Дело № А38-609/2020

город Владимир

13 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 6 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 апреля 2022 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Союз-Гарант» (ОГРН 

<

***>,                   ИНН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 13.12.2021 по делу  № А38-609/2020, принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Союз-Гарант» о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки, 

 

при участии:

от публичного акционерного общества Национальный банк «ТРАСТ» -                   ФИО2 на основании доверенности от 17.06.2020 № 60/СМ/2020 сроком действия по 07.04.2023, 

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – Предприниматель) в Арбитражный суд Республики Марий Эл обратился конкурсный кредитор ФИО4 с заявлением о признании недействительными действия конкурсного кредитора Банк «Траст» (ПАО) по государственной регистрации перехода права собственности в отношении следующего недвижимого имущества: гостевой дом - коттедж, общей площадью 372,2 кв.м, назначение: нежилое, 2-этажный (подземных этажей - 1), право аренды на неопределенный срок на земельный участок общей площадью 677 кв.м для размещения гостевого дома - коттеджа; склад, общей площадью 78 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...>, и применении последствий недействительности в виде возвращения в конкурсную массу должника указанного имущества.

Определением от 13.07.2021 в реестре требований кредиторов должника произведена замена конкурсного кредитора ФИО4 на нового кредитора общество с ограниченной ответственностью «Союз-Гарант» (далее – Общество)                   с суммой требований 3 532 543 руб. 76 коп. на основании договора уступки прав (требований) от 04.05.2021.

Определением от 26.07.2021 принято к производству уточненное заявление Общества к публичному акционерному обществу Национальный банк «ТРАСТ» (далее – Банк) о признании недействительной сделкой действий судебного пристава-исполнителя Межрайонного ОСП УФССП России по Республике Марий Эл ФИО5 (далее – судебный пристав-исполнитель) по передаче взыскателю по акту от 25.10.2019 нереализованного имущества должника, а именно: гостевой дом - коттедж общей площадью 372,2 кв.м, назначение: нежилое, 2-этажный (подземных этажей - 1), кадастровый (или условный) 12:05:0504010:161 (прежний номер 12-12-01/001/2010-653), инв. № 88:401:001:003536570:0100, лит. А, А1, А2, АЗ, место нахождения: 

<

...>;  право аренды на неопределенный срок на земельный участок, общей площадью  677 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование для размещения гостевого дома - коттеджа, кадастровый (или условный) № 12:05:0504010:84, адрес 

<

...>;  склад общей площадью 78 кв.м, место нахождения: 

<

...>, и о применении последствий недействительности сделки.

Арбитражный суд Республики Марий Эл определением  от 13.12.2021 отказал в удовлетворении заявления. 

Не согласившись с принятым судебным актом, Общество обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на неверное определение судом даты совершения оспариваемой сделки. Полагает, что суду следовало принимать во внимание не дату  передачи недвижимого имущества Банку судебным приставом-исполнителем на основании акта от 25.10.2019, а дату государственной регистрации перехода права собственности – 07.08.2020.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, вывод суда о пропуске кредитором срока исковой давности неверный, поскольку срок исковой давности подлежит исчислять с даты государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество (07.08.2020). Ранее данной даты право собственности у Банка не возникло, поэтому не было право на обжалования сделки.

Кроме того, с точки зрения заявителя апелляционной жалобы, оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном исполнении и злоупотреблении правом со стороны Банка. При этом Общество также ссылается на необоснованность вывода о недоказанности заявителем возможности реализации спорного имущества по более высокой цене, поскольку указанный вывод опровергается представленным кредитором в материалы дела отчетом от 10.11.2021 № 615-ГД, который является надлежащим  и актуальным доказательством реальной стоимости имущества.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то обстоятельство, что в результате совершения оспариваемой сделки Банку оказано большее предпочтение, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности и соблюдения установленного законом порядка передачи залогового имущества залогодателю; после совершения оспариваемой сделки у должника не осталось имущества. Нарушение Банком процедуры реализации залогового имущества привело к причинению значительного имущественного вреда кредиторам должника.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении к ней.

Банк в отзыве и дополнении к нему письменно и его представитель в судебном заседании указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Финансовый управляющий в отзыве поддержал доводы апелляционной жалобы Общества, просил ее удовлетворить; заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле (за исключением представителя Банка), извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (часть 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между открытым акционерным обществом «РОСТ БАНК» (Банком) и Предпринимателем (заемщиком) заключен кредитный договор от 02.10.2013                  № 1528, согласно которому заемщику предоставлен кредит в сумме 8 500 000 руб. на срок до 30.09.2016 с уплатой процентов за пользование кредитом в размере                   14 процентов годовых. Сторонами предусмотрена обязанность заемщика вносить платежи ежемесячно в соответствии с графиком платежей, а также предусмотрена неустойка в размере 50 процентов годовых за нарушение срока возврата кредита на сумму невозвращенного кредита со дня просрочки до даты фактического возврата кредита.

В обеспечение исполнения обязательств по указанному кредитному договору открытое акционерное общество «РОСТ БАНК» (залогодержатель) и ФИО3 (залогодатель) заключили договор об ипотеке (залоге недвижимости) от 08.10.2013 № Ф-203, по условиям которого должник передал кредитору в залог следующее недвижимое имущество:

-   нежилое здание: гостевой дом - коттедж общей площадью 372,2 кв.м, назначение: нежилое, 2-этажный (подземных этажей - 1), кадастровый (или условный) 12:05:0504010:161 (прежний номер 12-12-01/001/2010-653), инв.                          № 88:401:001:003536570:0100, лит. А, А1, А2, А3, место нахождения: 

<

...>;

-   право аренды на земельный участок общей площадью 677 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование для размещения гостевого дома - коттеджа, кадастровый (или условный) № 12:05:0504010:84, адрес 

<

...>.

В связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по кредитному договору решением Постоянно действующего третейского суда «Право» по делу от 06.07.2016 № ТСП-1582-16 с Предпринимателя в пользу акционерного общества «РОСТ БАНК» взыскана задолженность по кредитному договору от 02.10.2013 по состоянию на 05.04.2016 в размере                                               9 093 409 руб. 66 коп., в том числе основной долг в сумме 8 498 908 руб., проценты за пользование кредитом за период с 02.10.2013 по 05.04.2016 в сумме 546 060 руб. 64 коп., пени на просроченные проценты за период с 25.11.2015 по 05.04.2016 в сумме 48 441 руб. 02 коп.,  расходы по третейскому сбору в сумме 74 467 руб., а также взыскание обращено на заложенное имущество путем продажи на публичных торгах, установлена начальная продажная цена, с которой начинаются торги: гостевой дом-коттедж - в размере 7 223 000 руб., право аренды на неопределенный срок на земельный участок общей площадью 677 кв.м (для размещения гостевого дома-коттеджа) - в размере 1 315 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 15.11.2016 по делу A38-9188/2016 удовлетворено заявление акционерного «РОСТ БАНК» о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Постоянно действующего третейского суда «Право» по делу № ТСП-1582-16 по иску акционерного общества «РОСТ БАНК» к Предпринимателю о взыскании задолженности и об обращении взыскания на недвижимое имущество.

На основании заявления взыскателя судебным приставом-исполнителем в отношении должника 28.04.2017 возбуждено исполнительное производство                                        № 13530/17/12035-ИП.

В ЕГРЮЛ 02.07.2018 внесена запись о прекращении деятельности акционерного общества «РОСТ БАНК» путем реорганизации в форме присоединения к Банку. 

Определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 17.06.2019 по делу A38-9188/2016 произведена замена первоначального взыскателя с акционерного общества «РОСТ БАНК» на  его правопреемника  Банк.

В ходе исполнительного производства № 13530/17/12035-ИП судебным приставом-исполнителем наложен арест на недвижимое имущество должника: гостевой дом-коттедж, право аренды на земельный участок по адресу: 

<

...>, о чем составлены акты о наложении ареста (описи имущества) от 24.05.2017.

Впоследствии судебным приставом-исполнителем вынесено 

постановление

                       от 25.07.2017 о передаче арестованного имущества на торги, в том числе: гостевой дом-коттедж по цене 7 223 000 руб., право аренды на земельный участок площадью 677 кв.м. по цене 1 315 000 руб.

Также в ходе исполнительного производства № 13530/17/12035-ИП судебным приставом-исполнителем наложен арест на недвижимое имущество должника: склад общей площадью 78 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...> (далее - склад), о чем составлен акт о наложении ареста (описи имущества) от 13.09.2017.

Право собственности в Едином государственном реестре недвижимости на склад, кадастровый номер 12:05:0504003:423, площадью 78 кв.м, назначение нежилое, количество этажей - 1, в том числе подземных 0, год завершения строительства - 2005, месторасположение: 

<

...>, зарегистрировано 27.07.2015 на основании декларации об объекте недвижимости.

Склад находится на земельном участке, заложенном по договору об ипотеке (залоге недвижимости) от 08.10.2013 № Ф-203, в связи с чем при регистрации права собственности ФИО3 на склад одновременно (27.07.2015), была осуществлена запись в ЕГРН о залоге (с 17.10.2013 по 30.09.2016), в силу закона в пользу Банка на указанный объект недвижимости.

В целях определения рыночной стоимости указанного объекта недвижимости в рамках исполнительного производства привлечен оценщик, специалист обществ с ограниченной ответственностью «Консалтинговая группа «АВЛ».

Согласно представленному отчету об оценке от 24.11.2018 № 620.Н/1475.18 рыночная стоимость имущества: склад, составляет 306 900 руб.; результаты оценки приняты судебным приставом-исполнителем, о чем вынесено постановление                     от 27.11.2018.

Судебным приставом-исполнителем вынесено постановление от 12.12.2018  о передаче арестованного имущества на торги, в том числе: гостевой дом-коттедж по цене 7 223 000 руб., право аренды на земельный участок площадью 677 кв.м по цене 1 315 000 руб., склад общей площадью 78 кв.м по цене 306 900 руб.

В целях реализации имущество передано в специализированную организацию обществу с ограниченной ответственностью «Недвижимость Плюс» по акту от 26.12.2018.

Согласно протоколу от 14.02.2019 публичные торги признаны несостоявшимися.

В соответствии с частью 10 статьи 87 и частью 2 статьи 92 ФЗ «Об исполнительном производстве» судебным приставом-исполнителем вынесено постановление от 18.02.2019 о снижении цены переданного на реализацию имущества должника на 15 процентов, установлена цена на имущество: склад общей площадью 78 кв.м - 260 865 руб., гостевой дом-коттедж - 6 139 550 руб., право аренды на земельный участок площадью 677 кв.м - 1 117 750 руб.

Однако вторичные торги в отношении имущества должника 25.03.2019 были признаны несостоявшимися.

Принимая во внимание, что арестованное имущество должника в установленный законом срок не реализовано в принудительном порядке, взыскателю направлено предложение оставить это имущество за собой по цене на десять процентов ниже его стоимости, указанной в постановлении об оценке имущества должника: гостевой дом-коттедж по цене 5 417 250 руб., право аренды на земельный участок площадью 677 кв.м по цене 986 250 руб., склад, общей площадью 78 кв.м по цене 230 175 руб., всего на сумму 5 633 675 руб.

Письмом от 22.04.2019 Банк уведомил судебного пристава-исполнителя о принятии имущества должника в счет погашения долга.

На основании постановления судебного пристава-исполнителя от 23.10.2019 нереализованное в принудительном порядке имущество должника передано взыскателю, о чем составлен акт от 25.10.2019, а также вынесено постановление                  от 23.10.2019 о снятии ареста с имущества.

Решением от 19.03.2020 Предприниматель признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утвержден ФИО6, о чем 21.03.2020 в газете «Коммерсантъ» опубликовано сообщение; определением                от 31.05.2021 финансовым управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – финансовый управляющий).

Общество, посчитав, что сделка по оставлению за собой взыскателем имущества должника совершена с предпочтением перед другими кредиторами, по цене ниже рыночной, обратилось в Арбитражный суд Республики Марий Эл с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 61.2, 61.3, пунктом 2 статьи 61.9, пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Ввиду того, что, включенные в реестр требований кредиторов должника, требования заявителя превышают десяти процентов от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, Общество в силу положений статьи 61.9 Закона о банкротстве обладает самостоятельным правом по оспариванию сделки должника.

Сделки с пороками, предусмотренными в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подозрительные сделки), относятся к категории оспоримых сделок. Срок исковой давности для оспаривания таких сделок в судебном порядке составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу пункта 1 статьи 34 Закона о банкротстве конкурсный кредитор является лицом, участвующим в деле о банкротстве.

Срок исковой давности оспаривания сделки в рамках дела о банкротстве для конкурсного кредитора начинает течь с того момента, когда он получил право обжаловать сделки должника в порядке Закона о банкротстве, то есть с момента включения его требований в реестр требований кредиторов должника.

Решением от 19.03.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО4 в сумме 8 107 726 руб. 39 коп.

Определением от 13.07.2021 в реестре требований кредиторов должника произведена замена конкурсного кредитора – ФИО4 его правопреемником – Обществом.

В соответствии со статьей 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления, следовательно, срок исковой давности о признании оспариваемых сделок недействительными начал течь с момента, когда первоначальный кредитор узнал или должен был узнать об их совершении.

Процессуальная замена конкурсного кредитора в деле о банкротстве и в реестре требований кредиторов должника не влияет на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

Учитывая изложенное, срок исковой давности подлежал исчислению с момента включения в реестр требований кредиторов должника требований ФИО4 (решение от 19.03.2020), следовательно, с заявлением о признании сделки недействительной конкурсный кредитор должен был обратиться в суд не позднее 19.03.2021.

Однако с рассматриваемым заявлением ФИО4 обратилась лишь 24.03.2021, то есть по истечении срока исковой давности.

Указанные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления Общества.

Довод Общества о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с даты государственной регистрации права собственности (07.08.2020), отклоняется судом апелляционной инстанции ввиду несостоятельности, поскольку в рассматриваемом случае на момент включения в реестр требований кредиторов должника (19.03.2020) ФИО4 знала о совершении оспариваемой сделки, поскольку являлась участником сводного исполнительного производства в отношении должника и имела реальную возможность оспорить данную сделку. При этом суд отмечает, что регистрация спорного имущества не произведена сразу по причине именно наличия принятых в отношении спорного имущества обеспечительных мер в рамках дела № А38-7565/2019, которые были отменены лишь 25.03.2020, а не желание или недобросовестного поведения кредитора.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 Постановления  № 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с абзацами 2 и 3 пункта 9.1 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

В пунктах 10 и 11 Постановления № 63 указано, что сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением). Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором – пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице. Если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассмотренном случае оспариваемая сделка  совершена 25.10.2019, то есть в течение четырех месяцев до возбуждения в отношении должника  дела о банкротстве (04.02.2020) – в период, установленный в пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, на момент совершения спорной сделки у Общества  имелась просроченная задолженность перед иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе заявителя по делу о банкротстве должника).

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Согласно позиции, отраженной в пункте 20 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в размере, равном части ценности заложенного имущества, на получение которой он имел приоритет перед другими кредиторами.

Таким образом, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пунктах 2 и 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80 процентов.

Порядок погашения требования залоговых кредиторов в деле о банкротстве граждан определен согласно специальной норме пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 29.3 Постановления                   № 63, при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца 5 пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно, хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации (пункт 12.2 Постановления № 63).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что за счет стоимости принятого имущества в размере 6 633 675 руб. были погашены проценты за пользование кредитом в сумме 546 060 руб. 64 коп. и частично сумма основного долга в размере 6 087 614 руб. 36 коп.;  за счет стоимости принятого имущества должника не погашались финансовые санкции и неустойки; остаток задолженности по основному долгу по кредиту в размере                            2 411 293 руб. 64 коп. определением от 21.09.2020 включен в реестр требований кредиторов должника; кредиторы первой и второй очереди у должника отсутствуют, вознаграждение финансового управляющего должника является фиксированным и подлежит выплате за счет денежных средств, внесенных в депозит арбитражного суда; определение об удовлетворении заявления финансового управляющего о привлечении лиц, в целях обеспечения деятельности финансового управляющего, судом не принималось, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной в соответствии с пунктом 29.3 Постановления № 63.

В рассматриваемом случае Банк дал согласие на оставление предмета залога за собой за четыре месяца до возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве) в рамках исполнительного производства. Доказательств осведомленности Банка о финансовом состоянии должника, а также о том, что после совершения сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве, при отсутствии у Общества кредиторов первой и второй очередей материалы дела не содержат. Опись имущества должника составлена и опубликована не была, на сайте ЕФРСБ отсутствуют сведения о ее проведении. 

Как правомерно указал суд первой инстанции, проведение государственной регистрации права собственности позже оставления имущества за собой, обусловлено объективными причинами (наличием принятых в отношении спорного имущества обеспечительных мер в рамках дела № А38-7565/2019, которые были отменены лишь 25.03.2020) и не является основанием для признания сделки по оставлению Банком имущества за собой недействительной. 

При этом следует учесть, что исполнительное производство по заявлению Банка возбуждено за три года до подачи заявления о признании должника банкротом (28.04.2017); уведомление взыскателя о принятии имущества должника в счет погашения долга направлено службе судебных приставов 22.04.2019, получение удовлетворения требований путем оставления за собой залогового имущества произошло более чем за три месяца до возбуждения дела о банкротстве.

Основания возлагать на кредитора, направившего исполнительный лист в службу судебных приставов и получившего удовлетворение своих требований путем оставления за собой залогового имущества за три месяца до принятия к производству суда заявления о признании должника банкротом, обязанности следить за финансовым состоянием должника, отсутствуют.

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделки недействительной на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств (абзац первый пункта 1).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63).

Из материалов дела усматривается, что в рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем спорное недвижимое имущество выставлялось на торги с начальной продажной стоимостью, установленной решением Постоянно действующего третейского суда «Право» от 06.07.2016 по делу № ТСП-1582-16  (стоимость гостевого дома-коттеджа - 7 223 000 руб., право аренды на неопределенный срок на земельный участок общей площадью 677 кв.м (для размещения гостевого дома-коттеджа) - 1 315 000 руб.), а также  отчетом об оценке от 24.11.2018 № 620.Н/1475.18 (склад - 306 900 руб.). Снижение стоимости имущество произведено только после повторных несостоявшихся торгов по причине отсутствия заявок.

Представленный Обществом в материалы дела отчет оценщика                     ФИО8 № 615-Д, согласно которому стоимость спорных объектов недвижимости (гостевой дом и право аренды) по состоянию на 10.11.2019 составляет 12 781 707 руб. правомерно не принят судом первой инстанции в качестве доказательств рыночной стоимости спорного имущества, поскольку  экспертная оценка имущества не может корректно отобразить рыночную стоимость имущества, поскольку она имеет предварительный, предположительный характер. Ее результат в идеале менее достоверен, чем цена, определенная по факту, по результатам открытых торгов, то есть собственно рынка как такового. Применение оценочной цены не решает проблему несовершенства методик оценки, качества используемых исходных данных, субъективного фактора в оценке стоимости имущества или возможных злоупотреблений, связанных как с завышением, так и с занижением цены (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-ЭС19-22343).

Таким образом, реальная рыночная стоимость имущества может быть определена исключительно по результатам торгов по его продаже, поскольку формируется путем использования рыночных механизмов спроса и предложения. Цена продажи имущества при продаже посредством открытых торгов определяется только исходя из спроса на имущество и его ликвидности.

С учетом изложенного, судом верно учтен факт выставления спорного недвижимого имущества судебным приставом-исполнителем на торги в рамках исполнительного производства с начальной продажной стоимостью, установленной судебным актом, и последующим снижением его цены после несостоявшихся повторных торгов в связи с отсутствием заявок, в связи с чем суд пришел к законному выводу, что оснований для утверждения о неравноценном встречном предоставлении не имеется. 

Материалы дела также не содержат доказательств, свидетельствующих о возможности получения за имущество более высокой цене и наличия потенциальных покупателей, готовых приобрести имущество по более высокой стоимости.

В рассматриваемом случае торги по продаже спорного имущества, как первые, так и повторные признаны несостоявшимися. Банк в установленном законом порядке воспользовался предложением об оставлении предмета залога за собой. При этом залогодержатель не мог отказаться от названного предложения судебного пристава-исполнителя, поскольку лишился бы в этом случае права залога, также не мог отсрочить решения о принятии данного предложения с учетом установленного законом срока, в течение которого он может воспользоваться правом оставить предмет залога за собой. Сама по себе реализация кредитором права оставить за собой предмет залога не является злоупотреблением.

Довод заявителя жалобы относительно неравноценного встречного исполнения обязательства, оставление имущества за Банком по цене ниже рыночной стоимости недвижимого имущества, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку начальная продажная стоимость имущества определена судебным приставом-исполнителем на основании вступившего в законную силу судебного акта, а также отчета оценщика. При этом предметом спора является признание недействительной сделки по оставлению кредитором за собой имущества должника, не реализованного в рамках исполнительного производства, начальная продажная цена по которому определена вступившим в законную силу судебным актом, а в отношении склада определена оценщиком в рамках исполнительного производства.

В данном случае при рассмотрении спора подлежат применению положения Законов «Об исполнительном производстве» и «Об ипотеке», а, следовательно, оставление имущества по цене на 25 процентов ниже начальной продажной цены, не является неравноценным встречным предоставлением в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку стоимость полученного Банком имущества существенно не превышает стоимости полученного встречного исполнения.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, оснований для признания сделки как предусматривающей неравноценное встречное предоставление, либо совершенной с целью причинить вред иным кредиторам должника, не имеется.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что торги по продаже залогового имущества должника были проведены в рамках исполнительного производства в соответствии с требованиями Закона об исполнительном производстве; начальная цена реализации имущества определена вступившим в законную силу судебным актом; цена имущества, принятого Банком в качестве отступного, определена с учетом проведенных и несостоявшихся в рамках исполнительного производства первых и вторичных торгов, а также учитывая отсутствие доказательств возможности реализации имущества по более высокой цене, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинившей вред имущественным правам кредиторов должника.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделок, как совершенных со злоупотреблением правом, в дело должны быть представлены доказательства того, что при их заключении стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции правомерно установил отсутствие надлежащих и бесспорных доказательств наличия у сторон оспариваемой сделки  при ее совершении намерения злоупотребить своим правом в ущерб иным кредиторам.

Суд апелляционной инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. Банк в установленном законодательством порядке воспользовался предоставленным ему правом оставить предмет залога за собой. При этом залогодержатель не мог отказаться от предложения судебного пристава-исполнителя, поскольку лишился бы права залога. Реализация права залогодержателя не может быть признана недобросовестным поведением.

Ссылка заявителя жалобы на то обстоятельство, что судом неправильно определена дата совершения оспариваемой сделки отклоняется судом апелляционной инстанции.

В силу положений пункта 11, 12 и 13 статьи 78 Закона об исполнительном производстве на судебном приставе-исполнителе лежит обязанность предложить взыскателю в случае объявления повторных торгов несостоявшимися оставить не реализованное на торгах имущество за собой, а на взыскателе - в течение пяти дней со дня получения указанного предложения в письменной форме сообщить судебному приставу-исполнителю о решении оставить нереализованное имущество за собой. Непоступление судебному приставу-исполнителю уведомления о решении оставить нереализованное имущество за собой является основанием для возвращения нереализованного имущества должнику.

О передаче нереализованного имущества должника взыскателю судебный пристав-исполнитель выносит постановление, которое утверждается старшим судебным приставом или его заместителем. Передача судебным приставом-исполнителем имущества должника взыскателю оформляется актом приема-передачи (пункт 14 статьи 78 Закона об исполнительном производстве).

По смыслу указанных норм, процесс оставления имущества за залогодержателем считается оконченным в день подписания акта-приема передачи нереализованного имущества.

Таким образом, позиция Общества о том, что датой совершения спорной сделки следует считать дату государственной регистрации перехода права собственности на имущество (07.08.2021) в рассматриваемом случае ошибочна с учетом характера спорной сделки, ее совершения в исполнительном производстве и оформление в порядке пункта 14 статьи 87 Закона об исполнительном производстве, постановлением судебного пристава-исполнителя. В рассматриваемом случае датой совершения спорной сделки следует считать дату 25.10.2019 – передачи по акту нереализованного имущества взыскателю – Банку.

Правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, в настоящем случае не применима, поскольку, названные судебные акты приняты при иных фактических обстоятельствах: в отношении двухсторонних сделок с имуществом должника (статьи 153, 154, 420 Гражданского кодекса Российской Федерации), совершенных участниками частноправовых отношений; оспариваемая сделка, как уже отмечено выше, совершена судебным приставом-исполнителем в рамках принудительного исполнения судебного акта, оформлена вынесением соответствующего постановления, которое носит властный, распорядительный характер, и правовая цель которого не совпадает с присущей гражданско-правовому договору целью (основанием) достижения соответствующих юридических последствий.

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда РФ от 02.12.2019 № 309-ЭС19-16754,  от 08.06.2020 № 309-ЭС20-7667(1,2);                      от 18.11.2019 № 306-ЭС19-20249.

Доводу заявителя о том, что по оспариваемой сделке Банку передано имущество, не являющееся предметом залога, а именно склад общей площадью              78 кв.м была дана надлежащая правовая оценка судом первой инстанции, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, рассмотрены и отклоняются судом апелляционной инстанции. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Марий Эл от 13.12.2021 по делу           № А38-609/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Союз-Гарант» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.

 

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Е.Н. Беляков

Д.В. Сарри