ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-14880/2023, 18АП-14881/2023

Дело № А76-10717/2019

22 марта 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 марта 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Журавлева Ю.А., 

судей  Ковалевой М.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные  жалобы  муниципального унитарного предприятия «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арсенал» ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 по делу № А76-10717/2019 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

 

В заседании приняли участие представители:

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 08.11.2023, срок действия  - 2 года);

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арсенал» ФИО2 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 10.11.2023, срок действия  - 1 год).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет; явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 08.04.2019 заявление кредитора принято к производству, судебное заседание по рассмотрению заявления назначено, возбуждено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Арсенал». 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.12.2019 (резолютивная часть объявлена 11.12.2019) в отношении должника – ООО «Арсенал» открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Южный Урал» (адрес для корреспонденции: 454001, г. Челябинск, а/я 13478). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.01.2023 арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арсенал». 

Определением Арбитражного суда Челябинской области  от 08.02.2023 конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Арсенал» утверждена ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал» (адрес для направления корреспонденции: 454091, г. Челябинск, а/я 12956).

Бывший конкурсный управляющий должника ФИО6 (далее – конкурный управляющий, ФИО7) обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО8, ФИО3 (далее – ФИО8, ФИО3, ответчики) и взыскании с них солидарно 49 2950 403 руб. 81 коп. 

Действующий конкурсный управляющий должника ФИО2 поддержал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. 

С учетом уточнений принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации соответчикам вменяются следующие требования со стороны конкурсного управляющего должника: 

1) неподача соответчиками как бывшими руководителями должника заявлений о признании должника несостоятельным (банкротом), при этом в качестве даты, когда такая обязанность возникла объективно для ФИО3 указывается 31.01.2017, а для ФИО8 – 01.10.2018, т.к. в указанный период времени кредиторская задолженность перед поставщиками коммунальных ресурсов превышала дебиторскую задолженность; 

2) непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности должника; конкурсный управляющий должника отмечает, что на протяжении с 2016 по 2018 год существенный объем активов должника составляла дебиторская задолженность, однако она так и не была взыскана, что в свою очередь не позволяло рассчитываться с кредиторами, что также является самостоятельным основанием для привлечения соответчиков к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 (резолютивная часть от 02.10.2023) в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым определением суда от 09.10.2023, конкурсный управляющий должника, МУП «Коммунальные сети» ЗГО обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с самостоятельными апелляционными жалобами, в которых просили обжалуемый судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы МУП «Коммунальные сети» ЗГО указало на то, что датой подачи заявления о признании должника банкротом для ФИО3 является В обоснование данной даты конкурсный управляющий указал, что в январе 2017 года  должник признан поставщиком коммунального ресурса, вследствие чего перед кредитором МУП «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа образовалась задолженность. Деятельность общества «Арсенал» еще с 2015 года носила убыточный характер и по мнению конкурсного управляющего должника, по состоянию на январь 2017 года уже было очевидно что активов должника недостаточно, в частности, объем кредиторской задолженности значительно превышал объем дебиторской задолженности, в  связи с чем ФИО3 должен был не позднее 31.01.2017 подать такое заявление. В отношении ФИО8 конкурсный управляющий определил дату 01.10.2018. В связи с прекращением действия лицензии, директор ФИО8 не могла не осознавать невозможность восстановления платежеспособности должника. Финансовые затруднения должника не являлись временными. 

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника тождественны позиции МУП «Коммунальные сети» ЗГО.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2023 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 23.11.2023.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 19.12.2023.

До судебного заседания через систему «Мой арбитр» от ФИО3 поступили дополнения к отзыву, которые приобщены к материалам дела в соответствии со ст. 268 АПК РФ.

До судебного заседания через систему «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ФИО2 поступил уточненный расчет, который приобщен к материалам дела в соответствии со ст. 268 АПК РФ.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 13.02.2024.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 11.03.2024.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в составе суда, рассматривающего дело, произведена замена судьи Калиной И.В., находящейся в отпуске, на судью Ковалеву М.В. В связи с указанным обстоятельством, рассмотрение апелляционных жалоб начато с самого начала.

В судебном заседании заслушаны пояснения представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий должника сослался на:

1) неподачу соответчиками как бывшими руководителями должника заявлений о признании должника несостоятельным (банкротом), при этом в качестве даты, когда такая обязанность возникла объективно для ФИО3 указывается 31.01.2017, а для ФИО8 – 01.10.2018, т.к. в указанный период времени кредиторская задолженность перед поставщиками коммунальных ресурсов превышала дебиторскую задолженность;

2) непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности должника; конкурсный управляющий должника отмечает, что на протяжении с 2016 по 2018 год существенный объем активов должника составляла дебиторская задолженность, однако она так и не была взыскана, что в свою очередь не позволяло рассчитываться с кредиторами, что также является самостоятельным основанием для привлечения соответчиков к субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что каких-либо доказательств, неправомерных или недобросовестных действий со стороны ответчиков по умышленному доведения должника до банкротства, а также по изъятию имущества должника материалы дела не содержат.

Повторно исследовав и оценив представленные доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие Федеральным законом от 05.05.2014 № 99- ФЗ с 01.09.2014, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Исходя из пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

 Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве был дополнен главой III.2 об ответственности контролирующих лиц, а статья 10 прежней редакции Закона о банкротстве была признана утратившей силу.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ. Данное разъяснение касается применения процессуальных норм.

 Для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу упомянутого Закона, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Как верно отметил суд первой инстанции, в данном случае в качестве нарушения за неподачу заявления о признании должника банкротом, конкурсный управляющий должника указал дату 31.01.2017, в указанный период времени действовали положения статей 9, 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

-  удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; 

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 10 закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

 Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом установлению подлежат не только точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника, но также и точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция сформирована в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016)», утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016, в дальнейшем выражена в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в Постановлении № 53.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве. 

При этом в любом случае размер ответственности за данное нарушение может быть сформирован исключительно за счет возникновения новых обязательств перед кредиторами, которые возникли после истечения срока на обращение в суд с заявлением о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Правовая природа субсидиарной ответственности за неподачу заявления руководителем должника о признании последнего банкротом заключается в том, что руководитель «обманывает» кредиторов, вводит их в заблуждение относительно финансового состояния организации. Если отсутствует процедура банкротства, значит, любой разумный участник оборота имеет право исходить из презумпции, что его контрагент платежеспособен. Утаивание же подобной информации нарушает разумные правовые ожидания контрагентов от эффекта (в том числе экономического) совместной с должником предпринимательской деятельности. Именно за это утаивание значимых для других сведений и несет ответственность руководитель.

 Фактически если бы кредитор знал о том, что должник неплатежеспособен в период заключения договора, эта бы сделка не состоялась, однако сокрытие руководителем должника данного обстоятельства перед контрагентом и является тем «обманом», за которое отвечает такое лицо.

Вторым основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков заявлено о непринятии надлежащих мер по взысканию дебиторской задолженности. 

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: 

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с данной редакцией статьи 10 Закона о банкротстве: 

- презумпция наступления банкротства по вине контролирующих лиц применяется в отношении лиц, которые совершили сделки, являющиеся существенно невыгодными для должника, что в итоге привело к его банкротству; 

- размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица. 

Соответствующие редакции статьей 10 Закона о банкротстве применяются судом в зависимости от времени предполагаемого совершения вменяемых ответчикам действий (бездействия).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

 Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника. 

Данный подход нашел свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079. 

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, – это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6). 

В силу части 1 статьи 29 Федерального Закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. 

Из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанных с непередачей документации (подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Как верно установлено судом первой инстанции, руководителями и учредителями должника являлись: ФИО3 – в период с 22.08.2012 по 25.05.2018 (директор должника); также он являлся учредителем должника с долей в 80% до 06.07.2018; ФИО8 – в период с 28.05.2018 до введения процедуры конкурсного производства являлась руководителем должника; с 06.07.2018 она является 100% учредителем общества. 

Первым эпизодом, который вменяется соответчикам, является неподача ими заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в данной части, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В отношении ФИО8 в таблице расчета размера субсидиарной ответственности (л.д. 147 т. 3) уточненного заявления от 11.07.2022 указана дата 01.10.2018. Вместе с тем, какого-либо обоснования по определению именной такой даты по подаче заявления общества «Арсенал» банкротом заявление конкурсного управляющего должника не содержит.

Для определения момента возникновения объективного банкротства необходимо исследовать всю совокупность факторов, тем или иным образом влияющих на финансовое состояние предприятия.

 Согласно реестру требований кредиторов должника, 90% кредиторской задолженности составляют требования кредиторов, основанные на передачу энергоресурсов, оказание услуг для выполнения уставных целей должника. Таким образом, реестр требований кредиторов должника, а также требования «зареестровых» кредиторов составляет задолженность, связанная с осуществлением должником основного вида деятельности.

Суд первой инстанции верно отметил, что сама кредиторская задолженность в 2017 с 67 037 000 рублей снизилась до 43 696 000 рублей в 2018 году, в качестве основного актива должника, что свойственно организациям в сфере коммунальных услуг являлась дебиторская задолженность на сумму 43 734 000 рублей в 2017 году и 30 220 000 рублей в 2018 году.

Из материалов дела при этом следует, что бывшие руководители должника принимали активные меры по востребованию дебиторской задолженности. Так, между должником и обществом «Городское консалтинговое агентство» (исполнитель) были заключены договоры возмездного оказания услуги от 09.01.2017, от 01.08.2018, по которому исполнитель оказывал услуги по взысканию задолженности с дебиторов.

 Также между должником и ИП ФИО9 (исполнитель) заключен договор абонентского юридического обслуживания от 01.04.2013, с дополнительными соглашениями к нему от 01.07.2016, от 16.07.2018, от 29.12.2018, в рамках которого также оказывались услуги по взысканию дебиторской задолженности. 

Факт реальности оказываемых указанными лицами услуг со стороны конкурсного управляющего должника не опровергается, а напротив, подтвержден определениями суда от 11.02.2021 11.09.2020 по настоящему делу о включении общества «Городское консалтинговое агентство» и ИП ФИО9 в реестр требований кредиторов должника в части непогашенного остатка задолженности по договорам возмездного оказания услуг. 

В подтверждение оказания ими услуг по востребованию дебиторской задолженности, представлены многочисленные отчеты об оказанных услуг, реестры должников, проводимые по договорам исполнителями мероприятия (л.д. 88-223 т. 2).

Также, согласно ответу из ОСП по г. Златоусту и Кусинскому району Главного Управления ФССП по Челябинской области от 13.03.2023 в период руководства деятельностью как со стороны ФИО3, так и ФИО8 было возбуждено более 184 исполнительных производства по взысканию дебиторской задолженности. 

Согласно ответу из ОСП по г. Златоусту и Кусинскому району Главного Управления ФССП по Челябинской области от 02.03.2022 в 2017 году было возбуждено 13 исполнительных производств, в 2018 году 119 исполнительных производств, в 2019 году 52 исполнительных производства (л.д. 65 т. 2). 

Более того, ФИО3 утверждались планы развития должника в 2017 году, а также по формированию положительных экономических показателей деятельности в 2018 году. Среди мероприятий плана указывалось на необходимость постоянной работы по взысканию дебиторской задолженности, принятие решений о реструктуризации задолженности, увеличение количества поданных судебных приказов, контроль за возбуждением исполнительных производств и ходом исполнительных производств, обеспечить перечисление собранных с населения денежных средств в адрес ресурсоснабжающих организаций, также провести переговоры с МУП «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, ООО «Златоустовский Водоканал» по вопросам урегулирования кредиторской задолженности (л.д. 9-12 т. 3). 

Аналогичный по содержанию план в 2019 году был утвержден ФИО8 (л.д. 6 т. 3). 

Указанные обстоятельства со стороны конкурсного управляющего должника никак не опровергнуты.

Судебная коллегия поддерживает позицию суда первой инстанции о том, что при решении вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления о банкротстве суду в данном случае следует принимать во внимание специфику деятельности должника - управление многоквартирными домами.

Спецификой такой деятельности является обязательное наличие временного промежутка между возникновением обязательств должника перед ресурсоснабжающими организациями и получением им оплаты коммунальных услуг от конечных потребителей энергоресурсов (собственников жилых помещений). На возникновение подобного дисбаланса влияет и наличие долгов граждан по оплате коммунальных услуг, а иными средствами для погашения долга перед поставщиками коммунальных ресурсов, кроме как средства собственников жилых помещений, управляющая компания не обладают. 

Учитывая, что особенностью дебиторской задолженности населения по коммунальным платежам является неполная ее взыскиваемость, деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, зачастую носит убыточный характер.

 В данном случае с учетом представленных со стороны ответчиков планов по преодолению имущественного кризиса, мер по взысканию дебиторской задолженности, суд полагает, что ФИО8, ФИО3 предпринимались все необходимые меры по недопущению с одной стороны банкротства должника, а с другой по выполнению своих социальных функций перед населением г. Златоуста по передаче коммунальных ресурсов. 

Доказательств того, что ответчики действовали с целью скрыть имущество должника, вывести его из состава активов, со стороны конкурсного управляющего должника не представлено.

 Кроме того, субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу (неподачу) заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом установлена за причинение вреда кредиторам ввиду невозможности удовлетворения их требований, возникшей вследствие введения в заблуждение добросовестных контрагентов должника, не располагающих информацией о действительном финансовом состоянии должника, отвечающего признакам банкротства, однако продолжающего принимать на себя заведомо неисполнимые обязательства (то есть наращивание должником кредиторской задолженности после возникновения признаков банкротства).

Однако в данном случае, основными кредиторами должника являются МУП «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, ПАО «Челябэнергосбыт», ОАО «МРСК Урала», которые выступают сетевыми и ресурсоснабжающими организациями и не могут отказаться от предоставления услуг населению независимо от подачи либо неподачи заявления о банкротстве.

При этом, как указал сам конкурсный управляющий должника, явилось признание в марте 2017 года общества «Арсенал» поставщиком коммунального ресурса, что привело к возникновению задолженности перед МУП «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, а также постепенный перевод многоквартирных домов в управление других управляющих компаний.

Отклоняя возражения конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения ФИО8, ФИО3 к субсидиарной ответственности за невзыскание дебиторской задолженности, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ответчиками проводились масштабные мероприятия по затребованию дебиторской задолженности, конкурсный управляющий должника этих обстоятельств не опроверг. Более того, низкая платежная дисциплина населения не может вменяться в качестве неправомерного поведения самих директоров должника по доведению должника до банкротства.

Каких-либо доказательств, неправомерных или недобросовестных действий со стороны ответчиков по умышленному доведения должника до банкротства, а также по изъятию имущества должника ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно и обоснованно отказал в удовлетворении заявления.

Документально обоснованных доводов, которые бы могли повлиять на вынесенное определение, в апелляционных жалобах не приведено. По существу заявители жалоб не согласны с данной судом оценкой установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств, что само по себе основанием для отмены обжалуемого определения являться не может.

Суд апелляционной инстанции считает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения обособленного спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех заявленных доводов и возражений участников процесса.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

Таким образом, обжалуемый судебный акт отмене не подлежит, апелляционные жалобы следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  176, 268-271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2023 по делу № А76-10717/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы муниципального унитарного предприятия «Коммунальные сети» Златоустовского городского округа, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арсенал» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         Ю.А. Журавлев

 

Судьи:                                                                               М.В. Ковалева

 

                                                                                          Т.В. Курносова