АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3028/24 

Екатеринбург

13 июня 2024 г.

 

Дело № А50-27266/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Кочетовой О. Г., Морозова Д. Н.

при ведении протокола помощником судьи Сулейменовой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2024 по делу № А50-27266/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседание в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель ФИО1 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 12.01.2024);

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Развитие» – ФИО3 (паспорт, доверенность от 28.05.2024).

В Арбитражный суд Пермского края 31.10.2022 поступило заявление акционерного общества «Пермская контора материально-технического снабжения лесной промышленности» (далее – общество «Пермская КМТС Леспрома») о признании общества с ограниченной ответственностью «Развитие» (далее – общество «Развитие», должник) несостоятельным (банкротом), которое принято определением от 03.11.2022, возбуждено производство по настоящему делу № А50-27266/2022. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.01.2023 заявление общества «Пермская КМТС Леспрома» признано обоснованным, в отношении общества «Развитие» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления». 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.05.2023 общество «Развитие» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В арбитражный суд 21.06.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о взыскании солидарно с ФИО1 и ФИО5 в пользу общества «Развитие» убытков в сумме 800 000,00 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2024 заявленные требования удовлетворены частично; с ФИО1 в пользу общества «Развитие» взысканы убытки в размере 600 000 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2024 вышеуказанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 19.01.2024 и постановление от 26.03.2024 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме

По мнению кассатора, суды необоснованно отказали в применении срока исковой давности.

Кассатор полагает, что временным управляющим допущены нарушения по запросу информации по сделкам, осуществленным в более чем трехлетний период, предшествующий введению процедуры наблюдения: сделка совершена 31.12.2018, дело о банкротстве возбуждено – 03.11.2022, процедура наблюдения введена в отношении должника – 11.01.2023.

Кассатор настаивает, что в момент совершения спорной сделки у должника отсутствовала задолженность, предпосылок для признания его банкротом не было, ущерб отсутствует.

Как считает кассатор, суды нарушили положения статьи 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

С точки зрения ФИО1, суды не учли, что в деле о взыскании убытков в банкротстве юридического лица применяется повышенный стандарт доказывания, доказывание ложится на плечи заявителя, добросовестность ответчика подразумевается.

Как отмечает заявитель жалобы, суд первой инстанции не дал оценки тому, что стоимость основного средства со временем может быть полностью погашена посредством начисления амортизации; отсутствие в первичных документах приходно-кассовых ордеров от 31.12.2018 не опровергает факт предоставления квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 31.12.2018 ответчиком.

По мнению кассатора, суд не установил реальность и происхождение представленной кредитором справки о стоимости спорного транспортного средства.

Вдобавок, как указывает заявитель жалобы, ссылки суда на тот факт, что ФИО1, действуя от имени должника, ввел кредитора в заблуждение относительно возможности общества «Развитие» на создание проектной документации по договору – противоречат фактических обстоятельствам дела, так как должник нанял для создания проектной документации субподрядчика, состоявшего в необходимой СРО, сам ФИО1 также являлся специалистом-проектировщиком, членство в СРО не требовалось.

Конкурсный управляющий ФИО4 предоставил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсным управляющим ФИО4 в ходе осуществления своей деятельности было установлено, что по договору купли-продажи автомобиля, датированного 31.12.2018 (далее – договор от 31.12.2018) общество «Развитие», в лице генерального директора ФИО1, действующего на основании Устава (далее – продавец) передало гражданину ФИО5 (далее – покупатель) транспортное средство марки Honda Accord, 2006 года выпуска, (VIN) 

<

***>, цвет темно-синий, по цене 4 800 руб. 

В подтверждение передачи денежных средств в указанной сумме представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 31.12.2018. 

Впоследствии сторонами подписан договор купли-продажи данного автомобиля от 25.01.2023, согласно условиям которого транспортное средство   продано по цене 4 800 руб. обществу «Транс Сервис» в лице директора ФИО1. 

Согласно представленным УМВД России по г. Перми, в период с 02.05.2007 по 03.02.2022 транспортное средство было зарегистрировано за обществом «Развитие», с 25.01.2023 текущим собственником спорного транспортного средства является общество с ограниченной ответственностью «Транс Сервис». 

Ссылаясь на то, что на дату 31.12.2018 – указанную как дату заключения договора купли-продажи от 31.12.2018 ФИО1 являлся руководителем общества «Развитие», спорная сделка заключена на невыгодных для должника условиях, поскольку отчуждение имущества осуществлено по цене, существенно отличающейся от рыночной; доказательства оплаты имущества отсутствуют, в связи с чем, действия бывшего руководителя по отчуждению спорного транспортного средства в пользу аффилированного ответчика были направлены на безвозмездный вывод активов должника, что причинило должнику ущерб, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 и ФИО5 убытков. 

В подтверждение факта реализации автомобиля Honda Accord, 2006 года выпуска (VIN) 

<

***> по заниженной стоимости конкурсным управляющим представлена справка общества с ограниченной ответственностью «Капитал-Оценка» от 14.11.2023, согласно которой рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 14.11.2023 составляет 800 000 руб. 

Согласно справки, представленной кредитором акционерным обществом «Пермская КМТС Леспрома», подготовленной обществом с ограниченной ответственностью «Бизнес Эксперт» от 12.12.2023 стоимость транспортного средства Honda Accord, 2006 года выпуска (VIN) 

<

***> по состоянию на 31.12.2018 (дату его отчуждения) составляла 600 000 руб. 

Ответчики, выражая несогласие с доводами конкурсного управляющего и кредитора, ссылаются на техническое состояние транспортного средства, и именно на неисправную АКПП, коррозию и деформацию кузова; кроме того, на момент заключения договора купли-продажи, рыночная стоимость подобного автомобиля, находящегося в исправном состоянии и без следов ДТП, составляла не более 450 000 руб.

ФИО1, ФИО5 и обществом «Транс Сервис» заявлено о применении срока исковой давности и об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков в полном объеме. 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для взыскания с ФИО1 в пользу общества «Развитие» убытков, причиненных в результате действий ФИО1, являвшегося в спорный период руководителем юридического лица, в связи с безвозмездным отчуждением ликвидного имущества должника в пользу аффилированного лица, совершенного с целью неисполнения денежных обязательств перед внешним кредитором. 

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ФИО5, суды не установили оснований для привлечения ФИО5 к ответственности в виде убытков в связи с его участием в необоснованном отчуждении ФИО1 транспортного средства должника. В указанной части судебные акты не обжалуются и предметом кассационной проверки не являются. 

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ). Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

На основании пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц. О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»; далее – постановление № 62).

Согласно пункту 8 постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя общества к ответственности лежит на заявителе, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

В рассматриваемом случае суды, установив, что в период с 14.02.2005 по 24.05.2023 ФИО1 являлся руководителем общества «Развитие», а также единственным участником должника (100% доли в уставном капитале должника), признали ФИО1 контролирующим должника лицом в спорный период. 

Судами установлено, что выбытие ликвидного имущества произведено в пользу аффилированного лица по явно и чрезмерно заниженной стоимости и в отсутствии доказательств оплаты таковой: до 03.02.2022 транспортное средство было зарегистрировано за должником, с 25.01.2023 текущим собственником спорного транспортного средства значится общество с ограниченной ответственностью «Транс Сервис» (директор ФИО1); также представлены договоры купли-продажи транспортного средства (датированный 31.12.2018 о продаже ФИО5 и датированный 25.01.2023 о продаже обществу «Транс-сервис). 

В качестве факта подтверждения оплаты ответчиком ФИО5 представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 1 от 31.12.2018 на сумму 4 800 руб. (цена сделки). 

При этом в ходе изучения первичных документов о финансово-хозяйственной деятельности должника, конкурсным управляющим за соответствующие периоды не обнаружены приходно-кассовые ордеры от 31.12.2018; также отсутствуют документы, подтверждающие расходование денежных средств на цели, связанные с деятельностью организации, следовательно, денежные средства по договору в размере 4 800 руб. не были приняты к учету и не поступили в кассу должника. 

В силу пунктов 1 и 3 статьи 9 Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. 

При этом первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. 

По пункту 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете, первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. 

В соответствии со статьей 15 Закона о бухгалтерском учете, отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица. 

В связи с этим суды заключили, что пятилетний срок хранения квитанции к приходно-кассовому ордеру от 31.12.2018 истек 31.12.2023, следовательно, на дату подачи заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков – 21.06.2023 обязанность по хранению данного документа не отпала. 

Также установлено, что в ходе процедуры наблюдения общества «Развитие» временный управляющий обратился в суд с ходатайством об обязании директора общества «Развитие» ФИО1 передать временному управляющему копии документов должника, к дате завершения процедуры наблюдения документы переданы не были. 

В ходе конкурсного производства конкурсный управляющий обратился в суд с уточненным заявлением об истребовании документации и имущества должника. 

Согласно вступившему в законную силу определению суда от 22.09.2023 по настоящему делу первичные документы общества не были переданы конкурсному управляющему, в связи с чем, было удовлетворено ходатайство об истребовании документов. Суд обязал ФИО1 передать конкурсному управляющему общества «Развитие» сведения и документы общества «Развитие», в том числе печать общества «Развитие». 

Названным судебным актом также установлен факт непередачи ФИО1 конкурсному управляющему бухгалтерских документов должника, в том числе кассовой книги. 

Исходя из изложенного, суды сочли, что надлежащих доказательств осуществления расчетов по договору купли-продажи ответчиками представлено не было. 

Конкурсный управляющий также указывал на отчуждение ликвидного имущества на нерыночных условиях, ссылаясь на справку общества «Капитал-Оценка» от 14.11.2023, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 14.11.2023 составляет 800 000 руб. 

По представленным кредитором сведениям (справка общества «Бизнес Эксперт» от 12.12.2023) стоимость транспортного средства по состоянию на 31.12.2018 (дату его отчуждения) составляла 600 000 руб. 

Возражая, ответчик ФИО5 указывал, что спорный автомобиль был приобретен им по рыночной стоимости на основании договора купли-продажи с учётом его реального технического состояния на момент заключения договора купли-продажи: у машины требовалась замена АКПП, т.к. на момент заключения договора купли-продажи у неё из 5 передач, работало только 2-я и 3-я; имелась сильная коррозия (вплоть до сквозной) крыльев и порогов, а также следы различных, ранее произошедших при эксплуатации обществом «Развитие», ДТП – сильная вмятина на капоте, деформировано правое заднее крыло и повреждены передний и задний бампер. 

Относительно экономической целесообразности сделки ответчик указывал, что на момент заключения договора купли-продажи, рыночная стоимость подобного автомобиля, находящегося в исправном состоянии и без следов ДТП, составляла не более 450 000 руб.; автомобиль приобретался им с целью дальнейшего восстановления и эксплуатации, однако ему не удалось в дальнейшем изыскать денежные средства на его планируемое восстановление и автомобиль был продан обществу «Транс-сервис». 

В подтверждение своих доводов ФИО5 в суд апелляционной инстанции представлено информационное письмо № 353/18 от 30.12.2018 общества «Акцент-оценка», в котором оценщиком сделан вывод о том, что восстановительный ремонт автомобиля экономически нецелесообразен, с учетом объема и степени имеющихся аварийных и эксплуатационных повреждений, неисправностей (замена АКПП, крыльев передних, порогов, капота, задней правой боковины, обоих бамперов, стекла ветрового окна, элементов передней и задней подвесок, радиаторов охлаждения и кондиционера, полная окраска кузова). 

Оценщиком была использована информация, необходимая для установления стоимости получена из периодических изданий, Интернет-ресурсов, посвященных рынкам соответствующего оцениваемому имуществу, а также из собственных баз данных, имеющихся у оценщика. Данные, в отношении которых имелись неустранимые сомнения в их полноте и достоверности, были отброшены. Затем собранные данные обрабатывались и подготавливались для дальнейшего использования в оценочном процессе. 

Выводы, содержащиеся в Информационном письме, основаны на расчетах, заключениях и информации, полученной в результате исследования рынка, на опыте и профессиональных знаниях специалиста, в ходе которых была получена определенная информация. 

Вместе с тем, суд отнесся к указанной информации критически, поскольку согласно результату проверки истории регистрации в ГИБДД в отношении спорного транспортного средства 03.03.2019, 31.08.2020, 02.08.2023 (то есть после реализации – 31.12.2018 и до отчуждения в пользу общества «Транс Сервис – 25.01.2023) было неоднократно совершено ДТП. 

Соответственно, констатировал, что автомобиль эксплуатировался, и деформации, на которые ссылаются ответчики, возникли в связи с ДПТ, совершенными после отчуждения автомобиля, является правомерными, доводы об обратном правомерно отклонены.

Как было отмечено, документального подтверждения тому, что спорный автомобиль находился на конец 2018 года в технически неисправном состоянии, в отношении него требовался ремонт, в материалах дела не имеется. 

Также судами правомерно отклонен довод ФИО1 о том, что стоимость объекта, принятого к учету в качестве основного средства, с течением времени может быть полностью погашена посредством амортизации, а установленный срок полезного использования легковых автомобилей с рабочим объемом двигателя 2354 куб.см. составляет от 3 до 5 лет включительно. 

Вопреки доводам ФИО1 суд указал, что начисление амортизации необходимо для отражения сведений в бухгалтерском учете, не является ценой реализации спорного транспортного средства и не свидетельствует о том, что действительная стоимость объекта при его реализации составит именно стоимость с учетом начисленной амортизации. 

При этом судом было учтено, что лица, участвующие в деле, ходатайств о назначении экспертизы не заявляли. 

Также ответчик указывает на отсутствие в материалах дела доказательств, с достоверностью подтверждающих недобросовестный характер сделки, повлекший банкротство должника. 

Как было упомянуто выше, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. В связи с чем отсутствие признаков неплатежеспособности на момент совершения убыточных для должника сделок, не связано с возможностью применения к нему ответственности в виде возмещения причиненных Обществу убытков. 

Суды отметили, что допущение такой ситуации – безвозмездного отчуждения имущества должника в пользу аффилированного лица исключает добросовестность ответчика при реализации своих гражданских прав и формирует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник умышленно создает невозможность удовлетворения требований кредиторов. При этом осведомленность ФИО1 о такой цели безвозмездного выбытия ликвидных активов не опровергнута. 

Судами установлено и учтено, что собственником транспортного средства является общество «Транс Сервис». Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, учредителем общества «Транс Сервис» является ФИО6, директором – ФИО1. 

При этом общество «Транс Сервис» было зарегистрировано 01.12.2022, то есть спустя месяц после принятия к производству заявления о признании общества «Развитие» несостоятельным (банкротом) – 03.11.2022; деятельность, осуществляемая обществом «Транс Сервис» аналогична деятельности, осуществляемой обществом «Развитие». 

Таким образом, суды, с учетом сведений, представленных УМВД России по г. Перми о регистрационных действиях в отношении соответствующего транспортного средства (до 03.02.2022 транспортное средство было зарегистрировано за обществом «Развитие», а с 25.01.2023 собственником спорного транспортного средства является общество «Транс Сервис», при отсутствии какой-либо информации об ФИО5; л.д. 39 т. 1) - признали доказанной совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 к ответственности в виде взыскания с него 600 000 руб. убытков. 

Довод о пропуске срока исковой давности является несостоятельным, поскольку, вопреки мнению ответчика, названный срок исчисляется не с момента, указанного в качестве даты совершения первой сделки (31.12.2018), а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора (а при взыскании убытков в рамках дела о банкротстве - арбитражного управляющего либо конкурсного кредитора), получило реальную возможность узнать о нарушении, что в рассматриваемом случае не могло произойти ранее открытия в отношении должника 25.05.2023 процедуры конкурсного производства, с учетом чего давностный срок конкурсным управляющим не пропущен. 

Суд округа полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права. 

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания. 

Кассационная жалоба повторяет доводы, которые являлись предметом проверки судов и сводится к несогласию с выводами суда апелляционной инстанций. 

Несогласие кассатора с их оценкой, иная интерпретация, а также иное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Пределы рассмотрения дела в суде округа ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части обжалуемых судебных актов следует, что судом правильно определен предмет доказывания, верно распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку. 

Выводы судов основаны на полном и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве; достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора в совокупности.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2024 по делу № А50-27266/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения  определения Арбитражного суда Пермского края от 19.01.2024 по делу № А50-27266/2022 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2024 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.04.2024.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            О.Г. Кочетова 

 

                                                                                             Д.Н. Морозов