АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 июля 2022 года

Дело №

А21-1627/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Воробьевой Ю.В., Яковца А.В.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «АТЭК» генерального директора ФИО1 (паспорт, протокол внеочередного общего собрания участников от 19.03.2020), от акционерного общества «АТЭК Групп» ФИО2 (доверенность от 17.03.2022), единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Экоинвестгрупп» ФИО3 (доверенность от 23.08.2019), 

рассмотрев 30.06.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АТЭК» и акционерного общества «АТЭК Групп» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 17.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2022 по делу № А21-1627/2021-7,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 31.05.2021 общество с ограниченной ответственностью «Экоинвестгрупп», адрес: 236040, Калининград, пл. Победы, д. 10, пом. 19, оф. 205, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного управляющего ликвидируемого должника.

Определением суда от 28.06.2021 конкурсным управляющим утверждена ФИО4.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 10.07.2021. 

Общество с ограниченной ответственностью «АТЭК» (далее – Компания) 05.08.2021 обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) требования в размере 62 739 846 руб.

Определением от 16.11.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Калининградская буровая компания» (далее – ООО «КБК») и акционерное обществ «АТЭК Групп» (далее – АО «АТЭК Групп»). 

Определением суда первой инстанции от 17.12.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2022, требование Компании в размере 62 739 846 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление в части понижения очередности удовлетворения требований, принять в указанной части новый судебный акт, которым включить заявленное требование в третью очередь реестра. 

По мнению подателя жалобы, суды пришли к ошибочному выводу об аффилированности кредитора и должника, не учли, что указанные обстоятельства возникли после заемных отношений. 

 Компания считает, что суды необоснованно руководствовались только величиной активов должника, при этом не учли факт отсутствия у последнего неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, что исключало риск возбуждения дела о банкротстве должника по их заявлениям. 

Кроме того, податель жалобы указывает на допущенное судом апелляционной инстанции нарушение принципа равноправия сторон, выразившееся в то, что суд приобщил к материалам дела дополнительные доказательства единственного участника Общества ФИО3

В кассационной жалобе АО «АТЭК Групп», ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм процессуального права, просит указанное постановление отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы, ее податель считает, что суд апелляционной инстанции необоснованно приобщил дополнительные документы единственного участника Общества ФИО3, приложенные к отзыву. 

В отзыве конкурсный управляющий ФИО4, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационные жалобы Компании и АО «АТЭК Групп» – без удовлетворения.

В судебном заседании представители Компании и АО «АТЭК Групп» доводы своих кассационных жалоб поддержали, ФИО3 возражал против их удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Компания (займодавец) и Общество (заемщик) 11.05.2018 заключили договор процентного займа № 01-02-0099, по условиям которого займодавец обязался предоставить должнику заем в размере 100 000 000 руб. на срок по 29.06.2018 включительно, а заемщик обязался возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Проценты уплачиваются заемщиком ежемесячно в срок до 15 числа, следующего за отчетным, и в момент окончательного расчета одновременно с полным погашением суммы займа, но не позднее даты полного погашения суммы займа, установленной договором. 

Дополнительными соглашениями № 1 от 29.06.2018 и № 2 от 09.07.2018 стороны продлили срок возврата займа до 31.07.2018 и до 31.08.2018. 

В период с 18.05.2018 по 30.08.2018 займодавец перечислил на расчетный счет заемщика 49 106 846 руб., в период с 01.09.2018 по 23.11.2018 – 14 633 000 руб., общая сумма займа составила 63 739 846 руб.

Общество 28.12.2018 возвратило Компании 1 000 000 руб. 

Компания направила Обществу претензию от 25.02.2020 исх. № 01-2/028 с требованием вернуть сумму долга и оплатить проценты за пользование займом.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.07.2021 по делу № А047-24964/20 с Общества в пользу Компании взыскано 62 739 846 руб. основного долга, 12 714 333 руб. 77 коп. процентов за пользование займом за период с 19.05.2018 по 31.08.2020 и 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, Компания сослалась на денежные обязательства должника, подтвержденные указанным решением.

Суд первой инстанции, с позицией которого согласился апелляционный суд, признал требование Компании обоснованным.

Доводов о несогласии с выводом судов в указанной части кассационные жалобы не содержат.

Установив фактическую аффилированность Компании с Обществом и квалифицировав заем как предоставление компенсационного финансирования, суды, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пунктах 3, 3.1 - 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), признали требование Компании подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усмотрел оснований для их удовлетворения и отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно пунктам 3 - 5 статьи 71, статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Суд обязан также квалифицировать спорные требования и определить очередность их удовлетворения.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц или являются по отношению к нему аффилированными.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, не доступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Заключение договоров с должником на условиях не доступных независимым контрагентам, предоставление займа на длительный срок с последующей пролонгацией срока возврата и непредъявление своих требований об уплате задолженности в досудебном или судебном порядке до возбуждения дела о банкротстве, как верно отметили суды, выходит за рамки обычного поведения разумных и добросовестных хозяйствующих субъектов.

Указанные обстоятельства по смыслу правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора, правомерно послужили основанием для применения к Компании повышенного стандарта доказывания и возложения на нее бремени опровержения доводов конкурсного управляющего и независимых кредиторов о фактической аффилированности Компании и Общества.

Компания, в свою очередь, экономические мотивы заключения договора займа на нерыночных условиях без обеспечительных сделок не раскрыла, целесообразность пролонгации договора займа в отсутствие совершения должником каких-либо платежей не доказала.

В этой связи и с учетом установленных судами обстоятельств предъявления Компанией к Обществу других требований, основанных на неисполнении должником в течение длительного времени обязательств по иным договорам, суды пришли к правомерному выводу о фактической аффилированности кредитора и должника.

В Обзоре обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

В данном случае заинтересованное лицо, которое пытается вернуть должника, пребывающего в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в т.ч. с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; пункт 3.1 Обзора).

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование заинтересованным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на заинтересованное лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование (пункт 4 Обзора).

Суды проанализировали бухгалтерскую отчетность должника за 2017, 2018, 2019 годы и установили, что в указанный период должник получал исключительно заемные средства, являющиеся единственным источником поступления средств в оборот и единственным средством для расчета с контрагентами, покрытия хозяйственных расходов на текущую деятельность; прибыль и выручка по итогам деятельности у организации отсутствовала, чистый убыток составил за 2017 год – 84 000 руб., за 2018 год - 12 413 000 руб. и за 2019 год – 7 647 000 руб., чистые активы должника за указанный период являлись отрицательными, так, за 2017 год минус 115 000 руб., за 2018 год – минус 12 528 000 руб., за 2019 год – минус 18 502 000 руб.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу, что у должника отсутствовала финансово-хозяйственная деятельность, приносящая доход и позволяющая осуществлять деятельность без привлечения заемных средств. Единственным источником получения прибыли являлись полученные займы, которые позволяли покрывать текущие затраты, при этом операции по расчетному счету должника носили транзитный характер.

В этой связи и в отсутствие доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности указанных действий Компании, суды правомерно квалифицировали заем в качестве компенсационного финансирования и признали требование Компании подлежащим понижению в очередности по отношению к иным требованиям кредиторов.

Доводы кассационной жалобы о том, что у должника на момент заемных отношений отсутствовали независимые кредиторы, а, следовательно, правила о субординации требований не должны применяться, являлись предметом рассмотрения судебных инстанций и отклонены как несостоятельные.

Приобщение судом апелляционной инстанции к материалам дела отзыва ФИО3, который содержал, как считают податели жалом, дополнительные доказательства по делу, не привело к принятию неверного постановления и не может являться основанием для отмены обжалуемых как постановления, так и обоих судебных актов.

Иные приведенные в кассационной жалобе Компании возражения признаются судом округа несостоятельными, поскольку противоречат совокупности имеющихся в материалах обособленного спора доказательств, доводов и возражений участвующих в обособленном споре лиц, получивших надлежащую правовую оценку судов первой и апелляционной инстанций.

Доводы Компании направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

С учетом изложенного кассационные жалобы не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 17.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2022 по делу № А21-1627/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АТЭК» и общества с ограниченной ответственностью «АТЭК Групп» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Ю.В. Воробьева

А.В. Яковец