ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, 

<

...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-3092/2024

г. Вологда

13 октября 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 13 октября 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Зреляковой Л.В., судей Колтаковой Н.А. и ФИО1, при ведении протокола секретарем судебного заседания Бахориковой М.А., 

         при участии индивидуального предпринимателя ФИО2 и его представителя ФИО3 по доверенности от 24.09.2024 № 77АД1722830, от индивидуального предпринимателя ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 01.11.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 на решение Арбитражного суда Тверской области от 04 августа 2025 года по делу № А66-3092/2024,

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 117292, Москва; далее – ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Тверской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170100, Тверская обл., г. Тверь; далее – ИП ФИО6) о взыскании 900 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 16 июля 2024 года, принятым в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в удовлетворении исковых требований отказано;  ИП ФИО2 из федерального бюджета возвращено 124 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Определением от 14 октября 2024 года суд апелляционной инстанции, в связи с допущенным судом первой инстанции нарушением норм процессуального права, выразившимся в рассмотрении спора в упрощенном порядке, на основании части 6.1 статьи 268 АПК РФ перешел к рассмотрению настоящего дела по общим правилам искового производства, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 декабря 2024 года решение суда первой инстанции отменено; в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 31 марта 2025 года решение Арбитражного суда Тверской области от 16 июля 2024 года и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 декабря 2024 года по делу № А66-3092/2024 отменены; дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 04 августа 2025 года исковые требования удовлетворены в полном объеме: с ИП ФИО6 в пользу ИП ФИО2 взыскано 900 000 руб. компенсации, а также 21 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины; ИП ФИО2 из федерального бюджета возвращено 124 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

ИП ФИО6 с решением суда не согласился и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы апеллянт ссылается на отсутствие семантического сходства товарного знака истца и коммерческого обозначения ответчика. Указанные объекты интеллектуальных прав выполнены на разных языках, различными шрифтами, имеют разный буквенный состав и звучание. Кроме того, суд ошибочно посчитал доказанными доводы истца о тождественности групп товаров, реализуемых сторонами, а также о широкой известности его товарного знака. 

По мнению подателя жалобы, произведенный истцом расчет компенсации является необоснованным, поскольку в материалы дела представлен лицензионный договор только за 2024 год, заключенный уже после установления факта существования коммерческого обозначения ответчика и направления досудебной претензии. Иные документы (в том числе платежные) за 2022-2023 годы не представлены.

Ответчик также полагает, что при вынесении решения суд допустил нарушение норм процессуального права, поскольку не исследовал его письменные возражения, представленные непосредственно в суд 28 мая 2025 года.

Представитель ИП ФИО6 в судебном заседании апелляционной инстанции доводы жалобы поддержал.

ИП ФИО2 и его представитель в судебном заседании и в отзыве на апелляционную жалобу просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав объяснения ИП ФИО2 и его представителя, а также представителя ИП ФИО6, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является владельцем товарного знака , номер государственной регистрации 835556 (25, 35 классы МКТУ), зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (свидетельство на товарный знак № 835556 (25, 35 классы МКТУ) от 08.11.2021) и охраняемого на территории Российской Федерации в соответствии с действующим законодательством в области охраны интеллектуальной собственности.

Впервые товарный знак зарегистрирован 04 февраля 2003 года (приоритет от 20.10.2001) и неоднократно продлевался. 

В последующем 08 ноября 2021 года товарный знак перерегистрирован с приоритетом от 23.07.2021.

ИП ФИО2, полагая, что ответчик использует в коммерческих целях для наименования своей торговой точки (магазина) обозначение «MADMOZEL», сходное до степени смешения с товарным знаком истца № 835556, 23 декабря 2023 года произвел контрольную закупку товара в магазине «MADMOZEL», принадлежащем ИП ФИО7 и расположенном по адресу: 

<

...> этаж.

В подтверждение факта нарушения истцом в материалы дела представлены акт фотографирования магазина и контрольной закупки от 23.12.2023 № 145 с приложением фотоматериалов, кассовый чек от 19.12.2023, протоколы осмотра доказательств от 17.12.2023, 24.06.2024, в ходе которых произведен осмотр и фиксация информации, размещенной на сайте www.yandex.ru и в социальной сети «ВКонтакте» по адресу: https://vk.com/madmozeljadore, акт фиксации нарушения исключительных прав от 25.12.2023 № 36. 

Считая свое исключительное право на средство индивидуализации нарушенным, ИП ФИО2 обратился к ИП ФИО6 с претензией о выплате компенсации от 25.12.2023 № 153, оставление без удовлетворения которой послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции, выполнив указания суда кассационной инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь нормами статей 1225, 1229, 1250, 1252, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), принимая во внимание разъяснения, приведенные в пунктах 61, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца и признал заявленный размер компенсации соразмерным последствиям нарушения, в связи с этим удовлетворил иск в полном объеме.

Апелляционная коллегия не находит оснований для несогласия с принятым судебным актом, поскольку выводы арбитражного суда первой инстанции являются правильными, основанными на нормах законодательства и материалах дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом. 

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

Как указано в статье 1250 ГК РФ, интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования сходного с товарным знаком обозначения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

В пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. 

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. 

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. 

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. 

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. 

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга. 

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям по аналогии закона (статья 6 ГК РФ), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. 

Как следует из пунктов 41-44 Правил № 482, сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, которые учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. Комбинированные обозначения, в том числе представленные в виде трехмерных моделей в электронной форме, сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы. 

В соответствии с пунктом 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. 

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. 

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю). 

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что при сравнении товарного знака № 835556 и обозначений, используемых ответчиком, необходимо руководствоваться критериями, касающимися сравнения словесных обозначений, поскольку товарный знак  представляет собой французское слово «Mademoiselle», в написании которого используется стилизованный шрифт, а противопоставленные обозначения, используемые ответчиком, представляют собой доминирующий словесный элемент – написанное на латинице слово «MADMOZEL», а также сопутствующие написанные на кириллице слова «одежда», «обувь» и изобразительный элемент в виде не несущих в себе смысловой нагрузки двух линий, расположенных под словесным элементом. 

В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. 

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. 

Признаки, указанные в приведенном пункте Правил № 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. 

Суд первой инстанции, проведя анализ товарного знака № 835556  и обозначений, используемых ответчиком, на предмет установления наличия или отсутствия сходства между ними по фонетическому, графическому и семантическому критериям, пришел к следующим выводам.

Французское слово «Mademoiselle», являющееся доминирующим элементом товарного знака № 835556, имеет транскрипцию [m?dmw???z?l], может быть фонетически передано на русском языке как [мадмуазэ?ль].

Словесный элемент обозначений, используемых ответчиком, с точки зрения рекомендованных Роспатентом правил транслитерации может быть передан как [мадмозэ?л] (https://rospatent.gov.ru/activities/pat_pov/how/tt.pdf). 

При быстром прочтении слова «Mademoiselle» («Мадмуазель») буквы «у» и «а» могут сливаться либо в звук «у», либо в звук «о».

Таким образом, сравниваемые обозначения обладают высокой степенью сходства по фонетическому критерию, поскольку: 

обладают большим количеством совпадающих звуков (7 совпадающих звуков против 1 несовпадающего); 

в них совпадающие звуки имеют одинаковое расположение по отношению друг к другу; 

большинство слогов в сравниваемых обозначениях совпадают; 

в них практически идентичный состав гласных и согласных звуков; 

в них одинаковый характер совпадающих частей, а различающаяся часть при быстром прочтении также может нередко фонетически совпадать; 

в обоих обозначениях присутствует одинаковое и легко предсказуемое ударение на последний слог. 

Сравнивая обозначения по графической составляющей, суд первой инстанции отметил, что в них присутствует большое количество совпадающих букв, за счет чего обеспечивается сходное общее зрительное впечатление у рядового потребителя, тогда как незначительные отличия в написании двух сравниваемых словесных элементов обусловлены исключительно особенностями французского правописания и не влияют на общее восприятие.

Таким образом, сравниваемые обозначения обладают высокой степенью сходства по графическому критерию за счет общего зрительного впечатления, графического написания с учетом характера букв, расположения букв по отношению друг к другу, алфавита (латиницы), используемой в написании сравниваемых обозначений, цветового сочетания.

Как верно указал суд первой инстанции, словесный элемент «MADMOZEL», положенный в основу используемых ответчиком обозначений, представляет собой исполненный на латинице искаженный вариант широко известного рядовому потребителю французского слова «Mademoiselle».

Товарный знак № 835556 и обозначения, используемые ответчиком, обладают высокой степенью сходства по семантическому критерию за счет одного и того же заложенного в сравниваемые обозначения понятия (в разных языках слово «Mademoiselle»/«Мадемуазель» имеет понятное семантическое значение – «незамужняя девушка», это же восприятие возникает у рядового российского потребителя), что соответственно также свидетельствует о наличии высокой степени смыслового сходства сравниваемых словесных обозначений.

Судом первой инстанции также обоснованно приняты во внимание доводы истца о неоднократном использовании ответчиком в сети Интернет не просто обозначения «MADMOZEL», а именно обозначения «Madmozel Jadore» (словесный элемент «Jadore» («J’Adore» – в переводе с французского языка     «я обожаю»)), что в данном случае возможно воспринять как женское имя, приставленное к основному слову, обозначающему незамужнюю девушку, явно направлено на формирование у потребителей соответствующих ассоциаций с Францией и с широко известным французским словом «Mademoiselle», лежащим в основе товарного знака истца, что существенно усиливает семантическое сходства товарного знака истца с обозначениями, которые использовал ответчик, а также усиливает фактическое смешение, вследствие которого увеличивается вероятность того, что потребитель при поиске соответствующей информации в поисковых системах случайно выберет вместо магазина истца магазин ответчика, что вызовет отток покупателей у истца и причинит вред его деловой репутации.

На основании вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, сопоставив спорное обозначение с товарным знаком № 835556 по признакам графического, звукового и смыслового значения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что используемое ответчиком словесное обозначение является сходным до степени смешения с товарным знаком истца. 

Ответчик, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ, статьи 401 ГК РФ, не представил доказательств, подтверждающих наличие у него права на использование спорного обозначения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Пункт 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривает два варианта определения компенсации за незаконное использование товарного знака: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом избрана компенсация, рассчитанная исходя из подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ – в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц. 

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель. 

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение). 

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака. 

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. 

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства. 

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021). 

Соответственно при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены. 

В подтверждение произведенного расчета истцом в материалы дела представлен лицензионный договор на использование товарного знака, заключенный ИП ФИО2 (лицензиатом) с индивидуальным предпринимателем ФИО8 (лицензиаром), от 10 января 2024 года № 102, в соответствии с пунктом 1.1 которого лицензиар предоставляет лицензиату на срок действия настоящего договора и на условиях, оговоренных ниже в тексте договора, неисключительную лицензию для использования на всей территории Тамбовской области принадлежащего лицензиару товарного знака по свидетельству № 835556, в отношении всех товаров и услуг 25 и 35 классов МКТУ, приведенных выше в подпункте «б» преамбулы настоящего договора, для производства лицензиатом товаров и оказания услуг согласно тому же перечню товаров и услуг.

В соответствии с пунктом 7.2 договора за предоставление прав на использование товарного знака № 835556, предусмотренных настоящим договором, лицензиат уплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в виде фиксированного разового платежа в размере 150 000 руб. без НДС. 

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров в материалы дела не представлено, а суд не вправе изменять выбранный истцом порядок определения компенсации за использование товарного знака, суд первой инстанции пришел к верному выводу о возможности использования положений указанного лицензионного договора для расчета размера компенсации в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. 

Расчет истца компенсации в общей сумме 900 000 руб. за 36 месяцев незаконного использования судом первой инстанции проверен и признан верным. 

Апелляционный суд не находит оснований для несогласия с указанными выводами суда.

Доводы подателя жалобы об отсутствии семантического сходства товарного знака истца и обозначения ответчика отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, с которой апелляционная коллегия согласна. 

В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчик в суде первой инстанции не представил альтернативную семантическую интерпретацию используемых им обозначений, верифицированную репрезентативной выборкой потребителей соответствующей целевой группы. 

Приведенная ответчиком семантика обозначения «MADMOZEL» в качестве придуманного слова, состоящего из английского слова «Mad» в смысле «страстно любящий» и транслитерации русскоязычного обозначения «Мозель» (река в Западной Европе и одноименный винодельческий регион Германии), не может быть принята судом во внимание, поскольку приведена только в апелляционной жалобе, при этом какие-либо доказательства данного смыслового значения спорного обозначения в материалах дела отсутствуют.

Возражения апеллянта относительно тождественности групп товаров, реализуемых сторонами, также являются несостоятельными.

В соответствии с пунктом 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. 

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю). 

Согласно пункту 162 Постановления № 10 однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Аналогичные положения применяют при оценке однородности услуг. 

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, а, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится. 

В пункте 7.2.1.1 главы 2 раздела IV Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» от 20.01.2020 № 12 (далее – Руководство) указано, что виды товаров, подробно перечисленные в   25 классе МКТУ и представляющие собой разновидности одежды, относятся к единой родовой группе «одежда»: «Например, однородными товарами являются следующие товары 25 класса МКТУ: «платье, блузки, юбки, жакеты, брюки, пиджаки», так как все эти товары относятся к одной родовой группе «одежда». 

Суд первой инстанции верно указал, что пересекающийся ассортимент продукции сторон относится к единой родовой группе – «одежда», у товаров истца и ответчика одинаковое назначение, они изготавливаются из одного и того же сырья, а также реализуются посредством розничных магазинов либо очно, либо в сети Интернет потребителям одежды, товаров 25 класса МКТУ. При этом ценовой сегмент и продукции истца, и продукции ответчика рассчитан на среднестатистического потребителя («масс-маркет»). 

Ответчик осуществляет свою деятельность через розничные торговые точки, на которых истец производил контрольную закупку. Истец также ведет свою деятельность через офлайн- и онлайн-магазины, что позволяет говорить о том, что деятельность ответчика по использованию обозначений, сходных до степени смешения с товарным знаком истца, применительно к услугам             25 класса МКТУ также обладает высокой степенью однородности.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, в материалах дела содержатся исчерпывающие доказательства широкой известности товарного знака истца.

Истец предпринимал активные действия по получению правовой охраны на обозначение «Mademoiselle» непрерывно с 2001 года, в связи с этим у него имеется преемственность средств индивидуализации: товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 237552 с приоритетом от 20.10.2001, товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 461334 с приоритетом от 26.10.2010, товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 835556  .

Поставки нижнего белья и иной продукции, относящейся к 25 классу МКТУ, начались истцом в 2009 году и продолжаются до сих пор, за время ведения деятельности на данном рынке в период с 2008 года по настоящее время истцом открыто 79 магазинов на территории России в разных регионах.

По итогам 2024 года продукция истца, маркированная товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 835556 , вошла в ТОП-15 российских брендов нижнего белья по версии РБК.

Продукция истца, маркированная товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 835556 , участвовала в различных выставках, в том числе 02-05 сентября 2015 года на выставке «LINGERIE SHOW FORUM», 01-09 сентября 2018 года на выставке «LINGERIE SHOW FORUM».

Истец осуществляет защиту своего товарного знака, в том числе путем обращения в суд (дела № А41-57948/2024, А40-148027/2024, А60-64204/2023).

Широкий ассортимент товаров истца (более двухсот наименований продукции), маркированной товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 835556 , также представлен на популярных маркетплейсах Wildberries и Ozon.

Доводы подателя жалобы о необоснованности расчета компенсации подлежат отклонению, поскольку применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, проверен судом первой инстанции на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения, и обоснованно признан верным. 

В подтверждение произведенного расчета истцом в материалы дела представлены лицензионный договор от 10 января 2024 года № 102, в соответствии с пунктом 7.2 которого за использование товарных знаков лицензиат уплачивает лицензиару вознаграждение в размере 150 000 руб., и платежное поручение от 18.02.2024 № 76, подтверждающее факт внесения лицензионного платежа по названному договору.

Указанные документы недействительными не признаны, об их фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлялось, из числа доказательств по делу они не исключены. 

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров в материалы дела не представлены, а суд не вправе изменять выбранный истцом порядок определения компенсации за использование товарного знака, суд первой инстанции пришел к верному выводу о возможности использования положений указанного лицензионного договора для расчета размера компенсации в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Доводы о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях также не принимаются во внимание. Письменные возражения ответчика, представленные непосредственно в суд 28 мая 2025 года, имеются в материалах дела. Факт отсутствия упоминания судом в обжалуемом решении данных пояснений, а также каких-либо иных конкретных доказательств и доводов не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы не были исследованы и оценены. 

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выражают несогласие с верными выводами суда первой инстанции, поэтому не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, указания суда кассационной инстанции, являющиеся обязательными, выполнены, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Основания для отмены решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, судом при рассмотрении спора не допущено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании статьи 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 04 августа 2025 года по делу № А66-3092/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Л.В. Зрелякова

Судьи

Н.А. Колтакова

ФИО1