ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-2364/2024

Дело № А41-5485/21

29 февраля 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  28 февраля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 февраля 2024 года

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

ФИО2 – лично, предъявлен паспорт,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение  Арбитражного суда Московской области от 28 декабря 2023 года по делу №А41-5485/21, 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 февраля 2021 года принято к производству заявление о признании ФИО3 несостоятельной (банкротом). 

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.03.2021 г. ФИО3 признана несостоятельной (банкротом). В отношении неё введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника суд утвердил ФИО4. 

Финансовый управляющий представил в Арбитражный суд Московской области отчет о своей деятельности, ходатайствовал о завершении процедуры реализации имущества ФИО3 и освобождении ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2023 завершена процедура реализации имущества в отношении ФИО3; должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе проведения процедуры банкротства.

Не согласившись с принятым судебным актом в части освобождения от исполнения обязательств, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, не освобождать должника от исполнения обязательств.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов при наличии объективной возможности их погашения в полном объеме в момент их возникновения, и в последующем, как минимум на протяжении года.

В судебном заседании ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", следует, что если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует арбитражному суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку от лиц, участвующих в деле, соответствующих возражений не поступало, законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверяется апелляционным судом только в обжалуемой части.

Законность и обоснованность определения суда, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В силу пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статье 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

Из материалов дела следует, что финансовым управляющим в соответствии со ст. ст. 129, 213.9 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" приняты меры к поиску и выявлению имущества должника.

Согласно Заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства подготовленного в соответствии с Временными правилами проверки арбитражными управляющими наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2004 г. N 855, сделаны выводы:

1. об отсутствии признаков преднамеренного банкротства;

2. об отсутствии признаков фиктивного банкротства.

Финансовый управляющий представил в материалы дела отчет управляющего.

Согласно отчету управляющего в реестр требований кредиторов включена задолженность на сумму 4 920 471,90 рублей.

За реестром учтены требования в сумме 107 934,26 рублей.

Требования кредиторов не погашены.

Доходов и имущества, за счет которых возможно удовлетворение требований кредиторов, у должника не обнаружено. Сведения о планируемых поступлениях денежных средств или имущества, достаточных для погашения требований кредиторов, у финансового управляющего отсутствуют.

Доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы, в материалы дела не представлено.

В рамках процедуры реализации имущества проведен анализ финансового состояния в соответствии с требованиями Правил проведения арбитражным управляющим финансового анализа, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 25 июня 2003 года N 367, сделаны следующие выводы:

1. о невозможности восстановления платежеспособности должника;

2. отсутствие возможности удовлетворения требований кредиторов;

3. средств должника для погашения расходов управляющего достаточно.

Поскольку все мероприятия процедуры банкротства - реализация имущества гражданина - в отношении должника были проведены, возможность пополнения конкурсной массы отсутствует, суд первой инстанции завершил процедуру банкротства в отношении ФИО3

Заявитель не обжалует определение суда в части завершения процедуры банкротства в отношении ФИО3

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Согласно п. 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила пункта 5 настоящей статьи также применяются к требованиям:

о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности (глава III.2 настоящего Федерального закона);

о возмещении гражданином убытков, причиненных им юридическому лицу, участником которого был или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин (статьи 53 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), умышленно или по грубой неосторожности;

о возмещении гражданином убытков, которые причинены умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения им как арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве;

о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности;

о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании статьи 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

При этом, основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013).

Как отмечалось выше, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.).

При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств, не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений кредиторам и финансовому управляющему также не установлено. Сделки, совершенные должником в период подозрительности, которые возможно оспорить, не выявлены.

Судом первой инстанции обоснованно установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия оснований, предусмотренных п. 4, п. 6 статьи 213.28 Закона.

Доказательств наличия оснований, предусмотренных п. 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве апелляционным судом также не установлено.

Принимая во внимание отсутствие доказательств недобросовестности в действиях (бездействии) со стороны должника, суд первой инстанции в обжалуемом определении указал на его освобождение от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в ходе процедуры банкротства.

Исходя из фактически установленных обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств, оснований для иных правовых выводов у арбитражного апелляционного суда не имеется.

Доводы заявителя жалобы о том, что ФИО3 необоснованно освобождения от дальнейшего исполнения требований кредитором, ввиду того, что объективно имела возможность погасить требования в полном объеме на момент их возникновения в последующем, как минимум на протяжении года, отклонены апелляционной коллегий, поскольку носят предположительный характер.

Заявитель ссылается на то, что у должника в период 2014-2015 имелось имущество, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, однако имущество было отчуждено ФИО3 с целью его сокрытия, а управляющим не было принято мер к его поиску и оспариванию сделок. 

Однако управляющим не выявлено имущества и сделок по его отчуждению, подлежащих оспариванию в рамках дела о банкротстве.

Данные доводы были исследованы судами при рассмотрении жалобы кредитора на действия (бездействие) финансового управляющего, им была дана соответствующая оценка. 

Суды признали приведенные доводы несостоятельными ввиду следующего.

В процедуре реализации имущества гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3(2018) от 14.11.2018 со ссылкой на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 N 305-ЭС15-10675). 

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве). С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов. 

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. 

Однако не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату. 

Так, в частности, если сделка совершена должником или за счет должника за пределами трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого с даты принятия судом заявления о возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, то вполне очевидно, что ее оспаривание по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, не имеет судебных перспектив на положительное удовлетворение. 

Следовательно, бездействие арбитражного управляющего в отношении оспаривания подобных сделок разумно и рационально и по общему правилу не может быть признано противоправным. 

Напротив, возбуждение по инициативе арбитражного управляющего судебных производств по заведомо бесперспективным требованиям может указывать либо на его непрофессионализм, либо на его недобросовестность, влекущие для конкурсной массы дополнительные издержки. 

Уменьшение конкурсной массы, вызванное подобными неправомерными действиями, может являться основанием для взыскания с арбитражного управляющего убытков. 

Статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлен исчерпывающий перечень оснований для оспаривания сделок должника по специальным нормам. Согласно п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. 

Судами установлено, что приведенные кредитором сделки, подлежащие оспариванию, заключены за пределами трехлетнего срока подозрительности, при этом, не названы основания для оспаривания указанных сделок.

Так, определением Арбитражного суда Московской области от 09.01.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2023 по делу №А41-5485/23 в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) финансового управляющего отказано.

Кредитором не приведено надлежащих и бесспорных доказательств наличия у должника имущества, за счет которого возможно было бы удовлетворение требований кредиторов.

Доказательств злоупотребления должником своими правами не представлено, таких обстоятельств апелляционной коллегий не установлено.

Поведение ФИО3 не расходилось с положениями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 03 сентября 2020 года N 310-ЭС20-6956 по делу N А23-734/2018, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Доказательств того, что ФИО3 при возникновении обязательств перед кредиторами и в ходе процедуры банкротства совершала действия, отрицательно повлиявшие на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов, не представлено.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений кредиторам и финансовому управляющему, также не установлено.

Учитывая, что доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, как при возникновении обязательств, так и в ходе проведения процедуры банкротства, не представлено, оснований для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов не имеется.

Апелляционная коллегия отмечает, что основную цель потребительского банкротства представляет социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам, чем всегда ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им в полном объеме.

Тот факт, что цель процедуры банкротства, под которой понимается наиболее полное погашение требований кредиторов, достигнута не была, сам по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для применения к ФИО3 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед ФИО2

Как следует из материалов дела, ФИО2 является поручителем, погасившем задолженность должника перед кредиторами по договору цессии от 03.06.2014, требования которого включены в реестр требований кредиторов. 

Как указал кредитор, задолженность в общем размере 4 920 471,90 руб., возникла на основании определения Северного районного суда г. Орла от 12 января 2015 года по делу № 2-58/2015, в соответствии с которым между ФИО5, ФИО3 в лице ее представителя - ФИО6, ФИО2 (третьим лицом по делу) было утверждено мировое соглашение, в соответствии с условиями которого Стороны констатировали, что 03.06.2014г. между ФИО5 и ФИО3 был подписан договор уступки прав требования (цессии), согласно которому Ответчице были уступлены права требования к должнику - ООО «Суры» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 303636, Орловская область, Новодеревеньковский район, д.Суры). 

12 апреля 2021г. в связи с тем, что гр. ФИО3 было подано заявление о признании ее несостоятельным (банкротом), между ФИО2 и ФИО5 был подписан договор уступки прав требования (цессии), в соответствии с условиями которого ФИО2 была переуступлена задолженность гр. ФИО3 в полном объеме. 

Переуступка прав и обязанностей по мировому соглашению, утвержденному определением Северного районного суда г. Орла от 12 января 2015 года по делу № 2- 58/2015, состоялась в день подписания договора уступки прав требования (цессии) - 12.04.2021г. 

Как указал кредитор, обязательство за должника им было исполнено в 2021 году. 

В силу статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Пунктом 1 статьи 363 ГК РФ установлено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 названной статьи).

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В рассматриваемом случае по формальным признакам регрессное требование кредитора к должнику возникло после уплаты денежной суммы в пользу кредитора должника, то есть в 2021 году.

Сделки, на которые указывает кредитор, были совершены в 2015 году.

Доказательств того, что на указанную дату у должника имелись денежные средства, должник уклонилась от исполнения обязательств перед кредитором (поручителем), не представлено.

Вопреки доводам заявителя, оснований полагать, что при заключении договоров должник действовал недобросовестно, сообщил недостоверную информацию о своих доходах, злостно уклонялся от исполнения обязательств, сокрыл имущество, с учетом изложенных выше обстоятельств, у апелляционной коллегии не имеется.

Доводы апеллянта фактически сводятся к несогласию с действиями должника в рамках иного дела о банкротстве, в котором она являлась кредитором.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 28 декабря 2023 года по делу № А41-5485/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

Н.Н. Катькина

Д.С. Семикин