ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-27206/2020

г. Красноярск

11 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «28» апреля  2022  года. 

Полный текст постановления изготовлен         «11» мая  2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей:  Белоглазовой Е.В., Хабибулиной Ю.В,

при ведении протокола судебного заседания секретарем  ФИО1,

при участии: 

от ФИО2 -  ФИО3 – представителя по доверенности от 01.06.2021;

от ФИО4 -  ФИО5 - представителя по доверенности от 25.05.2020;

ФИО4,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 февраля 2022 года по делу №  А33-27206/2020,  

 

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка г. Стерлитамак, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, далее - должник), решением суда от 20.05.2021 признанного банкротом, определением Арбитражного суда Красноярского края от 17.02.2022  процедура реализации имущества в отношении должника ФИО4 завершена. В отношении ФИО4 правила об освобождении от исполнения обязательств не применены. 

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе должник выражает несогласие с неприменением правил статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" об освобождении от исполнения требований кредиторов, ссылаясь на отсутствие в действиях должника очевидного отклонения от добросовестного поведения. Также апеллянт отмечает, что в действиях должника отсутствуют признаки злоупотребления правом и иного заведомо недобросовестного поведения в ущерб кредиторам. ФИО4 является инвалидом 2-й группы, заболевание рассеянный склероз не лечится, с  годами  ухудшается 2020. Требовать  от  людей  обязательного   трудоустройства в  период  пандемии с  2020 года и применять  к  ним   меры ответственности  даже в  банкротных правоотношениях является   избыточной  мерой.

ФИО2 представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.  Ссылка в жалобе на то, что ФИО4 глубоко больной человек, здоровье которого не восстановится и заболевание с годами только ухудшается, является по сути голословной, ничем объективно не подтвержденной и является скорее эмоциональной субъективной оценкой, нежели объективной правовой. Более того, опровергаемся поведением самого должника до подачи заявления о признании себя банкротом, а именно трудоустройство на протяжении длительного времени, а также установление группы инвалидности допускающей возможность трудиться. Увольнение с работы и нежелание нового трудоустройства в рамках принятия всех возможных мер к получению дохода с целью погашения долгов, свидетельствует о недобросовестном поведении должника, а не о невозможности трудится по состоянию здоровья.

Определением третьего арбитражного апелляционного суда от 15.3.2022 апелляционная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 28.04.2022.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просит отменить определение суда первой инстанции в части неприменением правил статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 3 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" об освобождении от исполнения требований кредиторов и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ФИО2 поддержал возражения на доводы апелляционной жалобы, согласен с определением суда первой инстанции.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая отсутствие возражений лиц, участвующие в деле, относительно проверки законности и обоснованности определения в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность обжалуемого определения в части не применения судом первой инстанции правил об освобождении должника от исполнения обязательств.

Учитывая, что иные  лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ Федерации дело рассматривается в отсутствие иных  лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Проанализировав представленный финансовым управляющим отчет о результатах реализации имущества гражданина, установив, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества гражданина, завершены; имущество, за счет которого возможно пополнение конкурсной массы, отсутствует; дальнейшее проведение процедуры банкротства нецелесообразно и приведет только к увеличению расходов в деле о банкротстве, суд первой инстанции пришел выводу о завершении процедуры банкротства.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции руководствуясь статьями 32, 213.4, 213.5, 213.9, 213.25 - 213.28, 213.30, 213.31 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и статьями 10, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств ввиду его недобросовестного поведения, направленное на причинение вреда имущественным правам кредиторов, которое учтено при оценке добросовестности должника в целом.

Поскольку выводы суда относительно завершения процедуры реализации имущества должника в порядке апелляционного производства не оспорены, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что предметом апелляционного рассмотрения является определение суда первой инстанции в части неосвобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта в части.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 45 от 13.10.2015 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013 по общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

В ходатайстве о неприменении правил об освобождении от исполнения обязательств конкурсный кредитор указывает на следующие обстоятельства:

1)   на дату обращения с заявлением ФИО4 была трудоустроена в ООО «Апогей», однако в заявлении о своем банкротстве указала, что не трудоустроена, чем ввела в заблуждение суд и кредиторов;

2)   должник не исполнил обязанность по уведомлению кредитора о своём банкротстве, намеренно указав в заявлении неверный адрес кредитора;

3)   должник в течение процедуры банкротства производил траты, которые не согласуются с его финансовым состоянием.

Действительно, в заявлении о своём банкротстве, направленном в суд 09.09.2020, ФИО4 указала, что в настоящее время не трудоустроена, между тем, в соответствии с поступившим в материалы дела ответом Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации от 11.12.2021, ФИО4 до ноября 2020 года состояла в трудовых отношениях с ООО «Апогей», которое, являлось страхователем, перечисляло страховые взносы на обязательное пенсионное страхование ФИО6, вплоть до ноября 2020 года.

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств.

В силу разъяснений, данных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Суд первой  инстанции не  признал того, что факт отражения недостоверной информации о трудоустройстве повлиял на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, так как процедура реструктуризации долгов введена 15.12.2020, а последние начисления должнику произведены в ноябре 2020 года, то есть до введения процедуры, следовательно, в конкурсную массы денежные средства от трудовой деятельности поступать и не могли.

Из пояснений должника, направленных в адрес финансового управляющего о причинах увольнения из ООО «Апогей», следует, что должником прекращены трудовые отношения, поскольку ФИО4 присвоена 2 группа инвалидности, в связи с чем, она не имела возможности выполнять трудовые обязанности.

Конституция Российской Федерации провозглашает Россию социальным государством, в котором охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов и пожилых граждан, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст. 7), гарантируются равенство прав и свобод человека и гражданина (ст. 19), социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, предусмотренных законом (ст. 39, ч. 1).

В ст. 92 ТК РФ перечислены категории работников, для которых устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени.

Так, сокращенная продолжительность рабочего времени устанавливается для работников, являющихся инвалидами I или II группы, - не более 35 часов в неделю (абзац четвертый ч. 1 ст. 92 ТК РФ).

Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ) определяет государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации (преамбула данного закона).

Частью 3 ст. 23 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ для инвалидов I и II групп устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени - не более 35 часов в неделю с сохранением полной оплаты труда.

Из приведенных положений Конвенции о правах инвалидов, Конституции Российской Федерации и законодательства Российской Федерации следует, что государство гарантирует работникам право на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, право на отдых, включая ограничение рабочего времени. Инвалидам в области трудовых отношений установлены повышенные гарантии, обеспечивающие реализацию ими права на труд наравне с другими работниками. Одной из таких гарантий является сокращенная продолжительность рабочего времени не более 35 часов в неделю, предусмотренная для инвалидов I или II группы.

Учитывая  изложенное, суд первой инстанции  сделал  обоснованный  вывод, что наличие у должника инвалидности второй группы, не является препятствием для трудоустройства. Следовательно, в рассматриваемом случае должник, попавший в трудную жизненную ситуацию, тем не менее, должен принимать все возможные меры к получению доходов с целью погашения своих долгов: трудоустройство, повышение квалификации, изменение специализации, переход на более скромный уровень потребления (например, в части автотранспорта, жилья, отдыха и пр.).

Между тем, невозможность продолжения трудовых отношений с ООО «Апогей» ничем не подтверждена.

Из справки об инвалидности, представленной в материалы дела, следует, что инвалидность присвоена должнику 05.11.2019. При этом, являясь инвалидом второй группы, должник до ноября 2020 года выполнял трудовую функцию. Доказательств того, что в ноябре 2020 года здоровье должника ухудшилось, в связи с чем, стало невозможным выполнение трудовой функции в материалы дела не представлено. Объективные причины, препятствующие устройству на официальную работу, должником не раскрыты. Указанные действия должника фактически привели к утрате одного из способов пополнения конкурсной массы.

Учитывая   изложенное, доводы апеллянта  о  том, что ФИО4 является инвалидом 2-й группы, заболевание рассеянный склероз не лечится, с  годами  ухудшается 2020,требовать  от  людей  обязательного   трудоустройства в  период  пандемии с  2020 года и применять  к  ним   меры ответственности  даже в  банкротных правоотношениях является   избыточной  мерой, отклоняется  судом  апелляционной инстанции как несостоятельный.

Кроме того, судом первой   инстанции  также установлено следующее.

Определением суда от 05.10.2021 по делу А33-27206-2/2020 требования ФИО2 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ФИО4 с суммой задолженности в размере 1 348 611,60 руб. основного долга, 276 171,65 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами на основании   решений Свердловского районного суда г. Красноярска от 28.04.2011, от 12.09.2014, от 02.10.2014.

Из решения Свердловского районного суда г. Красноярска от 28.04.2011 следует, что 10.12.2010 между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому ФИО2 передает в собственность ФИО4 транспортное средство марки INFINITY FX 35, 2003 года выпуска, идентификационный номер VIN 

<

***>.

Собственником указанного автомобиля на момент сделки являлся ФИО2, что подтверждается данными электронной базы учета зарегистрированных транспортных средств УГИБДД ГУВД по Красноярскому краю, и не оспаривается сторонами.

Согласно заключения судебно-почерковедческой экспертизы № (11) от 10.02.2011 рукописная запись «ФИО2.» и подпись от имени ФИО2, расположенные в договоре купли-продажи автомобиля INFINITY FX 35 от 10.12.2010 в графе «Продавец», выполнены не ФИО2, а другим лицом. Подпись выполнена с подражанием подлинной подписи ФИО2

Поскольку указанный договор купли-продажи не подписан продавцом – собственником транспортного средства, его нельзя признать соответствующим требованиям закона, а потому данная сделка является ничтожной и как недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью.

Судом установлено, что 19.11.2010 ФИО4 продала указанный автомобиль ФИО7 за 120 000,00 руб., а 21.11.2010 ФИО7 продал автомобиль ФИО8 за 125 000,00 руб.

Согласно справке о среднерыночной стоимости транспортного средства стоимость автомобиля марки INFINITY FX 35, 2003 года выпуска составляет 1 190 100,00 руб.

Поскольку ФИО4, не обладая какими-либо правами на автомобиль марки INFINITY FX 35, принадлежавший ФИО2, продала его третьему лицу ФИО7, который затем продал его ФИО8, то суд пришел к выводу, что истец вправе требовать возврата стоимости автомобиля, полученного ответчицей без каких-либо оснований. Доказательств передачи ответчицей ФИО4 истцу каких-либо денежных средств за проданный ею автомобиль, суду не представлено. В связи с чем, с ФИО4 в пользу ФИО2 взыскана стоимость проданного ответчицей автомобиля в размере 1 190 100,00 руб.

То есть, вступившим в законную силу судебным  актом установлен факт незаконных действий должника при возникновении обязательств, на которых кредитор ФИО2 основывал свои требования в рамках обособленного спора А33-27206-2/2020.

Судом установлен факт реализации должником транспортного средства, на которое у последней не было никаких прав, при этом договор купли-продажи с ФИО2 изготовлен с поддельной подписью кредитора.       

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества гражданина указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

В силу части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанной нормой закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу этого принципа недозволенными (неправомерными), признаются злоупотреблением правом. Отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление.

Непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

На основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной.

Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзацах 3 и 4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Статья 2 Закона о банкротстве предусматривает основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе, в том числе понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, а именно: вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что освобождение должника от обязательств не допускается, если установлено, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве, должник действовал незаконно.

Принимая  во  внимание   указанные  положения  норм  права,  учитывая  обстоятельства  дела,  суд первой  инстанции  сделал  обоснованный  вывод   о неприменении правил об освобождении должника от исполнения обязательств в силу наличия обстоятельств, прямо предусмотренных в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Изучив доводы жалобы, апелляционный суд пришел к выводу, что они не основаны на представленных в материалы дела доказательствах, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Таким образом, арбитражный апелляционный суд полагает, что при таких обстоятельствах оснований для отмены оспариваемого судебного акта не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 февраля 2022 года по делу №  А33-27206/2020 в  обжалуемой  части оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Е.В. Белоглазова

 

Ю.В. Хабибулина