ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-1720/2019

г. Челябинск

14 марта 2019 года

Дело № А76-30473/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ширяевой Е.В.,

судей Карпусенко С.А., Лукьяновой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.12.2018 по делу № А76-30473/2018 (судья Ефимов А.В.).

В судебном заседании принял участие представитель открытого акционерного общества «МАКФА» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 20.02.2017).

Акционерное общество «МАКФА» (далее - АО «МАКФА», истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Страховая компания «Росгосстрах» (далее – ПАО «СК «Росгосстрах», ответчик) о взыскании 378 750 руб. страхового возмещения, 174 225 руб. неустойки за просрочку исполнения обязательств за период с 03.08.2018 по 17.09.2018 и далее по день вынесения решения судом.

Решением суда первой инстанции от 26.12.2018 исковые требования удовлетворены частично, с ПАО «СК «Росгосстрах» в пользу АО «МАКФА» взыскано 378 750 руб. страхового возмещения, 378 750 руб. неустойки за период с 03.08.2018 по 19.12.2018, 14 059 руб. 50 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части требований отказано (л.д. 100-110).

ПАО «СК «Росгосстрах» с решением суда не согласилось, обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу о том, что истец надлежащим образом исполнил, возложенные на него обязанности и предоставил полный комплект документов, предусмотренный Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств утвержденным Центральным банком Российской Федерации 19.09.2014 № 431-П (далее – Правила ОСАГО).

Из приложенных истцом к заявлению о выплате страхового возмещения документов, нельзя установить принадлежность поврежденного имущества АО «МАКФА». Представленная инвентарная карта от 20.04.2018 не может являться надлежащим доказательством права собственности на имущество, так как не содержит указания на основание постановки на баланс АО «МАКФА» автоматического шлагбаума, не заполнены графы, учитывающие ввод в эксплуатацию данного имущества, а также не представлены документы бухгалтерской отчетности, подтверждающие снятие шлагбаума автоматического с баланса предприятия в связи с выходом его из эксплуатации.

Таким образом, предусмотренный Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) срок для выплаты страхового возмещения, не был нарушен.

По мнению подателя жалобы, Законом об ОСАГО, как специальным законом, предусмотрено ограничение ответственности страховщика на размер износа, подлежащих замене запасных частей, узлов и агрегатов в отношении любого имущества, а не только транспортных средств, в связи с чем, требование истца о взыскании с ответчика страхового возмещения без учета износа поврежденного оборудования, следует признать необоснованным и незаконным.

Рассматривая требование о взыскании неустойки, суд первой инстанции не дал оценку тому обстоятельств, что истец, злоупотребляя правом, предоставил страховщику неполный комплект документов, затем предоставлял документы частями, а необходимый документ - подтверждающий установку шлагбаума именно на территории истца, не предоставил вовсе, как и не предоставил документов, подтверждающих установку шлагбаума своими силами. Указанными действиями, истец увеличивает период рассмотрения заявления о страховом случае.

Кроме того, в апелляционной жалобе повторно изложено ходатайство о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, ПАО «СК «Росгосстрах»  в судебное заседание своего представителя не направило.

С учетом мнения представителей АО «МАКФА», в соответствии со статьями 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие подателя жалобы.

До начала судебного заседания от АО «МАКФА» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил оставить решение без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель АО «МАКФА» возражал против доводов жалобы

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции, АО «МАКФА» является собственником расположенной по адресу: п. Рощино Сосновского района Челябинской области производственной площадки, включающей в себя объекты недвижимого имущества (производственно-складские здания), въезд в одно из которых оборудован шлагбаумом ES. 

Из материалов дела следует, что 19.04.2018 водитель ФИО3, управляя автомобилем Вольво FH-TRUCK с государственным регистрационным знаком у778ту174, нарушив требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, совершил наезд на указанный выше шлагбаум, в подтверждение чего в материалы дела представлены справка о дорожно-транспортном происшествии (далее – ДТП) от 19.04.2018, определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 19.04.2018, схема места ДТП от 19.04.2018 (л.д. 13-15).

В результате ДТП принадлежащий истцу шлагбаум получил повреждения, отмеченные в акте осмотра от 25.04.2018 и справке о ДТП от 19.04.2018 (л.д. 13, 64). 

По результатам обращения истца в организации, специализирующиеся на производстве, реализации и обслуживании шлагбаумов, закрытое акционерное общество «Автоматические ворота и двери» (далее – ЗАО «Автоматические ворота и двери») представлено коммерческое предложение с указанием ориентировочной стоимости восстановительного ремонта имущества в размере 378 750 руб. (л.д. 23). 

Транспортное средство Вольво FH-TRUCK, государственный регистрационный знак у778ту174, принадлежит на праве собственности обществу с ограниченной ответственностью «Темп Автотех» (далее – ООО «Темп Автотех») (л.д. 10-11).

На дату ДТП гражданская ответственность владельца транспортного средства ООО «Темп Автотех» застрахована по полису ОСАГО серии ЕЕЕ № 0391576383 в ПАО «СК «Росгосстрах» (л.д. 12).

АО «МАКФА» 23.04.2018 обратилось в ПАО «СК «Росгосстрах» с заявлением о страховой выплате (л.д. 20).

В связи с невозможностью эксплуатации по назначению шлагбаума вследствие его повреждения, истец заключил с ЗАО «Автоматические ворота и двери» договор подряда от 23.04.2018 № С-013 на выполнение работ по его ремонту (л.д. 35-41). 

Страховщик произвел осмотр поврежденного шлагбаума, по результатам которого был составлен акт от 25.04.2018 №16491772 (л.д. 64).

Заявлением, полученным ответчиком 26.04.2018, истец представил реквизиты АО «МАКФА» (л.д. 63). 

Письмом от 16.05.2018 №1700/2512 ответчик отказал истцу в выплате страхового возмещения, сославшись на непредставление при подаче заявления о наступлении страхового случая документа, подтверждающего право собственности истца на шлагбаум (договор на установку и акт выполненных работ) (л.д. 61). 

Истец, 18.06.2018 направил в адрес ответчика копии товарной накладной от 05.10.2012 № 685 и приходного ордера от 05.10.2012 № 6841, подтверждающих факт приобретения АО «МАКФА» шлагбаума ES 60, поврежденного в результате ДТП от 19.04.2018 (л.д. 30).

Письмом от 19.06.2018 № 1700/3071 ответчик вновь отказал истцу в выплате страхового возмещения, сославшись на непредставление при подаче заявления о наступлении страхового случая документа, подтверждающего право собственности (договор на установку и акт выполненных работ). 

Заявлением №16491772, полученным страховщиком 25.06.2018, истец повторно передал ответчику копию договора подряда от 23.04.2018 №С-013, заключенного между АО «МАКФА» и «Автоматические ворота и двери» на выполнение работ по ремонту автоматического шлагбаума, а также копию платежного поручения от 15.05.2018 № 11941 об оплате ремонтных работ истцом, согласно которым стоимость ремонта шлагбаума составила 378 750 руб. (л.д. 34-42). 

Ответчик повторно запросил у истца документа, подтверждающего право собственности истца на шлагбаум, так и не возместив ущерб истцу (л.д. 43).

Истец направил в адрес ответчика претензию от 19.07.2018 о выплате страхового возмещения, сообщив повторно, что копии документов, подтверждающих право собственности на поврежденный шлагбаум, переданы страховщику ранее. При этом договор купли-продажи шлагбаума не заключался, имущество приобретено истцом путем заключения разовой сделки купли-продажи, о чем свидетельствуют переданные ПАО СК «Росгосстрах» товарная накладная от 05.10.2012 № 685, приходный ордер от 05.10.2012 № 6841, счет-фактура от 05.10.2012 № 985, которые содержат сведения о наименовании товара, его количестве и цене (л.д. 44). 

По заказу ПАО СК «Росгосстрах» экспертной организацией общество с ограниченной ответственностью «АПЭКС Групп» в заключении от 15.10.2018 №1234813 определена стоимость восстановительного ремонта шлагбаума в сумме 262 626 руб. 40 коп. (л.д. 54). 

Поскольку требования истца в добровольном порядке исполнены не были, АО «МАКФА» обратилось в суд с исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости снижения размера неустойки.

Апелляционный суд полагает выводы суда первой инстанции верными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В пункте 1 статьи 931 названного Кодекса определено, что по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В соответствии со статьями 1 и 12 Закон об ОСАГО по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств возмещаются не только убытки, причиненные в результате повреждения транспортного средства, но и вред в виде утраты (повреждения) груза, перевозившегося в транспортном средстве потерпевшего, а также вред, причиненный имуществу, не относящемуся к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию заправочной станции, дорожным знакам и ограждениям и т.д.), за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 6 Закона об ОСАГО (пункт 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Постановление Пленума № 58)).

Расходы, понесенные потерпевшим в связи с необходимостью восстановления права, нарушенного вследствие причиненного дорожно-транспортным происшествием вреда, подлежат возмещению страховщиком в пределах сумм, установленных статьей 7 Закона об ОСАГО (пункт 4 статьи 931 Кодекса, абзац восьмой статьи 1, абзац первый пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 39 Постановления Пленума № 58 при причинении вреда имуществу, не относящемуся к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию АЗС и т.д.), размер страхового возмещения определяется на основании оценки, сметы и т.п.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что гражданская ответственность виновника ДТП застрахована у ответчика по соответствующему договору страхования; вред причинен только имуществу.

В пункте 18 Постановления Пленума № 58 указано, что право на получение страхового возмещения в связи с повреждением имущества принадлежит потерпевшему - лицу, владеющему имуществом на праве собственности или ином вещном праве. Лица, владеющие имуществом на ином праве (в частности, на основании договора аренды) либо использующие имущество в силу полномочия, основанного на доверенности, самостоятельным правом на страховую выплату в отношении имущества не обладают (абзац шестой статьи 1 Закона об ОСАГО).

Суд первой инстанции верно указал, что переданный истцом ответчику комплект документов в составе: товарная накладная от 05.10.2012 № 685 (поставщик – ООО ПК «Логард», грузополучатель, плательщик – ОАО «Макфа»), счет-фактура от 05.10.2012 № 685 (продавец, грузоотправитель – ООО ПК «Логард», грузополучатель, покупатель – ОАО «Макфа»), приходный ордер на центральный склад от 05.10.2012 № 6841, инвентарная карточка учета объекта основных средств № 00602674, подтверждающая принятие объекта к бухгалтерскому учету (т. 1 л.д. 24-27, 31-32), является надлежащим доказательством владения истцом поврежденным имуществом на праве собственности.

Размер ущерба определен истцом на основании фактически произведенных затрат на ремонт поврежденного имущества, который подтвержден договором подряда от 23.04.2018 № С-013, платежным поручением от 15.05.2018 № 11941 на сумму 378 750 руб. (л.д. 35-42)

Ответчик ущерб, причиненный в результате повреждения шлагбаума, истцу не возместил. 

Возражая против удовлетворения требований заявленных к ПАО СК «Росгосстрах», страховая компания указала, что применение износа при определении суммы страхового возмещения на недвижимое имущество, противоречит действующему законодательству.

Вместе с тем, согласно пункту 34 Постановления Пленума № 58 под страховой выплатой понимается конкретная денежная сумма, подлежащая выплате страховщиком в возмещение вреда жизни, здоровью и/или в связи с повреждением имущества потерпевшего (статьи 1 и 12 Закона об ОСАГО).

В абзаце 3 пункта 39 Постановления Пленума № 58 указано, что при причинении вреда имуществу, не относящемуся к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию АЗС и т.д.), размер страхового возмещения определяется на основании оценки, сметы и т.п.

При этом на выплату страхового возмещения с учетом износа указано в пункте 41 Постановления Пленума № 58 и только в отношении транспортных средств.

Таким образом, суд первой инстанции с учетом названных разъяснений правомерно отклонил возражения страховщика о необходимости расчета страхового возмещения с учетом износа, как противоречащие разъяснениям, приведенным в пунктах 39 и 41 Постановления Пленума № 58.

Соответственно, аналогичный довод апелляционной жалобы подлежит отклонению. 

Поскольку доказательств выплаты страхового возмещения истцу в сумме 378 750 руб. ответчиком в материалы дела не представлено, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования в указанной части в полном объеме.

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки за просрочку исполнения обязательства за период с 03.08.2018 по момент подачи искового заявления 17.09.2018 в сумме 174 223 руб. (что следует из расчета неустойки истцом в описательной части искового заявления).

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

          Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 21 статьи Закона об ОСАГО в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

         Поскольку ответчик не произвел выплату ущерба в полном объеме в установленный законом срок, у потерпевшего возникло право начисления неустойки.

Суд первой инстанции, проверив расчет неустойки, нашел неверным.

Также суд первой инстанции произвел расчет неустойки на дату вынесения резолютивной части решения, согласно которому общий размер неустойки за период с 03.08.2018 по 19.12.2018 (139 дней) неустойка составляет 526 462 руб. 50 коп. (378 750 руб. х 1% х 139 дн.).

Ответчиком заявлено о необходимости снижения суммы неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

В пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) указано, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период.

Согласно пункту 85 Постановления Пленума № 58 применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика.

Суд первой инстанции, оценив обстоятельства и материалы дела, учитывая, что неустойка является мерой ответственности за ненадлежащее исполнение договора, усмотрел основания для снижения размера неустойки. 

Суд учел значительную сумму неустойки - 526 462 руб. 50 коп., превышающую сумму взысканного в пользу истца ущерба - 378 750 руб. 

Суд первой инстанции пришел к выводу, что требования истца о взыскании неустойки подлежат удовлетворению частично в размере 378 750 руб., что соответствует размеру просроченной ответчиком задолженности по выплате ущерба перед истцом.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции.

Довод о том, что истец ненадлежащим образом исполнил, возложенные на него обязанности и предоставил неполный комплект документов, предусмотренный Правилами ОСАГО, подлежит отклонению. Поскольку шлагбаум являются движимым имуществом, истцом была предоставлена инвентарная карточка (ф.ОС-6) (л.д. 25-27), которая подтверждают факт учета основного средства на балансе акционерного общества, согласно постановлению Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 21.01.2003 № 7, статье 9 Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Доводы подателя жалобы о злоупотреблении правом со стороны истца являются несостоятельными.

Из пункта 86 Постановления Пленума № 58  следует, что во взыскании неустойки потерпевшему может быть отказано лишь в случае установления его вины в просрочке страховщика либо злоупотребления потерпевшим своими правами.

При установлении факта злоупотребления потерпевшим правом суд отказывает в удовлетворении исковых требований о взыскании со страховщика неустойки, финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда (статьи 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с презумпцией добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что контрагент употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

Однако таких доказательств не представлено; указанные ответчиком причины сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом.

При рассмотрении дела злоупотребления правом со стороны истца в отношении ответчика не установлено, поскольку, обратившись в суд с рассматриваемым иском, истец реализовал предусмотренное законом право на судебную защиту, не имея намерений причинить кому-либо вред или добиться для себя иных неправовых последствий.

Кроме того, в случае отказа судом первой инстанции во взыскании с ответчика суммы неустойки, страховщик был бы неправомерно освобожден от ответственности, предусмотренной пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, за несвоевременное исполнение обязательства по выплате страхового возмещения.

В отношении заявления ПАО СК «Росгосстрах» о применении на стадии апелляционного производства положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как указано ранее, ответчиком в ходе рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции было заявлено ходатайство о снижении размера взыскиваемой неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной статье, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В пункте 73 Постановления № 7 указано, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность по доказыванию несоразмерности заявленной истцом суммы неустойки последствиям ненадлежащего исполнения обязательства в рассматриваемом споре лежит на ответчике.

Согласно пункту 77 Постановления № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 78 вышеназванного постановления правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

В пункте 75 Постановления № 7 указано, что доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

В настоящем случае в заявлении о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик указал на то, что заявленный истцом размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства.

Арбитражный суд первой инстанции принял во внимание доводы сторон, компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, превышение суммы начисленной неустойки размера возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, уменьшил размер неустойки до 378 750 руб. 

Оснований для дополнительного применения правил статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд не усматривает. 

Таким образом, обстоятельства дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению. 

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.12.2018 по делу № А76-30473/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судьяЕ.В. Ширяева

Судьи:                                         С.А. Карпусенко

М.В. Лукьянова