1031/2022-25099(2) 

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А74-5805/2018

15 ноября 2022 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Первушиной М. А., судей: Бронниковой И.А., Парской Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,  

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи  в помещении Арбитражного суда Красноярского края представителей конкурсного  управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от  24.02.2022, паспорт), публичногого акционерного общества «Россети Сибирь»  

ФИО3 (доверенность от 24.03.2022, паспорт), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного  управляющего акционерного общества «Хакасэнергосбыт» ФИО1  на определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 11 мая 2022 года по делу  

 № А74-5805/2018, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2022 года по тому же делу, 

установил:

Публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая  компания Сибири» (далее – ПАО «МРСК Сибири») обратилось в Арбитражный суд  Республики Хакасия с заявлением о признании несостоятельным (банкротом)  акционерного общества «Хакасэнергосбыт» (далее – АО «Хакасэнергосбыт», должник).  

Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 29 марта 2019 года должник  признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утвержден ФИО1.  

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего к  ПАО «МРСК Сибири» о признании недействительными сделками перечислений с  

расчетного счета должника в пользу ответчика денежных средств в размере  63 616 360 рублей 72 копеек и применении последствий недействительности сделок.  

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего к ответчику о  признании недействительными сделками перечислений с расчетного счета должника в  пользу ответчика денежных средств в размере 223 351 273 рублей 93 копеек и  применении последствий недействительности сделок.  

05.08.2020 в Единый государственный реестр юридических лиц внесены изменения  в отношении наименования ответчика: ПАО «МРСК Сибири» переименовано в  ПАО «Россети Сибирь».  

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 17 декабря 2021 года  объединены в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры по  заявлению конкурсного управляющего к ответчику.  

Конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, в соответствии с  которыми просил признать недействительными сделками перечисления с расчетного  счета должника в пользу ответчика денежных средств в размере 286 091 179 рублей  89 копеек.  

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 11 мая 2022 года,  оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда  от 09 сентября 2022 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Конкурсный управляющий ФИО1 , не согласившись с принятыми по делу  судебными актами, обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с  кассационной жалобой, в которой просит определение от 11 мая 2022 года и  постановление суда апелляционной инстанции от 09 сентября 2022 года отменить,  ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм  материального и процессуального права, и принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований.  

По мнению заявителя кассационной жалобы, списания денежных средств обладают  признаками недействительных сделок, поскольку их результатом является  преимущественное удовлетворение требований ПАО «Россети Сибирь» по сравнению с  иными кредиторами. Выводы судов об отсутствии признаков неплатежеспособности  должника на момент совершения оспариваемых платежей, о неосведомленности  ответчика о признаках неплатежеспособности должника, а так же о том, что оспариваемые  списания денежных средств совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности  

должника, несостоятельны. Все платежи совершались в рамках погашения  задолженности по договору оказания услуг по передаче электроэнергии и мощности   № 188/01 от 01.01.2018, в связи с чем не согласен с выводами судов об отсутствии  взаимосвязи оспариваемых платежей в целях установления стоимостного порога сделки.  

В отзыве на кассационную жалобу ПАО «Россети Сибирь» считает доводы,  изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность  обжалуемых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены  по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного  усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено  лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе  «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в  Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная  жалоба рассматривается в их отсутствие.  

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Республики Хакасия и  Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по  делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения  судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права  при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов,  содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа  приходит к выводу о необоснованности доводов кассационной жалобы и отсутствии  оснований для ее удовлетворения.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, в период с 26.02.2018 по  06.04.2018 с расчетного счета должника в пользу ответчика во исполнение вступивших в  законную силу судебных актов по делам № А74-13937/2016, № А74-2853/2017,   № А74-13/2017, № А74-12870/2016, № А74-1567/2017, № А74-1343/2017 списаны  денежные средства в сумме 223 245 525 рублей 72 копеек.  

В период с 09.04.2018 по 01.04.2019 с расчетного счета должника в пользу  ответчика во исполнение вступивших в законную силу судебных актов по делам   № А74-1343/2017, № А74-14222/2017, № А74-8177/2017, № А74-14999/2017,  

 № А74-13076/2017, № А74-3945/2017 списаны денежные средства в сумме  62 845 654 рублей 17 копеек.  

Полагая, что оспариваемые сделки привели к тому, что ответчику оказано большее  предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения  оспариваемых сделок, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлениями о признании недействительными совершенных в пользу ответчика сделок на  основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных  требований, исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности  обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых перечислений  недействительными сделками.  

Третий арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой  инстанции.  

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за  собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в  отношении удовлетворения требований, если сделка привела к тому, что отдельному  кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении  удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем  было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с  законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного  месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом  (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве и совершенная  должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом  недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и  третьим пункта 1 этой же статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в  отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые  

позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности  имущества (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

Как установлено судами и следует из материалов дела, производство по делу о  банкротстве должника возбуждено 16.04.2018; перечисление денежных средств со счета  должника ответчику производилось в период с 26.02.2018 по 01.04.2019.  

При определении даты совершения оспариваемых сделок суды исходили из  разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 44  Постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений  Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение  обязательств», из которых следует, что зачисление денежных средств на депозитный счет  подразделения судебных приставов в порядке, установленном статьей 70 Федерального  закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»,  свидетельствует о надлежащем исполнении должником денежного обязательства перед  кредитором.  

Судами установлено, что денежные средства зачислялись на депозитный счет  подразделения судебных приставов в день списания со счета должника.  

Таким образом, суды пришли к правильному выводу, что оспариваемые сделки  совершены в пределах периода подозрительности, предусмотренного, как пунктом 2  статьи 61.3 Закона о банкротстве (перечисления на сумму 192 247 004 рубля 74 копейки),  так и пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве (перечисления на сумму  93 844 175 рублей 15 копеек).  

С учетом разъяснений пункта 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) суды верно отметили, что  если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее  чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в  силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана  недействительной, только если: в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами  вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; или имеются иные  условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим  сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в  отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о  признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об  

обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств  (предоставление отступного, зачет и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце  третьем, а в абзаце пятом названного пункта (последний абзац пункта 12 постановления  Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

Наличие у должника признака неплатежеспособности на даты совершения  должником оспариваемых сделок (в период с 26.02.2018 по 14.03.2018) установлено  определением арбитражного суда от 01 августа 2018 года.  

Контрагент, совершивший в преддверии банкротства сделку с предпочтением,  который при этом располагал либо должен был располагать информацией о  неудовлетворительном финансовом состоянии должника, имеет возможность проверить,  получает ли он удовлетворение предпочтительно перед требованиями других кредиторов.  Поэтому такое лицо должно предвидеть и возможное наступление негативных  последствий в виде возврата полученного.  

Таким образом, по сути, в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве речь идет о  вытекающих из общих норм гражданского законодательства правилах защиты  добросовестных лиц, права которых не могут нарушаться при реализации конкурсным  управляющим механизма оспаривания сделок.  

При ином подходе один лишь факт предпочтительного погашения долга может  стать причиной последующего ущемления добросовестной стороны, а именно:  восстановленное требование не предоставит ей права голоса на собраниях кредиторов и  будет удовлетворено только в случае, если у должника останется какое-либо имущество  после удовлетворения требований иных кредиторов третьей очереди (пункт 2 статьи 61.6  Закона о банкротстве).  

Бремя доказывания недобросовестности контрагента должника лежит на  конкурсном управляющем, за исключением случаев совершения должником сделки с  заинтересованным лицом (абзац второй пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).  

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик является  заинтересованным по отношению к должнику лицом, а доказательства осведомленности  ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения  оспариваемых сделок.  

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания  кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное  обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине  невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору  (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника  (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о  признании себя банкротом. Получение кредитором платежа в ходе исполнительного  производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или  после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом  само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности  должника. Само по себе размещение на сайте в картотеке арбитражных дел информации о  возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать  об этом.  

При этом доказательства обращения должника к ответчику с просьбой о  предоставлении отсрочки и/или рассрочки в погашении задолженности конкурсным  управляющим в материалы дела не предоставлены.  

Свидетельств того, что ответчик в спорный период должен был знать о признаке  недостаточности имущества должника (о превышении размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества  (активов)), в деле нет.  

Ответчик не имел возможность ознакомиться с документами, раскрывающими  результаты хозяйственной деятельности должника, состояние расчетов с иными  кредиторами. В деле не имеется и копий публикаций о финансово-экономическом  положении должника, размещенных в открытых источниках.  

Сведения, размещенные в Картотеке арбитражных дел, также свидетельствуют о  том, что требования иных кредиторов в судебном порядке на даты совершения  оспариваемых сделок не рассматривались.  

При этом, даже в случае наличия в отношении должника судебных актов о  взыскании задолженности в пользу иных организаций, наличия информации о  возбужденных исполнительных производствах не означало бы, что ответчик должен был  знать о неплатежеспособности должника, учитывая, что обращение к общедоступной  информации является правом контрагента, но не обязанностью.  

Доказательства публичных сведений о неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника в средствах массовой печати либо в сети Интернет, как установлено  судам, не размещались, доказательства извещения ответчика должником о долге перед  иными кредиторами конкурсным управляющим не представлены; в представленных  бухгалтерских балансах должника размер денежных обязательств не превышает активов  должника, в связи с чем у ответчика отсутствовали безусловные основания для проверки  должника на предмет наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества, а имеющиеся ответчика сведения не позволяли ему установить наличие  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в  соответствии со смыслом, придаваемом данным понятиям статьей 2 Закона о банкротстве.  

В период совершения оспариваемых сделок должник производил погашение  задолженности перед другими кредиторами, что подтверждается оспариванием  конкурсным управляющим значительного числа сделок по перечислению должником  денежных средств в счет исполнения обязательств.  

При таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к правильному выводу, что  на дату совершения оспариваемых сделок ответчик не был информирован о  неплатежеспособности должника, следовательно, действуя разумно и проявляя  требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, ответчик не мог установить  наличие обстоятельств, свидетельствующих о неплатежеспособности должника, в связи с  чем, заключая спорные сделки, не мог знать, о том, что должник отвечает признакам  неплатежеспособности.  

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о  введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании  должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному  опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.  

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании  пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций,  надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать  о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что  должник имеет признаки неплатежеспособности.  

Учитывая изложенное, а также, что процедура наблюдения введена в отношении  должника определением арбитражного суда от 01.08.2018, а сделки на сумму  192 247 004 рубля 74 копейки совершены в период с 26.02.2018 по 14.03.2018, суд также  правомерно признал не доказанным факт того, что ответчику было известно о признаках  неплатежеспособности должника на момент совершения указанных сделок.  

Факт того, что ответчику не было известно о признаках неплатежеспособности  должника в указанный период был также установлен в определении арбитражного суда от  23.09.2020 по настоящему делу (стр. 7 определения), оставленном без изменения в  указанной части постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от  27.12.2021, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от  05.03.2022.  

Относительно оспариваемых конкурсным управляющим платежей на сумму   93 844 175 рублей 15 копеек, совершенных должником в период, предусмотренный  пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, суды пришли к следующему выводу.  

В силу пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и  принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной  деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта  1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по  одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или  обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на  основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.  

При этом, бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне  сделки.  

По общему правилу, платеж, произведенный с просрочкой на основании решения  суда, не может быть признан сделкой, совершенной в процессе обычной хозяйственной  деятельности.  

Действующее законодательство, а также разъяснения вышестоящих инстанций не  содержат определения термина «значительная просрочка платежа» и не раскрывают  понятия конкретного срока, при котором платеж должен считаться совершенным со  значительной просрочкой.  

Критерий «значительности»" является оценочным и значительность просрочки  должна определяться в зависимости от конкретных обстоятельств дела. При этом во  внимание должны приниматься условия договора, из которого возникло исполнение с  просрочкой обязательства, сложившаяся между сторонами практика исполнения договора,  платежная дисциплина должника.  

При возникновении обязательств, во исполнение которых были совершены  оспариваемые конкурсным управляющим сделки, должник обладал статусом  гарантирующего поставщика электрической энергии ( абзац 29 статьи 3 Федерального  

закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об  электроэнергетике).  

Согласно разъяснениям данных в пункте 11, абзаце 5 пункта 28 Основных  положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных  Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения) следует, что гарантирующий поставщик осуществляет свою  деятельность с привлечением сетевой организации, на постоянной основе оказывающей  услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого  хозяйства.  

Судами установлено, что все оспариваемые конкурсным управляющим платежи  производились в рамках заключенного должником и ответчиком договора об оказании  услуг по передаче электрической энергии и мощности от 01.01.2008 № 188/01 и  подписанных к нему дополнительных соглашений.  

Заключение должником и ответчиком указанного договора было обусловлено тем,  что реализация электрической энергии конечным потребителям невозможна без ее  перемещения (передачи, транспортировки) по электрическим сетям.  

Расчеты в рамках обязательств по договору производились, в том числе, в порядке  принудительного исполнения судебных актов.  

Должник регулярно нарушал сроки исполнения обязательств по оплате за  оказанные ответчиком услуги по передаче электрической энергии, производя  перечисление денежных средств только на основании вступивших в силу судебных актов,  что подтверждается сведениями из Картотеки арбитражных дел (дела №№ А74-3311/2015,  А74-5717/2015, А74-7429/2015). Такие просрочки имели место на систематической  основе, а окончательный размер обязательств по оплате устанавливался применительно к  соответствующим расчетным периодам (календарный месяц) по итогам разрешения  гражданско-правовых споров, рассматриваемых, как правило, в течение длительного  времени.  

Осуществление расчетов гарантирующих поставщиков с сетевыми организациями  на основании судебных актов является обычной практикой во взаимоотношениях  указанных субъектов, осуществляющих свою деятельность в сфере электроэнергетики.  

Данное обстоятельство обусловлено не только намерением гарантирующих  поставщиков обеспечить отсрочку исполнения своих денежных обязательств, но и  спецификой взаимоотношений в области электроэнергетики, предполагающей оценку  судом, рассматривающим дело, различных факторов, влияющих на окончательный размер  обязательств по оплате, которые могут существенно отличаться в различных расчетных  

периодах. Общий размер обязательств гарантирующего поставщика при наличии  разногласий по различным точкам поставки электрической энергии зачастую  устанавливается судом в судебных актах, принимаемых по итогам разрешения спора,  исходя из объемов переданной энергии не только с участием сторон договора об оказании  услуг по передаче электрической энергии, но порой с привлечением конечных абонентов  и отдельных сетевых организаций, фактически осуществляющих передачу электрической  энергии с использованием своих объектов электросетевого хозяйства, чьи права могут  быть затронуты судебным актом.  

Именно поэтому действующее законодательство рассматривает неустойку,  начисляемую за нарушение сроков внесения платежей в сфере электроэнергетики, как  средство, исключающее фактическое кредитование. В пояснительной записке,  прилагаемой к Федеральному закону от 03.11.2015 № 307-ФЗ «О внесении изменений в  отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением  платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов», в стадии проекта,  указано, что его принятие направлено на стимулирование потребителей надлежащим  образом исполнять обязательства в сфере энергетики и на предотвращение ситуаций  фактического кредитования потребителей за счет гарантирующих поставщиков,  энергосбытовых и сетевых компаний.  

Таким образом, учитывая изложенное, суды пришли к правильному выводу о том,  что платежи с просрочкой для должника носили характер обычной хозяйственной  деятельности.  

Просрочка оплаты по договору за периоды, по которым задолженность была  взыскана судебными актами по делам №№ А74-13937/2016, А74-2853/2017, А74-13/2017,  А74-12870/2016, А74-1567/2017, А74-1343/2017, А74-1343/2017, А74-14222/2017,  

А74-8177/2017, А74-14999/2017, А74-13076/2017, А74-3945/2017 свидетельствует об  отсутствии признаков отступления должника от привычной схемы расчетов по  обязательствам. В таких обстоятельствах совершение спорных платежей с просрочкой на  основании судебных актов не свидетельствует об экстраординарном характере  соответствующих сделок независимо от того, что перечисление денежных средств во  исполнение судебных актов было осуществлено ни должником, а органами  принудительного исполнения.  

Ответчик являлся вынужденным кредитором должника, поскольку в силу  императивного правового регулирования не имел возможности отказаться от заключения  публичного договора, либо изменить условия этого договора, предусмотрев, например,  оказание соответствующих услуг только после получения предварительной оплаты. Иного  

способа получения причитающихся платежей, кроме как в судебном порядке, у ответчика  не было.  

Таким образом, как правильно указали суды, спорные платежи были осуществлены  в рамках сложившейся практики взаимоотношений должника и ответчика для целей  обеспечения бесперебойного процесса оказания услуг абонентам, поэтому такие сделки,  вне зависимости от допущенной просрочки и принудительного характера платежей (на  основании решений судов), применительно к обстоятельствам конкретного спора, следует  признать совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.  

Для применения пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве должны быть в наличии  одновременно два следующих условия: сделка по передаче имущества должна быть  совершена должником в обычной хозяйственной деятельности; цена имущества,  переданного по оспариваемой сделке, не должна превышать одного процента стоимости  активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за  последний отчетный период.  

В материалы дела представлена копия бухгалтерского баланса должника за 

2017 год, согласно которому стоимость активов должника за 2017 год составляет  2 855 000 000 рублей, соответственно один процент от указанной суммы28 550 000 рублей.  

Установив, что совершенные в течение одного месяца до принятия арбитражным  судом заявления о признании должника банкротом и после возбуждения дела о  банкротстве должника платежи в пользу ответчика не превышают одного процента  стоимости активов должника, суды пришли к правомерному выводу, что основания для  признания недействительными сделок, совершенных в указанный период, отсутствуют.  

Довод конкурсного управляющего о взаимосвязанности платежей по делам   №№ N А74-8177/2017, А74-14999/2017 на сумму 28 129 773 рублей 67 копеек правомерно  отклонен судом, так как размер указанных платежей не превышает одного процента  активов должника за 2017 год (28 550 000 рублей).  

В судебной практике выделен ряд признаков, наличие которых позволяет судить о  взаимосвязанности сделок, однако ни один из них не является определяющим. В связи с  этим для установления взаимосвязанности сделок необходимо рассматривать данные  признаки в совокупности с другими обстоятельствами конкретного дела.  

Платежи как действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых  обязательств, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве,  фактически выражают волю только плательщика на исполнение обязательства. В случае  совершения платежей на основании инкассовых поручений судебных приставов- 

исполнителей воля должника как плательщика может проявляться только в зачислении на  свой расчетный счет денежных средств в конкретные даты для их последующего  списания.  

Данные платежи могут быть признаны взаимосвязанными сделками в значении,  придаваемом пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, в том случае, если они  совершены в целях искусственного дробления платежей для обхода правила о пороговом  значении в размере одного процента стоимости активов должника, а также в иных  подобных случаях.  

Поэтому нельзя признавать взаимосвязанными сделками платежи по договорам  только по тому критерию, что они совершены разными платежными документами, но во  исполнение конкретного обязательства должника за один расчетный период.  

При определении взаимосвязанности сделок конкурсный управляющий также не  учитывает, что в настоящем обособленном споре им в качестве сделок оспариваются  сделки по списанию денежных средств со счета должника, которые в дальнейшем  перечислялись ответчику во исполнение нескольких судебных актов, которые  конкурсным управляющим как взаимосвязанные сделки не рассматриваются.  

Конкурсным управляющим рассматриваются в качестве взаимосвязанных сделок  перечисления денежных средств с депозитного счета службы судебных приставов на счет  ответчика отдельно по каждому судебному акту. При этом платежи по перечислению  денежных средств с депозитного счета службы судебных приставов в настоящем  обособленном споре им не оспариваются.  

Кроме того, судом также учтено то, что списание денежных средств во исполнение  указанных судебных актов осуществлялось как в пределах периода подозрительности,  предусмотренного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, так и пунктом 3 статьи  61.3 Закона о банкротстве.  

Так во исполнение решения арбитражного суда по делу № А74-13937/2016 со счета  должника денежные средства были списаны платежными поручениями от 26.02.202018,  28.02.2018, 14.03.2018, 27.03.2018.  

Во исполнение решения арбитражного суда по делу № А74-13/2017 - платежными  поручениями от 26.02.2018, 28.02.2018, 14.03.2018, 27.03.2018.  

Во исполнение решения арбитражного суда по делу № А74-2853/2017 -  платежными поручениями от 26.02.2018, 28.02.2018, 14.03.2018.  

По делу № А74-14222/2017 все платежи прошли в период с 09.04.2018 по  01.04.2019.  

При этом, как уже было указано выше, суды пришли к выводу, что основания для  признания сделок недействительными по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве  отсутствуют, в связи с чем, применение в данном конкретном случае нормы пункта 2  статьи 61.4 Закона о банкротстве о взаимосвязанных сделках фактически приведет к  обходу требований пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, что в свою очередь  позволит признать недействительными сделками сделки по получению добросовестным  ответчиком денежных средств за оказанные им должнику услуги.  

При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы  дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному  выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств,  необходимых для признания оспариваемых перечислений недействительными сделками, в  связи с чем правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.  

Доводы кассационной жалобы фактически повторяют доводы, изложенные в суде  первой и апелляционной инстанции, указанные доводы судами рассмотрены и им дана  надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебных актах. Указанные доводы не  могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не  опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о  неправильном применении норм материального и процессуального права, а фактически  направлены на переоценку установленных при рассмотрении дела судом первой и  апелляционной инстанций обстоятельств, что в силу требований статьи 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо в суде кассационной  инстанции, поэтому Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа указанные доводы  не могут быть приняты во внимание.  

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебных актов, не установлено.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно –  Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда  Республики Хакасия от 11 мая 2022 года по делу № А74-5805/2018 и постановление  Третьего арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2022 года по тому же делу  основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств,  приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на  основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.  

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела  на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.  

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 11 мая 2022 года по делу  № А74-5805/2018, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда 

от 09 сентября 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу -  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий М.А. Первушина  

Судьи И.А. Бронникова  Н.Н. Парская