﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-475/2018(18,19)-АК

Дело № А50-24503/2016

30 июня 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июня 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего         Чепурченко О.Н., 

судей					Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шмидт К.А.,

при участии:

от Крючкова А.И.: Погудин А.П., паспорт, доверенность от 09.09.2020;

от конкурсного управляющего Леонгардт М.А.: Мирзина Ю.А., паспорт, доверенность от 25.01.2021,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы Григорьева Олега Николаевича, Крючкова Александра Иваносича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 12 февраля 2021 года

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении Григорьева О.Н., Крючкова А.И. к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А50-24503/2016	 о признании несостоятельным (банкротом) НАО «Современные технологии Урала» (ОГРН 1025900891950, ИНН 5904007915),

третье лицо:  Громак Наталия Васильевна,

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.12.2016 заявление АО «Райффайзенбанк» признано обоснованным, в отношении НАО «Современные технологии Урала» введена процедура наблюдения; временным управляющим НАО «Современные технологии Урала» утверждена Леонгардт Мария Алексеевна, член саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Содействие».

Объявление о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» в установленном законом порядке 14.01.2017, № 6.

Решением арбитражного суда от 17.04.2017 НАО «Современные технологии Урала» (НАО «СТУ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утверждена Леонгардт Мария Алексеевна.

Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» в установленном законом порядке 29.04.2017, № 76.

22 августа 2018 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Леонгардт М.А. о привлечении солидарно Крючкова А.И., Григорьева О.Н., Громак Н.В., ООО «Гранд Кипу» к субсидиарной ответственности по обязательствам НАО «Современные технологии Урала» в сумме 102 989 636,15 руб.

С учетом заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) конкурсным управляющим уточнений, принимая во внимание, что в рамках настоящего дела о банкротстве к Громак Н.В. ранее были предъявлены требования о взыскании убытков, основанное на тех же обстоятельствах, что и требования о привлечении к субсидиарной ответственности, вступившим в законную силу определением от 14.05.2019 (постановление суда апелляционной инстанции от 20.08.2019, постановление суда кассационной инстанции от 09.12.2019) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с Громак Н.В. убытков отказано, суд первой инстанции определением от 04.08.2020 исключил Громак Н.В. из числа ответчиков и привлек ее к участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 

С учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений конкурсный управляющий просил привлечь Крючкова Александра Ивановича к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, взыскать с Крючкова Александра Ивановича в пользу НАО «СТУ» в порядке субсидиарной ответственности 438 428,48 руб.; признать доказанным наличие оснований для привлечения Крючкова Александра Ивановича и Григорьева Олега Николаевича к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов НАО «СТУ», производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в указанной части приостановить до окончания расчетов с кредиторами АО «СТУ». В отношении требований к ООО «Гранд Кипу» просил принять отказ от заявленных требований в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ 16.10.2018.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12 февраля 2021 года производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ОО «Гранд Кипу» прекратил.

Привлек Крючкова Александра Ивановича к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; взыскал с Крючкова Александра Ивановича в пользу АО «СТУ» в порядке субсидиарной ответственности 438 428,48 руб.

Признал доказанным наличие оснований для привлечения Крючкова Александра Ивановича и Григорьева Олега Николаевича к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов НАО «СТУ». Производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в указанной части приостановил до окончания расчетов с кредиторами НАО «СТУ».

Не согласившись с вынесенным определением, Григорьев О.Н. и Крючков А.И. обратились с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Григорьев О.Н. в обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что руководителем должника стал после принятия судом заявления о признании должника банкротом, в связи с чем полагает, что не является контролирующим должника лицом. Считает, что оснований для привлечения его к ответственности за не передачу документации должника не имеется, учитывая дату его назначения на должность руководителя должника, признания должника банкротом вследствие действий (бездействий) иных контролирующих должника лиц, а также ссылаясь на то, что ведением бухгалтерского и налогового учета должника осуществлялось ООО «Гранд Кипу» на основании договора оказания бухгалтерских услуг от 01.03.2015 №БУ-78-2015. Также апеллянт отмечает, что в материалах дела имеются акты приема-передачи по которым Григорьевым О.Н. переданы конкурсному управляющему  сведения и документы в отношении всех имевшихся у должника дебиторов; конкурсным управляющим не представлено доказательств в подтверждение затруднительности проведения процедуры банкротства по формированию и реализации конкурсной массы; ссылается на то, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Крючков А.И. в апелляционной жалобе в части требований о несвоевременной подачи заявления о банкротстве общества указывает на неверное определение судом размера ответственности без учета частичного погашения требования Якимовой М.Н. в размере 24,33 тыс. руб.; задолженность перед ООО «Астарта» и ООО «Сервис-Гарант» возникла по ранее заключенным договорам хранения дорогостоящего оборудования, неподача заявления о банкротстве не могла повлиять на сокращение указанной задолженности, в связи с необходимость хранения имущества в отсутствие у должника места для его самостоятельного хранения. В отношении срока исковой давности по данному оснований считает, считает вывод суда о необходимости единого расчета сроков подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, вне зависимости от основания, ошибочным; полагает, что управляющий на дату введения процедуры конкурсного производства (17.04.2017) обладал информацией о сроках полномочий контролирующих должника лиц и имел полное представление о дате когда, должно было быть подано заявление о банкротстве, уточненное заявление со ссылкой на п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве было подано только 13.12.2019 – за пределами годичного срока исходя из дат включения требований в реестр. В части совершения сделки с ООО «Синий ветер» апеллянт указывает на то, что принял решение об уступке права требования – замены спорного требования, не исполняемого на протяжении нескольких лет по которому истекал срок исковой давности, на бесспорное с учетом рыночной цены такого требования, получил по сделке частичное исполнение, которое было направлено на погашение задолженности перед кредиторами, при этом 	не имел оснований считать, что окончательный расчет не будет произведен, предпринимал попытки для принудительного взыскания задолженности; ссылается на то, что не был привлечен к судебному разбирательству стороной при признании сделки с ООО «Синий ветер» недействительной, поэтому у суда отсутствовали безусловные основания для использования выводов другого дела при рассмотрении настоящего обособленного спора; также приводит обстоятельства, на основании которых полагает, что годичный срок исковой давности по данному основанию рассматриваемого заявления также истек. Относительно требования основанного на не передачи первичной документации в подтверждение дебиторской задолженности апеллянт указывает, что дебиторская задолженность ООО «Пермское электромонтажное управление в сумме 211 000 руб., АО «Электроуралмонтаж» в сумме 272 000 руб. отсутствует; задолженность ООО «Русинжиниринг» в сумме 439 000 руб., ООО «Рикос» в сумме 40 000 руб. не могла повлиять на увеличение конкурсной массы, так как оба дебитора исключены из ЕГРЮЛ; иная задолженность подлежала списанию по состоянию на 31.12.2016 в связи с истечением срока исковой давности и также не могла повлиять на увеличение конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов. 

Определением от 28.04.2021 (председательствующий Плахова Т.Ю.) судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб Григорьева О.Н., Крючкова А.И. было перенесено на 28.06.2021 в связи с установлением на территории Российской Федерации в период с 04 мая по 07 мая 2021 года нерабочими днями (Указ Президента Российской Федерации от 23.04.2021 №242 «Об установлении на территории Российской Федерации нерабочих дней в мае 2021 года»).

Определением от 22.06.2021 на основании ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена председательствующего судьи Плаховой Т.Ю. на судью Чепурченко О.Н.. После замены судьи рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н.

Конкурсным управляющим Леонгардт М.А. согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционных жалоб возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционные жалобы от иных лиц, участвующих в дело не поступило.

В судебном заседании представителем конкурсного управляющего Леонгардт М.А. заявлен отказ от иска в части требований предъявленных к Крючкову С.И. за неподачу заявления о признании должника банкротом в  связи с погашением части требования кредитора Якимовой М.Н. в размере 24 327 руб., в связи с чем просил взыскать с Крючкова Александра Ивановича в пользу НАО «СТУ» в порядке субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом 414 101,48 руб.

Участвующие в судебном заседании представитель Крючкова А.И. возражений относительно заявленного отказа не заявил.

Заявление конкурсного управляющего Леонгардт М.А. рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ с учетом положений ст. 49 Кодекса. 

В соответствии с п. 2 ст. 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично. 

Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу (п. 5 ст. 49 АПК РФ). 

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ Суд прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

При рассмотрении вопроса о возможности принятия отказа от иска, судом апелляционной инстанции установлено, что отказ от части заявленных требований не противоречит закону, не нарушает права других лиц,  подписан конкурсным управляющим Леонгардт М.А. собственноручно, в связи с чем отказ от части заявленных требований подлежит принятию апелляционным судом, производство данному обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего – прекращению в соответствующей части на основании п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

В судебном заседании представители Крючкова А.И. и конкурсного управляющего Леонгардт М.А. свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, НАО «Современные технологии Урала» зарегистрировано 21.09.2002 ИФНС России Свердловскому району г. Перми; сведения об обществе внесены в Единый государственный реестр юридических лиц с присвоением ОГРН 1025900891950.

Полномочия единоличного исполнительного органа (президента) общества «Современные технологии Урала» (прежнее наименование – ЗАО «Губернский город») осуществляли следующие лица: с 25.06.2003 по 17.03.2014 – Крючков Александр Иванович; с 18.03.2014 по 07.10.2014 – Громак Наталья Васильевна; с 08.10.2014 по 24.10.2014 – Погудин Андрей Павлович; с 27.10.2014 по 28.10.2016 – Крючков Александр Иванович; с 29.10.2016 до момента открытия в отношении должника конкурсного производства (17.04.2017) – Григорьев Олег Николаевич.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено 26.10.2016 на основании заявления АО «Райффайзенбанк».

Согласно представленным конкурсным управляющим сведениям в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму в размере 106 033,91 тыс. руб.

Основанием для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении Крючкова А.И. и Григорьева О.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника явилось: 

- неисполнение Крючковым А.И. обязанности по подаче заявления в арбитражный суд после возникновения у должника признаков неплатежеспособности;

- не передача Крючковым А.И. и Григорьевым О.Н. конкурсному управляющему свей документации должника, не позволяющей сформировать конкурсную массу;

- совершением Крючковым А.И. сделки, причинившей вред должнику и его кредиторам.

Удовлетворяя заявленные требования (с учетом заявленных уточнений), суд первой инстанции исходил из наличия причинной связи между неисполнением должником обязательств перед кредиторами и действиями ответчиков, а также неисполнения Крючковым А.И. обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом. 

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с выводами суда в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Применительно к подходу, изложенному в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности имели место в 2014-2016 годах, при рассмотрении заявления применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени – ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований Закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

При этом следует учитывать разъяснения, приведенные в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53), согласно которым обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Определением суда от 14.05.2019 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2019, отказано в удовлетворении требование конкурсного управляющего о взыскании убытков в сумме 60 млн. руб. с бывших руководителей должника. 

Из установленных указанным судебным актом обстоятельств следует, что 30.03.2012 между ЗАО «Губернский город» (прежнее наименование должника, покупатель по договору) и ООО «АББ» (поставщик) заключен договор №8РТ0010812, в рамках которого в соответствии со спецификацией № 11 04.10.2013 обществом «АББ» была произведена поставка технологически сложного оборудования общей стоимостью 117 056 000 руб.

На электронный адрес ЗАО «Губернский город» поступил счет на оплату за поставленное оборудование по вышеуказанному договору в совокупном размере 97 670 000 руб.

Платежным поручением № 572 от 08.09.2014 ЗАО «Губернский город» перечислило на указанный в счете №187031940 от 04.10.2014 расчетный счет ООО «АББ» №40702810300010005679, открытый в ООО «КБ «Академрусбанк» денежные средства в сумме 60 000 000 руб.

При этом идентификационные данные и банковские реквизиты ООО «АББ», отраженные в счете на оплату и сформированном платежном поручении (ИНН 7724913600, КПП 772401001, р/с 40702810300010005679 в ООО КБ «Академрусбанк») не совпадали с идентификационными данными и банковскими реквизитами ООО «АББ», указанными в договоре № 8РТ0010812 от 30.03.2012, заключенном между ЗАО «Губернский город» и ООО «АББ» (ИНН 7727180430, р/с 40702810700700734013). 

Денежные средства в размере 60 000 000 руб. перечислены юридическому лицу, имеющему идентичное наименование с контрагентом должника, но при этом не связанному с должником договорными обязательствами.

Должником незамедлительно после получения информации о неполучении денежных средств реальным контрагентом «ООО «АББ» были приняты меры к блокированию операций по счетам, в последующем были приняты меры к взысканию неосновательно приобретенного, привлечению к уголовной ответственности.

Как установлено судом в рамках указанного обособленного спора, перечисленные должником денежные средства практически в полном объеме (в сумме 59 990 990 руб.) за вычетом банковских комиссий, находятся на расчетном счете ООО «АББ» (ИНН 7724913600) в ООО «КБ «Академрусбанк». Но 20.03.2015 решением арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-20240/15 ООО «КБ «Академрусбанк» было признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

После введения в отношении должника конкурного производства, 14.08.2017, в ЕГРЮЛ внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица – ООО «АББ» (ИНН 7724913600) в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Денежные средства в сумме 60 млн. руб. не были возвращены должнику, несмотря на принятые меры по их взысканию.

Доказательств причастности бывших руководителей должника (Громак Н.И., Крючкова А.И., Григорьева О.Н.) к созданию и реализации вышеуказанной схемы либо вины ответчиков в возникновении у общества убытков в сумме 60 млн. руб. судом не было установлено, в связи с чем в удовлетворении требования конкурсного управляющего о взыскании убытков было отказано.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, причиной банкротства общества в первую очередь послужило перечисление денежных средств в существенном для общества размере обществу «АББ» (ИНН 7724913600), поскольку в последующем общество не смогло справиться с долговой нагрузкой.

Требования реального контрагента ООО «АББ» в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника на основании решения арбитражного суда г. Москвы от 09.09.2015 по делу № А40-58980/15, в соответствии с которым с должника в пользу ООО «АББ» взыскана задолженность в размере 46 822 400 руб. основного долга, проценты в сумме 5 872 307 руб.

Вступившим в законную силу определением от 15.01.2019 по настоящему делу в рамках другого обособленного спора установлено, что признаки неплатежеспособности у должника возникли с октября 2014 года.

Судом было установлено, что еще в сентябре 2014 года должник располагал достаточными денежными средствами для погашения задолженности перед ООО «АББ».

С начала октября 2014 года и в последующем должник уже не располагал денежными средствами для погашения кредиторской задолженности перед ООО «АББ» и другими кредиторами; с октября 2014 года начались просрочки в исполнении кредитных обязательств перед АО «Райффайзенбанк».

В этой связи, с учетом установленных обстоятельств относительно даты возникновения признаков неплатежеспособности, конкурсный управляющий указывает, что не позднее чем через месяц после возникновения указанных признаков руководитель должника обязан обратиться с заявлением о банкротстве общества в суд.

Крючков Александр Иванович являлся руководителем общества в период с 25.06.2003 по 17.03.2014, в последующем – с 27.10.2014 по 28.10.2016 – Крючков Александр Иванович. Единственным акционером должника являлась супруга Крючкова А.И. – Крючкова Т.В.

На основании вышеизложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что Крючков А.И. должен был знать о возникших у общества финансовых проблемах, в связи с чем с заявлением о банкротстве должника обязан был обратиться в суд не позднее 27.12.2014 (с учетом необходимости времени для установления обстоятельств неплатежеспособности должника и месячного срока на подачу заявления о банкротстве).

Данная обязанность Крючков А.И. выполнена не была; заявление о признании должника банкротом подано в арбитражный суд 21.10.2016 конкурсным кредитором АО «Райффайзенбанк».

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения Крючкова А.И. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве являются законными и обоснованными.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Определяя размер ответственности в сумме 438 428, 48 руб., суд первой инстанции исходил из наличия у должника возникших в период с января 2015 по 25.10.2016 (до даты возбуждения дела о банкротстве) следующих требований кредиторов: требования АО «Телеком Плюс» за период январь-март 2015 года в сумме 46 143,69 руб., требования ПАО «Пермэнергосбыт» за ноябрь 2015 года в сумме 777,68 руб., требования ООО «Астара» за период февраль 2015 года – октябрь 2016 года в сумме 223 693,55 руб., требования ООО «Сервис-Гарант» за период апрель-октябрь 2016 года в сумме 81 753 руб., требования Якимовой М.Н. за период с января по март 2016 года в сумме 59 567,60 руб., требования уполномоченного органа за период январь-октябрь 2016 года в сумме 26 492,96 руб.

Поскольку при определении размера ответственности конкурсным управляющим суду не была предоставлена информация о частичном погашении задолженности перед кредитором Якимовой М.Н. в размере 24 327 руб., в суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий отказалась от требований к Крючкову А.И. на данную сумму, данный отказ был принят апелляционным судом, в указанной части заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности подлежит удовлетворению, в порядке субсидиарной ответственности с Крючкова А.И. в пользу НАО «СТУ» подлежит взысканию сумма в размере 414 101,48 руб.

Оснований для установления размера субсидиарной ответственности за неподачу заявления в меньшей сумме, с учетом приведенных в апелляционной жалобе доводов о необходимости хранения имущества и несения на это затрат вне зависимости от момента наступления признаков неплатежеспособности, суд апелляционной инстанции не усматривает. Данная ответственность является следствием недобросовестных действий руководителя должника влекущих несение кредиторами убытков. Порядок установления размера ответственности по данному основанию прямо предусмотрен действующим законодательством и не предусматривает исключений в зависимости от тех или иных обстоятельств.  

Относительно наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц – Крючкова А.И. и Григорьева О.Н. к субсидиарной ответственности по иным основаниям судом апелляционной инстанции установлено следующее. 

Обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, а именно непередача документации должника конкурсному управляющему, имели место как до, так и после вступления в силу Федерального закона № 66-ФЗ, в связи с чем настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм права, предусмотренных в редакции Федерального закона № 266-ФЗ и в редакции п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, действующей на дату введения процедуры конкурсного производства (17.04.2017).

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (ст. 65 АПК РФ).

В Законе о банкротстве, как в ранее действующей редакции, так и после внесения изменений, установлено, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные положения Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как указывалось ранее, Крючков А.И. и Григорьев О.Н. осуществляли функции единоличного исполнительного органа общества, следовательно, применительно к ст. 61.10 Закона о банкротстве являлись контролирующими должника лицами.

По правилам п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанное требование закона обусловлено, в частности, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные ч. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в п. 24 постановления Пленума ВС РФ № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов (не менее пяти лет) первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29). Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

Как следует из материалов дела, после открытия в отношении должника конкурсного производства его конкурсный управляющий Леонгардт М.А. потребовала от Григорьева О.Н., Крючкова А.И. передать всю документацию, а также материальные и иные ценности общества «СТУ».

Ответчиками конкурсному управляющему Леонгардт М.А. передана часть документации по деятельности должника по актам приема-передачи от 18.04.2017, 24.04.2017, 05.05.2017, 30.05.2017, 01.06.2017, 02.06.2017, 07.06.2017, 13.06.2017, 20.06.2017. 

По заявлению конкурсного управляющего Леонгардт М.А. определением суда от 19.12.2017, с учетом изменений постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2018, на Григорьева О.Н. и Крючкова А.И. возложена обязанность передать конкурсному управляющему Леонгардт М.А. бухгалтерскую и иную документацию должника, материальные и иные ценности, за исключением переданного конкурсному управляющему имущества.

Судом первой инстанции установлено и не опровергается участниками спора, что бухгалтерская отчетность должника за 2016 год в налоговый орган не сдавалась.

Согласно сведениям последнего предоставленного в налоговый орган бухгалтерского баланса должника за 2015 год балансовая стоимость активов составляла 188 254 тыс. руб., в том числе: основные средства – 165 тыс. руб., финансовые вложения – 8 628 тыс. руб., запасы – 57 916 тыс. руб., дебиторская задолженность – 119 094 тыс. руб., прочие оборотные активы – 1 233 тыс. руб.

По расчету конкурсного управляющего, представленному в суд 01.02.2021, объем непереданных активов составляет 35 349,3 тыс. руб., в том числе: основные средства – 165 тыс. руб., финансовые вложения – 8 479,5 тыс. руб., дебиторская задолженность – 25 471,8 тыс. руб., прочие оборотные активы – 1 233 тыс. руб.

Представитель Крючкова А.И. суду пояснил, что в составе основных средств в сумме 165 тыс. руб. отражена остаточная стоимость прибора для измерения характеристик выключателя, модель ТМ 1800, который был реализован по договору № 1 от 04.06.2015, а поскольку товарные накладные были получены должником только в мае 2016 года реализация основного средства в балансе за 2015 год не отражена (т. 8, л.д. 124).

Суд критически отнесся к доводу ответчика, поскольку исходя из представленного договора № 1 от 04.06.2015, заключенного между должником (поставщик) и ООО «Эйч Ди Сервис» следует, что цена товара составляет 650 000 руб., а не 165 тыс. руб., как указано в балансе. Кроме того, материалы дела не содержат товарной накладной и доказательства ее получения должником. Расчеты между сторонами по договору были завершены 09.11.2015, что подтверждается выпиской по счету должника. На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что проданное по договору оборудование не имеет отношения к стоимости основных средств, отраженных в балансе должника за 2015 год. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что активы должника в сумме 165 000 руб. не переданы конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий указывает, что не переданы активы, указанные в сроке баланса как финансовые вложения в сумме 8 479,5 тыс. руб. (8 628 тыс. руб. (отраженная в балансе стоимость) – 148,5 тыс. руб. (стоимость доли в уставном капитале ООО «Зеленый мир»).

Из сведений ЕГРЮЛ следует, что ЗАО «Губернский город» является участником ООО «Зеленый мир» (ОГРН 1025900899265), размер доли в уставном капитале составляет 99%.

Как следует из представленного в материалы дела приказа № 16/03 от 31.03.2016 ЗАО «Губернский город» (прежнее наименование НАО «Современные технологии Урала») президентом общества поручено провести переоценку имеющихся в собственности ЗАО «Губернский город» ценных бумаг (долей в уставном капитале) по состоянию на 31.03.2016.

Из акта о результатах переоценки долей в уставном капитале по состоянию на 31.03.2016 следует, что первоначальная стоимость составляла 8 628 тыс. руб., сведения о чем отражены в балансе должника за 2015 год.

В связи с продажей принадлежащего обществу «Зеленый мир» здания и земельного участка залоговой стоимостью более 13 686 тыс. руб. должником была произведена переоценка стоимости данного актива, согласно которой стоимость составила 148,5 тыс. руб., в подтверждение чего представлен акт о результатах переоценки. Наличие у общества «Зеленый мир» недвижимости залоговой стоимостью более 13 686 тыс. руб. подтверждается договором ипотеки с ЗАО «Райффайзенбанк».

Учредительные документы в отношении ООО «Зеленый мир» должником были переданы конкурсному управляющему, что не отрицается конкурсным управляющим.

При таких обстоятельствах арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о том, в балансе за 2015 год отражена стоимость доли в уставном капитале ООО «Зеленый мир», доказательств, опровергающий указанный вывод, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ). Сведения об указанном активе переданы конкурсному управляющему в установленном порядке.

Конкурсный управляющий указывает, что не переданы активы, указанные в строке «прочие оборотные активы» в сумме 1 233 тыс. руб., в строке «отложенные налоговые активы» в сумме 1 216 тыс. руб. бухгалтерского баланса должника за 2015 год.

Ответчиком указано, что применительно к деятельности общества в соответствии с правилами бухгалтерского учета в строке «прочие оборотные активы» отражены расчеты с бюджетом в части сумм НДС с авансов и предварительной оплаты, в строке «отложенные налоговые активы» отражены расчеты с бюджетом по налогу на прибыль.

Конкурсным управляющим не доказано, что отражение в бухгалтерском балансе указанной информации подразумевает наличие каких-либо реальных активов общества.

С учетом этого, в отсутствие доказательств обратного, суд пришел к выводу, что отражение в бухгалтерском балансе данных сведений не может повлиять на увеличение размера конкурсной массы должника.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2015 год размер дебиторской задолженности составляет 119 094 тыс. руб. Конкурсный управляющий указывает, что ответчиками переданы документы по дебиторской задолженности должника на общую сумму в размере 93 622,2 тыс. руб., документы по дебиторской задолженности в размере 25 471,8 тыс. руб. не переданы.

Из представленной в материалы дела расшифровки дебиторской задолженности следует, что сумму в размере 23 035 040,95 руб. составляет дебиторская задолженность общества Siemens.

Из материалов дела следует, что документы по указанной дебиторской задолженности переданы конкурсному управляющему, что подтверждается передаточными актами (т. 6, л.д. 56-110; т. 7, л.д.  45-46). 

При таких обстоятельствах суд счел доказанным, что документы по дебиторской задолженности общества Siemens переданы конкурсному управляющему. 

Из расшифровки дебиторской задолженности (т. 11, л.д. 29) в оставшейся сумме 2 436 800 руб. следует, что задолженность перед обществом «Губернский город» имелась у следующих контрагентов:

ООО «Центр структурирования бизнеса и налоговой безопасности» в сумме 215 000 руб.;

ООО «Геомер» в сумме 474 200 руб.;

ИП Пивнева в сумме 435 000 руб.;

ООО «Пермское электромонтажное управление» в сумме 211 000 руб.; 

АО «Электроуралмонтаж» в сумме 272 000 руб.;

ООО «Русинжиниринг» в сумме 439 000 руб.;

ООО РПК «Эс-марк» в сумме 11 000 руб.;

ООО РПК «Эс-марк» в сумме 33 000 руб.;

ООО «Техэко» в сумме 40 000 руб. и 39 000 руб.;

ООО «Сертифик-центр» в совокупном размере 100 000 руб.;

Пермская таможня в совокупном размере 127 600 руб.;

ООО «Рикос» в сумме 40 000 руб.

Как следует из материалов дела о банкротстве, в частности, из обособленного спора о предоставлении отсрочки исполнения судебного акта, и не оспаривается участвующими в деле лицами, ответчиками после вынесения Семнадцатым арбитражным апелляционным судом постановления от 23.03.2018 по настоящему делу об истребовании у них документов по деятельности должника, принимались меры к восстановлению документации по деятельности должника, направлялись запросы в адрес контрагентов должника о предоставлении первичных документов по деятельности общества, составлен бухгалтерский баланс должника за 2016 год.

При этом до вынесения указанного судебного акта об истребовании документов контролирующими должника лицами был передан арбитражному управляющему существенный объем документов по деятельности должника, в том числе значительная часть документов по дебиторской задолженности, а также иные активы, ряд из которых в настоящее время реализован в ходе процедуры конкурсного производства.

В подтверждение наличия задолженности следующих контрагентов перед должником представлены первичные документы:

- ООО «Центр структурирования бизнеса и налоговой безопасности» в сумме 215 000 руб. (т. 9, л.д.157-182). Общество являясь исполнителем по договору об оказании юридических и консалтинговых услуг № ЮР-201311 от 13.08.2013 на сумму 215 000 руб.;

- ООО «Геомер» в сумме 474 200 руб. (т. 9, л.д. 183), общество являлось подрядчиком по договору № 1702 от 13.10.2014г., согласно условиям которого подрядчик принимает на себя обязательства выполнить указанные в договоре работы на сумму 474 200 руб.;

- ИП Пивнева Ю.С. в сумме 435 000 руб. (т. 9, л.д. 131). ИП Пивнева Ю.С. являлась исполнителем по договору оказания услуг от 10.11.2011 на сумму 435 000 руб.

Согласно данным в суде первой инстанции пояснений, в отношении указанных контрагентов дебиторская задолженность в балансе за 2015 годы была отражена в связи с отсутствием товарных накладных о поставке товара либо актов о выполнении работ, которые были получены позднее, в 2016 году, и лишь тогда могло быть отражено в отчетности отсутствие дебиторской задолженности. 

В отсутствие доказательств обратного, суд согласился с указанным утверждением с учетом того, что в распоряжении конкурсного управляющего находится значительный объем документов по деятельности должника. Документы по указанным трем контрагентам должника были восстановлены посредством направления запросов контрагентам должника и получения подтверждающих документов; в подготовленном по итогам 2016 года бухгалтерском балансе данная задолженность отсутствует. 

Указанные в договорах суммы соотносятся с представленной расшифровкой задолженности, а принятие мер к восстановлению документов по деятельности должника подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами. При этом, представляется обоснованным указание в балансе общества за 2015 год сведений о наличии дебиторской задолженности в связи с произведением должником авансовых платежей по договорам при отсутствии первичных документов, подтверждающих выполнение работ и/или поставку товаров по договору.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии дебиторской задолженности в отношении указанных выше трех контрагентов.

Ответчики утверждают, что задолженность в отношении следующих контрагентов отсутствует, а подтверждающие документы переданы:

ООО «Пермское электромонтажное управление» в сумме 211 000 руб.; 

АО «Электроуралмонтаж» в сумме 272 000 руб.;

ООО «Русинжиниринг» в сумме 439 000 руб.;

ООО РПК «Эс-марк» в сумме 11 000 руб.;

ООО РПК «Эс-марк» в сумме 33 000 руб.;

ООО «Техэко» в сумме 40 000 руб. и 39 000 руб.;

ООО «Сертифик-центр» в совокупном размере 100 000 руб.;

Пермская таможня в совокупном размере 127 600 руб.;

ООО «Рикос» в сумме 40 000 руб.

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, доказательств подтверждающих передачу первичных документов по дебиторской задолженности в сумме 1 312 600 руб. по указанным контрагентам, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, ответчиками не опровергнута презумпция того, что именно неисполнение с их стороны обязанностей, предусмотренных статьями 6, 7 и 29 Законом о бухгалтерском учете и ст. 126 Закона о банкротстве, повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы должника и удовлетворение за счет нее требований конкурсных кредиторов.

Первичные документы и пояснения относительно запасов и дебиторской задолженности в указанной выше части не даны и в материалы дела не предоставлены.

Следовательно, совершение ответчиками правонарушения, связанного с установлением факта противоправного и виновного неисполнения обязанности по передаче документации и имущества повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы. В случае надлежащего исполнения бывшим руководителем обязанностей по ведению, хранению и передаче первичных документов в отношении дебиторской задолженности это могло бы привести к поступлению в конкурсную массу денежных средств.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что отсутствие первичной документации о хозяйственной деятельности общества презюмирует вину контролирующих должника лиц в доведении общества до экономической несостоятельности (банкротства), доказательств того, что непередача документации не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо отсутствие вины в непередаче конкурсному управляющему должника, а также в отсутствие доказательств принятия всех необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от ответчиков, в материалы дела не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Крючкова А.И. и Григорьева О.Н. к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения реестра требований кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы о том, что дебиторская задолженность ООО «Пермское электромонтажное управление в сумме 211 000 руб., АО «Электроуралмонтаж» в сумме 272 000 руб. отсутствует, а задолженность ООО «Русинжиниринг» в сумме 439 000 руб., ООО «Рикос» в сумме 40 000 руб. не могла повлиять на увеличение конкурсной массы, так как оба дебитора исключены из ЕГРЮЛ, иная задолженность подлежала списанию по состоянию на 31.12.2016 в связи с истечением срока исковой давности и также не могла повлиять на увеличение конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, выводов суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не опровергает и может являться основанием лишь основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности.

При этом следует отметить, что истечение сроков исковой давности по взысканию части дебиторской задолженности напрямую связано с бездействием лиц, контролирующих должника, влекущим невозможность удовлетворения требования кредиторов, в связи с чем не может носить оправдательный характер, освобождающий от ответственности. 

То обстоятельство, что Григорьев О.Н. стал руководителем должника после принятия судом заявления о признании должника банкротом, не имеет правового значения, в связи с тем, что обязанность по передаче документов у него возникла после введения процедуры конкурсного производства – 17.04.2017. Более того, данное обстоятельство не умаляет его ответственности за не передачу документов, поскольку действуя добросовестно и разумно вновь назначенный руководитель должен был принять в ведение документацию и имущество должника от лиц, ранее занимающего данную должность, а в случае ее отсутствия принять меры по установлению ее местонахождения и восстановлению.  

Возложение обязанности по ведению бухгалтерского и налогового учета должника на ООО «Гранд Кипу» по договору оказания бухгалтерских услуг от 01.03.2015 № БУ-78-2015, не освобождает руководителя должника от обязанности по передаче имущества и документации должника конкурсному управляющему.

Ссылка апеллянта на наличие в материалах дела актов приема-передачи конкурсному управляющему сведения и документы в отношении всех имевшихся у должника дебиторов, признан апелляционным судом несостоятельным, в связи с отсутствием в материалах дела доказательств исполнения вступившего в законную силу судебного акта об истребовании документов должника, принятого с учетом переданных по указанным актам документов. Кроме того, сама по себе передача расшифровок дебиторской задолженности не имеет значения в отсутствие первичной документации, подтверждающей такую задолженность; доказательств передачи такой документации в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.  

Иные доводы по данному эпизоду опровергаются вышеизложенными выше обстоятельствами и выводами суда первой инстанции, оснований для переоценки которых у апелляционного суда не имеется.

Также конкурсный управляющий просил привлечь Крючкова А.И. к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделки, причинившей вред кредиторам должника.

В силу п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Определением суда от 02.02.2019 по настоящему делу признан недействительным договор уступки права требования (цессии) от 30.12.2015, признаны недействительными сделками платежи, совершенные ООО «Синий ветер» в адрес Егорова Александра Петровича в общей сумме 9 181 740 руб. Применены последствия недействительности сделок – взыскано солидарно с ООО «Синий ветер» и Егорова Александра Петровича в пользу НАО «СТУ» 9 181 740 руб.; с ООО «Синий ветер» в пользу НАО «СТУ» взыскано 2 087 980 руб. Восстановлено право требования ООО «Синий ветер» перед НАО «СТУ» в сумме 1 920 000 руб.

Из установленных указанным судебным актом обстоятельств следует, что 30.12.2015 между ЗАО «Губернский город» (прежнее наименование должника, цедент по договору) и ООО «Синий ветер» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступил, а цессионарий принял право требования к ЗАО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» в сумме 15 925 314,95 руб., в том числе 14 400 245,05 руб. основного долга, 1 402 869,90 руб. неустойки, 122 200 руб. расходов по государственной пошлине.

В соответствии с п. 3 договора уступки права требования (цессии) стоимость уступаемого права составляет 12 800 000 руб., которые должны быть уплачены цеденту любым, не запрещенным действующим законодательством способом. Обоснованность наличия и размера задолженности ЗАО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» перед ЗАО «Губернский город» была предметом судебного разбирательства.

Так, решением арбитражного суда Самарской области от 27.10.2015 по делу № А55-21503/2015 первоначальные исковые требования удовлетворены, с ЗАО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» в пользу ЗАО «Губернский город» взыскано 15 803 114,95 руб., в том числе: 14 400 245,05 руб. основного долга, 1 402 869,90 руб. неустойки, а также 122 200 руб. расходов по государственной пошлине. В удовлетворении встречного иска обществу «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» отказано.

Данное решение было обжаловано обществом «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» в апелляционном порядке.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2016 принят отказ АО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» от встречного иска к ЗАО «Губернский город» о взыскании 14 671 474,60 руб. 

Решение Арбитражного суда Самарской области от 27.10.2015 по делу №А55-21503/2015 отменено. Производство по делу по встречному иску АО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» к ЗАО «Губернский город» о взыскании 14 671 474,60 руб. прекращено.

Утверждено мировое соглашение по делу №А55-21503/2015, заключенное ООО «Синий ветер» и АО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика», по условиям которого ответчик признает задолженность перед истцом в сумме 11 147 720 руб., истец отказывается от требований в размере 4 655 394,95 руб., ответчик обязуется перечислить в адрес истца сумму, указанную в п. 1 настоящего мирового соглашения в полном объеме не позднее 30.01.2016 на расчетный счет ООО «Синий ветер», ответчик обязуется компенсировать истцу государственную пошлину, уплаченную при подаче исков в размере 122 200 руб. не позднее 30.01.2016 по указанным реквизитам.

Производство по делу № А55-21503/2015 прекращено.

Из представленной выписки по расчетному счету следует, что 28.01.2016 на расчетный счет ООО «Синий ветер» поступили денежные средства от АО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» в сумме 122 000 руб. и 11 147 720 руб.

Часть поступивших от общества «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» денежных средств денежных средств в общем размере 1 920 000 руб. обществом «Синий ветер» была перечислена в счет оплаты по договору цессии от 30.12.2015 обществу «Губернский город»: 10.02.2016 в сумме 495 000 руб. и в сумме 1 425 000 руб.

Оставшаяся часть была перечислена обществом «Синий ветер» руководителю данного общества Егорову Александру Петровичу в размере 7 500 000 руб., а также на погашение комиссий банка.

При этом судом установлено, что общество «Синий ветер» не располагало какими-либо активами, деятельность общества являлась убыточной, общество не осуществляло деятельность после получения денежных средств от ЗАО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика».

Напротив, финансовое положение ЗАО «ВНИИР Гидроэлектроавтоматика» являлось удовлетворительным, общество в полном объеме расплатилось по своим обязательствам после заключения договора уступки права (требования). Соответственно, должником право требования суммы долга к платежеспособному обществу было уступлено лицу, не имеющему возможности расплатиться по своим обязательствам.

В рассматриваемой ситуации в результате совершения оспариваемых сделок из конкурсной массы должника выбыл актив – ликвидная дебиторская задолженность платежеспособного контрагента, что свидетельствует об уменьшении конкурсной массы.

С учетом изложенного, судом сделан вывод о том, что договор уступки от 30.12.2015 является недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершен в целях причинения вреда кредиторам должника, причинил вред имущественным интересам кредиторов. С ООО «Синий ветер» в пользу должника взысканы денежные средства в сумме 11 269 720 руб., восстановлено право требования ООО «Синий ветер» к должнику в сумме 1 920 000 руб.

Следствием совершения указанной сделки стало ухудшение кризисной ситуации в обществе, поскольку вследствие совершения сделки должник фактически утратил возможность получения денежных средств в сумме 9 349 920 руб., которая могла быть направлена на проведение расчетов с кредиторами должника.

Руководителем должника в рассматриваемый период времени являлся Крючков А.И.

Поскольку, являясь контролирующим должника лицом, Крючков А.И. должен был действовать добросовестно, разумно и в интересах общества, обстоятельства совершения указанной выше по уступке прав требования правомерно квалифицированы судом первой инстанции как противоправное и виновное поведение.

Следовательно, неспособность удовлетворения требований конкурсных кредиторов, послужившая основанием для признания должника несостоятельным (банкротом), возникла в том числе в результате неправомерного поведения Крючкова А.И., фактически определявшего поведение должника и руководившего им, что находится в прямой причинно-следственной связи с признанием должника банкротом.

Доводы Крючкова А.И. о том, что принятие решения об уступке права требования – замены спорного требования, не исполняемого на протяжении нескольких лет по которому истекал срок исковой давности, на бесспорное с учетом рыночной цены такого требования, с учетом установления размера задолженности судебным актом и обстоятельств платежеспособность контрагента, что нельзя сказать о цессионарии, не опровергают выводов суда о совершении им сделки при противоправном и виновном поведении.  

Ссылка на то, что Крючков А.И. не предполагал, что окончательный расчет не будет произведен, а также предпринимал попытки для принудительного взыскания задолженности не может оправдывать не принятие им мер по проверке будущего контрагента, выразившего желание приобрести право требования. 

Отклоняя заявление ответчиков о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного Закона, и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные п. 1 ст. 181, п. 2 ст. 196 и п. 2 ст. 200 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 и применяться не ранее 01.09.2023 (п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 499-ФЗ).

В соответствии с п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В соответствии с названной статьей Закона, в редакции от 28.12.2016, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В силу п. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве, в действующей редакции, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Сроки, указанные в абзаце 1 п. 5 и абзаца 1 п. 6 ст. 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (п. 1 ст. 197 ГК РФ), начало течение которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 59 постановления Пленума ВС РФ № 53, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Исходя из позиции, изложенной Верховным Судом РФ в определении от 06.08.2018 по делу № 308-ЭС17-6757 (2, 3) норма абзаца 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: 

- однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности); 

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В рассматриваемом деле судом установлено, что, объективный трехлетний срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рассматриваемом случае истек 17.04.2020.

Однолетний субъективный срок исковой давности, несмотря на то, что конкурсный управляющий был утвержден определением от 17.04.2017, не начал течь до того момента, когда конкурсному управляющему стали известны все основания для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В данном случае, о наличии оснований для предъявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий не мог узнать ранее вынесения судебного акта об истребовании документов у ответчиков – постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2018, в соответствии с которым определение Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2017 изменено, что предопределило трудности в установлении круга контролирующих должника лиц, виновных в непередаче документов и активов должника, а с учетом неполной и несвоевременной передачи документов бывшими руководителями должника конкурсный управляющий не мог обладать в полной мере информацией о совершении сделки с обществом «Синий ветер», которая признана недействительной на основании определения суда от 02.02.2019. Уточнение конкурсным управляющим требований (13.12.2019 конкурсным управляющим представлено уточненное требование о привлечении к субсидиарной ответственности, содержащее требование о привлечении за неподачу заявления о банкротстве) не свидетельствует о пропуске срока, поскольку основание требований конкурсного управляющего осталось прежним – неправомерные действия (бездействие) контролирующих должника лиц, повлекшее невозможность погашения обязательств перед кредиторами.

При этом судом отмечено, что дата возникновения признаков неплатежеспособности должника, а, следовательно, и наличие обстоятельств, исходя из которых конкурсный управляющий мог установить необходимость и целесообразность подачи требований о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, была установлена определением суда от 15.01.2019 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2019, а объективные обстоятельства, связанные с выбытием самого существенного актива должника в сумме 60 млн. руб., что послужило причиной объективного банкротства должника, были установлены определением суда от 14.05.2019 по настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2019.

С учетом этого, суд первой инстанции пришел к выводу, что обращение конкурсного управляющего с рассматриваемым заявлением состоялось в пределах срока исковой давности.

Оснований не согласиться с данным выводом у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии указанным выводом суда, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства без учета всех обстоятельств имеющих значение для разрешения данного спора.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявители в апелляционных жалобах выражают несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Учитывая принятие судом апелляционной инстанции отказа от части требования к Крючкову А.И. в сумме 24 327 руб., обжалуемое определение в данной части подлежит отмене, а производство по требованию в размере 24 327 руб. прекращению. В остальной части оснований для отмени или изменения определения от 12.02.2021, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

При апелляционном обжаловании судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника уплата государственной пошлины действующим законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 49, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Принять отказ конкурсного управляющего НАО «Современные технологии Урала» Леонгардт М.А. от требований в размере 24 327 руб. 00 коп. к Крючкову Александру Ивановичу.

Определение Арбитражного суда Пермского края от 12 февраля 2021 года по делу № А50-24503/2016 в этой части отменить.

Производство по требованию в размере 24 327 руб. 00 коп. прекратить.

В остальной части определение Арбитражного суда Пермского края от 12 февраля 2021 года по делу № А50-24503/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

В.И. Мартемьянов