АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

город Новосибирск дело № А45-26702/2025

резолютивная часть решения объявлена 03 декабря 2025 года

решение в полном объеме изготовлено 15 декабря 2025 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Айдаровой А.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Клименко А.А., рассматривает в судебном онлайн-заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 630102, 

<

...>, зал № 622, дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Монтажно-строительная мастерская», г. Екатеринбург, ИНН 

<

***>,

к ФИО1, г. Новосибирск,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 1) общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр», г. Екатеринбург, ИНН: 

<

***>, 2) межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Новосибирской области, г. Новосибирск, ИНН: 

<

***>, 3) акционерного общества «Альфа-Банк», г. Москва, ИНН: 

<

***>,

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков в размере 244 577 рублей 39 копеек,

при участии в судебном заседании представителей:

истца, ответчика, третьих лиц - не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Монтажно-строительная мастерская» (далее – истец, ООО «МСМ») обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 244 577 рублей 39 копеек.

Дело рассматривается с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью Профессиональная коллекторская организация «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» (далее – ООО ПКО «УСРДЦ»), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 16 по Новосибирской области (далее – МИФНС России № 16 по НСО) и акционерного общества «Альфа-Банк» (далее – АО «Альфа-Банк»).

Ответчик отзыва на иск не представил.

ООО ПКО «УСРДЦ» в отзыве на иск сообщило следующее. 08.08.2025 Арбитражным судом Новосибирской области исковое заявление ООО «МСМ» принято, возбуждено производство по делу, о чем судом было вынесено определение. Представлен договор уступки прав требований № 65/1447 ДГ от 10.10.2023, реестр уступаемых прав требования, доказательство оплаты уступки прав требования (платежное поручение № 516 от 10.10.2023) в качестве подтверждения замены кредитора в материальном правоотношении.

АО «Альфа-Банк» в своем ответе на запрос суда сообщило, что решение суда № А40-53892/22-47-349 от 23.05.2022 вынесено в отношении договора № 044D5V от 17.09.2021 (ООО «РЦС»). Задолженность на 06.10.2025 по указанному договору отсутствует. Договор № 044D5V от 17.09.2021 продан в рамках договора уступки прав требований № 65/1447ДГ от 10.10.2023.

МИФНС России № 16 по НСО в своем отзыве на иск сообщило суду об обстоятельствах исключения ООО «Региональный центр снабжения» из ЕГРЮЛ, просит рассмотреть дело в отсутствие ее представителя.

Ответчик и третьи лица надлежаще извещены судом о времени и месте судебного разбирательства.

Ходатайство истца об участии в судебном онлайн-заседании судом было удовлетворено в порядке положений статьи 153.1 АПК РФ, техническая возможность проведения онлайн-заседания судом обеспечена, однако истец к онлайн-заседанию не подключился, что находится вне контроля суда и относится к сфере ответственности лица, заявившего об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Дело в порядке положений пункта 3 статьи 156 АПК РФ рассматривается в отсутствие истца, ответчика и третьих лиц.

Как следует из материалов дела, 17.09.2021 между АО «Альфа-Банк» (займодавцем) и ООО «Региональный центр снабжения» (заемщиком) был заключен кредитный договор № 044D5V, поручителем по которому выступает ФИО1, единоличный исполнительный орган и участник ООО «Региональный центр снабжения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2025 по делу № А40-53892/22-47-349 с ООО «Региональный центр снабжения» (далее- ООО «РЦС») взысканы в пользу АО «АЛЬФА-БАНК» задолженность по кредитному договору № 044D5V в размере 237 036 рублей 39 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 741 рублей.

Определением от 27.06.2024 Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-53892/22-47-349 произведена процессуальная замена истца АО «Альфа-Банк» на ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр».

Определением от 27.11.2024 Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-53892/22-47-349 произведена процессуальная замена истца с ООО «Урало-Сибирский расчетно-долговой центр» на ООО «МСМ».

Следовательно, надлежащим истцом по делу № А40-53892/22-47-349 является ООО «МСМ».

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 в период с 17.06.2021 по 30.04.2025 являлся генеральным директором и единственным участником ООО «РЦС» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>, КПП: 540301001, адрес юридического лица: 630088, 

<

...>/1).

30.04.2025 ООО «РЦС» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием основания записи о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ.

На момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «РЦС» имело задолженность перед истцом в размере в размере 244 577 рублей 39 копеек, которая до настоящего времени не погашена.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом.

Как следует из содержания пп. 1 и 2 ст. 9 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на исполнительного директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий считается доказанной, в частности когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, либо до принятия решения не предпринял действий, направленной на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункт 3, 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

В Постановлении от 21 мая 2021 года N 20-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловлены установленным законодателем - исходя из существа и целевой направленности деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом ее субъектов, включая права, обязанности и меры ответственности. В свою очередь, законодатель, действуя в рамках своих полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечить их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации, не ущемляющее экономическую свободу и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а равно предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей меры и условия привлечения к ответственности на основе принципов гражданского законодательства.

В нормах об отдельных категориях субъектов, о некоторых видах деятельности законодатель воспроизводит конституционное и общеотраслевое положение об обязательности добросовестного поведения, дополнительно подчеркивая тем самым особую значимость следования в соответствующих случаях стандарту добросовестности и акцентируя внимание на требованиях к обязанному лицу, связанных с учетом законных интересов других лиц, с проявлением им большей осмотрительности, разумности, с рачительным отношением к вверенному имуществу и пр. Отмеченное означает, что в таких случаях обязанное лицо должно прилагать дополнительные усилия, включая несение расходов для обеспечения их эффективности, по сравнению с мерами, имеющими общий характер и обычно принимаемыми любыми (всеми) участниками гражданского оборота во исполнение предписаний статей 1 и 10 ГК Российской Федерации.

В частности, именно так требования к добросовестному поведению воспроизведены в данном Кодексе для лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, для членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.), а также для лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания названным лицам (пункт 3 статьи 53 и пункт 3 статьи 53.1). Они обязаны действовать добросовестно и разумно в интересах этого юридического лица. Речь идет о совокупности интересов лиц, которые небезразличны к функционированию организации и от деятельности которых в той или иной степени зависит достижение ее уставных целей. Применительно к таким корпоративным коммерческим организациям, как общества с ограниченной ответственностью, положение об обязанности действовать добросовестно законодатель воспроизводит и при определении обязанностей единоличного исполнительного органа общества в статье 44 Закона об ООО, тем самым делая акцент на особой востребованности для соответствующих отношений такого поведения, которое учитывает интересы различных лиц, значимых для деятельности общества

Одной из основных задач гражданского законодательства является обеспечение баланса их законных интересов с учетом того, что Конституция Российской Федерации закрепляет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), и гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (статья 46, часть 1) (постановления от 24 февраля 2004 года N 3-П, от 28 января 2010 года N 2-П и от 21 февраля 2014 года N 3-П; Определение от 6 июля 2010 года N 929-О-О и др.).

При этом из числа лиц, чьи интересы должны быть учтены и защищены, нет оснований исключать и кредиторов юридического лица. Так, в силу прямого предписания пункта 1 статьи 30 Закона о банкротстве, если в процессе деятельности юридического лица у него возникают признаки банкротства, на контролирующее должника лицо возлагается обязанность действовать с учетом интересов кредиторов. Вместе с тем в условиях ограниченности ресурсов юридического лица (прежде всего, его имущества) одновременное полное удовлетворение интересов всех заинтересованных в его деятельности лиц, особенно в рамках банкротства, едва ли возможно. Поэтому законодатель в пределах дискреционных полномочий вправе отдавать предпочтение интересам той или иной группы, на что указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 3 июля 2007 года N 714-О-П.

В связи с этим стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях.

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2023 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» по смыслу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 данного Закона на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным, в частности, статьей 61.11 данного Закона, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК Российской Федерации привлечению вышеназванных лиц к ответственности не препятствует, в частности, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

В соотношении с этим пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусматривает для случаев исключения общества из ЕГРЮЛ, что, если неисполнение его обязательств (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено недобросовестными или неразумными действиями лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 данного Кодекса, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П, от 7 апреля 2015 года N 7-П, от 8 декабря 2017 года N 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31 января 2011 года N 1-П, от 18 ноября 2019 года N 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21 мая 2021 года N 20-П, от 16 ноября 2021 года N 49-П).

Как из положений об ответственности за нарушение обязательств, так и из норм об ответственности за причинение вреда (деликтной) вытекает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство или причинившим вред (пункт 2 статьи 401 и пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации). Аналогичный подход в отношении презумпции виновности использован законодателем и для привлечения к ответственности контролирующего должника лица в деле о банкротстве.

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (ст. 9, п. п. 2 и 3 ст. 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)).

С момента вынесения Арбитражным судом г. Москвы решения о взыскании денежных средств с ООО «РЦС» по кредитному договору № 044D5V в размере 244 577 рублей 39 копеек, то есть с 23.05.2025, должником действий, направленных на погашение задолженности перед кредитором, предпринято не было.

Обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества ФИО1 как руководителем не исполнена.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, правоспособность ООО «РЦС» была прекращена 30.04.2025 путем исключения из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Ранее, по поручению регистрирующего органа, Межрайонной ИФНС России № 19 по Новосибирской области проведены мероприятия по проверке достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ, по результатам которых установлено отсутствие ООО «РЦС» по адресу, указанному в ЕГРЮЛ.

В дальнейшем в отношении ООО «РЦС» внесена запись о недостоверности сведений об адресе от 30.05.2023 за ГРН 22354000443012. Аналогичная проверка проведена в отношении сведений о единоличном исполнительном органе Общества, по результатам которой, в связи с уклонением от явки руководителя в налоговые органы, 12.07.2023 в отношении ООО «РЦС» внесена запись за ГРН 2235400624996 о недостоверности сведений о руководителе – ФИО1.

В последующем, учитывая наличие в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений об адресе, Инспекцией 11.12.2023 принято решение № 15470 о предстоящем исключении ООО «РЦС» из ЕГРЮЛ в соответствии с пп. «б» п. 5 ст. 21.1 Закон № 129-ФЗ, сведения о котором опубликованы в журнале «Вестник государственной регистрации» 13.12.2023 часть 2 № 49 (970).

Процедура исключения ООО «РЦС» была прекращена 27.12.2023 на основании возражения поступившего 22.12.2023 от заинтересованного лица генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Урало- сибирский расчетно-долговой центр» ФИО2, из содержания возражения усматривалось, что у ООО «РЦС» имеются неисполненные обязательства перед кредиторами. В связи с чем в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 2235401305060.

Позднее, 13.01.2025 было принято решение № 324 о предстоящем исключении ООО «РЦС» на основании пп. «б» п. 5 ст. 21.1 Закона № 129-ФЗ.

Сообщение о принятии решения № 324 от 13.01.2025 о предстоящем исключении ООО «РЦС» вместе с информацией о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица опубликовано в журнале «Вестник государственной регистрации» 15.01.2025 часть 2 № 2 (1025).

Учитывая, вышеизложенное, а также то, что в течение срока, установленного п. 4 ст. 21.1 Закона №129-ФЗ, заявлений кредиторов либо иных заинтересованных лиц, а также актов судебных приставов-исполнителей о принятии обеспечительных в виде запрета на осуществление определенных регистрационных действий в регистрирующий орган в отношении данного юридического лица не поступало, на регистрирующем органе лежала обязанность завершить процедуру исключения недействующего юридического лица из

ЕГРЮЛ в соответствии со ст. 22 Закона № 129-ФЗ, в связи с чем 30.04.2025 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «РЦС» внесена запись за ГРН 2255402004207 об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

В соответствии с п. 3 ст. 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ, которая, в частности, устанавливает ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица без доверенности и лиц, определяющих действия юридического лица.

Отсутствие вины в силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В результате действий ФИО1 ООО «МСМ» лишилось возможности истребовать задолженность с ООО «РЦС». Данное виновное действие является основанием для возложения субсидиарной ответственности на контролирующее лицо должника, а именно на ФИО1

Действия директора ООО «РЦС» ФИО1, повлекшее исключение ООО «РЦС» из ЕГРЮЛ, лишили ООО «МСМ» возможности взыскать задолженность с ООО «РЦС» в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать в деле о банкротстве.

Как следует из правовых позиций «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица» (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 ноября 2025 года), контролирующие лица не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях).

В связи с этим законодательство прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), часть 2 статьи 9, часть 3 1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Эта правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо является недействующим, исходя из признаков, установленных пунктом 1 статьи 64.2 ГК РФ, пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного юридического лица, и не имеется правовых оснований уменьшать уровень защищенности кредиторов фактически недействующих юридических лиц.

Истцу по такой категории споров достаточно доказать совокупность следующих условий: наличие и размер задолженности; наличие у должника признаков недействующего юридического лица; контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц) – ответчика, после чего на последнего возлагается бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий.

Если будет доказано, что действия контролирующих лиц не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов общества, то такие лица не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, 6 абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). В рассматриваемом деле кредитор подтвердил наличие задолженности на стороне должника, ее длительную неуплату и факт подконтрольности общества ответчику.

В случае уклонения контролирующих должника лиц от представления информации и документов, необходимых для объяснения причин невозможности осуществления расчетов с кредитором, презюмируется, что полное погашение задолженности недействующего юридического лица стало невозможным вследствие действий таких лиц.

В данном случае истец конкретно указал на незаконные действия ответчика по выводу денежных средств с расчетных счетов общества в пользу подконтрольных ответчику лиц, а также указал на сделки по выводу имущества из общества, данные доводы ответчиком в соответствии со статьёй 65 АПК РФ не опровергнуты, пояснения по данным операциям ответчиком не даны.

В данном случае именно ответчик не опроверг доводы кредитора о том, что он при наличии достаточных денежных средств (имущества), не уклонялся от погашения задолженности перед истцом, не скрывал имущество общества, не выводил активов с целью умышленного непогашения долга перед истцом.

Непредставление кредитором после опубликования решения о предстоящем исключении должника из ЕГРЮЛ возражений относительно такого исключения не препятствует впоследствии предъявлению им требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Контролирующие лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица, средства которого в нарушение принципа обособленности имущества использовались на личные нужды контролирующих лиц, если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

Доказательств отсутствия своей вины ответчик в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ не представил.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований и наличию оснований для удовлетворения иска.

Судебные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью «Монтажно-строительная мастерская», г. Екатеринбург, ИНН 

<

***>, с ФИО1 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Региональный центр снабжения» убытки в размере 244 577 рублей 39 копеек, 17229-00 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья А.И. Айдарова