АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2569/22 

Екатеринбург

26 мая 2022 г.

Дело № А76-21743/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Павловой Е.А., Артемьевой Н.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник) и ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 06.12.2021 по делу № А76-21743/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

финансовый управляющий ФИО1 – ФИО9 лично (паспорт);

представитель ФИО3, ФИО4 и ФИО5 – ФИО6 (доверенность 08.06.2020 № 74 АА 4808813);

представитель ФИО7 и ФИО8 – ФИО6 (доверенность 04.06.2020 № 74 АА 5049373).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.06.2020 на основании заявления ФИО3, ФИО5, ФИО4, ФИО7, ФИО8 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 

Определением суда от 18.09.2020 требование кредиторов признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО9

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.01.2021 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО9

В арбитражный суд 15.03.2021 обратилась ФИО10 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 3 790 751 руб. 55 коп., в том числе 1 600 000 руб. – сумма основного долга по договору займа, 1 010 271 руб. 55 коп. – проценты за пользование займом, рассчитанные за период с 01.02.2018 по 18.09.2020, а также 1 180 480 руб. – неустойка за период с 02.02.2019 по 18.09.2020 (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.12.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят определение от 06.12.2021 и постановление от 24.02.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении жалобы ФИО1 в части изменения мотивировочной части определения от 06.12.2021 выводы о ничтожности договора займа, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявители выражают несогласие с выводами судов о том, что договоры купли-продажи от 30.05.2012 и от 31.07.2018 недвижимости не подтверждают финансовую возможность ФИО2 выдать должнику займ, поскольку совершены за 6 лет до заключения договора займа (в первом случае), и после заключения договора (во втором случае), отмечая, что суды оставили без внимания ряд доказательств, представленных как должником так и третьим лицом. По мнению заявителей, должником в материалы дела представлены доказательства достаточные доказательства расходования полученных  денежных средств, указывают на несогласие с выводами судов в той части, в которой не приняты документы, свидетельствующие о погашении обязательств перед третьими лицами, полагают, что данные выводы не подтверждены нормами права. Помимо изложенного, заявители не соглашаются с выводами судов в той части, в которой не применены положения о преюдиции в отношении фактических обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными решениями, считают, что при рассмотрении настоящего обособленного спора суды пересмотрели выводы судов по ранее рассмотренному гражданскому делу (№ 2-486/2019) и предопределили итоги рассмотрения иного дела об оспаривании сделок, совершенных в отношении нежилого помещения. Также податели жалобы указывают, что не согласны с выводом судов о том, что имеются признаки ничтожности заключенных сделок. 

Финансовой управляющий ФИО9 и конкурсные кредиторы ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО4 и ФИО11 просят состоявшиеся судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения Финансовым управляющим и кредиторами ФИО7, ФИО8 представлены соответствующие отзывы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 (кредитор) и ФИО1 (заемщик) подписан договор займа от 01.02.2018, по условиям которого кредитор передает заемщику денежные средства в сумме 1 600 000 руб. на срок до 01.02.2019 с уплатой процентов из расчета 2 % от общей суммы займа ежемесячно, что составляет 32 000 руб. ежемесячно, которые передаются кредитору не позднее 15-го числа следующего месяца за расчетным (пункты 1.1, 1.2 договора займа).

Согласно пункту 1.3 договора займа стороны установили, что заем выдается наличными денежными средствами в день подписания настоящего договора на срок 12 месяцев. Расчеты между кредитором и заемщиком производятся наличными деньгами на основании расписок в получении денежных средств, либо с использованием банковских платежных систем.

За нарушение сроков возврата займа и уплаты процентов по займу сторонами договора установлена ответственность заемщика в виде неустойки в размере 0,1% от общей суммы невозвращенных денежных средств за каждый день просрочки (пункты 2.2.2, 2.3.2 договора займа).

В качестве обеспечения исполнения обязательств по договору займа должник представил в залог ФИО2 – транспортное средство - легковой универсал MAZDA CX5, 2012 года выпуска, цвет черный (далее – транспортное сроедство). Договор залога является приложением № 1 к настоящему договору (пункт 1.4 договора займа).

Передача денежных средств по договору займа подтверждена копией расписки от 01.02.2018.

Между ФИО2 и ФИО1 подписано соглашение от 01.08.2018 к договору займа от 01.02.2018, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению о внесении изменений в пункт 2.1 и изложили его в следующей редакции: «1.2. Заемщик обязуется в срок до 01.02.2019 произвести кредитору возврат денежных средств в размере 1 600 000 руб. и уплатить в полном объеме проценты из расчета 2% от общей суммы займа ежемесячно, что составляет 384 000 руб.».

В дальнейшем, между ФИО2 (цедент) и ФИО10 (цессионарий) заключен договор уступки прав требования от 28.06.2020, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования цедента к ФИО1 в сумме 1 600 000 руб., возникшее из договора займа от 01.02.2018.

Право требования денежного долга в размере, установленном пунктом 1.1 договора, переходит к цессионарию в том объеме, который существует у цедента на дату 28.06.2020, в частности к цессионарию переходят все права, обеспечивающие исполнение должников обязательств, а также другие связанные с указанным требованием права.

Согласно пункту 1.4 договора уступка права требования цедента к должнику является платной и составляет 1 000 000 руб.; цена за уступаемое право выплачивается цессионарием в срок не позднее 01.04.2021.

Между сторонами подписан акт приема-передачи документов от 01.07.2020 к договору уступки от 28.06.2020, в соответствии с которым цессионарий получил от цедента оригинал договора займа от 01.02.2018, оригинал акта сверки от 27.06.2020 к договору займа от 01.02.2018.

В соответствии с пунктами 2, 4 акта сверки задолженности от 27.06.2020, ФИО2 и ФИО1 подтверждают, что с 01.07.2019 договор займа от 01.02.2018 не обеспечен залогом транспортного средства; ФИО1 подтверждает, что имеет неисполненную денежную обязанность перед кредитором ФИО2, установленную договором займа от 01.02.2018 в сумме 1 600 000 руб. основного долга и 877 951 руб. 23 коп. процентов за пользование заемными денежными средствами на 27.06.2018.

Должник уведомлен о состоявшейся уступке 02.07.2020, в подтверждение чего представлена копия соответствующего уведомления.

В подтверждение факта оплаты уступки в материалы дела представлена копия расписки от 22.03.2021 на сумму 1 000 000 руб., а также копии приходных кассовых ордеров за период с 22.01.2021 по 19.03.2021 на общую сумму 1 050 000 руб.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ФИО10 указала, что обязательства по возврату займа ФИО1 не исполнены, в связи с чем просила включить в реестр требование в сумме 3 790 751 руб. 55 коп., в том числе 1 600 000 руб. – сумма основного долга по договору займа, 1 010 271 руб. 55 коп. – проценты за пользование займом, рассчитанные за период с 01.02.2018 по 18.09.2020, а также 1 180 480 руб. – неустойка за период с 02.02.2019 по 18.09.2020.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке статьи 100 названного закона.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что, в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий по ним между должником и лицами, имеющими право их заявлять, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны, при этом судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера долга.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в обоснование своего требования ФИО10 сослалась на приобретение по договору уступки от 28.06.2020 прав требований к должнику, вытекающих из договора займа от 01.02.2018.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей (пункт 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, заявитель, позиционирующий себя в качестве займодавца, обязан подтвердить фактическую передачу денежных средств.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

При уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки (второй абзац пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалы дела свидетельствуют о том, что передача денежных средств по договору займа от 01.02.2018 подтверждена распиской заемщика.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве), необходимо также иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, которое приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов с обоснованными требованиями и должника (абзац 3 пункта 26 Постановления № 35).

Из данных разъяснений следует, что через установление названных обстоятельств достигается установление факта реальной передачи наличных денежных средств, подтвержденной распиской или приходным кассовым ордером, то есть документами, оформление которых зависит только от сторон договора займа, поэтому в рамках дела о банкротстве должника такие документы подлежат тщательной и всесторонней проверке через установление описанных в разъяснениях обстоятельств.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований и нарушения в связи с этим прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, должника и его участников, в связи с чем при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника).

При предъявлении к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (лицом, заявившем о включении требований в реестр) и заявлении возражений о наличии и размере долга должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя опровержения соответствующего обстоятельства

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально для искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В данном случае о безденежности займа на сумму 1 600 000 руб. заявил финансовый управляющий имуществом должника и конкурсные кредиторы, указав на то, что фактически между сторонами не было заемных отношений на соответствующую сумму, поскольку ФИО2  не обладала финансовой возможностью по выдаче займа должнику.

Как установлено судами и не оспаривается, участвующими в деле лицами ФИО1 и ФИО2 являются родными сестрами.

Учитывая установленные обстоятельства заинтересованности (аффилированности) сторон договора займа, приняв во внимание, что, возражая против требований кредитора, финансовый управляющий и кредиторы ссылались на безденежность спорного договора займа, и, исходя из заявленных управляющим и кредиторами обоснованных сомнений и возражений в реальности наличия и размера спорного долга, суды определили, что в данном случае стороны сделки  обязаны опровергнуть имеющиеся существенные сомнения и возражения против заявленных требований.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, в том числе справки 2-НДФЛ о доходах ФИО2 за 2016 - 2017 годы, суды заключили, что они в достаточной степени не подтверждают наличие дохода для единовременного предоставления должнику 01.02.2018 наличными денежными средствами займа в заявленной сумме.

При этом судами отмечено, что в материалы дела не представлены доказательства снятия ФИО2 со своих счетов наличных денежных средств в достаточной сумме для дальнейшей их передачи должнику, равно как и отсутствуют доказательства, достоверно свидетельствующие об аккумулировании ФИО2 наличных денежных средств в соответствующем размере.

Сопоставив данные о совокупном доходе ФИО2 от ведения трудовой деятельности за два года (за вычетом налога) с суммой займа, принимая во внимание, что представленные в материалы дела договоры купли-продажи недвижимости от 30.05.2012, от 31.07.2018 не подтверждают финансовую состоятельность третьего лица, поскольку заключены в даты не соотносимые с договором займа от 01.02.2018 (в первом случае - за 6 лет до заключения договора займа, во втором случае - уже после заключения указанного договора), суды первой и апелляционной инстанций признали недоказанность материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия у ФИО2 фактической финансовой возможности предоставить должнику 01.02.2018 спорную сумму в займы в заявленном размере наличными денежными средствами, а также факт реальной передачи наличных денежных средств в соответствующем размере.

Кроме этого, нижестоящими судами принято во внимание, что должнику неоднократно предлагалось предоставить доказательства расходования заемных средств в то время как сумма займа, якобы полученная должником, носила значительный характер и очевидно не могла быть направлена им исключительно на удовлетворение личных нужд. Вместе с тем финансовому управляющему, истребовавшему у должника сведения о сделках за последние 3 года (в том числе документы по совершенным сделкам и их обоснования), такие сведения представлены не были.

Исследуя вопрос о последующем расходовании денежных средств, полученных ФИО1, по утверждению должника и ФИО2 по договору займа, суды по результатам оценки представленных доказательств признали несостоятельными доводы должника о том, что заемные денежные средства потрачены на содержание и ремонт занимаемого недвижимого имущества, а также на погашение обязательств перед третьими лицами и приобретение дорогостоящих лекарственных средств на лечение бывшего мужа ФИО4, констатировав, что данные доводы не подтверждены надлежащими и достаточными доказательствами, которые достоверно свидетельствовали бы о том, что полученные от ФИО2 денежные средства потрачены должником путем их передачи наличными в оплату какого-либо имущества, услуг или работ, в том числе на приобретение товара, и иных обстоятельств последующего возможного распоряжения ими.

Изложенные обстоятельства в их совокупности позволили судам прийти к выводу о том, что представленные доказательства ясно и убедительно не подтверждают реальность заемных отношений.

При этом судами первой и апелляционной инстанций обоснованно отклонены доводы о преюдициальном значении судебных актов по делу № 2-486/2019 для настоящего спора, поскольку каких-либо выводов относительно обстоятельств заключения договора займа от 01.02.2018 между ФИО1 и ФИО2 в указанных судебных актах не содержится, обстоятельства наличия (либо отсутствия) заемных отношений по договору от 01.02.2018 при рассмотрении указанного спора не исследовались и не устанавливались.

Исходя из изложенного, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, отмечая процессуальное поведение ФИО1 и ФИО2, выразившееся в неоднократной смене позиции относительно обстоятельств передачи денежных средств, суды первой и апелляционной инстанций, заключив о том, что договор займа от 01.02.2018, подписанный между должником и ФИО2, аффилированных по отношению друг к другу, является мнимой сделкой, а кредитору ФИО10 уступлено несуществующее право требования, пришли к выводу о недоказанности материалами дела реальности заемных отношений, ввиду чего обоснованно  не усмотрели правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО10 требований.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований кредитора, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для удовлетворения заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы о том, что судами не дана оценка всем доводам и представленным в материалы дела доказательствам, подлежат отклонению, поскольку нарушений положений статьи 170, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом кассационной инстанции не установлено.

Содержащиеся в жалобе доводы заявителей о неправильном распределении бремени доказывания суд округа отвергает как необоснованные, как уже указывалось выше, судами обоснованно применен повышенный стандарт доказывания наличия заемных отношений между аффилированными лицами, при этом оснований для вывода о необходимости  возложения на финансового управляющего и кредиторов непосильного бремени доказывания, влекущего неравенство процессуальных возможностей сторон спора, не усматривается.

Доводы о доказанности финансовой возможности выдачи займа и последующего расходования должником денежных средств также отклоняются, поскольку они не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт установления кредиторских требований в деле о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие кассаторов с выводами нижестоящих судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Мнение заявителей кассационной жалобы о том, что приведенные ими доказательства, в частности обосновывающие наличие возможности предоставить денежные средства должнику, судам следовало оценить иным образом, не свидетельствует о нарушении при принятии обжалуемых судебных актов норм права, в связи с чем не может служить основанием для отмены состоявшихся судебных актов. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 06.12.2021 по делу № А76-21743/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийО.Э. Шавейникова 

СудьиЕ.А. Павлова 

                                              Н.А. Артемьева