Девятнадцатый арбитражный апелляционный Суд

постановлениЕ

Дело № А08-5421/2020

г. Воронеж

20 октября 2021 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 октября 2021 года

        Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                    Владимировой Г.В.,

судей                                                                               Ореховой Т.И.,

                                                                                         ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО2,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Полисинтез»: 1) ФИО3, представитель по доверенности № 31АБ1687969 от 25.03.2021; 2) ФИО4, представитель по доверенности № 31АБ1687970 от 25.03.2021;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Полисинтез» на решение Арбитражного суда Белгородской области от 04.08.2021 (с учетом определения об исправлении опечатки от 04.08.2021) по делу № А08-5421/2020 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Полисинтез» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СМУ-55» ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Полисинтез» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ-55» ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) и взыскании с ФИО5 в пользу ООО «Полисинтез» 9 589 980,36 руб.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 04.08.2021 с учетом определения об исправлении опечатки от 04.08.2021 по делу № А08-5421/2020 в удовлетворении иска ООО «Полисинтез» было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ООО «Полисинтез» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить.

В судебном заседании представители ООО «Полисинтез» доводы апелляционной жалобы поддержали.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещены в установленном законом порядке.

От ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он против доводов жалобы возражал, просил обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, также просил рассмотреть жалобу в его отсутствие.

Учитывая наличие в материалах дела доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц, участвующих в деле, на основании ст.ст. 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Заслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, судебная коллегия полагает, что оснований для удовлетворения жалобы и отмены решения арбитражного суда области не имеется в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Белгородской области от 03.02.2020 производство по делу № А08-12020/2019 по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Белгородской области о признании ООО «СМУ-55» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 11.06.2020  производство по делу № А08-2533/2020 по заявлению ООО «Полисинтез» о признании ООО «СМУ - 55» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием у должника  имущества и денежных средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства.

ООО «СМУ-55» было зарегистрировано в качестве юридического лица 10.09.2012  за основным государственным регистрационным номером 1123123017346, поставлено на налоговый учет с присвоением ИНН 

<

***>. Основным видом деятельности общества является строительство жилых и нежилых зданий. 

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ с 10.09.2012 директором и учредителем общества с долей 50% является ФИО5, с 22.11.2019 ФИО5 вышел из состава учредителей, с 02.12.2019 внесены сведения о недостоверности записи (заявление физического лица о недостоверности сведений о нем). 

ООО «Полисинтез», полагая, что ФИО5 является лицом, контролирующими должника, обратился в арбитражный суд с требованиями о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности, по мнению истца, является невозможность полного погашения требований кредиторов ввиду отсутствия документации по финансово-хозяйственной деятельности должника на момент рассмотрения заявления о признании должника ООО «СМУ-55» несостоятельным, совершение действий, ухудшивших финансовое положение должника, а также неисполнение обязанности по обращению с заявлением о несостоятельности (банкротстве).

Разрешая данный спор, суд области пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ООО «Полисинтез» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности исходя из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.1 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом. 

Согласно пункту 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции настоящего Федерального закона.

Учитывая, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО5 подано в арбитражный суд 07.07.2020,  то процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, как правильно указал суд области, подлежат применению в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

С 10.09.2012 директором общества являлся ФИО5

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии. 

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Вместе с тем, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности). 

ООО «Полисинтез» полагает, что ФИО5 как лицо, контролирующее должника, обязан был обратиться с заявлением о признании ООО «СМУ-55» несостоятельным (банкротом) после возникновения признаков неплатежеспособности (17.09.2018) не позднее чем через месяц, то есть не позднее 17.10.2018. 

Суд первой инстанции указал, что, учитывая момент нарушения обязанности, определенный истцом, к спорным отношениям подлежат применению положения статей 9, 61.12 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств. 

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

При этом при установлении вышеперечисленных обстоятельств, доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока, точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица) из перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

Как следует из истребованного из ИФНС по г. Белгороду бухгалтерского баланса по состоянию на конец 2018 года у ООО «СМУ-55» имелась кредиторская задолженность в размере 2 055 4000 руб., при этом активы составляли 20 447 000 руб., в том числе запасы оборотные активы 18 296 000 руб., денежные средства 1000 руб., дебиторская задолженность 2 120 000 руб., прочие оборотные активы 30 000 руб. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 20.02.2016 № 301-ЭС16-820, наличие у должника неисполненных обязательств, само по себе, не свидетельствует о невозможности их погашения и, как следствие, неплатежеспособности должника. 

В Определении Верховного Суда РФ от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 указано, что при исследовании совокупности обстоятельств, входящей в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Бухгалтерский баланс сам по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду (Определение Верховного Суда РФ от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553). 

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

Таким образом, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (Определение Верховного суда РФ № 305-ЭС19- 9992 от 21.10.2019). 

Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо не освобождено от обязанности обоснования своих возражений, однако, бремя доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, а также обоснования размера субсидиарной ответственности лежит на лице, обратившемся с таким заявлением (часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

Согласно абзацу 2 статьи 2 Закона о банкротстве банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве). 

Таким образом, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства). 

Доказательств, указывающих на то, что до 19.10.2018 у ООО «СМУ-55» возникло состояние объективного банкротства, превышения суммы активов над пассивами, в материалы дела не представлено. 

Истец указал, что на текущий момент у должника общая сумма по требованию кредитора составляет 9 589 980,36 руб. Доказательства того, что данная задолженность не была отражена в бухгалтерской отчетности или тот факт, что кредиторская задолженность превышала активы должника отсутствуют. 

Иных доказательства, указывающих на наличие у должника на конец октября 2018 года признаков несостоятельности (банкротства), в материалы дела не представлено. Сам по себе факт возбуждения дела о признании должника несостоятельным (банкротом) спустя более 1,5 лет не указывает на наличие признаков объективного банкротства на конкретную дату. 

Истец также ссылался и на иные даты, в которые, по его мнению, возникает обязанность по подаче ответчиком заявления о признании ООО «СМУ-55»: 05.08.2018, 05.09.2018, 25.05.2019.

Суд данные доводы отклонил, исходя из того, что между истцом и ООО «СМУ-55» было заключено более 25 договоров период с 01.10.2017 по 03.09.2018, что свидетельствует о длительности и доверительности правоотношений, однако дата неисполнения обязательств наступила 20.10.2018, а последний из договоров был заключен 03.09.2018. 

Установив, что на указанный истцом момент возникновение у руководителя должника обязанности по обращению с заявлением о несостоятельности (банкротстве) является недоказанным, суд области  пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

При оценке довода истца о наличии оснований для привлечения лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности за непередачу (отсутствие) документации по финансово-хозяйственной деятельности должника, суд первой инстанции исходил из следующего. 

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителя должника возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. 

Учитывая указанный истцом момент совершения контролирующим должника лицом вменяемых ему действий, суд установил, что при рассмотрении спора подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266- ФЗ. 

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4). 

В пункте 24 Постановления Пленума ВФ РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо факта отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. 

В силу общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Доказывание указанных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности. 

В силу пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. 

Обязанность по предоставлению должником документации, установленная статьей 126 Закона о банкротстве, ФИО5 надлежащим образом не  была исполнена по причине того, что производство по заявлению истца о признании ООО «СМУ-55» несостоятельным (банкротом) было прекращено. 

Ответчиком не представлено доказательств выбытия документов о хозяйственной деятельности ООО «СМУ-55» либо их передача правопреемнику. Между тем, ввиду отсутствия обязанности по передаче арбитражному управляющему документации, касающейся активов должника, обстоятельства невозможности формирования конкурсной массы, проведения мероприятий по взысканию дебиторской задолженности не подтверждены, в связи с чем, суд пришел к выводу об отказе в привлечении   ФИО5 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию. 

Ссылки истца на то, что контролирующее должника лицо совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника, суд области оценил критически, указав, что признаки оспоримости и (или) недействительности сделок истцом не приведены. 

Перечисление заработной платы сотрудникам, исполнение обязательство перед иными кредиторами, совершение сделки купли-продажи автомобиля само по себе не свидетельствует о существенном ухудшении финансового положения должника. 

Заявителем были представлены сведения о внесении налоговым органом сведений в Единый государственный реестр юридических лиц о недостоверности сведений от 02.12.2019. 

Суд области исходил из того, что регистрирующий орган в обязательном порядке проводит соответствующую проверку, по результатам которой юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также его учредителям (участникам) и руководителю направляется уведомление о необходимости представления достоверных сведений (пункт 6 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее Закон № 129-ФЗ). 

В случае невыполнения юридическим лицом обязанности по представлению сведений регистрирующий орган принимает решение о внесении в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) записи о недостоверности содержащихся в реестре сведений о юридическом лице. 

Если эта запись находится в ЕГРЮЛ в течение более чем шести месяцев с момента внесения, регистрирующий орган вправе исключить юридическое лицо из ЕГРЮЛ во внесудебном порядке (пункт 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ). 

Вместе с тем, юридическое лицо вправе устранить недостоверность сведений в ЕГРЮЛ путем представления в регистрирующий орган документов для внесения в ЕГРЮЛ изменений в сведения, в отношении которых содержится запись о недостоверности, а также обжаловать действия регистрирующего органа по внесению указанной записи в вышестоящий регистрирующий орган и/или в суд. 

С учетом даты внесения сведений о недостоверности и периода нахождения ФИО5 в должности единоличного исполнительного органа и участника общества суд первой инстанции непредставление сведений в регистрирующий орган расценил как бездействие со стороны учредителя общества ФИО6 Указание на участие ФИО5 как участника и (или) руководителя в иных обществах также не может свидетельствовать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Таким образом, проанализировав и оценив собранные по делу  доказательства  в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований ООО «Полисинтез» о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СМУ-55», в связи с чем, в удовлетворении заявленных требований отказал.

Суд апелляционной инстанции считает данные выводы суда соответствующими законодательству и фактическим обстоятельствам дела.  

Обжалуя  определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу либо влияли бы на оценку его законности и обоснованности, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны  доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права. 

Доводы жалобы выводы суда первой инстанции не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для её удовлетворения.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено Законом о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника. 

В данном споре отсутствуют доказательства наличия  всех, указанных в Законе о банкротстве условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, а также по иным заявленным основаниям. 

Довод заявителя жалобы о том, что суд в решении указал, что, по мнению истца, ФИО5 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «СМУ-55» несостоятельным (банкротом) после возникновения признаков неплатежеспособности 17.10.2018 и не позднее чем через месяц, то есть 17.11.2018, однако в исковом заявлении (с учетом уточнений) истец указывал даты 17.09.2018 и 17.10.2018 соответственно, не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. данное обстоятельство не привело к принятию  незаконного решения. Кроме того, истец не лишен права обратиться в арбитражный суд с заявлением об исправлении описки (опечатки).

Довод заявителя жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют определения суда об отказе в удовлетворении ходатайств истца об истребовании из ИФНС по г. Белгороду налоговых деклараций ООО «СМУ-55», расчетов по страховым взносам за 1-4 квартал 2018 г., 2019г., бухгалтерского баланса за 2018г., 2019г., а также о привлечении в качестве третьего лица ИФНС по г. Белгороду, опровергается материалами дела, из которых следует, что определением суда от 09.12.2020 (рез. часть от 02.12.2020) в удовлетворении ходатайства ООО «Полисинтез» о привлечении ИФНС по г. Белгороду к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было  отказано.

В соответствии со статьей 51 АПК РФ  третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного акта. 

Из приведенных положений законодательства следует, что третьими лицами являются предполагаемые субъекты материальных правоотношений, взаимосвязанных со спорным правоотношением, которые являются предметом судебного разбирательства, вступающие в начавшийся между первоначальными сторонами процесс с целью защиты своих субъективных прав либо охраняемых законом интересов. 

Предусмотренный АПК РФ институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия. 

Таким образом, критерием привлечения к участию в деле третьих лиц является прямой юридический интерес, выражающийся в том, что решение по делу может создать, изменить или прекратить субъективные права или обязанности третьего лица по отношению к одной из сторон в споре или повлечь факт нарушения лично принадлежащих ему прав или возложения на него обязанностей принятым решением. 

Указав, что приведенные доводы заявителя, по смыслу статьи 51 АПК РФ не могут являться основанием для привлечения в качестве третьего лица ИФНС России по г. Белгороду, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении  данного ходатайства.

В удовлетворении ходатайства ООО «Полисинтез» об истребовании из ИФНС по г. Белгороду дополнительных документов отказано протокольным определением суда первой инстанции от 02.12.2020.

В суде апелляционной инстанции ходатайств об истребовании из ИФНС по г. Белгороду дополнительных документов истцом не заявлялось.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, оснований для отмены решения Арбитражного суда Белгородской области от 04.08.2021 (с учетом определения об исправлении опечатки от 04.08.2021) по делу № А08-5421/2020 и удовлетворения апелляционной жалобы истца судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая результаты рассмотрения апелляционной жалобы, госпошлина за ее рассмотрение в размере 3 000 руб. согласно статье 110 АПК РФ относится на заявителя жалобы и возврату не подлежит. 

Руководствуясь ст.ст. 110, 269, 271 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Белгородской области от 04.08.2021 (с учетом определения об исправлении опечатки от 04.08.2021) по делу № А08-5421/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Полисинтез»  - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 АПК РФ.    

 

  Председательствующий судья                                Г.В. Владимирова

Судьи                                                                         Т.И. Орехова

                                                                                              ФИО1