кредиторов ООО «Ленск-газ» в сумме 45 019 113 руб. 86 коп., ФНС России в сумме 21 804 645 руб. 60 коп., также возникли в период 2011 – 2012 годов.

Согласно мотивировочной части решения суда о признании должника банкротом от 03.02.2014, в соответствии с анализом финансового состояния должника, он находится в критическом финансовом состоянии, большинство финансовых показателей были значительно хуже нормы, существовала вероятность полного прекращения деятельности организации уже в краткосрочной перспективе, итоговая рейтинговая оценка финансового состояния должника являлась критической.

Таким образом, действия Администрации по изъятию имущества должника, на которые указывают конкурсный управляющий и ЗАО «Иреляхнефть», не могли являться причиной банкротства должника, поскольку были совершены только в 2013 году, непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве, а основные обязательства возникли в 2011 – 2012 годах в связи с убыточностью осуществляемой должником деятельности по производству тепловой энергии для подачи ее потребителям.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

ЗАО «Иреляхнефть» и конкурсный управляющий в соответствии с доводами, изложенными в апелляционных жалобах, полагают, что сделки по изъятию у должника имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, привели к существенному ухудшению финансового положения должника.

Однако, как следует из пояснений Администрации, дальнейшая нерентабельная деятельность должника по эксплуатации нефтяных котельных в целях производства тепла фактически прекратилась по иным основаниям – в связи с подводом в город Ленск газа и строительством газовых котельных.

Учитывая, что котельные никогда не принадлежали должнику на каком-либо праве, что установлено вступившими в силу судебными актами по настоящему делу, то действия Администрации по прекращению их эксплуатации должником не могли оказать существенного влияния на финансовое положение должника.

Также не могли привести к существенному ухудшению финансового положения должника и признанные незаконными действий Администрации по изъятию из хозяйственного ведения должника автомобильной и иной техники, поскольку изъятое движимое имущество было возвращено должнику, но не эксплуатировалось им как на момент изъятия, так и после его возвращения.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В пункте 23 Постановления Пленума № 53 указано, что по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Доводы ЗАО «Иреляхнефть» о том, что должник помимо производства тепла осуществлял также иные виды деятельности, для которых была необходима автотранспортная техника (которые заявитель перечисляет исходя из разрешенных видов деятельности, указанных в выписке из ЕГРЮЛ), а ее изъятие лишило возможности должника осуществлять ее, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Само по себе наличие у должника иных разрешенных видов деятельности, не является доказательством того, что такая деятельность фактически осуществлялась должником, также как и того, что такая деятельность, даже если она и осуществлялась, то приносила существенный доход и была значима для должника. При этом ЗАО «Иреляхнефть» и конкурсным управляющим в материалы дела не представлено соответствующих доказательств несмотря правовую позицию, изложенную в пункте 23 Постановления Пленума № 53.

Таким образом, заявителями в данном случае не доказано как значимости сделки, на которую они указывают, так и ее существенной убыточности.

В этой связи сделки, совершенные Администрацией за счет должника по изъятию у него автотранспортной и иной техники, вопреки доводам апелляционных жалоб не могут быть расценены судом как сделки, причинившие существенный вред кредиторам, поскольку в результате признания этих сделок недействительными имущество было возвращено в конкурсную массу и реализовано конкурсным управляющим.

Доводы ЗАО «Иреляхнефть» о том, что суд в случае отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности должен был взыскать с Администрации причиненные ей убытки, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку заявителями не было доказано наличия у должника убытков, находящихся в причинно-следственной связи с совершенными сделками.

В соответствии с заявлением и апелляционной жалобой ЗАО «Иреляхнефть» полагает, что имелись основания для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неисполнением требований пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств в случаях, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии с положениями пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве собственник имущества должника – унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если в течение предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срока, руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Однако заявителем не учтено, что соответствующие положения пункта 3.1 Закона о банкротстве были введены Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а обстоятельства, указанные в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве в данном случае возникли в 2012 году, а дело о банкротстве было возбуждено в 2013 году.

Закон о банкротстве в редакции, действовавшей на дату возбуждения дела о банкротстве МУП «ЖКХ г. Ленск» предусматривал единственное основание для возникновения обязанности у собственника имущества должника – унитарного предприятия принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, – в соответствии с пунктом 3 статьи 224 Закона о банкротстве, то есть при наличии обстоятельств, свидетельствующих о том, что стоимость имущества должника, в отношении которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов.

Доказательств того, что в отношении МУП «ЖКХ г. Ленск» Администрацией в 2012 – 2013 годах было принято решение о ликвидации, материалы дела не содержат, при этом дело о банкротстве МУП «ЖКХ г. Ленск» было возбуждено по общим основаниям и упрощенные процедуры банкротства не применялись.

Таким образом, заявителями не доказано наличия в тот период (2012 – 2013 годы) у Администрации обязанности по обращению в суд с заявлением о признании МУП «ЖКХ г. Ленск» банкротом.

Кроме того, Администрацией было заявлено о пропуске сроков исковой давности для обращения с заявлением о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

В настоящем случае должник был признан банкротом решением суда от 03.02.2014, при этом конкурсный управляющий обратился с заявлением в соответствии со штампом суда 10.12.2017, а ЗАО «Иреляхнефть» 25.12.2017. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 58 Постановление Пленума № 53, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Таким образом, заявления, как конкурсного управляющего, так и ЗАО «Иреляхнефть», были поданы по истечении трехгодичного срока со дня признания должника банкротом, а соответственно по истечении сроков исковой давности, установленных в пункте 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, а ходатайств о его восстановлении не заявлялось.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, принятый судом первой инстанции судебный акт подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы, связанные с рассмотрением апелляционных жалоб в суде апелляционной инстанции подлежат отнесению на их заявителей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 26 марта 2018 по делу № А58-3302/2013 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца с даты принятия.

 

Председательствующий:                                                             А.Е. Мацибора

 

Судьи                                                                                             К.Н. Даровских

Н.А. Корзова