АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru    

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-9514/2017

16 февраля 2018 года

г. Сыктывкар

Резолютивная часть решения объявлена 09 февраля 2018 года, 

решение в полном объёме изготовлено 16 февраля 2018 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи  Босова А.Е.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания 

секретарём судебного заседания ФИО1  

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску 

общества с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой» 

(ИНН:  

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к управлению культуры и туризма муниципального района «Печора»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о взыскании штрафа и неустойки,

при участии представителей

от истца: ФИО2 по доверенности от 01.01.2018 № 02,

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 19.01.2018 № 72

и установил:

общество с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой» (далее — Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к Управлению культуры и туризма муниципального района «Печора» (далее — Управление) о взыскании 826 756 рублей 20 копеек штрафа и 79 852 рублей 42 копеек неустойки по муниципальному контракту от 17.07.2014 № 0107300015514000001-0179419-01.

Истец несколько раз изменял заявленные требования в порядке, предусмотренном статьёй 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), и финальные требования (от 06.02.2018 № 15), принятые судом, как не противоречащие закону и не нарушающие прав других лиц, сводились к следующему: взыскать с Управления 620 067 рублей 15 копеек штрафа, предусмотренного пунктом 15.2 названного контракта (по 206 689 рублей 05 копеек за каждое из трёх нарушений пунктов 4.2.3, 20.2 и 1.5 контракта), и 79 852 рубля 42 копейки законной неустойки за период с 14.08.2015 по 09.06.2017.

Исковые требования основаны на вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Республики Коми от 29.06.2016 по делу № А29-8323/2015, которым, по мнению Общества, подтверждаются факты нарушения перечисленных пунктов контракта.

Более детально, со ссылкой на переписку контрагентов в 2013 — 2018 годах, позиция истца изложена в пояснениях от 07.02.2018 № 16 и № 16/1.

При первоначально заявленных и поддержанных в предварительном судебном заседании требованиях истец также настаивал на назначении судебной строительно-технической экспертизы (т. 5, л.д. 72 — 86, 94 — 108), перед которой предлагал поставить следующий вопрос: «Управлением культуры и туризма муниципального района «Печора» передана Обществу с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой» на весь период выполнения работ строительная площадка, пригодная для производства работ по Муниципальному контракту № 0107300015514000001-0179419-01 на выполнение работ по строительству объекта «Социально-культурный центр с универсальным залом на 100 мест в составе историко-культурного комплекса в деревне Бызовая» от 17.07.2014?».

Отзывом от 29.09.2017 № 851 (т. 5, л.д. 114 — 117) ответчик отклонил иск, также сославшись на вступившее в законную силу постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 07.12.2015 по делу № А29-2501/2015, которым установлено, что Общество полностью не выполнило работы, предусмотренные спорным контрактом, к установленному сроку (20.12.2014). При доказанности данного обстоятельства исключается возможность привлечь заказчика к имущественной ответственности.

Кроме того, контракт считается расторгнутым в одностороннем порядке по инициативе заказчика с 11.02.2015, поэтому кредитор не вправе требовать уплаты имущественных санкций, образовавшихся до момента расторжения договора (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 104 «Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств»).

В ходатайстве от 03.10.2017 № 860 (т. 5, 109 — 113) ответчик также просил провести судебную строительно-техническую экспертизу для определения объёма фактически выполненных работ по контракту, а также того, достаточен ли был объём переданной проектно-строительной документации для осуществления производства работ по контракту.

После уточнения иска представитель Общества отказался от ранее заявленного ходатайства о назначении экспертизы, поскольку, с учётом принятых уточнений, обстоятельства, подлежащие доказыванию, могут быть установлены судом без проведения специального исследования.

Представитель Управления в судебном заседании поддержал возражения на иск, изложенные в отзыве, и ходатайство. Ответчик также просил привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Пилон» (далее — Компания; она была привлечена в качестве третьего лица в деле № А29-2501/2015). Истец возражал против удовлетворения обоих ходатайств. 

Выслушав доводы сторон, суд не нашёл оснований для удовлетворения ходатайств ответчика, при этом суд исходил из предмета доказывания и объёма подлежащих установлению в данном деле обстоятельств (с учётом вступивших в силу судебных актов и принципа правовой определённости) и действовал во исполнение обязанности создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств (часть 2 статьи 9 АПК РФ) и для безусловной реализации права сторон на справедливое судебное разбирательство в разумный срок (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пункт 3 статьи 2 АПК РФ).

По аналогичным основаниям, а также в силу статьи 66 АПК РФ судом отклонено и ходатайство истца от 07.02.2018 № 16 об истребовании у ответчика приказа или иного документа, подтверждающего полномочия ФИО4 осуществлять строительный контроль с 27.09.2014 по 02.11.2014.

Изучив материалы дела, в том числе и судебные акты по делам№ А29-8323/2015 и А29-2501/2015, суд установил следующее.

Управление (заказчик) и Общество (подрядчик) заключили поименованных контракт (т. 1, л.д. 20 — 56), в силу пункта 3.1 которого работы должны быть выполнены в срок с момента подписания контракта до 20.12.2014. 

Заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять и оплатить работы на условиях, предусмотренных контрактом (пункт 1.5).

Согласно пункту 4.2.3 контракта заказчик также принял на себя обязательство принимать работы в порядке, предусмотренном разделом 5 контракта, то есть в течение пяти дней после предоставления подрядчиком актов КС-2, справок КС-3 и исполнительной документации подписать их или направить мотивированный отказ в полной или частичной приёмке работ (пункт 5.2).

На основании пункта 20.2 контракта любое уведомление даётся в письменной форме в виде электронного письма, факсимильного сообщения, телефонограммы или отправляется заказным письмом получателю по его юридическому адресу.

В пункте 15.2 контракта предусмотрена ответственность заказчика за просрочку обязательств в размере 1/300 ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации (действующей на дату уплаты пеней) от не уплаченной в срок суммы за каждый день просрочки. За ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки, установлен штраф в размере 206 689 рублей 05 копеек.

Общество предъявило к приёмке выполненные работы (по состоянию на ноябрь 2014 года) и направило Управлению акт КС-2 от 10.11.2014 № 1 на сумму 399 346 рублей, составленный за период с 17.07.2014 по 10.11.2014, справку КС-3 от 10.11.2014 № 1, а также акты освидетельствования скрытых работ.

Управление отказало в приёмке работ в связи с представлением подрядчиком неполного пакета документов (письма от 24.11.2014 № 1101 и 1125).

Решением от 23.12.2014 № 1331 заказчик в одностороннем порядке (пункт 18.6 контракта) отказался от исполнения контракта в связи с нарушением подрядчиком сроков выполнения работ и ненадлежащим исполнением обязательств. Информация о расторжении контракта опубликована на электронной торговой площадке 31.12.2014 и 11.02.2015 (повторно). Решение не было направлено Обществу по юридическому адресу или адресу, указанному в договоре, поэтому отправление не было получено адресатом и возвращено 31.01.2015.

Исполнение контракта фактически прекращено. Оплата работ по акту от 10.11.2014 № 1 не произведена, поэтому в рамках дела № А29-8323/2015 с Управления в пользу Общества взыскана задолженность в сумме 399 346 рублей и договорная неустойка за период с 22.12.2014 по 13.08.2015.

В решении от 29.06.2016 по делу № А29-8323/2015 суд сделал следующие выводы:

-доказательства выполнения всех предусмотренных контрактом работ в установленный в нём срок не представлены, отказ Управления от исполнения контракта по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), является обоснованным;

-исполнение контракта фактически прекращено, уведомление об одностороннем расторжении контракта размещено на электронной площадке в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе);

-Управление не исполнило ряд обязательств, предусмотренных в пункте 4.2 контракта (передать подрядчику проектно-сметную документацию и геодезическую основу); 

-представленная Управлением проектно-сметная документация разработана не в полном объёме и не в полном соответствии с условиями договора.

В постановлении от 07.12.2015 по делу № А29-2501/2015, которое являлось предметом проверки суда округа (постановление от 20.05.2016) и оставлено им без изменения, суд второй инстанции пришёл к выводу об удовлетворении исковых требований Управления и взыскании с Общества неустойки за неисполнение муниципального контракта. В частности, апелляционный суд исходил из следующих установленных им обстоятельств:

-из дела не следует, что представленные заказчиком документы для строительства, не соответствуют требованиям, предъявляемым к ним;

-ни в суде первой, ни в суде второй инстанции Общество не ходатайствовало о назначении экспертизы с целью определения возможности выполнения муниципального контракта по той документации, которая была ему представлена;

-вина Общества в невыполнении муниципального контракта подтверждена в отзыве Компании, которая осуществляла строительный контроль над выполнением работ по строительству спорного объекта, на Управлении же, напротив, не лежит вины, о чём свидетельствуют протоколы совещания по вопросу строительства объекта.

При рассмотрении настоящего дела в судебном заседании 23.01.2018 по ходатайству ответчика была допрошена в качестве свидетеля ФИО5 — директор Компании, которая, отвечая на вопросы сторон и суда, пояснила, что вся необходимая для заключения контракта и строительства документация была размещена на электронной площадке. Здание по этой документации построить было можно. Свидетель имеет 34-летний опыт работы в строительстве, поэтому сочла себя не вправе категорично оценивать фактически выполненные работы в отсутствие экспертного исследования, но при этом сообщила, что результатами работ лично она побоялась бы воспользоваться, поскольку, например, обвязочный брус должен был быть клеёный (200*200 миллиметров), однако фактически был установлен брус естественной влажности, причём 150*150 миллиметров. Для определения данного обстоятельства наличие специальных знаний или проведение экспертного исследования не требуется — достаточно произвести осмотр и элементарные замеры. Свидетель также отметила, что общий журнал работ постоянно скрывался Обществом и был представлен лишь суду апелляционной инстанции.

Названный журнал по предложению суда был предоставлен Обществом. Суд вместе с представителями сторон исследовал этот документ с соблюдением принципа непосредственности (часть 1 статьи 10 АПК РФ). Возникшие у ответчика сомнения в нарушении истцом целостности журнала и наличии в нём записей, внесённых неустановленным лицом, устранены. 

При рассмотрении настоящего спора суд исходил из того, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней) — определённой законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 329 и пункт 1 статьи 330 ГК РФ). 

Неустойка является одним из средств защиты имущественных интересов кредитора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником. Длящиеся нарушения (просрочки) обычно компенсируются неустойкой в виде пеней — периодически начисляемых сумм за определённый период просрочки. Штрафы предусматриваются для разового нарушения обязательства (должник обязывается к однократной выплате конкретной (паушальной) суммы). Штрафная неустойка взыскивается сверх убытков и используется в обороте в тех случаях, когда кредитору, связанному встречным обязательством, критически важно стимулировать должника к надлежащему исполнению его обязательства.

Требование о взыскании тройной суммы штрафа за нарушение обязательств, предусмотренных пунктами 4.2.3, 20.2 и 1.5 контракта, заявлено Обществом на основании пункта 15.2 контракта. 

При оценке имеющихся доказательств суд не разрешал вопрос об устранении конкуренции между судебными актами, которые приняты по делам № А29-2501/2015 и А29-8323/2015 и имеют одинаковую юридическую силу как для сторон, так и для суда. 

Противоречия, которые возникли между сторонами, опирающимися в правовой оценке на два этих акта, разрешены судом при совокупном соблюдении принципа преюдиции (часть 2 статьи 69 АПК РФ), а также правил толкования договора (статья 431 ГК РФ) и правил оценки доказательств (статьи 71 и 162 АПК РФ), поскольку в данном случае поименованные судебные акты представляют собой особые виды доказательств, то есть сведений о фактах (статья 64 АПК РФ), не подлежащих дополнительной проверке на относимость, допустимость, достоверность и достаточность.

Таким образом, при толковании контракта суд исходил из необходимости выяснить действительную общую волю сторон с учётом цели договора и ориентировался при этом на практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон и их поведение во время исполнения договора и после его прекращения.

В пункте 1.5 контракта, включённом в раздел 1 («Предмет контракта»), в сжатом виде сформулировано установленное законом ординарное обязательство заказчика (пункт 1 статьи 740 ГК РФ). Соответствующим образом формализовано и встречное обязательство подрядчика (пункты 1.2 — 1.4 контракта). Обязательство заказчика детализировано контрагентами для целей данного контракта в пунктах 4.2 и 5.2 контракта (раздел 5 — «Сдача и приёмка работ»).

Из структуры договора, отражающей его внутреннюю логику, формулировок спорных пунктов и очевидной цели подрядчика, вступившего без порока воли (пункт 2 статьи 1 ГК РФ) в контрактные отношения с заказчиком для извлечения прибыли, следует, что обязательство, закреплённое в пункте 4.2.3 контракта, является дополнительным по отношению к основному обязательству заказчика — оплатить работы.

Из решения от 29.06.2016 по делу № А29-8323/2015 видно, что штраф (пункт 15.2) взыскан за неисполнение, по крайней мере, двух обязательств, предусмотренных в пункте 4.2 контракта: пунктов 4.2.2 (передать проектно-сметную документацию) и 4.2.7 (передать геодезическую основу). Следовательно, при рассмотрении этого дела суд также истолковал контракт и пришёл к выводу о том, что штраф не взыскивается отдельно за неисполнение акцессорных обязательств. Данный вывод согласуется с позицией, изложенной в пункте 37 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

В условиях, когда контракт расторгнут, работы Обществом выполнены не в полном объёме, в отношении фактически осуществлённых работ имеется судебное решение о соответствующем взыскании в пользу подрядчика, при этом вина Управления в срыве строительства социально значимого объекта не установлена, истец в любом случае не имеет никакого обеспечительного интереса, а ответчик не может стимулироваться посредством штрафа к надлежащему исполнению основного обязательства. Правоохранительная функция штрафной неустойки в данных обстоятельствах не может быть реализована.

Данный вывод относится и к заявленному нарушению пункта 20.2 контракта (одностороннее расторжение контракта признано судом законным и обоснованным, способ соответствующего уведомления — не противоречащим Закону о контрактной системе, поэтому наличие или отсутствие обозначенного нарушения не имеет правовых последствий и не затрагивает имущественных и неимущественных интересов Общества).

Привлечение заказчика к штрафной неустойке не только бы вступило в противоречие с догматикой обязательственного права, предусматривающей компенсаторную и стимулирующую функции штрафа, но и привело бы к нарушению принципа добросовестности, которому контрагенты должны следовать и после прекращения обязательства (пункт 3 статьи 307 ГК РФ), и, как следствие, к неосновательному обогащению на стороне истца, что противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ.

При рассмотрении обоих дел (№ А29-2501/2015 и А29-8323/2015) суды отметили, что Общество и Управление не заявляли ходатайств о проведении экспертиз — ни для установления объёма выполненных работ и их качества, ни для определения возможности выполнения работ по предоставленной подрядчику документации.

Между тем в настоящем деле контрагенты ходатайствовали о проведении экспертных исследований и, несмотря на то обстоятельство, что внешне стороны опирались на институт преюдиции, фактически они пытались выйти за рамки установленных судами обстоятельств и переоценить уже исследованные доказательства. 

Основываясь на изложенном, суд пришёл к заключению, что настоящий спор является для обеих сторон формой скрытого обжалования вступивших в законную силу судебных актов, что недопустимо в силу принципа правовой определённости (постановления Европейского Суда по правам человека от 28.10.1999 по делу «Брумареску (Brumarescu) против Румынии», от 24.07.2003 по делу «Рябых против Российской Федерации», от 20.07.2004 по делу «Никитин против России»).

Договорная неустойка заявлена истцом правомерно, однако её размер пересчитан судом исходя из пункта 15.2 контракта (на дату вынесения резолютивной части настоящего решения ключевая ставка Центрального Банка Российской Федерации составляла 7,75 процента).

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.Иск удовлетворить частично.

2.Взыскать с управления культуры и туризма муниципального района «Печора» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 68 707 рублей 48 копеек неустойки за период с 14.08.2015 по 09.06.2017.

3.В удовлетворении остальной части исковых требований отказать. 

4.Взыскать с управления культуры и туризма муниципального района «Печора» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 669 рублей государственной пошлины.

5.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой» (ИНН:  

<

***>, ОГРН: 

<

***>) в доход федерального бюджета 15 329 рублей государственной пошлины.

6.Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

7.Бухгалтерии Арбитражного суда Республики Коми перечислить управлению культуры и туризма муниципального района «Печора» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) с депозитного счёта Арбитражного суда Республики Коми 40 000 рублей. 

8.Общий журнал работ по строительству объекта «Социально-культурный центр с универсальным залом на 100 мест в составе историко-культурного комплекса в д. Бызовая» № 01 на 308 (трёхстах восьми) страницах, прошитый, пронумерованный и скреплённый печатью управления культуры и туризма муниципального района «Печора», хранить при деле до вступления настоящего решения в законную силу. По вступлении решения в законную силу — возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ПечораСтрой».

9.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.Е. Босов