ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-14068/2024

г. Красноярск

21 апреля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «15» апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен         «21» апреля 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Бутиной И.Н., Петровской О.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «13» января 2025 года по делу № А33-14068/2024,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО4 (ИНН 

<

***>, далее – ответчик), ФИО5 о взыскании в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТК Транзит» денежных средств в размере  1 464 500 рублей.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 13.01.2025 судом исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик – ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает следующее:

-  нормы, на которые ссылается истец, являются специальными, право на обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона появляется либо в ходе проведения процедуры банкротства, либо после ее завершения или прекращения. Вместе с этим, дело о банкротстве в отношении ООО «ТК Транзит» не возбуждалось, намерений об обращении с заявлением о признании общества банкротом не опубликовано, соответственно, основания для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика отсутствуют;

-  материалы дела не содержат доказательств наличия недобросовестности либо неразумности действий ответчика;

-  возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц;

-  само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства;

-  для вывода о возникновении у ответчика обязательств по возмещению убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиками виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства ООО «ТК Транзит» возникновение у общества убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами, между тем, истцом вопреки части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено в материалы дела каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности действий ФИО6 повлекших неисполнение обязательств должника перед обществом, а также доказательств, что именно в результате неправомерных действий ФИО6 у истца возникли заявленные убытки;

-  материалы дела не содержат доказательств неразумности и недобросовестности в действиях ответчика, истец как кредитор не воспользовался своим правом на обращение в суд с заявлением о признании ООО «ТК Транзит» несостоятельным (банкротом), таким образом истец фактически бездействовал и не предпринимал попыток для получения заявленных денежных средств.

Истец представил в материалы дела возражения на апелляционную жалобу, в которых возразил против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

Истец представил в материалы дела дополнения к возражениям на апелляционную жалобу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»), явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает жалобу в отсутствие их представителей.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Согласно материалам регистрационного дела ООО «ТК Транзит» создано решением № 1 от 27.10.2015 единственного участника ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), генеральным директором назначен её сын ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) (факт родства подтвержден ответом Агентства ЗАГС Красноярского края от 19.06.2024 № А/06-44-2749).

ООО «ТК Транзит» зарегистрировано в ЕГРЮЛ 05.11.2015 за ОГРН 

<

***>.

09.12.2015 (на основании заявления от 02.12.2015, вх. № 1350А) регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесены сведения о том, что директором общества является ФИО4.

16.12.2022 ООО «ТК Транзит» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее юридическое лицо, о чем внесена соответствующая запись.

Между истцом и ООО «ТК Транзит» (покупателем) заключен договор от 29.09.2017 № 28/17 поставки нефтепродуктов , по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателю принадлежащие поставщику нефтепродукты (товар) в ассортименте, согласно письменной заявке покупателя (приложение № 1), где отражено наименование, количество и цена товара, а покупатель обязуется принять и оплатить товар (пункт 1.2, 2.1 договора).

В рамках исполнения договора у ООО «ТК Транзит» перед ИП ФИО3 образовалась задолженность по оплате товара в размере 1 450 000 рублей, что послужило основанием для обращения поставщика в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании задолженности.

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 22.11.2019 по делу №А74-5488/2019, оставленным без изменения постановлением Третьего Арбитражного апелляционного суда от 03.06.2020, исковые требования ИП ФИО3 удовлетворены, с ООО «ТК Транзит» в пользу истца взыскана задолженность по договору в размере 1 450 000 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 27 500 рублей, всего 1 477 500 рублей, выдан исполнительный лист серии ФС 031460030 от 17.06.2020.

Согласно ответу ГУ ФССП по Красноярскому краю от 01.11.2024 № 24901/24/166707 на основании исполнительного листа серии ФС 031460030 от 17.06.2020 судебным приставом-исполнителем ОСП по Ермаковскому району г. Красноярска ГУФССП России по Красноярскому краю неоднократно возбуждались исполнительные производства – 03.07.2020 № 14667/20/24061-ИП, 12.12.2022 №46597/22/24062-ИП, которые окончены в связи с невозможностью установления местонахождения должника и его имущества, 17.01.2024 № 5926/24/24062-ИП, которое прекращено в связи с внесением записи об исключении должника-организации из ЕГРЮЛ. Всего в ходе исполнительных производств взыскано 5000 рублей и 8000 рублей.

Поскольку задолженность ООО «ТК Транзит» перед ИП ФИО3 не погашена, а само общество исключено из ЕГРЮЛ, полагая, что единственный участник общества – ФИО4, равно как и директор общества – ФИО5 отвечают солидарно по долгам общества, истец обратился с рассматриваемым исковым заявлением в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Предметом настоящего спора является требование о взыскании в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТК Транзит» денежных средств в размере 1 464 500 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Указанные положения, закрепляющие в качестве общего правила принцип самостоятельной ответственности общества с ограниченной ответственностью по своим обязательствам, непосредственно вытекают из понятия юридического лица, предусматривающего в том числе его имущественную обособленность (статья 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также наличие у юридического лица собственной правоспособности.

Сущность конструкции юридического лица предполагает имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, а также наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, что по общему правилу исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица.

В исключительных случаях участник (учредитель) и иные контролирующие лица (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса) могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, если их действия (бездействие) носили недобросовестный или неразумный характер по отношению к кредиторам юридического лица и повлекли невозможность исполнения обязательств перед ними.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Апелляционный суд обращает внимание, что в данном случае основанием иска являются общие вышеуказанные нормы, а не законодательство о банкротстве, в силу чего доводы заявителя о несвоевременности иска, отсутствии правовых оснований приняты быть не могут.

Материалами дела подтверждается, что решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 22.11.2019 по делу №А74-5488/2019, вступившим в законную силу, с ООО «ТК Транзит» в пользу истца взыскана задолженность по договору поставки нефтепродуктов № 28/17 от 29.09.2017.

На момент обращения истца с рассматриваемым заявлением сумма долга не погашена в полном объёме, что явилось основанием для взыскания в субсидиарном порядке задолженности с директора и учредителя ООО «ТК Транзит» ФИО4, равно как и лица, фактически осуществлявшего руководство деятельностью общества – ФИО5.

Суд первой инстанции пришел в обоснованному выводу о том, что с момента учреждения ООО «ТК Транзит», а также в период возникновения задолженности перед истцом и неисполнения обязательства по ее оплате единственным участником общества являлась ФИО4, также с декабря 2015 года ФИО4 являлась директором общества, при этом в значительной степени общество контролировалось ФИО5.

Так, предъявляя требования к двум ответчикам, истец указывал, что ФИО4 являлась на протяжении всего времени деятельности общества 100% участником общества, также на момент возникновения задолженности и исключения общества с ЕГРЮЛ согласно сведениям ЕГРЮЛ она являлась директором общества, однако фактически ведение дел в обществе осуществлял ее сын ФИО5, который заключал договоры, осуществлял перевозки, получал от истца топливо, гарантировал исполнение обязательств. Согласно пояснениям истца, оформление общества на мать обусловлено намерением избежания ответственности за деятельность общества.

Как верно установлено судом первой инстанции, документы, оформлявшиеся в процессе деятельности общества (договор поставки нефтепродуктов от 29.09.2017 № 28/17, УПД от 17.04.2018 № 84, от 17.04.2018 № 85, от 30.04.2018 № 104, доверенность от ООО «ТК «Транзит», размещенные в Картотеке арбитражных дел по делу № А74-5488/2019; договор залога от 29.09.2017 № 2, представленный истцом в материалы настоящего дела; бухгалтерская и налоговая отчетность за 2017 – 2022 годы, представленная в дело 11.06.2024 МИ ФНС № 10 по Красноярскому краю), подписаны ФИО4

Из перечисленных документов не следует, что ФИО4 не имела никакого отношения к деятельности общества, напротив, документы указывают на ее вовлеченность в деятельность общества.

Однако доводы истца о том, что ФИО5 фактически в значительной степени участвовал в деятельности общества, организовывал деятельность общества, следуют из совокупности обстоятельств дела (при том, что доказывание данных обстоятельств для истца объективно затруднено).

Осуществление фактического контроля над обществом возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и тому подобное). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Так, ООО «ТК Транзит» согласно выписке ЕГРЮЛ осуществляло деятельность автомобильного грузового транспорта, ведение данной деятельности подтверждается характером полученного товара от истца (топливо) и назначением платежей, проходивших по расчетным счетам общества в ПАО «Промсвязьбанк» и ПАО «Сбербанк».

Ранее ФИО5 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, по первой регистрации деятельность в качестве индивидуального предпринимателя прекращена 01.01.2005, вторая регистрация имела место с 26.10.2007по 22.04.2020, видом осуществляемой деятельности в ЕГРИП указано – перевозка грузов автотранспортными средствами.

Перед исключением общества из ЕГРЮЛ из собственности общества (согласно документам, представленным МУ МВД России «Красноярское» и ОМВД России по г. Черногорску) было отчуждено имущество – принадлежащие обществу транспортные средства. Договор от 20.02.2020 купли-продажи Skoda Octavia Tour (ФИО7) от имени ООО «ТК «Транзит» (продавца) подписан ФИО4, как и договор от 27.01.2020 купли-продажи VOLVO (ВОЛЬВО) FH-TRUCK. 

Однако при этом из документов, представленных ОМВД России по г. Черногорску, следует, что вторую сторону договора купли-продажи VOLVO (ВОЛЬВО) FH-TRUCK (покупателя ФИО8, в пользу которой отчуждалось транспортное средство) представлял ФИО5 по доверенности от 31.01.2020, им подписан договор купли-продажи транспортного средства и заявление в Госавтоинспекцию ОМВД России по г. Черногорску.

Также в материалы дела истцом представлен договор залога от 29.09.2017 № 2, согласно которому ООО «ТК «Транзит» (залогодатель) в лице директора ФИО4 передает залогодержателю (ИП ФИО3) принадлежащее залогодателю имущество – КАМАЗ 65116 гос. № К410ЕУ 124, предмет залога обеспечивает исполнение обязательств залогодателя по договору поставки нефтепродуктов от 29.09.2017 № 28/17 (ссылка на договор залога имеется в судебных актах по делу № А74-5488/2019).

Истец указывал, что данный договор ФИО5 предложил заключить как гарантию обеспечения обязательств ООО «ТК «Транзит» по оплате поставленных в долг нефтепродуктов, передал оригинал ПТС на КАМАЗ (скан-копия с оригинала представлена истцом в материалы дела), однако при изучении истцом вопроса о возможности обращения взыскания на предмет залога выяснилось, что КАМАЗ зарегистрирован на несовершеннолетнего сына ФИО5 и ООО «ТК «Транзит» не принадлежит.

Судом первой инстанции истребованы документы из МО МВД России «Шушенский». Согласно представленным документам собственником транспортного средства являлся ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Факт родства (отцовства) подтвержден ответом Агентства ЗАГС Красноярского края от 21.08.2024 № А/06-44-3932.

ФИО5 в целях получения дубликата КАМАЗ 20.01.2022 обратился в ОГИБДД МО МВД России «Шушенский», указав в заявлении, что 20.12.2021 его сын ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., сжег ПТС в печке; к заявлению приложена доверенность, оформленная от имени ФИО9 на ФИО5 от 19.01.2022.

Согласно решению по заявлению № 78110666 определено выдать ПТС взамен утраченного.

Также согласно представленному МУ МВД России «Красноярское» договору от 20.02.2020 купли-продажи Skoda Octavia Tour (ФИО7) покупателем автомобиля является ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которая согласно ответу Агентства ЗАГС Красноярского края от 21.08.2024 № А/06-44-3932 является матерью детей ФИО5.

С учетом вышеизложенного, истцом обоснованно предъявлены исковые требования солидарно к двум ответчикам – ФИО4 и ФИО5.

При этом 16.12.2022 ООО «ТК Транзит» исключено из ЕГРЮЛ, однако с заявлением о банкротстве ООО «ТК Транзит» не обращалось, как и не инициировало предусмотренную законодательством процедуру добровольной ликвидации юридического лица.

На момент исключения общества из ЕГРЮЛ ФИО4 и ФИО5 не предпринимали действий, направленных на оспаривание процедуры исключения, доказательства обратного не представлены.

Доводы заявителя о том, что право на обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона появляется либо, в ходе проведения процедуры банкротства, либо после ее завершения или прекращения, вместе с этим, дело о банкротстве в отношении ООО «ТК Транзит» не возбуждалось, намерений об обращении с заявлением о признании общества банкротом не опубликовано, соответственно, основания для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика отсутствуют, отклоняются коллегией судей как основанные на неверном толковании норм материального права.

В части первой ГК РФ закреплены общие основания привлечения к ответственности в виде взыскания убытков, которые находят свою конкретизацию в нормах корпоративного законодательства.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

При этом исключение юридического лица из реестра как недействующего в связи с тем, что оно в течение длительного периода времени не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления указанной ответственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 03.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671 и др.).

В то же время, как следует из содержания определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091, процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, которые применимы также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве – в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»).

Иное, по мнению высшей судебной инстанции, будет создавать неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводить к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.

Правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - Постановление N 53).

Таким образом, можно заключить, что принцип обособления имущества юридического лица и его контролирующих лиц нивелируется принципом запрета недобросовестного поведения и причинения вреда.

Соответственно, первый из указанных принципов не может стать правовым обоснованием такого поведения, которое в силу умысла или неприсущей профессиональному коммерсанту небрежности причиняет вред (убытки) тем, кто рассчитывал на добросовестное поведение (в частности внешним кредиторам).

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления № 53).

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Доводы заявителя о том, что для вывода о возникновении у ответчика обязательств по возмещению убытков по иску необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: совершения ответчиками виновных противоправных действий (бездействия), в том числе недобросовестное и неразумное осуществление руководства ООО «ТК Транзит» возникновение у общества убытков и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами, между тем, истцом вопреки части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено в материалы дела каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности действий ФИО6 повлекших неисполнение обязательств должника перед обществом, а также доказательств, что именно в результате неправомерных действий ФИО6 у истца возникли заявленные убытки, отклоняются судом апелляционной инстанции противоречащие материалам дела.

Так, материалами дела установлено, что ООО «ТК Транзит», исключенное регистрирующим органом из ЕГРЮЛ, имело непогашенную задолженность перед истцом, которая на момент исключения из ЕГРЮЛ носила бесспорный характер, поскольку была подтверждена судебным актом.

На момент исключения общества из ЕГРЮЛ ответчикам должно было быть доподлинно известно о наличии задолженности перед истцом (ФИО4 являлась участником общества с долей 100% и директором общества, ФИО5 – фактическим руководителем общества).

Осуществление ответчиками фактического оставления общества при наличии долгов общества перед истцом свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующим общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в будущем.

Кроме того, выписками по расчетным счетам ООО ТК «Транзит» в ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Сбербанк» подтверждено, что общество получало денежные средства за осуществление перевозок (для осуществления которых, в частности, истец обеспечил общество топливом), рассчитывалось перед иными контрагентами, но по не объясненным причинам, – не перед истцом.

Более того, ФИО4 и ФИО5 совместными действиями осуществили ряд сделок по отчуждению имущества общества, что подтверждается материалами рассматриваемого дела.

Так, согласно договору купли-продажи ТС №1 от 27.01.2020, ООО «ТК Транзит» продал ФИО8 автотранспортное средство VOLVO FH-TRUK 4*2 г/н 

<

***>. При этом, договор подписан учредителем общества – ФИО4, тогда как директор данного общества ФИО5 выступил в качестве представителя по доверенности от покупателя ФИО8 (согласно пояснениям истца, ФИО8 теща ФИО5, данный довод не проверялся, однако наличие доверительных отношений следует из факта выдачи ФИО5 доверенности от имени ФИО8).

Автомобиль Skoda Octavia Tour (ФИО7) по договору от 20.02.2020 продан ООО «ТК Транзит» ФИО11, которая согласно ответу Агентства ЗАГС Красноярского края от 21.08.2024 № А/06-44-3932 является матерью детей ФИО5.

То есть в период судебного разбирательства по взысканию задолженности (дело№ А74-5488/2019) в связи с неисполнением обществом обязанности по оплате поставленного товара в рамках договора поставки нефтепродуктов № 28/17 от 29.09.2017, ответчики активно отчуждали имущество данного общества, минуя исполнение обязательств перед истцом.

Кроме того, согласно материалам рассматриваемого дела, в обеспечение исполнения договора стороны заключили договор залога № 2 от 29.09.2017, из содержания которого следует, что предмет залога Камаз 65116 г/н 

<

***> обеспечивает обязательства ООО «ТК Транзит» по договору № 28/17 от 29.09.2017 поставки нефтепродуктов, при этом истец имеет право в случае неисполнения ООО «ТК Транзит» обязательств по договору № 28/17 от 29.09.2017 поставки нефтепродуктов получить возмещение из стоимости предмета залога перед другими кредиторами общества.

Пунктом 1.4 договора залога ООО «ТК Транзит» гарантировало, что предмет залога принадлежит обществу на праве собственности, в споре и под арестом не состоит, не находится в предшествующем залоге, не обременено правами третьих лиц.

ИП ФИО3 передан оригинал ПТС на предмет залога №16 НЕ 333760 от 16.11.2011.

Однако из ответа ГУ МВД по Красноярскому Краю от 13.09.2024 № 123000 следует, что предмет залога принадлежал несовершеннолетнему сыну ФИО5 – ФИО9, а сам ФИО5 обратился 20.01.2022 в органы ГИБДД с заявлением о выдаче дубликата паспорта транспортного средства на Камаз 65116 г/н 

<

***>, что подтверждается объяснением от 20.01.2022, написанным собственноручно ФИО5

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. В соответствии с подпунктами 1, 2 пункта 3 Постановления № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Таким образом в рассматриваемом деле суд не может расценивать поведение ответчиков по отношению к истцу как добросовестное.

При этом со стороны кредитора признаков злоупотребления правами или пренебрежения своими обязанностями нет. Кредитор совершал разумные действия, соответствующие закону - обратился с претензионными письмами, в суд с иском, получил исполнительный лист, пытался получить по нему исполнение, обратив его к взысканию, однако в связи с отсутствием должника или его имущества исполнение произведено не было. С исковыми требованиями истец обратился своевременно, исполнительный лист так же был предъявлен своевременно.

Непринятие кредитором мер против исключения юридического лица – должника из реестра, а также необращение с заявлением о признании юридического лица банкротом, не образует оснований для освобождения лица от ответственности или уменьшения ее размера (пункт 1 статьи 404 и пункт 2 статьи 1083 ГК РФ, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что у ответчиков при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от них, имелась реальная возможность контролировать деятельность юридического лица для принятия мер по исполнению обязательств перед истцом по погашению задолженности, образовавшейся ввиду неисполнения условий договора, при этом самоустранение ответчиков от управления обществом или утрата к нему интереса в условиях сохранения за собой корпоративных прав является неразумным поведением, которое порицается действующим правопорядком, если влечет убытки для сторонних кредиторов. Более того, во избежание исполнения обязательств перед истцом ответчиками из общества выведено дорогостоящее имущество.

Истец же добросовестно исполнил свои обязательства и рассчитывал на получение прибыли ввиду добросовестного поведения контрагента, однако действиями ответчиков, истец лишен был права на взыскание задолженности с общества.

С учетом вышеизложенного, доводы заявителя о том, что материалы дела не содержат доказательств наличия недобросовестности либо неразумности действий ответчика, несостоятельны.

Принимая во внимание, что ООО «ТК Транзит» исключено из ЕГРЮЛ, и у истца отсутствуют иные правовые возможности для защиты своих прав, апелляционный суд приходит к выводу, что вопреки доводам апелляционной жалобы противоправные виновные действия ответчиков находятся в прямой причинно-следственной связи между утратой возможности удовлетворения подтвержденных судом требований истца к исключенному из ЕГРЮЛ юридическому лицу и возникновением у него убытков, в связи с чем имеются основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам общества.

Ответчики в свою очередь не представили доказательств, которые бы свидетельствовали о необходимости снижения размера его субсидиарной ответственности.

Согласно положениям пункта 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1-3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца в заявленном размере и привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО5 в размере 1 464 500 рублей.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «13» января 2025 года по делу № А33-14068/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

И.Н. Бутина

О.В. Петровская