АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2023/21 

Екатеринбург

25 мая 2022 г.

Дело № А50-14786/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 мая 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Соловцова С.Н., Савицкой К.А.

при ведении протокола помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края и Десятого арбитражного апелляционного суда, а также в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Новые Фитинговые Технологии» (далее – общество «НФТ», ответчик) в лице конкурсного управляющего ФИО1 (далее – конкурсный управляющий ФИО1), ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) на определение Арбитражного суда Пермского края от 07.09.2021 по делу № А50-14786/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2021 по тому же делу. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебное заседание в помещение Десятого арбитражного апелляционного суда представители лиц, участвующих в деле, не явились.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Пермского края приняли участие: 

представитель Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) – ФИО4 (доверенность от 11.01.2022);

представитель кредитора ФИО5 (далее – ФИО5) – ФИО6 (доверенность от 04.12.2021).

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель конкурсного управляющего общества «НФТ» ФИО1 – ФИО7 (доверенность от 01.04.2022).

В здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие ФИО2 (лично, представлен паспорт).

Представитель конкурсного управляющего ФИО8 к судебному заседанию в режиме веб-конференции, несмотря на предоставленную судом округа возможность, не подключился, по телефону сообщил, что не настаивает на своем участии в судебном заседании и не возражает против рассмотрения кассационных жалоб в его отсутствие. 

Решением суда Арбитражного суда Пермского края от 03.07.2020 акционерное общество «Новые Фитинговые Технологии» (далее – акционерное общество «НФТ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8

Конкурсный управляющий ФИО8 28.06.2021 обратился в суд с  заявлением о признании недействительными договора поставки от 03.07.2017 № 148/17, заключенного между должником и обществом «НФТ», а также ряда товарных накладных; просит применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «НФТ» в конкурсную массу акционерного общества «НФТ» денежных средств в размере 211 923 134 руб. 49 коп.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.09.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2021, заявленные конкурсным управляющим требования удовлетворены; признан недействительной сделкой договор поставки от 03.07.2017 № 148/17, заключенный между должником и обществом «НФТ», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «НФТ» в пользу акционерного общества «НФТ» денежных средств в размере 211 923 134 руб. 49 коп.

Не согласившись с принятыми судебными актами общество «НФТ» в лице конкурсного управляющего ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратись в суд округа с кассационными жалобами на вышеуказанные судебные акты. 

В кассационной жалобе общество «НФТ» просит обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

По мнению заявителя жалобы, суды в нарушение норм процессуального права не привлекли к участию в споре в качестве третьего лица акционерное общество «Трубодеталь» (далее – общество «Трубодеталь»), чем нарушили его права и законные интересы, при этом обжалуемые судебные акты содержат выводы о правах и обязанностях указанного лица; в частности, кассатор указывает, что вывод судов об отсутствии факта поставки по договору от 03.07.2017 № 148/17 ставит под сомнение поставку товара от общества «Трубодеталь» в адрес общества «НФТ», что может служить основанием для оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве общества «НФТ» по перечислению денежных средств в адрес общества «Трубодеталь». 

Кроме того, заявитель жалобы указывает, что на момент заключения оспариваемого договора поставки у должника отсутствовала какая-либо задолженность перед третьими лицами, поскольку судебные акты, которые поименованы в судебных актах первой и апелляционной инстанции, датированы 2018-2020 гг., в то время как договор поставки заключен 03.07.2017; судами не установлен момент, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности; также полагает, что конкурсным управляющим ФИО8 не доказан тот факт, что должник в результате оспариваемой сделки стал отвечать признакам неплатежеспособности, в результате чего выводы судов, по мнению заявителя жалобы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствах. 

Обращаясь с кассационной жалобой, ФИО2 и ФИО3 просят восстановить срок на подачу кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кассаторы оспаривают выводы судов первой и апелляционной инстанции, указывая на их несоответствие фактическим обстоятельствам дела; в частности, ФИО2 указывает в своей жалобе, что без заключения спорного договора  должник не имел возможности осуществлять производство трубных узлов в связи с отсутствием сырья и разрешительной документации на производство комплектующих; в связи с тем, что кассатор не был участником спора в суде первой инстанции, а в суде апелляционной инстанции суд отказал в приобщении документов ввиду их несвоевременного представления, ФИО2 был лишен возможности заявить свои возражения и подтвердить реальность спорного договора поставки. 

Заявители кассационной жалобы также указывают, что судом апелляционной инстанции не проводилась оценка возможности производственной деятельности должника без поставки комплектующих со стороны ответчика, не были изучены все материалы, не были привлечены лица, способные предоставить необходимые документы и пояснения. 

В отзывах на кассационные жалобы уполномоченный орган, кредитор ФИО5 выражают несогласие с доводами кассаторов, просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Определением от 04.04.2022 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 18.05.2022.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 12.05.2022 произведена замена судьи Сушковой С.А. на судью Соловцова С.Н.; рассмотрение кассационной жалобы производится сначала.

Рассмотрев ходатайства ФИО2 и ФИО3 о восстановлении срока на подачу кассационной жалобы, суд кассационной инстанции с учетом обстоятельств данного конкретного дела и статуса заявителей считает необходимым удовлетворить заявленные ходатайства, срок на подачу кассационных жалоб в порядке статей 117, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  – АПК РФ) восстановить и рассмотреть кассационные жалобы по существу.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 АПК РФ, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ответчиком обществом «НФТ» (поставщик) в лице генерального директора ФИО2 и должником акционерным обществом «НФТ» (покупатель) в лице генерального директора ФИО9 заключен договор поставки от 03.07.2017 № 148/17 (далее – договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого общество «НФТ» приняло на себя обязательства в течение срока действия договора передавать товар отдельными партиями в собственность акционерного общества «НФТ», а акционерное общество «НФТ» обязуется принимать его и оплачивать на условиях настоящего договора. 

В силу пункта 1.2 договора наименование товара (ассортимент), его количество, требования к качеству, сроки и способы поставки, цена, условия оплаты определяются в спецификациях, которые являются неотъемлемой частью договора.

Между сторонами подписаны соответствующие спецификации за период с 12.09.2017 по 08.05.2019 на поставку товара (отвод, тройник, катушка, днище, люк-паз, кольцо, фланец, заготовка корпуса коллектора, заготовка вставки, труба, круг, прокат, уголок), в которых оговорены сроки поставки, порядок оплаты и т.п.

Сторонами оформлены товарные накладные за период с июля 2017 года по сентябрь 2019 года о поставке ответчиком в пользу должника продукции на общую сумму 390 818 339 руб. 84 коп.; должником, в свою очередь, произведена оплата на сумму 211 923 134 руб. 49 коп. 

Конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), просил признать недействительным указанный выше договор поставки и товарные накладные, а также применить последствия недействительности сделок в виде взыскания в ответчика в пользу должника денежных средств в сумме 211 923 134 руб. 49 коп. 

Удовлетворяя заявление о признании договора недействительным и взыскивая с ответчика денежные средства в сумме 211 923 134 руб. 49 коп., суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Конструкция подозрительной сделки, упомянутой в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в контексте разъяснений пунктов 5 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), состоит из цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, наличие которой предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, под чем понимается прекращение исполнения им части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное презюмируемой недостаточностью денежных средств, или недостаточности имущества, о которой свидетельствует превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества/активов, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, перечень которых раскрыт в статье 19 данного Закона, а равно и может быть установлено иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ), осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника, которая предполагается в случае, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а также факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, под которым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25) к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Совершая мнимые сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемый договор заключен 03.07.2017, а товарные накладные датированы периодом с 29.07.2017 по 27.09.2019, и применительно к дате возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве (12.09.2019), оспариваемые сделки и платежи совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами отмечено, что в рамках настоящего дела о банкротстве вступившими в законную силу судебными актами, в частности определением суда от 17.03.2020, установлено, что должник перестал исполнять кредитные обязательства перед обществом «Сбербанк» еще в мае 2018 года, а в ходе анализа финансового состояния должника конкурсным управляющим установлено, что признаки неплатежеспособности имелись у должника в конце 2017, а сначала 2017 года деятельность общества осуществлялась в отсутствие достаточного количества заключенных контрактов (заказов) на приобретение продукции предприятия.

Таким образом, суды заключили, что на дату совершения сделок должник имел непогашенную задолженность перед кредиторами, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суды, в том числе с учетом вступивших в законную силу судебных актов, установили, что должник и ответчик являются аффилированными лицами и входили в одну группу компаний «Нефтегаздеталь»: единственный участник общества «НФТ» и его генеральный директор ФИО2 одновременно являлся финансовым директором и членом Совета директоров акционерного общества «НФТ».

При рассмотрении настоящего спора судами также было учтено, что ранее общество «НФТ» обращалось в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов в общей сумме 389 906 660 руб. 57 коп., мотивированным, в том числе, наличием задолженности по договору поставки от 03.07.2017 № 148/17, заключенному между заявителем и должником в сумме 178 895 205 руб. 35 коп. 

Вступившим в законную силу определением суда от 09.04.2021 в удовлетворении заявления общества «НФТ» было отказано; судом было принято во внимание, что товарные накладные унифицированной формы ТОРГ-12 по договору поставки от 16.08.2017 № 39-244/17, заключенному между обществами «Трубодеталь» и «НФТ», были оформлены с пороками; копии транспортных накладных невозможно соотнести с договором поставки и прилагаемыми спецификациями; указанный в товарных накладных товар, подлежащий поставке обществом «НФТ» в адрес акционерного общества «НФТ», являлся профильной производственной продукцией самого должника: отводы, тройники, катушки и т.п.; при этом документов, подтверждающих фактическое наличие у общества «НФТ» ресурсов исполнить обязательства в рамках договора от 03.07.2017№ 148/17 по поставке акционерному обществу «НФТ» товара в заявленном объеме, включая оборудование, штат сотрудников, материалы, договоры поставки с третьими лицами, а также первичную документацию, не представлено не было, обстоятельства исполнения договорных обязательств также не были раскрыты, а из установленной в рамках дела схемы взаимодействия в группе компаний «Нефтегаздеталь» следовало, что общество «НФТ» не являлось производителем продукции, а было создано лишь с целью реализации товара, производимого на заводе акционерного общества «НФТ» в г. Чайковский. 

При рассмотрении настоящего обособленного спора общество «НФТ» также не представило судам первой и апелляционной инстанции иных доказательств, подтверждающих реальность исследуемых правоотношений и возможность осуществить спорную поставку должнику. 

Поскольку разрешение спора производится судом путем сопоставления и анализа представленных сторонами доказательств, то на результат рассмотрения дела влияет процессуальное поведение сторон, каждая из которых вправе либо активно доказывать свои доводы и возражения, представляя суду доказательства их обоснованности, либо, заняв пассивную позицию, ограничиться общим непризнанием правильности позиции оппонента. В последнем случае сторона принимает на себя риски наступления негативных последствий собственного процессуального бездействия в силу норм части 2 статьи 9 АПК РФ, поскольку добровольно отказывается от доказывания тех обстоятельств, на которых базируется ее позиция. 

В суде первой инстанции ответчик не представлял каких-либо пояснений по существу заявленных требований, а в апелляционной жалобе ограничился указанием на использование товаров, поставленных обществом «НФТ», для изготовления продукции, реализуемой должником, никоим образом не подтвердив свои доводы.

В свою очередь, ФИО2 (участник и руководитель общества «НФТ» и финансовый директор и член Совета директоров акционерного общества «НФТ»), апелляционная жалоба которого была рассмотрена судом апелляционной инстанции по существу, обладая в силу своего статуса и вовлеченности в хозяйственную деятельность группы компаний «Нефтегаздеталь» знаниями относительно действительного взаимодействий обществ в группе компаний, также не раскрыл перед судом апелляционной инстанции организацию внутри данной группы, роль каждого общества в производственно-хозяйственной и финансово-экономической деятельности, не представил суду иных доказательств, свидетельствующих о реальности правоотношений между должником и ответчиком, на основании которых суды при разрешении настоящего спора могли бы прийти к другим выводам по обстоятельствам исполнения договора поставки от 03.07.2017 № 148/17. 

Из материалов апелляционного производства следует, что ФИО2 представил суду апелляционной инстанции лишь договор с обществом «Трубодеталь» с приложением, а также те товарные накладные, которые ранее были представлены обществом «НФТ» в обособленный спор о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, с теми же пороками оформления; при этом доводов о наличии у него каких-либо иных документов, опровергающих сомнения судов о мнимости правоотношений и об отсутствии у ответчика материальных, финансовых, трудовых ресурсов для производства продукции, подтверждающих нуждаемость должника в данной продукции, получаемой от ответчика, а не производимой самостоятельно, – не приводил, каких-либо ходатайств, в том числе об оказании ему содействия в получении дополнительных доказательств, привлечении иных лиц для установления реальных правоотношений – не заявлял.

При таких обстоятельствах суды, оценив тот объем доказательств, который был представлен заинтересованными лицами, проанализировав позиции спорящих лиц, заключив, что представленные договоры поставки, оформленные с пороками товарные накладные и переписка участников договоров, при сопутствующих обстоятельствах несоответствия статуса ответчика как поставщика продукции тем функциям, которые он выполнял в группе компаний (реализация произведенных акционерным обществом «НФТ» товаров), недоказанности наличия у него материальных, технических и трудовых ресурсов для производства такой продукции, признав оспариваемый договор мнимой сделкой, поскольку стороны, заключая его, преследовали не цель реальной поставки товаров, а имели иные цели – создание формального документооборота, признав безосновательными перечисления денежных средств в размере 211 923 134 руб. 49 коп. в пользу аффилированного лица, в преддверии банкротства должника, удовлетворили требования управляющего.

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

В ходе проверки законности обжалуемых судебных актов суд округа не установил нарушений норм процессуального права относительно всесторонней и полной оценки судами доказательств, а также иных нарушений, которые бы могли повлечь их отмену.

Приведенные в кассационной жалобе общества «НФТ» доводы о неправомерном непривлечении к участию в споре в качестве третьего лица общества «Трубодеталь», судом округа отклоняются, поскольку при рассмотрении спора в суде первой инстанции соответствующие ходатайства участвующими в деле лицами не заявлялись, из содержания судебных актов не следует, что они приняты о правах этого лица, выводы о его правах и обязанностях в судебном акте – отсутствуют. Как верно отмечено судом апелляционной инстанции, общество «Трубодеталь» стороной оспариваемого договора не является, мотивированных суждений о том, что вынесенный по результатам настоящего обособленного спора судебный акт может повлиять на его интересы, приведено не было.

Доводы общества «НФТ» об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, также являлись предметом оценки судов первой и апелляционной инстанций. Делая вывод о том, что в момент совершения сделки должник находился в затруднительном финансовом положении, суды исходили из вступивших в законную силу судебных актов, которым  установлена задолженность должника в спорный период перед обществами «Логистик-Сервис», «Лекар-Инструмент», «Гертек-Сервис», «Мультемедиа», «Квадрат», «Чайковское ППЖТ», «УралРэсЦентр», «КСП Комплект», «ИВС-Сети», «РОСА», «Принт-Вел», «Софт-Консалт», «ИИС»,  «Камаэлектромонтаж», «Адгезия», «СГЭМ», «ИВС», «СТА Логистик Центр», «НПО «Энергопром», «ТД «Сталькомплект», «Ангарстрой», «Сервистеплогаз», «Хоффман профессиональный инструмент», «Прамет», «ИКЦ «Калибр», «Все для сварки».

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве сделки, заключенной с намерением причинить вред кредиторам должника путем выведения ликвидного имущества во избежание возможности обращения взыскания на него. Направленность сделки на причинение вреда кредиторам должника может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В данном случае суды, установив, что реальность правоотношений, заявленных в качестве оснований для перечисления должником в пользу ответчика денежных средств, должным образом обоснована не была, наличие правовых условий для получения ответчиком спорных платежей – не доказано, пришли к выводы о наличии в данном конкретном случае всех достаточных условий для признания сделок недействительными.

Доводы кассационных жалоб ФИО2 и ФИО3 о том, что судами не дана оценка тому факту, что без заключения спорного договора  должник не имел возможности осуществлять производство трубных узлов в связи с отсутствием сырья и разрешительной документации на производство комплектующих, судом округа отклоняется.

В силу пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Суд округа учитывает, что ФИО10 в суд апелляционной инстанции каких-либо пояснений по обстоятельствам подписания и исполнения оспариваемого договора, в том числе относительно того, в чем заключался предмет договора, каким образом и с помощью каких ресурсов он был исполнен, в чем заключалась необходимость и целесообразность его заключения при установленных функциях должника и ответчика в группе компаний – не изложил, равно как и не представил каких- либо пояснений о невозможности их предоставления, ходатайств о привлечении третьих лиц или об истребовании соответствующих документов у иных лиц не заявлял, каких-либо иных документов, отличных от представленных ранее при рассмотрении вопроса о включении общества «НФТ» в реестр требований кредиторов акционерного общества «НФТ», не было предъявлено; вследствие подобной процессуальной пассивности заинтересованных лиц суды первой и апелляционной инстанции, оперируя лишь теми доказательствами, которые были представлены в данный обособленный спор, а также теми выводами, которые были постановлены ранее при рассмотрении заявления о включении требования ответчика в реестр, пришли к выводу о наличии достаточных оснований для удовлетворения заявления.

В своих кассационных жалобах ФИО2 и ФИО3 не указывают, каким именно документам, имеющимся в материалах дела, противоречат выводы судов о недоказанности реальности правоотношений между сторонами и наличия оснований для получения ответчиком спорных денежных средств.

Переоценка же доказательств и выводов судов первой и апелляционной инстанций выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 – 288 АПК РФ.

Указанное, тем не менее, не лишает ответчиков по спору о привлечении к субсидиарной ответственности (о взыскании убытков) в ходе состязательного процесса обосновывать действительное влияние оспариваемых сделок на финансовое состояние группы компаний «Нефтегаздеталь», в том числе между обществом «НФТ» и акционерным обществом «НФТ».

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклонены, поскольку они не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм законодательства о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 07.09.2021 по делу № А50-14786/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Новые Фитинговые Технологии» в лице конкурсного управляющего ФИО1, ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиС.Н. Соловцов 

                                             К.А. Савицкая