ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А55-3819/2017

г. Самара

22 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 22 декабря 2020 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Александрова А.И., Поповой Г.О., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПромТехКомплект», ИНН 

<

***>, ОРГН 

<

***>

при участии в судебном заседании: 

представитель ФИО4 - ФИО5, доверенность от 15.02.2018;

представитель ФИО3 - ФИО5, доверенность от 05.02.2018;

представитель ФИО3 - ФИО6, доверенность от 21.05.2018.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 28.08.2017 ООО «ПромТехКомплект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, а именно просил привлечь к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ПромТехКомплект» бывшего директора должника ФИО3 и единственного учредителя должника ФИО4 в размере 28 837 146 руб. 52 коп. и взыскать с указанных лиц данную сумму (с учетом принятых судом уточнений).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19.03.2019 устное ходатайство конкурсного управляющего об отложении судебного заседания оставлено без удовлетворения. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПромТехКомплект». Рассмотрение заявления о привлечении контролирующих лиц должника - ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности в части установления размера субсидиарной ответственности  приостановлено до проведения расчетов с кредиторами.

ФИО3  и  ФИО4 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.09.2020. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2019 определение Арбитражного суда Самарской области от 19.03.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения. Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 30.10.2019 определение Арбитражного суда Самарской области от 19.03.2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2019 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.11.2019 заявление принято к новому рассмотрению. 

При новом рассмотрении, арбитражный управляющий представил уточненное заявление, а также заявил ходатайство о назначении судебной комплексной бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы. В порядке статьи 49 АПК РФ суд первой инстанции принял уточненное заявление конкурсного управляющего.

Определением суда от 16.09.2020 по  результатам  рассмотрения  обособленного  спора  суд первой инстанции отклонил ходатайство о назначении судебной экспертизы и определил: «Заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности оставить без удовлетворения.».

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.09.2020. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2020 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2020 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 24.11.2020. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2020 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 15.12.2020. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От конкурсного управляющего ФИО2 поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

От ФИО3, ФИО7 поступил отзыв на письменные пояснения заявителя. Отзыв приобщен к материалам дела.

Представители ФИО3, ФИО7 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

В апелляционной жалобе ее заявителем сформулировано письменное ходатайство о назначении судебной экспертизы, в целях определения даты возникновения у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Судебная коллегия не нашла оснований для удовлетворения упомянутого ходатайства, поскольку сформулированные заявителем вопросы к эксперту, по существу, представляют собой вопросы права и факта и подлежат разрешению судом на основании представленных сторонами доказательств.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий в качестве доводов заявления указывал на невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника по причине наличия презумпций, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, а именно причинение существенного вреда, не передача бухгалтерских и иных документов. Так же, конкурсный управляющий сослался на положения статьи 61.12 и статьи 9 Закона о банкротстве и необращение уполномоченного лица в предусмотренный срок в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Из материалов дела следует, что 07.10.2011 ФИО4 приняла решение № 1 о создании юридического лица - ООО «ПромТехКомплект», возложив обязанности директора ООО «ПромТехКомплект» на ФИО8.

13.10.2011 ФИО4 подала в Инспекцию Федеральной налоговой службы России по Кировскому району города Самары заявление о создании ООО «ПромТехКомплект».

20.10.2011 Инспекция Федеральной налоговой службы России по Кировскому району города Самары приняла решение о государственной регистрации ООО «ПромТехКомплект» по адресу: 

<

...> л. 1 А, оф. 211 с присвоением ОГРН 

<

***> и ИНН 

<

***>.

18.04.2014 ФИО4 приняла решение № 3, которым освободила директора ФИО8 от занимаемой должности, и возложила обязанности директора на ФИО3 (своего супруга). В период с 2014 по 2017 ФИО4 также являлась заместителем директора.

Суд первой установил, что ФИО4 и ФИО3 являлись контролирующими должника лицами, исходя из презумпций, закрепленных в пункте 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве.

При этом, как указано конкурсным управляющим должника (дополнительные пояснения №3 от 06.07.2020, том 4), контролирующие должника лица должны были не позднее 16.04.2016 обратиться с соответствующим заявлением в суд, чего ими не было сделано.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона;

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

При наличии формальных признаков банкротства у кредитора возникает право обратиться в суд заявлением о банкротстве. Однако данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя аналогичной обязанности по обращению в суд.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, предполагающих обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

Сама по себе неспособность юридического лица удовлетворить требования кредитора в течение трёх месяцев не влечет субсидиарной ответственности руководителя должника согласно положениям о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве.

Из содержания пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве следует, что доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока.

Таким образом, в предмет исследования по обособленному спору, инициированному требованием о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности в связи с не обращением с заявлением должника, должны быть включены следующие обстоятельства: наличие признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, дата их возникновения и размер субсидиарной ответственности.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статей 9 и 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Суд первой инстанции указал, что конкурсный управляющий, заявляя соответствующие доводы, должен был обосновать указанные обстоятельства. В то же время указание на отсутствие отдельных платежей по договорам поставки и требований не является надлежащим и достаточным. Также судом первой инстанции установлено, что конкурсным управляющим не определены обязательства, которые возникли после истечения срока, определенного в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве.

Наличие неисполненных обязательств перед кредиторами также не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Само по себе наличие не взысканной дебиторской задолженности, сформировавшейся при осуществлении хозяйственной деятельности должника, не может являться основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Указанное заявителем обстоятельство не создает оснований для привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия-должника за совершение действий, приведших к банкротству должника, поскольку в материалы дела достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что названные действия (бездействие) привели к появлению признаков неплатежеспособности должника, не представлены.

Судом первой инстанции указано, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что в случае своевременного исполнения ответчиками обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредитором была бы погашена, то есть доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Наличие у общества кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности юридического лица в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующим должника лицом действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявитель не подтвердил какими-либо безусловными доказательствами совокупности обстоятельств, предусмотренных ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с указанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы о том, что объективные признаки банкротства образовались на 16.12.2015 – дату образования кредиторской задолженности должника перед ООО «ЭлПромМаш» в сумме 2 631 717 руб. 19 коп. по товарной накладной от 16.10.2015 №161015003 на основании договора поставки от 16.07.2015 №64 не могут быть приняты, поскольку само по себе наличие ординарного обязательства перед одним из кредиторов не свидетельствует о наличии признаков банкротства. 

Наличие кредиторской задолженности само по себе не является основанием для возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом. Отрицательное значение активов в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности должника исполнять обязательства, поскольку наличие у общества задолженности перед кредиторами и по платежам в бюджет, отраженной в бухгалтерской отчетности, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и пассивов применительно к определенному отчетному периоду. Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Согласно разъяснениям, данными в пункте 9 Постановления Пленума от 21.12.2017 №53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Задолженность перед ООО «ЭлПромМаш» в дальнейшем погашалась должником, хотя и с использованием кредитором механизма ее принудительного (судебного) востребования.

При этом конкурсным управляющим не указаны обязательства иных кредиторов, возникшие позднее даты (16.04.2016), которую конкурсный управляющий полагает датой, не позднее которой руководитель должника должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением. 

Так, в апелляционной жалобе конкурсный управляющий ссылается на возникшие после 16.04.2016 обязательства должника перед ЗАО «Востокметаллургмонтаж-1», ООО «Энергомонтаж-27», ФНС РФ и более поздние по сроку исполнения обязательства перед ООО «Элпроммаш». Однако из объяснений конкурсного управляющего не следует, что обязательства перед упомянутыми лицами возникли ранее указанной даты.

Так, задолженность перед ЗАО «Востокметаллургмонтаж-1» основывается на договоре заключенном в 2014 году (договор поставки от 10.07.2014 №10-07/14) и, обусловлена заключенным сторонами мировым соглашением по делу №А76-10693/2016 (определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.08.2016).

Задолженность перед ООО «Энергомонтаж-27» обусловлена договором аренды №07/15-эм, заключенном 25.11.2015, т.е. также ранее упомянутой выше даты.

То же относится и к задолженности перед ООО «ЭлПромМаш» по договору поставки от 16.07.2015 №64, исполнявшемуся при наличии ранее не исполненных обязательств.

В заявлении апелляционной жалобе конкурсного управляющего не отражены обстоятельства, периоды и сроки возникновения у должника задолженности по обязательным платежам.

В силу абзаца четвертого пункта 14 Постановления № 53 при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Исходя из приведенных позиций следует, что привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим в период осведомленности кредитора о финансовом положении должника недопустимо.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Заявление конкурсного кредитора о привлечении бывшего директора должника к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд 28.08.2018.

Таким образом, рассмотрение заявления конкурсного управляющего производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

С учетом перечисленного, судебная коллегия считает выводы суда первой инстанции в данной части правильными.

В то же время, суд первой инстанции при новом рассмотрении пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям подпункта 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Если не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одной из следующих презумпций.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.11.2018 с ФИО3 и ФИО4 солидарно взысканы убытки в размере 430 870 182,29 руб. в пользу ООО «ПромТехКомплект».

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2019 определение суда от 06.11.2018 о взыскании убытков изменено в части размера требований.

Резолютивная часть определения изложена в следующей редакции: «Взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 убытки в размере 28 837 146 руб. в пользу ООО «ПромТехКомплект».».

В качестве основания для привлечения ФИО3 и ФИО4 к ответственности в виде убытков конкурсным управляющим было указано на действия ответчиков, выразившиеся в сокрытии документов по хозяйственно-экономической деятельности должника, которые привели к убыткам для ООО «ПромТехКомплект» и его кредиторов в виде утраты возможности взыскания дебиторской задолженности на сумму 416 577 182,29 руб.

Также конкурсным управляющим указывалось в качестве основания требования о взыскании убытков на совершение указанными лицами сделок - перечисление в адрес ряда третьих лиц денежных средств в общей сумме 356 264 154,75 руб.

При разрешении обособленного спора о взыскании убытков ФИО3, ФИО7 признаны подлежащими привлечению к ответственности в виде взыскания убытков.

В постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 24.06.2019 судебная коллегия суда кассационной инстанции согласилась с выводами судов первой и апелляционной инстанций о доказанности факта причинения действиями ответчиков убытков должнику, и, соответственно, наличия оснований для взыскания убытков, однако отменила постановление суда апелляционной инстанции от 25.02.2019, направив спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции вследствие недостатков расчета убытков, произведенного апелляционным судом.

При новом рассмотрении обособленного спора о взыскании убытков постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2019 определение Арбитражного суда Самарской области от 06.11.2018 изменено в части размера требований, резолютивная часть определения изложена в следующей редакции: взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 убытки в размере 29 484 741 руб. в пользу ООО «ПромТехКомплект». Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 12.03.2020 судебный акт суда апелляционной инстанции оставлен без изменения.

В настоящем обособленном споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, направляя его на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на необходимость сопоставления фактических обстоятельств, на которые ссылается конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения ФИО3, ФИО7 к субсидиарной ответственности, идентичность либо отсутствие таковой основаниям и обстоятельствам, заявленным конкурсным управляющим по требованиям о привлечении к ответственности в виде убытков.

Суд кассационной инстанции указал, что само по себе взыскание убытков в части, не покрытой субсидиарной ответственностью, возможно (пункт 9 статьи 10 Закона о банкротстве), однако данное положение закона должно применяться к ситуациям, когда основания привлечения к ответственности в виде убытков отличны от оснований субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность, и возмещение убытков являются мерами гражданско-правовой ответственности, при этом привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по тем же основаниям, по которым последний уже привлечен к ответственности в виде взыскания убытков, приведет к повторному привлечению к гражданской ответственности за одни и те же действия, что нормами действующего законодательства не предусмотрено.

Суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте указал лишь, что заявленные конкурсным управляющим основания привлечения к субсидиарной ответственности и взыскания убытков, по его мнению, тождественны, а заявление конкурсного управляющего о том, что при взыскании убытков он указывал на непередачу конкретных документов по конкретным операциям, не соответствует фактическим материалам дела. Таким образом, обжалуемый судебный акт, по существу не содержит анализа сходства оснований и обстоятельств привлечения ответчиков к разным видам ответственности.

Исполняя указания суда кассационной инстанции, судебная коллегия предлагала лицам, участвующим в деле представить соответствующие объяснения относительно сходства и различий оснований и обстоятельств привлечения ФИО3, ФИО7 к ответственности в виде убытков и субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Из объяснений лиц, участвующих в деле, следует, что основания и обстоятельства возникновения убытков обусловлены утратой возможности взыскания дебиторской задолженности на сумму 416 577 182,29 руб., а также совершением сделок по перечислению в адрес третьих лиц денежных средств в общей сумме 356 264 154,75 руб. и представляют собой негативные последствия противоправного поведения контролирующих должника лиц в виде невозможности взыскания дебиторской задолженности в связи с непередачей конкурсному управляющему документов должника;  совершением сделок, повлекших существенный вред имущественным правам кредиторов.

В то же время, в настоящем споре о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался также на подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и указывал на то, что ему не переданы иные документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, содержащие информация о других активах должника, в связи с чем существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Так, конкурсный управляющий указывал на непередачу ему документации должника, подтверждающей состав и наличие активов должника, перечисленных в бухгалтерском балансе ООО «ПромТехКомплект» по состоянию на 31.12.2016 на общую 80 356 000 руб. (основные средства на сумму 1 799 тыс. руб.; запасы на сумму 45 315 тыс. руб.; дебиторская задолженность на сумму 29 433 тыс. руб.; денежные средства на сумму 2 528 тыс. руб.; прочие оборотные активы на сумму 1 281 тыс. руб.). 

Конкурсный управляющий указывал также, что обязанность по передаче таких документов была возложена на ФИО3 определением Арбитражного суда Самарской области от 25.12.2017.

При этом в обособленном споре о взыскании с ответчиков убытков общий размер  убытков определялся следующими суммами: 416 577 182 руб. 29 коп. – сумма перечислений денежных средств с расчетного счета должника в адрес третьих лиц без правовых оснований; 4 870 000 руб. – денежные средства, полученные ФИО3 с расчетного счета должника без подтверждения   их   дальнейшего   расходования   на   нужды   предприятия и 9 423 000 руб. – установленные налоговой проверкой обналиченные денежные средства ООО «ПромТехКомплект».

Таким образом, в отношении последствий непередачи конкурсному управляющему должника части иных активов должника (включая основные средства на сумму 1 799 тыс. руб.; запасы на сумму 45 315 тыс. руб.;) ранее судебный спор не возбуждался.

Учитывая статус ФИО7 как единственного участника должника, ее должностное положение заместителя руководителя ООО «ПромТехКомплект», наличие супружеских отношений между ФИО3 и ФИО7, а также обстоятельства, установленные в рамках ранее рассмотренного обособленного спора о привлечении ФИО3, ФИО7 к ответственности в виде убытков (ФИО4 наравне с ФИО3  была  наделена  организационно-распорядительными  и административно-хозяйственными  функциями в ООО «ПромТехКомплект»; характер ответственности ФИО3, ФИО7, в том числе в связи с непередачей документов должника конкурсному управляющему, определен как солидарный), в рассматриваемом случае также следует констатировать солидарный характер ответственности ответчиков.

В соответствии с пунктом 22 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

При указанных обстоятельствах, по мнению судебной коллегии, в рассматриваемом случае обстоятельства и основания требований в достаточной степени отличаются для вывода о возможности привлечения ФИО3, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, независимо от обстоятельств взыскания с них убытков.

Доводы ФИО3, ФИО7 о том, что в обособленном споре о взыскании убытков конкурсный управляющий уже ссылался на обстоятельства причинения должнику убытков непередачей бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей, включая основные средства на сумму 1 799 тыс. руб.; запасы на сумму 45 315 тыс. руб. необоснованны, поскольку в указанном случае конкурсный управляющий действительно ссылался на наличие на стороне ответчиков соответствующей обязанности, установленной как статьей 126 Закона о банкротстве, также и судебным актом (определение Арбитражного суда Самарской области от 25.12.2017), однако не обусловил указанной ссылкой требования о взыскании убытков.

Как указано выше, заявленные в рамках обособленного спора о взыскании убытков требования не включали требований, связанных с утратой активов, перечисленных в бухгалтерском балансе должника на 31.12.2016.

Предметом исковых требований является материально-правовое требование к ответчику. Основанием исковых требований признаются фактические обстоятельства, из которых вытекает право требования истца и на которых истец их основывает. В основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения.

На такое понимание предмета и основания иска указано в пунктах 4 и 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в абзаце 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции».

В рассматриваемом случае, с учетом обстоятельств дела тождества требований не установлено, в связи не имеется оснований для полного отказа в удовлетворении требований заявителя.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, на контролирующих должника лиц, в силу статей 9, 65 АПК РФ возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

В определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244 также сформулирован нижеследующий правовой подход.

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Вместе с тем, ответчики не представили в материалы дела надлежащих доказательств передачи конкурсному управляющему должника в установленный законом срок бухгалтерской и иной документации, а также материальных и иных ценностей полном объеме.

Поскольку презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не опровергнуты, доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника ответчиками не представлено, суд приходит к выводу о наличии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов вследствие действий данных лиц.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом согласно объяснениям конкурсного управляющего действия по формированию конкурсной массы, расчетам с кредиторами не завершены.

Согласно разъяснениям, сформулированным в пункте 41 Постановления №53, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. 

С учетом изложенного, производство по обособленному спору подлежит приостановлению.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 3, ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с принятием нового судебного акта.

Согласно абзацу 6 пункта 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ при подаче апелляционной, кассационной жалобы на определение о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника государственная пошлина не уплачивается.

При указанных обстоятельствах, необходимо возвратить из федерального бюджета уплаченную заявителем государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 16.09.2020 по делу № А55-3819/2017 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПромТехКомплект».

Рассмотрение заявления о привлечении контролирующих лиц должника - ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности в части установления размера субсидиарной ответственности  приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

Возвратить ООО «ПромТехКомплект» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб., уплаченную по платежному поручению от 28.09.2020 № 30.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиА.И. Александров

Г.О. Попова