ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

25.01.2021 года                                                                  дело № А35-10448/2017

г. Воронеж                                                                                                                             

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18.01.2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25.01.2021 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                                       Пороника А.А.

судей                                                                                                    Малиной Е.В.

                                                                                                          Протасова А.И.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии:

от конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Курская мостостроительная фирма «Строймост» ФИО2, иных лиц, участвующих в деле: не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Курская мостостроительная фирма «Строймост» ФИО2

на определение Арбитражного суда Курской области от 06.11.2020 по делу № А35-10448/2017,

по заявлению конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Курская мостостроительная фирма «Строймост» к гражданину РФ ФИО3 о признании сделки недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Курская мостостроительная фирма «Строймост» (г. Курск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

02.11.2017 общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Регионоптсервиспоставка» (далее – ООО «Фирма «Регионоптсервиспоставка») обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании открытого акционерного общества «Курская мостостроительная фирма «Строймост» (далее – должник, ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост») несостоятельным (банкротом).

10.11.2017 указанное заявление было принято к производству.

17.01.2018 (рез. часть от 11.01.2018) заявление признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4.

07.02.2019 (рез. часть от 31.01.2019) ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

29.01.2020 конкурсный управляющий ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением к гражданину РФ ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о признании недействительным соглашения от 01.11.2017 о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017.

13.03.2020 (рез. часть от 10.03.2020) арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост», конкурсным управляющим должником утверждена ФИО6.

14.09.2020 арбитражный управляющий ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост».

30.09.2020 конкурсным управляющим ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Курской области от 06.11.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о признании недействительной сделки должника – соглашения от 01.11.2017 о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017, заключенного между ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» и ФИО3, и применении последствий ее недействительности отказано, распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой (с учетом уточнения), в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий ссылался на то, что 01.02.2018 ФИО7 была принята на работу в ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» на должность заместителя начальника юридического отдела, в связи с чем, довод суда первой инстанции о том, что ФИО3 исполняла трудовые обязанности юридического характера должника единолично, не соответствует действительности. В свете отсутствия хозяйственной деятельности ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» следует вывод о том, что определенная трудовым договором заработная плата не соответствует размеру полученного должником встречного исполнения ФИО3 обязанностей, предусмотренных трудовым договором. Выплата несоразмерно высокой заработной платы без равноценного встречного обеспечения привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов, уменьшению объема денежной массы должника.

13.01.2021 (дата регистрации) посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложениями, в котором ответчик просил обжалуемое определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В отзыве ответчик указывал на то, что трудовой договор с ФИО7 был заключен в лице нового генерального директора ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» ФИО8 через два дня после назначения его на должность руководителя. Согласований с ФИО3 о необходимости привлечения новых сотрудников в период наблюдения генеральным директором ФИО8 не производилось. Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что должностной оклад ответчика превышал размер средней заработной платы по аналогичной должности по Курской области, что ФИО3 привлекалась к дисциплинарной ответственности за неисполнение должностных обязанностей, что ее квалификация не соответствует должности и окладу. На момент заключения дополнительного соглашения от 01.11.2017 к трудовому договору № 42 от 02.05.2017 у ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» имелось как минимум два действующих контракта по строительству социально-значимых объектов. Приказом от 01.11.2017 было произведено увеличение должностных окладов главному бухгалтеру ФИО9, начальнику юридического отдела ФИО3, бухгалтеру-кассиру ФИО10 Увеличение должностных окладов произошло в связи с увольнением сотрудников юридического отдела, бухгалтерии, в результате чего увеличился объем работ. Кроме того, ни заработная плата за период с 01.03.2018 по 28.02.2019, ни компенсация не неиспользованный отпуск, ни выходное пособие выплачены не были.

15.01.2021 посредством сервиса подачи документов «Мой арбитр» от конкурсного управляющего поступила уточненная апелляционная жалоба (уточнение просительной части по государственной пошлине).

18.01.2021 посредством факсимильной связи от Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Курской области поступило мнение уполномоченного органа на апелляционную жалобу, в котором ФНС России не возражала против удовлетворения жалобы конкурсного управляющего.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. При этом от конкурсного управляющего и уполномоченного органа поступили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие их представителей.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Поступившие документы были приобщены судом к материалам дела.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзыва и мнения на нее, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02.05.2017 между ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» и ФИО3 был заключен трудовой договор с размером оклада 40 000 руб. в месяц (т. 1 л.д. 46 – 51).

01.11.2017 между ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» и ФИО3 было заключено соглашение о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017, в соответствии с которым были внесены изменения в пункт 4.1 трудового договора, установлен оклад в размере 63 250 руб. в месяц (т. 1 л.д. 52).

Полагая, что соглашение от 01.11.2017 о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017 направлено на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы, принятие на себя дополнительных долговых обязательств, уменьшение активов должника, конкурсный управляющий должником обратился в суд с настоящим заявлением о признании указанного соглашения недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 ГК РФ.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Требование арбитражного управляющего о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке. Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

Иск о признании подозрительной сделки недействительной направлен на защиту прав кредиторов, понесших от данной сделки имущественные потери, независимо от того, кем этот иск подан – арбитражным управляющим или одним из кредиторов.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться выплата заработной платы, в том числе премии.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (п. 8 Постановления № 63).

В связи с чем, в качестве специального основания недействительности сделки, совершенной должником, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает наличие неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, которая совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании его банкротом или после принятия такого заявления.

Лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать следующие обстоятельства: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств.

Пунктом 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось ранее, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» возбуждено 10.11.2017, поэтому соглашение от 01.11.2017 о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017 может быть признано подозрительной сделкой на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно п. 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если присутствуют одновременно два следующих признака: 

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Исходя из статьи 1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

В силу статьи 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно статье 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Оклад (должностной оклад) – фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Основной обязанностью работодателя является обеспечение работникам равной оплаты за труд равной ценности, выплата заработной платы в полном объеме и в установленные сроки (статья 22 ТК РФ). Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 ТК РФ зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.

В силу статей 132 и 135 ТК РФ установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В нарушение статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлены доказательства несоответствия квалификации и профессиональных качеств ФИО3 установленному размеру заработной платы. Не представлены доказательства, свидетельствующие о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащем исполнении (привлечении к дисциплинарной и иной ответственности) ответчиком обязанностей, предусмотренных трудовым договором.

При этом ФИО3 представлены доказательства, подтверждающие ее квалификацию и профессиональные качества (копия диплома, копия трудовой книжки), а также доказательства, подтверждающие значительное увеличение объема работы.

В частности, с 02.05.2017 по 28.02.2019 ФИО3 работала в ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» в должности начальника юридического отдела на основании трудового договора № 42 от 02.05.2017.

22.09.2017 по собственному желанию был уволен юрисконсульт ФИО11, что подтверждается представленной в материалы дела копией трудовой книжки (т. 1 л.д. 91 – 92). 

Иных работников в юридическом отделе, помимо ФИО3, на дату совершения спорной сделки (01.11.2017) у должника не имелось.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

При этом ссылка на заключение 01.02.2018 трудового договора с ФИО7 (в качестве зам. начальника юр. отдела) не опровергает указанные ранее обстоятельства. 

В связи с чем, фактически ФИО3 осталась исполнять трудовые обязанности юридического характера должника единолично. Более того, исходя из пояснений ФИО3, ею фактически исполнялись обязанности заведующего административно-хозяйственного отдела.

29.09.2017 ФИО3 обратилась со служебной запиской на имя генерального директора ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» ФИО12 с просьбой об увеличении размера должностного оклада (т. 1 л.д. 93) в связи с увеличением объема должностных обязанностей.

Приказом № 184 от 01.11.2017 (т. 1 л.д. 94), подписанным генеральным директором ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост», начальнику юридического отдела ФИО3 с 01.11.2017 установлен оклад в размере 63 250 руб.

Конкурсным управляющим указывалось на прекращение производственно-хозяйственной деятельности должника, в связи с чем, по его мнению, выполнение большей части обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией, не требовалось.

Между тем, само по себе отсутствие необходимости осуществлять все трудовые функции, предусмотренные должностной инструкцией начальника юридического отдела, вопреки доводам конкурсного управляющего, не свидетельствует о неравноценном встречном исполнении, поскольку работником исполнялись те обязанности, в которых нуждался работодатель в конкретный период времени.

Кроме того, согласно материалам дела, на момент заключения дополнительного соглашения от 01.11.2017 к трудовому договору № 42 от 02.05.2017 у ОАО «Курская мостостроительная фирма «Строймост» имелись действующие контракты по строительству социально-значимых объектов, в частности, муниципальный контракт № 014430001851600000_154541 от 24.08.2016, заключенный с Администрацией Медвенского района Курской области, на выполнение работ «под ключ» по организации строительства объекта «Средняя общеобразовательная школа в поселке Медвенка Курской области (I этап)» (окончание работ – 20.12.2017), муниципальный контракт от 07.10.2016 № 21, заключенный с муниципальным образованием городом Мценском в лице Управления жилищно-коммунального хозяйства Администрации г. Мценска, на реконструкцию моста через р. Зуша по ул. Карла Маркса города Мценска Орловской области с соответствии с проектной документацией (срок исполнения обязательств до 25.12.2017).

Доказательства того, что в момент заключения спорной сделки иное лицо исполняло те же самые обязанности, что и ФИО3, конкурсным управляющим не представлены, равно как и доказательства того, что ФИО3 исполняла трудовые обязанности по отношению к иному работодателю.

Таким образом, арбитражный суд пришел к верному выводу о том, что оснований для признания сделки недействительной по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, не имеется, поскольку присутствовало встречное исполнение ответчиком трудовых обязанностей.

Более того, конкурсным управляющим не доказана вся совокупность признаков для признания оспариваемой сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела не подтверждено наличие у сторон при совершении оспариваемой сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также не доказан сам факт причинения такого вреда кредиторам.

Конкурсным управляющим не представлено каких-либо конкретных доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, в результате совершения оспариваемой сделки.

Само по себе увеличение заработной платы сотруднику должника, имевшее место с течением времени, не может являться свидетельством чрезмерности оплаты труда и стремления путем формирования значительной задолженности причинить вред кредиторам. Увеличение должностного оклада обосновано, было вызвано объективными факторами.

Как указывалось выше, заключение дополнительного соглашения о повышении должностного оклада было вызвано значительным увеличением объема работы ФИО3 ввиду увольнения по собственному желанию юрисконсульта юридического отдела.

Помимо прочего, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (заинтересованность или аффилированность сторон).

Пунктом 17 Постановления № 63 разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4 Постановления № 63).

Гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 ГК РФ).

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

Общие начала недопустимости злоупотребления правами закреплены в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно положениям которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений по их применению, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Из положений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 10 Постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Учитывая отсутствие достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника установленному для него размеру заработной платы, а также документов, свидетельствующих о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащем исполнении ФИО3 обязанностей, предусмотренных трудовым договором и должностной инструкцией, у суда обоснованно отсутствовали основания полагать, что данная сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторам и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Действия ФИО3 при выполнении своих трудовых функций являются добросовестными и отвечающим требованиям статьи 10 ГК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки должника недействительной.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что вывод суда первой инстанции о том, что ФИО3 исполняла трудовые обязанности юридического характера должника единолично, не соответствует действительности, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку трудовой договор с ФИО7, которая была принята на должность заместителя начальника юридического отдела с окладом в 57 470 руб. в месяц, заключен 01.02.2018, а соглашение о внесении изменений в трудовой договор № 42 от 02.05.2017 датировано 01.11.2017.

Более того, оспариваемое соглашение от 01.11.2017 подписано со стороны должника генеральным директором ФИО12, тогда как материалами обособленного спора (оспаривание сделки с ФИО7) по делу № А35-10448/2017 (в частности определением от 06.11.2020, вступившим в законную силу) подтверждено, что договор с ФИО7 01.02.2018 заключил иной генеральный директор – ФИО8 Также суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то обстоятельство, что из заявления конкурсного управляющего следует, что приказами № 7 от 29.01.2018 и № 9 от 31.01.2018 сокращено 108 штатных единиц (при этом на декабрь 2017 года имелась задолженность перед 205 работниками), на 25.06.2018 количество работников составляло 27 человек (1 и 2 листы заявления от 29.01.2020). Указанные обстоятельства также предполагают значительный объем работ, выполнение которых находится в сфере деятельности юридического отдела должника. 

Довод заявителя жалобы о том, что установленная заработная плата начальника юридического отдела является несоразмерно высокой, является несостоятельным, в т.ч. по указанным ранее основаниям. Также в материалы дела не представлено доказательств того, что должностной оклад ФИО3 превышал размер средней заработной платы по аналогичной должности по Курской области или ответчик привлекался к дисциплинарной ответственности за неисполнение должностных обязанностей или квалификация ФИО3 не соответствует должности и окладу. 

Также суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных ТК РФ.

Одной из таких государственных гарантий является гарантия индексации оплаты за труд, направленная на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности (статьи 2, 130 и 134 ТК). Данная гарантия действует не только в отношении работников государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, но и в отношении иных работников, заключивших трудовые договоры с работодателями, осуществляющими предпринимательскую и иную экономическую деятельность (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 № 913-О-О, от 29.05.2019 № 1269-О и др.).

Другой гарантией является компенсация за выполнение дополнительной работы в виде денежной доплаты (статья 151 ТК РФ).

В ходе рассмотрения настоящего дела конкурсный управляющий должником не оспаривал факт исполнения ФИО3 трудовой функции, не ссылался на ее аффилированность по отношению к должнику либо лицам, контролирующим последнего. Из материалов дела не усматривается, что ФИО3 занимала должность, относящуюся к числу руководящих должником.

Возражая по требованию управляющего, ФИО3 обращала внимание суда на то, что повышение ее должностного оклада было направлено не на причинение вреда кредиторам должника, а на предоставление доплаты ввиду увеличения объема работы (статья 151 ТК РФ). ФИО3, в частности, указывала на то, что 22.09.2017 по собственному желанию был уволен юрисконсульт ФИО11, иных работников в юридическом отделе, помимо ФИО3, на дату совершения спорной сделки у должника не имелось.

Увеличение причитающихся работнику выплат, осуществленное работодателем в преддверии банкротства и в процедурах несостоятельности в пределах индексации заработной платы, предоставления компенсации за выполнение дополнительной работы, не может быть квалифицировано как недействительная подозрительная сделка.

Более того, для признания дополнительного соглашения к трудовому договору недействительным на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве следовало, по меньшей мере, установить существенную неравноценность встречного исполнения со стороны работника путем сравнения спорных условий о повышении его должностного оклада с аналогичными соглашениями, заключавшимися, в том числе иными участниками оборота (пункт 8 Постановления № 63). Цель причинения вреда кредиторам отсутствует в ситуации, когда заработная плата обычного работника повышена так, что она существенно не отличается от оплаты за труд по аналогичной должности, которую получают на других предприятиях, схожих с должником по роду и масштабу деятельности.

При этом в рассматриваемом случае повышенная заработная плата существенно не отличается от вознаграждения, которое выплачивали юристам иные работодатели, осуществляющие деятельность в том же регионе и на том же рынке.

Доказательств обратного заявителем жалобы представлено не было.

Данный вывод подтверждается правовыми позициями, изложенными в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7), постановлениях арбитражных судов: Северо-Кавказского округа от 20.06.2019 по делу № А32-901/2018; Северо-Западного округа от 17.02.2020 по делу № А56-42681/2017; Московского округа от 11.12.2020 по делу № А40-38421/2013; Дальневосточного округа от 15.05.2019 по делу № А51-26703/2015; Центрального округа от 27.03.2018 по делу № А09-1182/2016.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель жалобы не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. основаны на ошибочном толковании норм материального права.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

В силу положений ст. 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Расходы за рассмотрение апелляционной жалобы в виде государственной пошлины в размере 3 000 руб. относятся на заявителя и возврату из федерального бюджета не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 271 – 272 АПК РФ,  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 06.11.2020 по делу № А35-10448/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                              А.А. Пороник

 

Судьи                                                                                                     Е.В. Малина

 

       А.И. Протасов