ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-49530/2019

 

Москва                                                                                Дело № А40-235392/16 

04 февраля 2020 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 04 февраля 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С.Маслова,

судей О.И. Шведко и М.С. Сафроновой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел в суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего должника – КБ «Экспресс-кредит» (АО) о признании недействительной сделкой договора уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенного между должником и ООО «Монолит Эстейт»,

по делу № А40-235392/16 несостоятельности (банкротстве) КБ «Экспресс-кредит» (АО),

при участии в деле ФИО2 и ПАО «Мосхладокомбинат №9» в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора;

в судебное заседание явились:

от ООО «Монолит Эстейт» - ФИО3 дов. от 25.04.2019

от ПАО «Мосхладокомбинат №9» - ФИО4 дов. от 20.08.2018

от ФИО2, - ФИО5 дов. от 21.08.2019 

от к/у КБ «Экспресс-кредит» (АО) - ФИО6 дов. от 11.04.2018 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2017 Коммерческий Банк «Экспресс-кредит» (Акционерное общество) (далее – КБ «Экспресс-кредит» (АО), должник, Банк) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на один год, функции конкурсного управляющего КБ «Экспресс-кредит» (АО) возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий).

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенного между КБ «Экспресс-кредит» (АО) и обществом с ограниченной ответственностью «Монолит Эстейт» (далее - ООО «Монолит Эстейт»), и о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2018, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего КБ «Экспресс-кредит» (АО) отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018 по настоящему делу № А40-235392/2016 отменены, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суд первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела в их совокупности, определением от05.08.2019 признал недействительным договор уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенный между КБ «Экспресс-кредит» (АО) и ООО «Монолит Эстейт». Применил последствия недействительности договора уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016 в виде:

- восстановления задолженности ФИО2 перед КБ «Экспресскредит» (АО) по кредитному договору № 

<

***> от 21.06.2012, а именно: части просроченного основного долга в размере 95 000 000,00 руб., части пеней на просроченный основной долг с 01.11.2016 по 08.11.2016 в размере 250 800,00 руб., требования по неустойке за каждый день просрочки возврата уступленной части основного долга в размере 0,033% от суммы задолженности;

- восстановления КБ «Экспресс-кредит» (АО) в правах залогодержателя по договору о залоге № З1/

<

***> от 16.08.2012 с ПАО «Московский Хладокомбинат №9» в отношении предмета залога: помещений общей площадью 3 733,8 кв.м., назначение – нежилое, кадастровый (или условный) номер: 77-77-02 062 2008-283, перечень 9 помещений: этаж 2, пом. I ком. А, Б, В, Г, 1-6, пом. II, ком. 1-13, пом. III ком. 1,2, пом. IV, ком. 1-13, адрес: 

<

...>.

Не согласившись с вынесенным определением Арбитражного суда города Москвы ООО «Монолит Эстейт», Чаплыгин Ю.В. и ПАО «Мосхладокомбинат №9» обратились с апелляционными жалобами, в которых просили указанный судебный акт отменить.

Учитывая положения пункта 2 части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым основаниями для отмены решения, постановления арбитражного суда в любом случае являются рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, а также принимая во внимание, что доказательства надлежащего извещения ФИО2 о времени и месте рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника в материалах дела отсутствуют, Девятый арбитражный апелляционный суд определением от 08.10.2019 перешел к рассмотрению обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенного между должником и ООО «МонолитЭстейт», в деле № А40- 235392/16 о несостоятельности (банкротстве) КБ «Экспресс-кредит» (АО), по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего КБ «Экспресс-кредит» (АО) заявление о признании сделки недействительной поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ООО «Монолит Эстейт» против удовлетворения заявления конкурсный управляющий КБ «Экспресс-кредит» (АО) возражал по мотивам, изложенным в приобщенных к материалам дела письменных пояснений.

Представители ПАО «Мосхладокомбинат №9» и ФИО2 на доводы заявления конкурсного управляющего должника также возражали по мотивам, изложенным в приобщенных к материалам дела письменных пояснениях.

Кроме того, представителем ФИО2 заявлено о фальсификации представленных в материалах дела доказательств. 

Судебное заседание по рассмотрению заявления конкурсного управляющего должника откладывалось на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв. Сведения об отложении судебного разбирательства и объявлении перерыва размещены на официальном сайте в сети Интернет.

В судебном заседании, состоявшемся 28.01.2020, представитель конкурсного управляющего должника свое заявление поддержал, просил удовлетворить.

Представители ООО «Монолит Эстейт», ПАО «Мосхладокомбинат №9» и ФИО2 на доводы заявления конкурсного управляющего должника также возражали.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав представителей явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Положениями статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено право лица, участвующего в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом.

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Под фальсификацией доказательств по рассматриваемому арбитражным судом делу понимается подделка, искажение с целью выдать за подлинное, настоящее вещественных доказательств и (или) письменных доказательств (документов).

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 560-О-О).

Однако предположения о фальсификации доказательств не является безусловным основанием как для удовлетворения соответствующих ходатайств, так и для назначения судебной экспертизы, поскольку в силу части 1 статьи 64 и статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Заявляя о фальсификации доказательств представитель ФИО2 ссылался на то, что согласно тексту дополнительного соглашения №8, предоставленному Банком, процентная ставка не изменялась, а, следовательно, ФИО2 обязан оплачивать проценты за пользование кредитом по ставке 20% годовых. При этом, согласно оригиналу, подписанному ФИО2 и имеющемуся у него, ставка процентов за пользование кредитом снижена до 12% годовых.

Суд, изучив представленные в материалах дела доказательства, приходит к выводу о том, что ФИО2 исполнялись обязательства как изначально перед Банком, так и в последствии перед ООО «Монолит Эстейт» исходя из ставки процентов за пользование кредитом 20% годовых. Представление дополнительного соглашения, в котором ставка процентов за пользование кредитом снижена до 12% годовых не свидетельствует о фактическом изменении условий Кредитного договора, поскольку сторонами данное условие не исполнялось, с заявлением о перерасчете задолженности исходя из ставки процентов за пользование кредитом в размере 12 % ФИО2 не обращался.

По существу заявленных требований судом установлены следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, между ФИО2 и КБ «Экспресс-Кредит» (АО) заключен кредитный договор № 

<

***> от 21.06.2012, в соответствии с которым Банк предоставил указанному заемщику денежные средства в размере 190 000 000 руб. до 11.08.2016 под 20 % годовых. В обеспечение кредитных обязательств ФИО2 заключены договоры залога коммерческой недвижимости, расположенной по адресу: 

<

...>, № 3/

<

***> от 21.06.2012, № 31/

<

***> от 16.08.2012.

Впоследствии, между КБ «Экспресс-кредит» (АО) и ООО «Монолит Эстейт» был заключен договор уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, в соответствии с которым Банк частично уступил в пользу ответчика права требования к ФИО2, возникшие из кредитного договора № 

<

***> от 21.06.2012, а именно: 

- часть просроченного основного долга в размере 95 000 000 руб.;

- часть пеней на просроченный основной долг с 01.11.2016 по 08.11.2016 в размере 250 800 руб.;

- требования по неустойке за каждый день просрочки возврата уступленной части основного долга в размере 0,033% от суммы задолженности; 

- права залогодержателя по договору о залоге № 31/

<

***> от 16.08.2012.

В свою очередь ООО «Монолит Эстейт» обязалось уплатить должнику 84 100 000 руб.

Дополнительное соглашение №8 от 21.10.2016 к кредитному договору № 

<

***> от 21.06.2012 не изменяет объем прав требования к ФИО2, уступленных ООО «Монолит Эстейт» по оспариваемому договору цессии.

После заключения договора уступки прав требования (цессии) №2016/11-5 от 08.11.2016 договор залога № 3/

<

***> от 21.06.2012 в полном объеме обеспечивал права требования Банка к ФИО2 в не уступленной части долга, а договор залога № 31/

<

***> от 16.08.2012 в полном объеме обеспечивал права требования цессионария по уступленной задолженности.

Оплата по договору уступки прав требования (цессии) №2016/11-5 от 08.11.2016 осуществлена с расчетного счета 

<

***>, открытого в КБ «Экспресс-Кредит» (АО), путем проведения внутрибанковских операций. Сумма денежных средств, за счет которых осуществлена оплата по договору уступки прав требования (цессии) в размере 84 100 000 руб., образовались на расчетном счете ООО «Монолит Эстейт» в этот же день, 08.11.2016, в результате внутрибанковских поступлений от контрагентов (ООО «Посудасеть», ООО «СК Центр», ООО «СТРОЙДВОР», ЗАО «МСС», ООО «Интромарк», ООО «Миг», ООО «Комфорт Люкс», ООО «Спортмаксис»).

Конкурсный управляющий должника полагает, что договор уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенный между КБ «Экспресс-кредит» (АО) и ООО «Монолит Эстейт», отвечает признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 612 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Приказом Банка России от 16.11.2016 № ОД-3984 назначена временная администрация по управлению КБ «Экспресс-кредит» (АО). Оспариваемый договор заключён 08.11.2016, то есть в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве. 

В отношении Банка 02.11.2016 вынесено предписание Банка России №Т1-86-5- 05/156383-ДСП, согласно которому по состоянию на 01.10.2016 КБ «Экспресс-кредит» (АО) допустил недоформирование резервов на возможные потери по ссудам на сумму не менее 261 112,8 тыс. руб. Согласно указанному предписанию доформирование резервов в указанном объеме привело бы к нарушению ряда обязательных нормативов Банка, в том числе нормативов достаточности капитала Банка

Выполняя требования предписания Банка России, Банк создал резервы в отчетности за 03.11.2016. Доформирование резервов на возможные потери по ссудам привело к тому, что размер обязательств Банка превысил стоимость его активов.

Данные обстоятельства послужили основанием для признания Банка неплатежеспособным согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2017 по настоящему делу, которым установлено, что на момент отзыва лицензии на осуществление банковских операций (16.11.2016), то есть по истечении восьми дней после совершения оспариваемой сделки, стоимость имущества (активов) Банка составила 3 752 774 000 руб., а размер обязательств составил 4 014 215 000 руб. то есть обязательства Банка превысили стоимость его активов на 261 441 000 руб., с учетом последующего увеличения обязательств Банка до даты отзыва лицензии.

Таким образом, с 01.10.2016 и на момент заключения оспариваемого договора уступки прав требования (цессии) №2016/11-5 от 08.11.2016 у КБ «Экспресс-кредит» (АО) имелись признаки недостаточности имущества.

Возражая на доводы заявления конкурсного управляющего, ООО «Монолит Эстейт» указывает на отсутствие у Банка признака недостаточности имущества по состоянию на дату совершения оспариваемой сделки, ссылаясь на данные бухгалтерской отчетности КБ «Экспресс-кредит» (АО).

Однако согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2019 № 308-ЭС18-16370(2), признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества кредитной организации должны устанавливаться с учетом необходимости соблюдения предписаний Банка России о формировании резервов на возможные потери по ссудам.

В условиях недостаточности имущества Банк посредством совершения оспариваемой сделки произвел отчуждение ликвидного актива - прав требования к ФИО2 на сумму более 95 000 000 руб., обеспеченных залогом недвижимого имущества по договору о залоге № З1/

<

***> от 16.08.2012 посредством аккумулирования на расчетном счете ООО «Монолит Эстейт» денежных средств, ранее поступивших на расчетные счета клиентов Банка, и направление их посредством внутрибанковских проводок на оплату по договору уступки прав требования (цессии) №2016/11-5 от 08.11.2016.

При этом после уступки прав требования по оспариваемому договору цессии у Банка как лица, фактически аффилированного с ООО «Монолит Эстейт», оставалась возможность сохранять контроль над отчужденным активом, что также указывает на наличие цели причинения вреда кредиторам Банка.

Ссылки ООО «Монолит Эстейт» на то, что уступленные по оспариваемому договору цессии права требования не являлись ликвидным активом, так как задолженность ФИО2 была проблемной в связи с просрочкой исполнения обязательств заемщиком, отклоняются, поскольку исполнение обязательств ФИО2 обеспечивалось залогом недвижимого имущества, что позволяло Банку получить удовлетворение своих требований за счет обращения взыскания на предмет залога.

Возражая на доводы конкурсного управляющего ООО «Монолит Эстейт» также указывает на то, что перед заключением оспариваемого договора цессии Банк предлагал другим лицам приобрести права требования к ФИО2 по кредитному договору 

<

***> от 21.06.2012 с дисконтом. Однако указанное обстоятельство не имеет правового значения для разрешения спора, поскольку судом исследуются условия совершения сделки между Банком и ООО «Монолит Эстейт». 

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику. 

Результатом оспариваемой сделки стало выбытие из состава имущества Банка прав требования на сумму более 95 000 000руб., обеспеченных залогом недвижимого имущества, без фактического увеличения в Банке денежной массы с учетом оплаты уступленных прав требования посредством внутрибанковских проводок.

При этом ООО «Монолит Эстейт» знало или должно было знать о том, что оплата по спорному договору будет произведена внутрибанковской проводкой и фактического движения денежных средств не произойдет.

Так, из материалов дела следует, что на момент совершения оспариваемой сделки члены Правления КБ «Экспресс-кредит» (АО) ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 владели 27,83% уставного капитала ООО «Монолит Эстейт».

Заместитель председателя Правления КБ «Экспресс-кредит» (АО) (на момент совершения оспариваемой сделки) ФИО8 является генеральным директором ООО «Монолит Эстейт»

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях названного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое является аффилированным лицом должника. В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа.

Таким образом, ФИО8 является заинтересованным лицом по отношению к Банку. Следовательно, заключая оспариваемый договор цессии, ФИО8 знал о финансовом положении Банка.

В то же время согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такой аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

На наличие фактической аффилированности между сторонами оспариваемой сделки также указывает факт их нахождения по одному адресу месту местонахождения, а также факт аккумулирования на расчетном счете ООО «Монолит Эстейт» денежных средств, в сумме, необходимой для оплаты по оспариваемому договору цессии, в день заключения данной сделки путем внутрибанковских проводок в течение одного дня – 08.11.2016.

Таким образом, материалами обособленного спора подтверждается наличие совокупности обстоятельств, необходимых согласно пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве для признания оспариваемой сделки недействительной.

Кроме того, суд соглашается с доводами конкурсного управляющего должника о наличии оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемого договора недействительной сделкой.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Как указывалось ранее, на момент заключения спорного договора Банк отвечал признаку недостаточности имущества.

Таким образом, в период, когда Банк уже отвечал признаку недостаточности имущества без разумных на то оснований и вопреки экономическим интересам должник заключил с аффилированным с ним лицом спорный договор цессии, совершив убыточную для себя сделку, в результате чего утратил возможность получить денежные средства от ФИО2 по кредитному договору при этом зная, что оплата по названному договору цессии будет произведена внутрибанковской проводкой и фактического движения денежных средств не произойдет.

На основании изложенного суд приходит к выводу о представлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия оснований для признания оспариваемого договора недействительной сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку. 

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 616 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счёт должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», в разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 54 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве», в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу.

Достаточным доказательством перемены кредитора в обязательстве является уведомление цедентом должника о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Исполнение денежного обязательства является надлежащим независимо от последующего признания действительным или недействительным договора цессии.

Указанные положения направлены на защиту интересов должника как исключающие возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

Следовательно, при надлежащем исполнении должником денежного обязательства новому кредитору в случае последующего признания договора уступки права требования недействительным первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему должником по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, а новый кредитор - потребовать возврата суммы, уплаченной им за переданное право.

Данное правило не подлежит применению только при условии, если будет установлено, что должник, исполняя обязательство перед новым кредитором, знал или должен был знать о противоправной цели оспариваемой сделки.

В рамках настоящего обособленного спора установлено, что решением Мещанского районного суда г. Москвы от 18.10.2017 по делу №2-6413/17 по иску ФИО11 к Банку отказано в признании недействительным договора № 2016/11-5 от 08.11.2016 уступки прав требования (цессии). Апелляционным определением Мосгорсуда от 26.02.2018 решение оставлено без изменения. 

В связи с наличием вступивших в законную силу двух судебных актов (решения Мещанского районного суда г. Москвы от 18.10.2017 и определения Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2018), подтверждающих действительность договора об уступке, а также учитывая обращение ООО «Монолит Эстейт» с претензией и иском об оплате долга ФИО2 ПАО «Мосхладокомбинат № 9» произвело оплату в пользу ООО «Монолит Эстейт» в размере 132 000 000 руб., что подтверждается платежными поручениями № 25 от 24.12.2018 и № 26 от 24.12.2018.

При этом каких-либо относимых доказательств недобросовестности ПАО «Мосхладокомбинат № 9» и/или ФИО2 в материалы дела не представлено.Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность ихдействий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что надлежащими последствиями признания сделки недействительной в настоящем обособленном споре будут взыскание с ООО «Монолит Эстейт» в конкурсную массу должника 132 000 000 руб., уплаченных ПАО «Мосхладокомбинат № 9» за ФИО2

При этом суд учитывает, что согласно п. 1.1 спорного договора цессии КБ «Экспресс-кредит» (АО) уступил ООО «Монолит Эстейт» часть прав требования в размере 95 250 800 руб., в том числе основной долг и пеня; никакие начисленные и не уплаченные по состоянию на 08.11.2016 проценты ООО «Монолит Эстейт» не уступались.

С учетом изложенного в применении иных последствий, заявленных конкурсным управляющим должника, следует отказать.

Руководствуясь статьями 266 – 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2019 по делу № А40235392/16  отменить.

Признать недействительной сделкой договор уступки прав требования (цессии) № 2016/11-5 от 08.11.2016, заключенный между должником и ООО «Монолит Эстейт».

Применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ООО «Монолит-Эстейт» в конкурсную массу должника – 132 000 000 рублей.

В применении иных последствий, заявленных конкурсным управляющим должника отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.С. Маслов

Судьи:М.С. ФИО12

 О.И. Шведко