﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А75-3708/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 февраля 2020 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Забоева К.И.,

судей							Лаптева Н.В.,

							Малышевой И.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Завод стальных шпунтовых конструкций № 1» на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21.08.2019 (судья Щепелин Ю.П.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2019 (судьи Смольникова М.В., Бодункова С.А., Шарова Н.А.) по делу № А75-3708/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Завод стальных шпунтовых конструкций № 1» (628422, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Сургут, улица Инженерная, дом 5, ИНН 8602202249, ОГРН 1138602006872), принятые по заявлению публичного акционерного общества Национальный банк «Траст» (109004, город Москва, Известковый переулок, дом 3, ИНН 7831001567, ОГРН 1027800000480) о признании общества с ограниченной ответственностью «Завод стальных шпунтовых конструкций № 1» несостоятельным (банкротом).

Лицо, участвующее в деле, – общество с ограниченной ответственностью «Трест «Запсибгидрострой» (ИНН 8602228279, ОГРН 1028600614305).

В судебном заседании приняла участие представитель публичного акционерного общества Национальный банк «Траст» Иноземцева Н.Е. по доверенности от 14.08.2019 № 14/СМ/2019.

Суд установил:

публичное акционерное общество Национальный банк «Траст» (далее – банк, кредитор) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Завод стальных шпунтовых конструкций № 1» (далее – общество, должник).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.03.2019 заявление банка принято к производству суда, возбуждено производство по делу о банкротстве общества.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21.08.2019, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2019, заявление банка признано обоснованным, в отношении общества введено наблюдение, требование банка в общем размере 959 924 622 руб. 98 коп. включено в реестр требований кредиторов в составе третьей очереди, утвержден временный управляющий.

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и постановление, прекратить производство по делу о его банкротстве.

В кассационной жалобе общество приводит следующие доводы: в отсутствие доказательств наличия у должника имущества, достаточного для осуществления расходов по делу о банкротстве, а также доказательств внесения денежных средств на депозитный счет суда с целью финансирования процедуры, суд первой инстанции должен был прекратить производство по делу, а не многократно откладывать судебное разбирательство в нарушение статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); ввиду несоблюдения банком претензионного порядка урегулирования спора заявление кредитора подлежало оставлению без рассмотрения; судами не принято во внимание наличие возбужденного дела о признании обеспечительных сделок, являющихся основанием рассматриваемых требований, недействительными, не учтено, что данные сделки совершены при злоупотреблении правом со стороны банка, выразившемся в принятии обеспечения по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами; судами при рассмотрении требования банка не соблюдены повышенные стандарты доказывания, необоснованно не применены положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Банк в отзыве на кассационную жалобу просит отказать в ее удовлетворении, оставить обжалуемые судебные акты без изменения, находя их полностью законными и обоснованными.

Отзыв приобщен к материалам кассационного производства.

В судебном заседании представитель банка поддержал доводы, изложенные в отзыве.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Судами установлено, что основанием для обращения банка с заявлением о признании общества банкротом послужило неисполнение последним своих обязательств, вытекающих из пяти договоров поручительства, заключенных в период с 22.12.2016 по 30.10.2017 в обеспечение обязательств общества с ограниченной ответственностью «Трест «Запсибгидрострой» (далее – общества «Трест ЗСГС») перед банком по кредитным договорам и соглашению о предоставлении банковских гарантий.

Согласно положениям абзаца второго пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), во взаимосвязи с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.10.2016 № 306-ЭС16-3611, кредитные организации вправе инициировать процедуру несостоятельности своего контрагента без представления в суд, рассматривающий дело о банкротстве, вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга в общеисковом порядке.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.03.2017 № 305-ЭС16-18717, критерием, допускающим возбуждение дела о банкротстве подобным упрощенным способом, выступает реализуемая кредитной организации, обращающейся с соответствующим заявлением, деятельность по осуществлению банковских операций на основании специального разрешения (лицензии) Банка России (абзац первый статьи 1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности»).

Отличительной особенностью предъявляемых кредитными организациями требований, обусловленных их специальной правоспособностью, является то, что эти требования, как правило, подтверждаются стандартными средствами доказывания, в связи с чем процесс проверки их обоснованности не представляет большой сложности.

Следовательно, для целей применения абзаца второго пункта 2 статьи 7 Закона о банкротстве судам необходимо проверять, является ли требование заявителя следствием реализации специальной правоспособности кредитной организации или тесно связанным с ним требованием.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее – Постановление № 42), требование кредитора к поручителю является денежным (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве) и может являться основанием для возбуждения дела о банкротстве, при этом в соответствии с пунктом 51 указанного постановления кредитор вправе требовать возбуждения как дела о банкротстве основного должника, так и поручителя.

Таким образом, банк обладал правом на обращение в суд с соответствующим заявлением в силу пунктов 1, 2 статьи 7 Закона о банкротстве, а у суда имелись основания для принятия заявления и возбуждения производства по делу, предусмотренные пунктом 2 статьи 3, пунктом 2 статьи 6, пунктом 2 статьи 33 данного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 62 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, наблюдение вводится по результатам рассмотрения арбитражным судом обоснованности заявления о признании должника банкротом в порядке, предусмотренном статьей 48 настоящего Федерального закона.

Определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда (абзац шестой пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве).

Признавая заявление банка обоснованным и вводя в отношении должника процедуру наблюдения, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что на дату рассмотрения заявления о признании должника банкротом у последнего имеется непогашенная более трех месяцев задолженность перед заявителем, которая превышает триста тысяч рублей.

Восьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Довод общества о необходимости прекращения производства по делу в связи с отсутствием у должника имущества, за счет которого могут быть возмещены расходы на процедуру банкротства, суд апелляционной инстанции отклонил, установив наличие согласия банка на финансирование процедуры банкротства в размере, не превышающем 400 000 руб., и внесение данной суммы на депозит суда первой инстанции платежным поручением от 24.06.2019 № 214248.

Кроме этого, апелляционным судом отмечено, что отложение судом первой инстанции судебного заседания с целью предоставления банку возможности внести денежные средства на депозитный счет в условиях наличия его письменного согласия на финансирование процедуры не противоречит предусмотренному пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» (далее – Постановление № 91) порядку и не может свидетельствовать о нарушении принципа равноправия сторон.

Аргумент общества о наличии оснований для оставления заявления банка без рассмотрения в связи с несоблюдением претензионного порядка урегулирования спора судом апелляционной инстанции отклонен со ссылкой на абзац четвертый части 5 статьи 4 АПК РФ.

Признавая несостоятельным довод общества о необоснованном неприменении судом первой инстанции статьи 333 ГК РФ, суд апелляционной инстанции сослался на положения пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) и указал на то, что в суде первой инстанции должник не заявлял ходатайство о снижении неустойки, а самостоятельным правом на применение статьи 333 ГК РФ суд не обладал.

Судом апелляционной инстанции также отмечена недоказанность обществом самих оснований для снижения неустойки, поскольку само по себе превышение установленного договорами размера ответственности (18,5%) над ключевой ставкой Центрального банка Российской Федерации (7,5%) не может свидетельствовать о несоразмерности заявленного банком размера неустойки. При этом судом учтены сведения о максимальном размере средневзвешенных процентных ставок по кредитам, предоставленным кредитными организациями за период с 2016 года по 2018 год (16,76%), а также об общем показателе инфляции за 2016-2019 годы (14,7%).

Отклонены судами и доводы общества о ничтожности договоров поручительства, заключенных между должником и банком.

Суд округа находит выводы судов соответствующими вышеперечисленным нормам права, а также согласующимися с разъяснениями, содержащимися в пункте 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и пунктах 14, 15 Постановления № 91.

Настаивая на недействительности сделок поручительства, общество в кассационной жалобе указывает на их порочность в силу совершения со злоупотреблением правом со стороны банка, выразившимся в принятии обеспечения в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (статьи 10, 168 ГК РФ).

Между тем вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. По соответствующей проблематике, начиная с декабря 2015 года, выработана достаточно обширная судебная практика, определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности (например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086(3) и т.д.).

Согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств. Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой. Поэтому само по себе получение кредитной организацией обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении и в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.

Установив, что заемщик и поручитель входят в единую группу юридических лиц (общество «Трест ЗСГС» является единственным участником должника), связаны общей производственной деятельностью, а финансирование предоставлялось независимым кредитором, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания обеспечительных сделок недействительными по заявленному должником основанию.

Кроме этого, по сути, должник заявляет о невозможности рассмотрения дела о его банкротстве до рассмотрения иного инициированного им спора о признании договоров поручительства недействительными.

Вместе с тем невозможность рассмотрения дела до разрешения другого дела, рассматриваемого судом, нельзя отождествлять с процессуальной целесообразностью, обусловленной облегчением процедуры доказывания ряда обстоятельств, входящих в предмет доказывания по другому делу.

Одним из важных факторов, определяющих эффективность восстановления нарушенных прав, является своевременность защиты прав участвующих в деле лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 01.03.2012 № 5-П).

В пункте 33 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено что, при предъявлении кредитором к должнику в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве требования, основанного на сделке, наличие возбужденного самостоятельного производства по иску о признании этой сделки недействительной вне рамок дела о банкротстве или подача заявления об оспаривании этой сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве сами по себе не означают невозможности рассмотрения в деле о банкротстве предъявленного кредитором требования в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должны влечь приостановления производства по этому требованию на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с исполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» (далее – постановление № 57) также обращено внимание судов на то, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ.

При таких обстоятельствах оспаривание сделок, на которых основано требование кредитора, само по себе не может служить препятствием производству по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Несостоятельные и доводы общества, касающиеся претензионного порядка и применения статьи 333 ГК РФ, так как из его поведения не следует стремление урегулировать спор с кредитором во внесудебной процедуре, а о применении статьи 333 ГК РФ в суде первой инстанции должником не заявлено.

Все доводы общества, приведенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, должным образом оценены и отклонены, в целом, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и не опровергают правильности их выводов, а фактически направлены на переоценку соответствующих доказательств и установление иных обстоятельств, отличных от установленных судами, в связи с чем не могут быть приняты судом кассационной инстанции, учитывая пределы его компетенции (статья 286 АПК РФ).

Нормы материального права применены судами правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 21.08.2019 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2019 по делу № А75-3708/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий								К.И. Забоев

Судьи												Н.В. Лаптев

												И.А. Малышева