ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-13830/2019

26 апреля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  20 апреля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 апреля 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Горбуновой Е.А., Зюкова В.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-2498/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-3200/2022) ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 07 февраля 2022 года по делу № А70-13830/2019 (судья Сажина А.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки и применении последствий её недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Шестакова, Заводоуковского района, Тюменской области, адрес регистрации: Тюменская область, Исетский район, с. Исетское, ИНН 

<

***>), 

 

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.09.2019 (резолютивная часть от 03.09.2019) заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» признано обоснованным, в отношении ФИО5 (далее – ФИО5, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – ФИО6).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 30.12.2019 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6 (далее – финансовый управляющий).

В Арбитражный суд Тюменской области обратился финансовый управляющий с заявлением к супруге должника ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 14.09.2020, применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности передать финансовому управляющему транспортное средство модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1 591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124 для включения доли от стоимости его в конкурную массу.

Впоследствии от финансового управляющего в материалы дела поступили уточнения, в которых он просил:

- признать недействительной сделку между ФИО2 и ФИО7, оформленную договором купли-продажи транспортного средства от 14.09.2020; 

- применить последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности передать финансовому управляющему транспортное средство модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1 591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124 для включения доли от стоимости его в конкурную массу; 

- взыскать с ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение иска в размере 6 000 руб.; 

- взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5 судебную неустойку со дня присуждения обязанности на ответчика по передаче финансовому управляющему транспортного средства в размере 1 000 руб. за каждый день просрочки исполнения данной обязанности, начиная с даты вступления определения суда в законную силу и до момента фактического исполнения обязательства в натуре.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.02.2022:

- требования конкурсного управляющего удовлетворены частично, признан недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля от 14.09.2020, заключенный между супругой должника ФИО2 и ФИО3, по отчуждению транспортного средства модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124;

- применены последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности по возврату в конкурсную массу должника транспортного средства модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124;

- установлено, что в случае неисполнения в течение трех дней с даты вступления в законную силу судебного акта ФИО3 с последнего в пользу ФИО5 подлежит взысканию судебная неустойка в размере 500 руб. за каждый день просрочки до даты фактического исполнения судебного акта;

- в удовлетворении остальной части требований конкурсного управляющего отказано;

- с ФИО3 в конкурсную массу ФИО5 взысканы судебные расходы в размере 9 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2, ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО2 указала следующее:

- спорный автомобиль был приобретен ФИО2 после признания ФИО5 банкротом за счет кредитных денежных средств, при этом ФИО5 исполняет свои обязательства по соответствующему кредитному договору за счет личных денежных средств, в связи с чем спорное транспортное средство находилось в личной собственности ФИО2, а не в совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО5;

- согласно пункту 3 договора купли-продажи автомобиля, заключенного между ФИО2 и ФИО3, продавец получил за проданный автомобиль денежные средства в сумме 1 078 000 руб. в полном объеме.

К апелляционной жалобе ФИО2 приложены дополнительные доказательства: справки акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – ПАО «Россельхозбанк») об остатках задолженности, об отсутствии кредитных обязательств, копии приходных кассовых ордеров, кассовых чеков, соглашений с ПАО «Россельхозбанк».

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО3 указал, что он оплатил приобретенное у ФИО2 транспортное средство в сумме 1 078 000 руб., имел финансовую возможность осуществить его оплату, что подтверждается имеющимися в деле сведениями о его доходах за 2018-2021 годы, которым суд первой инстанции оценку не дал.

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, финансовый управляющий представил отзыв, в котором просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

До начала заседания суда апелляционной инстанции от ФИО3 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств – копий постановлений о привлечении к административной ответственности.

Суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела приложенные ФИО2 к апелляционной жалобе и ФИО3 к ходатайству о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств документы (справка ПАО «Россельхозбанк» об остатках задолженности, об отсутствии кредитных обязательств, копии приходных кассовых ордеров, кассовых чеков, соглашения с ПАО «Россельхозбанк», копии постановлений о привлечении к административной ответственности) в целях правильного установления фактических обстоятельств обособленного спора и проверки доводов апелляционных жалоб.

ФИО3, ФИО2, финансовый управляющий, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассмотрены в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, апелляционные жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области от 07.02.2022 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, финансовым управляющим в ходе исполнения обязанностей в рамках настоящего дела установлено, что после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве его супруга ФИО2 по договору купли-продажи № 0000000908 от 08.05.2020 приобрела у общества с ограниченной ответственностью «ВМ-Тюмень» (далее – ООО «ВМ-Тюмень») транспортное средство модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1 591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124, цена - 1 078 000 руб. (том 74, листы дела 32-40). 

Транспортное средство передано ФИО2 по акту приема-передачи автомобиля от 08.05.2020 (том 74, лист дела 40). Регистрация транспортного средства в органе ГИБДД УМВД России по Тюменской области не производилась.

В дальнейшем по договору купли-продажи от 14.09.2020 указанное транспортное средство по той же стоимости (1 078 000 руб.) реализовано ФИО2 ФИО3 (том 74, лист дела 23), 24.09.2020 произведена перерегистрация транспортного средства в органе ГИБДД УМВД России по Тюменской области на ФИО3

Полагая, что заключенным между ФИО2 и ФИО3 договором купли-продажи автомобиля от 14.09.2020 причинен имущественный вред кредиторам должника, сделка совершена безвозмездно, в условиях неплатежеспособности должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании его недействительным на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя требования финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- с 29.10.1974 ФИО5 находится в зарегистрированном браке с ФИО2, при этом доказательств, подтверждающих приобретение последней спорного имущества исключительно за счет личных сбережений в материалы дела не представлено, а потому следует считать, что оспариваемая сделка совершена супругой должника в отношении имущества, находившегося в совместной собственности, супругов, то есть за счет должника;

-  спорная сделка совершена 14.09.2020, то есть после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (22.02.2019), в связи с чем она может быть оспорена на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих факт оплаты ФИО3 приобретенного им у ФИО2 по спорному договору транспортного средства, а также наличие у ответчика финансовой возможности оплатить спорное транспортное средство в указанной в договоре сумме в размере 1 078 000 руб., в связи с чем спорная сделка совершена в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника;

- на дату совершения оспариваемой сделки ФИО5 был признан банкротом, то есть имел признаки неплатежеспособности;

- лицами, допущенными к управлению транспортным средством после его продажи супругой должника ФИО3, являлись ФИО3 и ФИО5, то есть после совершения спорной сделки должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение отчужденным ФИО2 на ее основании имуществом;

- в результате совершения спорной сделки из имущественной массы должника безвозмездно выбыло транспортное средство, стоимость от реализации которого могла быть направлено на погашение требований его кредиторов, в связи с чем спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинила такой вред;

- спорная сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, в целях сокрытия имущества должника, то есть является мнимой сделкой, пороки которой выходят за пределы пороков сделок, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с изложенным суд первой инстанции признал договор купли-продажи автомобиля от 14.09.2020, заключенный между супругой должника ФИО2 и ФИО3, недействительной сделкой, применив последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности по возврату в конкурсную массу должника транспортного средства модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Из материалов дела усматривается, судом первой инстанции правильно установлено, что с 29.10.1974 ФИО5 находится в зарегистрированном браке с ФИО2 (том 74, лист дела 22).

Исходя из положений части 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), части 1 статьи 33, части 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Как следует из пункта 2 статьи 34 СК РФ, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Спорное транспортное средство  приобретено ФИО2 по договору купли-продажи от 08.05.2020, заключенному в период ее нахождения в зарегистрированном браке с ФИО5

Поскольку из материалов дела не следует, что по состоянию на 08.05.2020 между ФИО2 и ФИО5 был установлен иной режим имущества, чем режим, предусмотренный частью 1 статьи 256 ГК РФ, частью 1 статьи 33, частью 1 статьи 34 СК РФ, спорное транспортное средство с 08.05.2020 следует считать поступившим в совместную собственность супругов ФИО2 и ФИО5 

 При этом то обстоятельство, что договор купли-продажи от 08.05.2020 содержит указание на приобретение права собственности на являющуюся предметом данного договора транспортное средство ФИО2 и не указано на приобретение такового ФИО5, значения не имеет и о поступлении спорного имущества в личную собственность ФИО2., исходя из приведенных выше положений ГК РФ и СК РФ, не свидетельствует.

Согласно доводам ФИО2 спорный автомобиль был приобретен ею после признания ФИО5 банкротом за счет кредитных денежных средств, полученных от публичного акционерного общества «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк») по договору о предоставлении потребительского кредита № 2920523321 от 08.05.2020 (том 74, листы дела 71-73), при этом ФИО5 исполняет свои обязательства по соответствующему кредитному договору за счет личных денежных средств, в связи с чем спорное транспортное средство находилось в личной собственности ФИО2, а не в совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО5

Между тем, во-первых, по смыслу пункта 2 статьи 34 СК РФ полученные ФИО2 от ПАО «Совкомбанк» кредитные денежные средства, на которые, согласно доводам ФИО2, ею был приобретен спорный автомобиль, поступили в совместную собственность супругов ФИО2 и ФИО5, равно как и спорное транспортное средство, в случае если доводы ФИО2 о его приобретении на денежные средства, полученные в кредит от ПАО «Совкомбанк» по договору о предоставлении потребительского кредита № 2920523321 от 08.05.2020, являются достоверными.

Во-вторых, как правильно установлено судом первой инстанции, размер предоставленных ПАО «Совкомбанк» ФИО2 по договору о предоставлении потребительского кредита № 2920523321 от 08.05.2020 денежных средств существенно ниже стоимости спорного имущества (1 078 000 руб.).

Так, согласно заявлению о предоставлении потребительского кредита сумма кредита составляет 618 609 руб. 32 коп. и только 539 000 руб. из них должны были быть перечислены по реквизитам ООО «ВМ Тюмень» с назначением платежа «Оплата по счету… за а/м HYUNDAY Сreta куз. 

<

***>, двигатель G4FGKW602124, VIN 

<

***>».

Доказательства, достоверно подтверждающие наличие у ФИО2 по состоянию на 08.05.2020 личных (не находящихся в совместной собственности супругов) денежных средств в сумме, не покрываемой суммой в 539 000 руб. 32 коп., которые были направлены ею на оплату спорного автомобиля, ФИО2 в материалы дела не представлены.

В связи с этим достаточных оснований считать спорное транспортное средство приобретенным ФИО2 исключительно за счет кредитных денежных средств, полученных от ПАО «Совкомбанк» по договору о предоставлении потребительского кредита № 2920523321 от 08.05.2020, и личных денежных средств не имеется.

В-третьих, сведения о наличии у ФИО2 водительского удостоверения в материалах дела отсутствуют.

До заключения сторонами спорного договора от 14.09.2020 лицом, допущенным к управлению спорным транспортным средством, в полисе ОСАГО серия ХХХ № 0120471171 от 08.05.2020 значился ФИО5 (том 74, лист дела 42).

После отчуждения должником спорного имущества в пользу ответчика оно оставалось во владении и пользовании ФИО5, который после даты совершения спорной сделки (14.09.2020) наряду с ФИО3 указан в страховом полисе ОСАГО серия ХХХ № 0138409789 от 22.09.2020 в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Суд апелляционной инстанции считает, что указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 на дату приобретения спорного транспортного средства по договору купли-продажи № 0000000908 от 08.05.2020 намерения самостоятельно владеть и пользоваться спорным транспортным средством (эксплуатировать его), и о том, что данное транспортное средство изначально приобреталось супругами ФИО2 и ФИО5 для целей его использования последним на нужды семьи (по аналогии с пунктом 2 статьи 45 СК РФ).

Следовательно и кредит было получен на нужды семьи.

Указанное обстоятельство участвующими в деле лицами надлежащим образом не оспорено и не опровергнуто.

В связи с изложенным следует заключить, что продажа ФИО2 спорного транспортного средства ФИО3, вопреки доводам ФИО2, является отчуждением имущества, находившегося в совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО5, в связи с чем соответствующий договор может быть оспорен финансовым управляющим в порядке главы III.1 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Как было указано выше, спариваемая сделка совершена 14.09.2020, производство по делу о банкротстве ФИО5 возбуждено определением Арбитражного суда Тюменской области от 22.09.2019, то есть сделка совершена в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В настоящем случае суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По первому условию суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, в силу которой недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В настоящем случае спорный договор заключен ФИО2 и ФИО3 14.09.2020, то есть после признания ФИО5 несостоятельным (банкротом), введения в отношении него процедуры реализации имущества гражданина решением Арбитражного суда Тюменской области от 30.12.2019 по настоящему делу, которым констатирован факт неплатежеспособности ФИО5

По второму условию суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что спорная сделка совершена безвозмездно.

Так, согласно пункту 3 договора за проданный автомобиль продавец получил от покупателя денежные средства в сумме 1 078 000 руб.

Однако само по себе указание на получение ФИО2 от ФИО3 по спорному договору денежных средств в сумме 1 078 000 руб. в счет оплаты ФИО3 составляющего его предмет транспортного средства факт осуществления ФИО3 расчетов по спорному договору с ФИО2 не подтверждает.

В то же время, как правильно установил суд первой инстанции, в материалы дела не представлено доказательств, достоверно подтверждающих факт оплаты ФИО3 приобретенного у ФИО2 по спорному договору транспортного средства в сумме 1 078 000 руб. как в наличной, так и в безналичной форме (в частности расписка ФИО2 в получении от ФИО3 по спорному договору денежных средств в сумме 1 078 000 руб., выписки по счетам ФИО2, из которых бы усматривалось поступление на них денежных средств от ФИО3 в соответствующих суммах).

Оснований считать доходы ФИО3 достаточными для оплаты транспортного средства в сумме 1 078 000 руб. отсутствуют.

Согласно сведениям, представленным в материалы дела ИФНС России по г. Тюмени № 1 письмом исх. № 07-29/004328дсп от 27.12.2021, в 2019 году ФИО3 получен доход в общей сумме 436 392 руб. 03 коп. (за вычетом налога на доходы физических лиц), в 2020 году – в сумме 533 133 руб. 18 коп. 

Доказательства, подтверждающие получение ФИО3 в 2019-2020 годах иного дохода, в дело не представлены.

В связи с этим оснований полагать, что по состоянию на дату совершения спорной сделки (14.09.2020) ФИО3 располагал денежными средствами, достаточными не только для оплаты спорного транспортного средства в сумме 1 078 000 руб., но и для несения расходов на личные потребности (нужды), не имеется.

Доказательства, подтверждающие расходование ФИО8 и ФИО5 полученных от ФИО3 денежных средств в соответствующей сумме в материалах дела также отсутствуют.

В связи с изложенным суд первой инстанции правильно заключил, что в материалы дела не представлено доказательств, достоверно подтверждающих факт оплаты ФИО3 приобретенного у ФИО2 по спорному договору транспортного средства.

Поскольку спорная сделка являлась безвозмездной, то есть равноценное встречное предоставление в виде экономической выгоды должником не было получено, спорная сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО5

Кроме того, из материалов настоящего дела усматривается, что до заключения сторонами спорного договора от 14.09.2020 лицом, допущенным к управлению спорным транспортным средством, в полисе ОСАГО серия ХХХ № 0120471171 от 08.05.2020 значился ФИО5

После отчуждения должником спорного имущества в пользу ответчика оно оставалось во владении и пользовании ФИО5, который после даты совершения спорной сделки (14.09.2020) наряду с ФИО3 указан в страховом полисе ОСАГО серия ХХХ № 0138409789 от 22.09.2020 в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (абзац 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Сведения о наличии у ФИО2 водительского удостоверения в материалах дела отсутствуют.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что спорное транспортное средство ФИО2 никогда не эксплуатировалось, в действительности пользование спорным автомобилем осуществлял ФИО5, а при заключении спорного договора от 14.09.2020 его стороны имели цель не передать спорное имущество во владение, пользование и распоряжение (в собственность) ФИО3, а сокрыть его от обращения взыскания по требованиям кредиторов, то есть причинить вред имущественным правам последних.

Представленные ФИО3 05.04.2022 в материалы дела копии постановлений от 03.03.2022, 17.02.2022, 04.03.2022, 16.03.2022 о привлечении его к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения (утв. Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090) в связи с управлением спорным транспортным средством указанное обстоятельство не опровергают.

Так, из указанных постановлений следует, что события правонарушений устанавливались с применением работающего в автоматическом режиме специального технического средства фиксации административных правонарушений, имеющих функции фотосъемки.

При фиксации административного правонарушения таким способом к административной ответственности за его совершение автоматически привлекается лицо, на которое такое транспортное средство зарегистрировано, то есть титульный владелец транспортного средства (в настоящем случае ФИО3), хотя фактически транспортным средством при совершении правонарушения мог управлять не он (а должник).

Надлежащими доказательствами фактического управления спорным автомобилем ФИО3 могли бы являться исключительно материалы по протоколам, составленным инспекторами ГИБДД или должностными лицами при обнаружении правонарушения лично указанными лицами, так как при таких обстоятельствах указывается непосредственно лицо, управлявшее транспортным средством в момент совершения правонарушения.

Однако все нарушения правил дорожного движения, на которые ссылался ФИО3, информация о которых отражена в постановлениях об административных правонарушениях, представленных им в дело, зафиксированы с применением автоматического специального технического средства фиксации административных правонарушений.

Оплата штрафов осуществлялась наличными денежными средствами. 

При указанных обстоятельствах факт управления спорным транспортным средством после его отчуждения по спорной сделке, в том числе, при совершении административных правонарушений, не может быть подтвержден представленными ФИО3 в материалы дела доказательствами.

Совершение сторонами спорной сделки с целью сокрытия спорного имущества от обращения взыскания по требованиям кредиторов, то есть причинения вреда имущественным правам последних, сохранение ФИО5 спорного автомобиля во владении и пользовании после совершения спорной сделки ни ФИО3, ни другими участвующими в деле лицами не опровергнуты.

При этом суд апелляционной инстанции считает, что в результате совершения спорной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Так, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемой сделкой ФИО2 в пользу ответчика отчуждено дорогостоящее транспортное средство, в результате чего из конкурсной массы должника выбыло имущество, которое могло быть направлено на погашение требований кредиторов, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника спорной сделкой.

Относительно осведомленности ответчика о противоправной цели при осуществлении сделки суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В настоящем случае ФИО3 приобрел в собственность принадлежавшее ФИО5 и ФИО2 на праве общей совместной собственности транспортное средство, не оплатив его стоимость, а потому ФИО3 не мог не знать, что встречное предоставление должнику с его стороны отсутствует. 

Данное обстоятельство свидетельствует об осведомленности ответчика на момент совершения спорной сделки о наличии у нее противоправной цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим также доказаны условия для признания спорной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Какие-либо самостоятельные доводы относительно неправильности обжалуемого судебного акта в части применения последствий недействительности спорной сделки в виде возложения на ФИО3 обязанности по возврату в конкурсную массу должника транспортного средства модели HYUNDAY СRETA, 2020 года выпуска, легковой универсал, VIN 

<

***>, цвет серый, двигатель объемом 1591 куб см., номер двигателя G4FGKW602124, а также взыскания с ФИО3 в случае неисполнения им в течение трех дней с даты вступления в законную силу судебного акта в пользу ФИО5 судебной неустойки в размере 500 руб. за каждый день просрочки до даты фактического исполнения судебного акта в апелляционных жалобах не содержатся.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения или отмены обжалуемого определения суда первой инстанции в указанной части.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционных жалоб в связи с отказом в их удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателей жалоб.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 07 февраля 2022 года по делу № А70-13830/2019 (судья Сажина А.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки и применении последствий её недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Шестакова, Заводоуковского района, Тюменской области, адрес регистрации: Тюменская область, Исетский район, с. Исетское, ИНН 

<

***>), оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-2498/2022) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-3200/2022) ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Е.А. Горбунова

 В.А. Зюков