СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-76/2021(4)-АК

Дело № А60-63057/2019

08 июня 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 08 июня 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                           Даниловой И.П., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» при участии:

от конкурсного управляющего: ФИО2, паспорт, доверенность от 10.01.2022;

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

ФИО3, паспорт;

от АО Агропромышленный комбинат «Белореченский»  - ФИО4, паспорт, доверенность от 20.01.2022;

от ФИО5 - ФИО4, паспорт, доверенность от 16.11.2021;

от ФИО6 - ФИО4, паспорт, доверенность от 16.11.2021;

от ФИО7 – ФИО8, паспорт, доверенность от 16.11.2021;

от ФИО9 - ФИО4, паспорт, доверенность от 15.07.2021;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО10 

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 марта 2022 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО9, ФИО5, ФИО11, ФИО7, АО АПК «Белореченский» (ИНН 

<

***>), 

вынесенное в рамках дела № А60-63057/2019 о признании ООО «УК» Белореченское» несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

В суд поступило заявление общества «Уралсевергаз» о признании общества «УК» Белореченское» несостоятельным банкротом. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2019 требования акционерного общества «Уралсевергаз» о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Белореченское» несостоятельным (банкротом) признаны обоснованными. В отношении должника общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Белореченское» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим должника ООО «Управляющая компания «Белореченское» утвержден ФИО10 (620000,г. Екатеринбург, а/я 504), член Ассоциации ВАУ «Достояние». Судебное заседание по рассмотрению дела о банкротстве назначено на 17.04.2020.

Сообщение о признании должника банкротом и введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 231 от 14.12.2019 (номер объявления 77010223729). 

Решением суда от 30.06.2020 ООО «УК» Белореченское» признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 19.12.2020. Конкурсным управляющим ООО «УК» Белореченское» утвержден ФИО10 (620000,г. Екатеринбург, а/я 504), член Ассоциации ВАУ «Достояние».

В арбитражный суд 28.05.2021 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника. Определением Арбитражного суда Свердловской области заявление принято к производству суд.

В материалы дела путем электронной подачи документов через систему «Мой Арбитр» 20.09.2021 от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требований, просит привлечь солидарно ФИО6, ФИО9 (бывших руководителей ООО «УК «Белореченское»), ФИО5, ФИО11, ФИО7 (учредителей должника) и АО АПК «Белореченский» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Белореченское» на основании п.п.2 и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  В связи с невозможностью в настоящее время определения размера субсидиарной ответственности приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами. Ходатайство судом принято в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04 марта 2022 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника  полностью отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО10 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на необоснованное вывода суда первой инстанции о недоказанности наступления неплатежеспособности должника. При этом оставлены без надлежащей оценки доводы конкурсного управляющего, что установленная им дата наступления неплатежеспособности 26.05.2014 не является разовым неисполнением обязательств перед отдельным кредитором, а объективно отражает начало необратимых отрицательных финансовых изменений в экономической деятельности должника. Данный довод подкреплялся приложенными сведениями о результатах финансовой деятельности должника, согласно которых по итогам 2014 года финансовый результат был зафиксирован с убытком в размере 5 905 000 рублей (по итогам 2013 года убыток составил 5 492 000 рублей).  Далее должник из года в год стабильно демонстрировал отрицательные финансовые результаты (убытки по итогам года), сопровождающиеся постоянным приростом кредиторской задолженности: 2016 год – 36 919 тыс. руб., 2017 год – 45 039 тыс. руб., 2018 год – 50 005 тыс. руб., 2019 год – 55 032 тыс. руб. При этом привлекаемые к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО7 сами в своем отзыве указывают на факт неплатежеспособности Должника как минимум с конца 2014 года, в связи с практическим отсутствием расчетов с АО «Уралсевергаз» за поставленные энергоресурсы. Считает, что сделанный судом первой инстанции вывод об отсутствии признаков неплатежеспособности противоречит своему же доводу о необходимости соотношения размера дебиторской и кредиторской задолженности, поскольку обстоятельства настоящего обособленного спора указывают об обратном, и, соответственно, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, так как по итогам проведенной в рамках дела о банкротстве инвентаризации имущества должника, размер дебиторской задолженности заинвентаризован в сумме 9 197 603,79 руб., при этом размер кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов составляет 30 037 063,76 руб., Также в качестве довода, якобы исключающего применение ответственности, в обжалуемом определении суда указан тот факт, что ходатайства должника в Региональную энергетическую комиссию оставались без удовлетворения, и тарифы утверждались в размерах, значительно ниже заявленных должником (стр.10 обжалуемого определения). По мнению конкурсного управляющего данный факт наоборот должен свидетельствовать о неосмотрительности и неразумности действий руководителя, в связи с заведомой невозможностью достижения положительных экономических результатов. Ссылка в обжалуемом определении суда на принятую «Программу энергосбережения и повышения энергетической эффективности по производству и передаче тепловой энергии на 2017 - 2019 годы» (стр. 13) по мнению конкурсного управляющего также не может обосновывать отсутствие осознания руководителем должника признаков неплатежеспособности предприятия и исключать его обязанность о подаче заявления о признании должника банкротом. Считает, что при постоянной убыточной деятельности предприятия с ежегодной нарастающей отрицательной динамикой роста кредиторской задолженности, при одновременных отказах Региональной энергетической комиссии в утверждении тарифов, позволяющих выйти на уровень безубыточности, явно не может идти речь «об неисполнении обязательств перед отдельным кредитором», а сложившаяся ситуация наоборот свидетельствует об устойчивой экономически неэффективной деятельности предприятия, каждый последующий год деятельности которого лишь приводил к росту долговой нагрузки, что однозначно указывает на наличие признаков неплатежеспособности должника. 

Считает, что судом необоснованно отклонены доводы конкурсного управляющего относительно того, что ОАО «АПК «Белореченское» является контролирующим лицом должника. Отмечает, что конкурсный управляющий в своем заявлении и не утверждал, что наличие непогашенной дебиторской задолженности АО АПК «Белореченский» явилось причиной банкротства должника. Данное обстоятельство было указано в качестве лишь одного из совокупности обстоятельств, свидетельствующих о роли АО АПК «Белореченский» как контролирующего должника лица. В обжалуемом определении указано «…неоплата физическими лицами указанных услуг не свидетельствует о том, что последние таким образом обогащаются...». Данный вывод, по мнению заявителя, также противоречит фактическим обстоятельствам, поскольку конкурсным управляющим было отражено наличие агентского договора, согласно которого физические лица-потребители оказываемых должником жилищно-коммунальных услуг, фактически были исключены из процесса их оплаты, поскольку на стоимость объема оказанных жилищно-коммунальных услуг, происходило уменьшение выдаваемой работникам АО АПК «Белореченский» заработной платы, а последнее, в свою очередь, обязалось перечислить удержанные денежные средства должнику. При этом конкурсный управляющий отмечает, что в ходе конкурсного производства по иску конкурсного управляющего в рамках дела А60-44518/2020 с АО АПК «Белореченский» было взыскана задолженность по агентскому договору в размере 1 276 326,22 руб. То есть, у работников АО АПК «Белореченский» денежные средства были удержаны, но вместо перечисления их согласно условий агентского договора должнику, они продолжали находиться в неправомерном пользовании АО АПК «Белореченский». Все учредители должника одновременно входят в состав административно-управленческого персонала АО АПК «Белореченский», причем ФИО5 является генеральным директором АО АПК «Белореченский», что обуславливает подконтрольность должника интересам АО АПК «Белореченский». И АО АПК «Белореченский», и должник осуществляли деятельность на территории одного муниципального образования. Обе организации располагались в едином административном здании. Указанные факты, а также одновременное трудоустройство по совместительству ФИО11, ФИО5, ФИО7 и в АО АПК «Белореченский», и в ООО «УК «Белореченское» в совокупности позволяют объективно утверждать об общности интересов данных организаций. В настоящем случае имеет место быть создание «центра концентрации убытков» - Должника, который с 2015 года постоянно наращивая отрицательные финансовые результаты продолжал фактически безвозмездно получать энергоресурсы, в частности от АО «Уралсевергаз» и АО «Энергосбыт Плюс». При этом основным потребителем услуг Должника являлись как само АО АПК «Белореченский», так и население с. Кочневское, осуществляющее трудовую деятельность в его интересах. Всего в ходе конкурсного производства, по трем составляющим (ЖКУ, лизинг, агентский договор) АО АПК «Белореченский» в пользу Должника было погашено задолженности на сумму более 5,5 млн. руб. Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, именно АО АПК «Белореченский» являлось бенефициаром продолжения должником осуществления деятельности при одновременной очевидности ее заведомой убыточности. Вхождение в руководящий состав АО АПК «Белореченский» всех учредителей должника позволяет утверждать о принятии в интересах АО АПК «Белореченский» всех ключевых решений, определявших поведение Должника в рамках его хозяйственной деятельности. Указанные обстоятельства по мнению конкурсного управляющего в достаточной степени обосновывают статус АО АПК «Белореченский» как контролирующего должника лица, влекущий в рамках настоящего обособленного спора необходимость его солидарного привлечения к субсидиарной ответственности. обжалуемым определением суда оставлен без надлежащей оценки довод конкурсного управляющего о том, что в силу ч.2 ст. 33 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 02.07.2021) "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об ООО) к компетенции общего собрания участников общества относится, в частности, принятие решение о реорганизации и ликвидации общества. Таким образом, по мнению заявителя, по итогам 2014 года общее собрание участников должника должно было быть проведено не позднее 30.04.2015 года в силу совокупности вышеуказанных норм действующего законодательства и устойчивых признаков неплатежеспособности предприятия ФИО5, ФИО7, и ФИО11 были должны инициировать процедуру признания должника банкротом. Если же данный довод судом без соответствующего отражения в судебном акте признан недостаточным, то непонятно по какой причине оставлено без надлежащей оценки бездействие учредителей после 30.07.2017 года. Также оставлены без внимания доводы конкурсного управляющего о максимальной степени вовлеченности учредителей должника в его деятельность, обусловленные их трудоустройством в штате должника, причем учредитель ФИО5 периодически исполнял обязанности руководителя должника, в силу чего у него также имелась прямая обязанность обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

До начала судебного заседания от ответчиков ФИО7, ФИО9, ФИО5, АО АПК «Белореченский», поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании ФИО11 и представитель  ФИО7, ФИО9, ФИО5, ФИО6, АО АПК «Белореченский» против позиции апеллянта возражали по мотивам, изложенных в письменных отзывах на апелляционную жалобу. 

Представитель конкурсного управляющего поддерживал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Управляющая компания «Белореченское» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной ИФНС России №29 по Свердловской области 10.03.2010 , о чем в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о регистрации данного юридического лица за основным государственным регистрационным номером 1106639000247. 

До 25.08.2014 директором ООО «УК  «Белореченский» являлся ФИО6, с  26.08.2014 на должность директора общества назначен ФИО9.  

         Учредителями  ООО «УК  «Белореченский» являются  ФИО5, обладающий долей в размере 34%, ФИО7 -34%, ФИО11 – 32%.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2019 в отношении ООО «УК» Белореченское» введена процедура наблюдения. 

Решением суда от 30.06.2020 ООО «УК» Белореченское» признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим ООО «УК» Белореченское» утвержден ФИО10.

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов ООО  «УК «Белореченское» были включены требования на общую сумму 28 633 тыс.руб. тыс.руб., из которых задолженность перед ресурсоснабжающими организациями (АО «Уралсеврегаз» и АО «Энергосбыт Плюс») составляет 25 001 тыс.руб., возможность удовлетворения которых в полном объеме отсутствует в связи с недостаточностью конкурсной массы.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющей просит привлечь солидарно ФИО6, ФИО9 (бывших руководителей ООО «УК «Белореченское»), ФИО5, ФИО11, ФИО7 (учредителей должника) и АО АПК «Белореченский» (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Белореченское». 

Указанное выше обстоятельство заявитель мотивировал тем, что каждый из заинтересованных лиц - ФИО5, обладающий долей в размере 34%, ФИО7 -34%, ФИО11 – 32%, имели право инициировать внеочередное собрание учредителей для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. В обоснование для привлечения к субсидиарной ответственности АО АПК «Белореченский» конкурсный управляющий сослался на следующие обстоятельства все учредители должника одновременно входят в состав административно управленческого персонала АО АПК «Белореченский», причем ФИО5 является генеральным директором АО АПК «Белореченский», что обуславливает подконтрольность должника интересам АО АПК «Белореченский». И АО АПК «Белореченский», и должник осуществляли деятельность на территории одного муниципального образования. Обе организации располагались в едином административном здании (

<

...>). Указанные факты, а также одновременное трудоустройство по совместительству ФИО11, ФИО5, ФИО7 и в АО АПК «Белореченский», и в ООО «УК «Белореченское» в совокупности позволяют утверждать об общности интересов данных организаций.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия совокупности обстоятельств, достаточных для привлечения указанных выше лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК  «Белореченский».

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены вынесенного судебного акта, в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Применительно к рассматриваемому случаю,  ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность контролировавших должника лиц  настоящий спор должен быть разрешен с применением статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на момент вменяемого нарушения) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона.

В соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

Указанная правовая позиция сформирована в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016)», утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016 (далее – Обзор судебной практики от 06.07.2016), в дальнейшем выражена в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Момент возникновения обязанности, установленной нормами статьи 9 Закона о банкротстве в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018).

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов ответственности освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана является разумным.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Конкурсный управляющий, обращаясь с настоящим заявлением, полагает, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникла у заинтересованных лиц не позднее 26.05.2014, поскольку к этому моменту руководителю должника должна была быть очевидна недостаточность имущества должника, а также имелись неисполненные более трех месяцев обязательства перед контрагентом. 

Момент возникновения признаков неплатёжеспособности конкурсный управляющий связывает со следующими обстоятельствами. 

Согласно вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Свердловской области от 05.09.2014 по делу А60-25122/2014 обязанности ООО «УК «Белореченское» по оплате поставленного газа в рамках договора на поставку и транспортировку газа №4- 1663/11-12 от 15.09.2011 не исполнялись, в связи с чем перед ЗАО «Уралсевергаз» образовалась задолженность в сумме 3682416 руб. 69 коп. Пунктами 5.1-5.2 договора на поставку и транспортировку газа от стороны предусмотрели, что расчеты за поставленный газ производятся ежемесячно, не позднее 25-го числа месяца, следующего за месяцем поставки газа, в связи с чем, ЗАО «Уралсевергаз» дополнительно заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных с 26.01.2014, которое также удовлетворено судом. 

Таким образом, по состоянию на 26.01.2014 у ООО «УК «Белореченское» неисполненные обязательства в размере 3 682 416,69 руб. В результате продолжения неэффективной деятельности и неисполнения обязанности по подаче заявления, у должника возникла и иная задолженность перед кредиторами, которые в настоящее время включены в реестр требований. 

Судом установлено, что действия (бездействие), за которые конкурсный управляющий просит привлечь к ответственности ФИО5, обладающий долей в размере 34%, ФИО7 - 34%, ФИО11 – 32%, имели место до вступления в силу главы III.2 Закона о банкротстве, применению подлежит статья 10 Закона о банкротстве, действующей на момент совершения вменяемого нарушения. 

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017. 

На момент совершения вменяемых деяний статья 9 не содержала обязанности учредителей о созыве такого собрания.

При этом, пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей на момент предполагаемого нарушения, не предполагает ответственность учредителей за неподачу заявления о несостоятельности.

Таким образом, правовые основания для привлечения ФИО5, ФИО7, ФИО11  за неисполнение обязанности по инициированию обращения в суд с заявлением о банкротстве должника отсутствуют, в связи с чем отказ суда в удовлетворении заявления в данной части является правомерным.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, деятельность должника сводилась исключительно к оказанию коммунальных услуг населению и юридическим лицам. 

Должник территориально осуществлял деятельность в пределах одного малочисленного населенного пункта – село Кочневское Белоярского района Свердловской области, общая численность населения которого составляет около 1500 человек.

 В то же время численность сотрудников АО АПК «Белореченский» за 2019 год по данным ФНС составила 642 человека. В соответствии с действующим законодательством цены на данные виды коммунальных услуг являются регулируемыми, их оплата осуществляется по тарифам, утвержденным для должника в установленном порядке соответствующими компетентными органами (РЭК). 

Согласно приложению к выписке из протокола заседания Правления РЭК Свердловской области от 13.12.2013 № 32 указано, что ООО УК «Белореченское» представило в РЭК производственную программу оказания услуг холодного водоснабжения на территории Белоярского городского округа и заявление об установлении соответствующего ей тарифа на 2014 год в размере 11,32 руб./м3. 

Однако, тариф в итоге установлен: на период с 01.01.2014 по 30.06.2014 в размере 8,22 руб./м3, а на период с 01.07.2014 по 31.12.2014 - 8,67 руб./м3. Согласно справке, подписанной бывшим руководителем ООО УК «Белореченское», в 2017 году должник просил установить тариф на холодную воду в размере 14,01 руб./м3 и на теплоснабжение - 1 674,82 руб.; в итоге утверждены тарифы, соответственно, 10,31 руб./м3 и 1 265,67 руб. В 2018 году должник просил установить тариф на холодную воду в размере 19,26 руб./м3 и на теплоснабжение - 1 926,15 руб.; в итоге утверждены тарифы, соответственно. 11 руб./м3 и 1 319,96 руб. В 2019 году должник просил установить тариф на холодную воду в размере 17,59 руб./м3 и на теплоснабжение - 1 945,20 руб.; в итоге утверждены тарифы, соответственно, 11,44 руб./м3 и 1 361,96 руб. В 2020 году должник просил установить тариф на холодную воду в размере 20,84 руб./м3, в итоге утвержден тариф в размере 11,83 руб. 

Временный управляющий в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО УК «Белореченское» делает следующие выводы: а) в 2017 году затраты на основные виды деятельности превысили выручку на 5 125 312,13 руб.  Наиболее убыточным видом деятельности является «Отопление», разница между себестоимостью и продажами по которому составила 4 738 930,14 руб.; б) в 2018 году затраты на основные виды деятельности превысили выручку на 6 023 484,56 руб. Наиболее убыточным видом деятельности является «Отопление», разница между себестоимостью и продажами по которому составила 4 971 004,33 руб.; в) в 2019 году затраты на основные виды деятельности превысили выручку на 4 540 991,27 руб. Наиболее убыточным видом деятельности является «Отопление», разница между себестоимостью и продажами по которому составила 2 957 757,64 руб. 

Должником заключены различные виды договоров с конкурсными кредиторами, необходимые для дальнейшего предоставлений коммунальных услуг.

Из материалов дела усматривается, что кредиторами осуществлялась поставка по договорам в бесперебойном режиме, в том числе до момента возбуждения настоящего дела о банкротстве. Фактически на протяжении длительного времени между кредиторами и должником сложились отношения, в которых поставка осуществлялась без полного погашения уже существующей задолженности, затем кредиторы обращались в суд с заявлениями о её взыскании и получали удовлетворение своих требований в порядке исполнительного производства. 

Как указано ранее, основным видом деятельности должника являлось предоставление коммунальных услуг. Спецификой данного вида деятельности является обязательное наличие временного промежутка между возникновением обязательств должника перед ресурсоснабжающими организациями и получением им оплаты коммунальных услуг от конечных потребителей энергоресурсов (собственников жилых помещений). На возникновение подобного дисбаланса влияет также и наличие задолженности граждан по оплате коммунальных услуг. Иными средствами для погашения задолженности перед поставщиками коммунальных ресурсов, за исключением средств, вносимых собственниками жилых помещений, управляющие компании не обладают.

Таким образом, финансовые показатели общества, занимающегося предоставлением коммунальных услуг, в обязательном порядке характеризуются наличием дебиторской задолженности населения и кредиторской задолженности поставщиков коммунальных ресурсов. 

При этом для стабильно действующей и эффективно управляемой управляющей компании такие показатели будут являться сопоставимыми, а ситуация, при которой размер дебиторской задолженности населения перед управляющей компанией соотносим с кредиторской задолженность компании перед поставщиками коммунальных ресурсов, не будет свидетельствовать об убыточности общества, а является типичной для данного вида деятельности. 

Само же по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (определение Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472). 

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Таким образом, императивная обязанность руководителя должника по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, предполагает достоверную убежденность такого руководителя о наличии указанных признаков. 

При разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда обычный, разумный и добросовестный руководитель, поставленный в ту же ситуацию, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования. 

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). 

При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 302-ЭС20-23984). 

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер.

Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчиков подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Проанализировав финансовое состояние должника в соответствующий период, суд пришел к выводу, что само по себе увеличение кредиторской задолженности не свидетельствует о противоправности действий должника, поскольку изменение таких показателей как дебиторская, кредиторская задолженности является обычным в процессе осуществления хозяйственной деятельности, тем более такого юридического лица, как управляющая компания, так как указанные показатели зависят исключительно от платежеспособности населения.

При этом должником предпринимались все допустимые действия по взысканию задолженности с неплательщиков и производились частичные погашения задолженности перед кредиторами.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что в июле 2017 года должником утверждена Программа энергосбережения и повышения энергетической эффективности по производству и передаче тепловой энергии на 2017 - 2019 годы. 

Целями данной программы являлись повышение энергетической эффективности и сокращение потребления энергетических ресурсов, повышение эффективности производства путем реконструкции и технического перевооружения, рациональное использование энергетических ресурсов и, как следствие, сокращение издержек предприятия. Еще до утверждения указанной Программы выполнялись работы по Проекту «Техническое перевооружение водогрейной котельной тепловой 4,74 МВт», что также привело к повышению энергетической эффективности и снижению затрат предприятия. ФИО9, как руководителем ООО УК «Белореченское» принимались меры для осуществления расчетов с кредиторами организации. 

Из пояснений ФИО9 следует, что он от имени ООО УК «Белореченское» неоднократно обращался в различные органы власти с просьбами о выделении муниципальных гарантий для погашения задолженности за полученные энергоресурсы и рассчитывал на их получение.

Кроме того, согласно письма от 30.07.2019 №48 ООО «УК «Белореченский» (т.1 л.д.121)  следует, что за период с 01.09.2018 по 30.07.2019 выручка от реализации услуги теплоснабжения составила  10 433 153,46 руб. Собрано платежей с покупателей за услуги теплоснабжения в кассу, на расчетный счет организации, на расчетный счет УФССП по Свердловской области за период с 01.08.2018 г. по 30.07.2019 г. 10 881 514,76 руб. (в г.ч. 8158 001,07-текущая задолженность покупателей за тепло, 2723513,69 - собрано пророченной задолженности). Была предоставлена муниципальная гарантия Администрацией Белоярского городского округа в сумме 3 000 000,00 руб. Сумма собранных платежей была распределена следующим образом: сумма оплаты ООО «УК «Белореченское» за потребленный газ в АО «Уралсевергаз» составила: 4 097 501  рублей 71 копейка. Оплата была произведена со счета УФССП Свердловской области в размере 2 097 501,71 руб. и за счет средств по договору о выделении муниципальной гарантии 2 000 000,00 руб. Оплачено в бюджет налогов и сборов по решениям о взыскании 4 222 686,83 руб. Выплачено зарплаты 2 824 462,50 руб. Оплачено в АО «ЭнергосбыТ ПлюС» 2 272 791,68 руб. (за счет средств по договору о предоставлении муниципальной гарантии 1000 000,30 руб., 1272791,68 руб. - со счета УФССП Свердловской области. Оплачено за транспортировку газа в АО «Газпром газораспределение Екатеринбург» -464 072,04 руб. Полная сумма затрат по услугам теплоснабжения за период с 01.09.2018 г. по 30.07.2019 г. составила 14 620 794,38 руб. Начисленная выручка по отоплению за аналогичный период составила 10 433 153,46 руб. Убыток по отоплению за период с 1.09.2018 г. составил 4 187 640,92 руб.

Таким образом, суд первой инстанции заключил, что в рассматриваемом случае действия ответчиков не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами (несвоевременная оплата потребленных коммунальных услуг их непосредственными потребителями: собственниками и нанимателями помещений многоквартирных жилых домов, находящихся в управлении должника).

Кроме того, из пояснений заинтересованных лиц следует и материалами дела подтверждается, что директором должника предпринимались все возможные меры для выхода из кризисной ситуации, общество должник продолжало осуществлять деятельность по предоставлению коммунальных услуг, а ресурсоснабжающие организации при наличии неоплаченной задолженности продолжали осуществлять поставку ресурсов должнику. 

Действующим законодательством Российской Федерации не предоставлено право лицу, поставляющему услуги по теплоснабжению и горячей воде, не только отказаться от заключения договора предоставления коммунальных услуг, но и отказаться от его исполнения или расторгнуть договор, в связи с неоплатой потребляемого ресурса в одностороннем порядке; существующие схемы теплоснабжения помещений в многоквартирном доме не позволяют ограничить или прекратить подачу тепла отдельному владельцу помещения с целью понуждения погашения задолженности за потребленные коммунальные услуги, при этом, нарушение теплового баланса многоквартирного жилого дома может повлечь за собой преждевременный износ части несущих конструкций здания, соответственно, оплата поставляемых такими ресурсоснабжающими организациями как общество «Уралсеврегаз», общество "Энергосбыт Плюс" коммунальных услуг, независимо от того с управляющей компанией или с владельцами помещений в многоквартирном доме заключены договоры на поставку коммунального ресурса, в любом случае зависит исключительно от платежеспособности и своевременности оплаты коммунальных услуг их непосредственными потребителями (гражданами), что также отражено в анализе финансового состояния должника.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, исходя из установленных обстоятельств, специфики деятельности должника, масштаба его деятельности, учитывая, что причины банкротства должника вызваны внешними факторами, не связанными с действиями ответчиков, при этом, последними предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, тогда как конкурсным управляющим не доказано, что по состоянию на 2014 г. у ответчиков возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО6, ФИО9  по заявленным основаниям.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в какой-либо период действия руководителя должника выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота применительно к управляющей компании в сфере аккумулирования средств по расчетам с потребителями услуг ЖСК и поставщиками ресурсов, судом не установлено.

Кроме того, как следует из материалов дела, основными кредиторами реестра требований кредиторов должника являются поставщики коммунальных услуг, в настоящее время перед ними также имеется задолженность по текущим платежам. Таким образом, модель хозяйствования управляющей компании, при которой имеется непогашенная кредиторская задолженности перед поставщиками коммунальных услуг, одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной при функционировании организаций подобного рода, а наращивание обязательств должника в конкретном споре носило объективный характер. При таких обстоятельствах подача заявления о банкротстве не привела бы к защите интересов кредиторов по обязательствам, от которых они в силу публичного характера договора не имеют право отказаться (статья 426 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив доводы конкурсного управляющего, конкурсных кредиторов, возражения лиц участвующих в деле, принимая во внимание, что само по себе наличие на стороне должника неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве в заявленный конкурсным управляющим период, учитывая, что противоправность в поведении заинтересованных лиц не установлена, суд приходит к выводу о недоказанности со стороны конкурсного управляющего заявленных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. 

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и не усматривает оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий в обоснование доводов о необходимости привлечения АО АПК «Белореченское» к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (ст.61.11 Закона о банкротстве) сослался на согласованные действия между бенефициаром (АО АПК «Белореченское») и подконтрольной ему организацией (ООО «УК «Белореченское»), в результате которых отношения были структурированы таким образом, что на территории конкретного муниципального образования (село Кочневское), входящего в круг интересов бенефициара, при регулярных отрицательных финансовых результатах в течение максимально возможного времени должником оказывались услуги в сфере ЖКХ, основным потребителем которых являлись как сам бенефициар,  так и население, осуществляющее трудовую деятельность в интересах бенефициара. Сумма активов, которые передавались должнику, использовались и расходовались им преимущественно в интересах конечного бенефициара - АО АПК «Белореченское». Конкурсный управляющий полагает, что в такой опосредованной форе и происходило сбережение активов АО АПК «Белореченское». Заявитель считает, что приведенной в совокупностью доказательств устанавливается, что АО АПК «Белореченское» является лицом, которое извлекло выгоду из незаконного поведения руководителя и учредителей должника по неподаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

По мнению конкурсного управляющего, имело место быть создание и поддержание такой системы управления должником, которая была нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и кредиторам, в которой совместно принимали участие бывший руководитель должника, учредители должника и конечный бенефициар -  АО АПК «Белореченское».

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Вступившим в законную силу судебным актом установлено, что АО АПК «Белореченский» является заинтересованным по отношению к должнику лицом ввиду вхождения одних и тех же лиц в состав органов управления указанных лиц согласно сведениями из ЕГРЮЛ. 

Как указано выше, что основным видом деятельности общества является управление многоквартирными домами в селе Кочневское Белоярского района. Управляющая компания обеспечивает энергоснабжение, теплоснабжение и подачу питьевой воды (горячей, холодной), а также осуществляет вывоз жидких, твердых бытовых отходов.

Из материалов дела следует, что основным и единственным видом деятельности управляющей компании (должника) является управление многоквартирными домами в селе Кочневское Белоярского района и прилегающем поселке Октябрьский, в которых проживает около 3 тыс. жителей. В управлении должника находилось 14 многоквартирных домов по адресам: Садовая, д.12, Садовая, д.14, Урожайная, д.1, Урожайная д.2, Урожайная, д.3, Урожайная, 

<

...>, Урожайная, д.6, Ударников, д.1, Ударников, д.2, Ударников, д.3, Ударников, д.16, Ударников, д.18, Ударников, д.20, а также две школы, детский сад, физкультурнооздоровительный комплекс, социальные учреждения, магазины, частный сектор. 

Управляющая компания обеспечивает энергоснабжение, газоснабжение, теплоснабжение и подачу питьевой воды (горячей, холодной), а также осуществляет вывоз жидких, твердых бытовых отходов.

Как указывает конкурсный управляющий в своем заявлении, в ходе осуществления финансово-хозяйственной деятельности должника предоставлены экономические преференции в пользу одной организации - АО АПК «Белореченский», за счет активов, получаемых должником от ресурсоснабжающих организаций (поставщиков газа и электроэнергии). 

В обоснование данного довода конкурсный управляющий ссылается на выявление задолженности АО АПК «Белореченский» перед ООО УК «Белореченское» в размере 4 107 504,49 руб., что составляет 90 % от общей суммы дебиторской задолженности должника. 

Между тем, отношения между ООО УК «Белореченское» и АО АПК «Белореченский» на протяжении всех этих лет сводились к взаимным предоставлениям по отдельным хозяйственным договорам. ООО УК «Белореченское» оказывало АО АПК «Белореченское» коммунальные услуги, как то холодное водоснабжение, теплоснабжение, канализация, вывоз твердых и жидких бытовых отходов и др. В свою очередь, АО АПК «Белореченский» поставляло ООО УК «Белореченское» горюче-смазочные материалы, запасные части, строительные материалы, оказывало транспортные услуги и т.д.

Наличие хозяйственных правоотношений между ООО УК «Белореченское» и АО АПК «Белореченский» установлено также при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о признании зачетов недействительными.

При рассмотрении  спора по оспариванию сделок недействительными судом установлено, что оспариваемыми актами зачетов взаимных требований АО АПК «Белореченский» погашена задолженность, имеющаяся перед должником по предоставлению коммунальных услуг (теплоснабжение, канализация, вывоз бытовых отходов). При этом, АО АПК «Белореченский» не становилось кредитором ООО «УК «Белореченское» в части требований по оплате за переданные ГСМ, ТМЦ, строительные материалы, а также оказание услуг. Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание, что деятельность должника по обеспечению населения водо- и теплоснабжением, а также водоотведением носит социально значимый характер, ГСМ, ТМЦ, строительные материалы и услуги передавались должнику по рыночным ценам, АО АПК «Белореченский» не становилось кредитором должника в части требований об оплате переданных ГСМ, ТМЦ, строительных материалов и услуг, судом сделан вывод, что подписание между должником и заинтересованным лицом с правами ответчика АО АПК «Белореченский» оспариваемых актов направлено на поддержание обычной хозяйственной деятельности должника (определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 мая 2021 года по делу №А60-63057/2019).

При этом, как указывает АО АПК «Белореченский», в отдельные периоды времени общество не имело возможности оплачивать эти услуги своевременно, вследствие чего образовывалась кредиторская задолженность перед должником. Оказание услуг производилось в соответствии с заключенными между сторонами договорами. 

Услуги оказывались на возмездной основе, причем стоимость коммунальных услуг должником не занижалась. 

Факты оказания услуг оформлялись соответствующими документами, доказательств обратного не представлено. 

Задолженность образовалась уже после возбуждения дела о банкротстве должника. В частности, задолженность в размере 1 486 703,33 руб. образовалась по договорам № 5-ЖБО от 01.01.2020, № 5-ЖКХ от 01.01.2020 и № 5-ХВС от 01.01.2020 за услуги по вывозу жидких бытовых отходов, по профилактическому осмотру тепловых и водопроводных сетей, по подаче холодной воды, оказанные в период с апреля по сентябрь 2020. 

Задолженность в размере 1 276 326,22 руб., также входящая в состав вышеуказанной задолженности в размере 4 107 504,49 руб., образовалась в 2019 году при исполнении нами условий агентского договора от 01.01.2019. 

Оставшуюся часть вышеуказанной задолженности составляет задолженность за тепловую энергию, которая поставлена в наш адрес АО АПК «Белореченский» в рамках договоров № 5-ТС от 01.01.2018 г. и № 5-ТС от 01.01.2019 г. в период с ноября 2018 г. по март 2019. 

Указанные обстоятельства подтверждаются решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.11.2020 по делу № А60-44518/2020 о взыскании АО АПК «Белореченский» задолженности за коммунальные услуги (ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При этом, как указывает сам конкурсный управляющий, признаки объективного банкротства появились у должника в 2014 году. 

Таким образом,  как обоснованно указано судом первой инстанции, основная задолженность ООО УК «Белореченское» перед поставщиками ресурсов, в частности перед АО «Уралсевергаз» в размере 19 239 639,15 руб., перед АО «Энергосбыт Плюс» в размере 7 330 364,42 руб., образовалась до возникновения задолженности АО АПК «Белореченское» перед должником. 

Кроме того, 25.12.2020 между сторонами АО АПК «Белореченское» и должником в лице конкурсного управляющего заключено соглашение о рассрочке уплаты долга. 

Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям ответчиком в период с 29.12.2020 по 28.04.2021 в пользу должника внесены денежные средства в общем размере 4 197 786 руб. 63 коп. 

Доказательств того, что должник предоставлял услуги на льготных условиях в материалы дела не представлено (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Доводы конкурсного управляющего относительно того, что подавляющее большинство жителей села Кочневское либо трудоустроено в АО АПК «Белореченский» либо являются членами семьи работников данной организации, учредителями должника выступили ФИО11, ФИО7, ФИО5, которые одновременно являются штатными сотрудниками АО АПК «Белореченский», соответственно занимающие следующие должности: юрисконсульт, главный энергетик и генеральный директор, ФИО5 одновременно является акционером АО АПК «Белореченский», в результате чего указанные лица обогатились, судом первой инстанции отклонены. 

Физические лица являются потребителями коммунальных услуг, действительно финансовое состояние зависит от оплаты последними названных услуг, однако, неоплата физическими лицами указанных услуг не свидетельствует о том, что последние таким образом обогащаются, кроме того, данные обстоятельства не являются основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.

Вступившим в законную силу определением от 04.12.2020 судом отказано в удовлетворении требований конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО5, ФИО7, ФИО11

Доводы конкурсного управляющего о том, что АО АПК «Белореченское» является лицом, которое извлекло выгоду из незаконного поведения руководителя и учредителей должника по неподаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом, суд апелляционной инстанции считает необоснованными.

В любом случае, АО АПК «Белореченский» не утратило бы возможность и дальше получать  коммунальные услуги на основании договоров с другой управляющей организацией, либо на основании прямых договоров с ресурсоснабжающими организациями.

Доказательств того, что АО АПК «Белореченский»  перераспределяло в свою пользу доходы, получаемые должником от его деятельности, равно как и перекладывало на должника свою долговую нагрузку, в материалах дела отсутствуют.

Анализ таких перечислений, исходя из размера начисленных сумм, предъявленных к оплате по периодам возникновения, конкурсным управляющим не производился. 

Аргументы, опровергающие выводы суда первой инстанции, в апелляционной жалобе заявителем не приведены. Доводы жалобы направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом и подтвержденных документально, при отсутствии оснований к этому.

Сам по себе факт наличия правоотношений между аффилированными лицами не может свидетельствовать о том, что контрагенты действовали нецелесообразно и неразумно, что сделка является невыгодной, заведомо убыточной для должника, или имеет цель причинить существенный ущерб кредиторам. 

Изложенные доводы конкурсного управляющего об отсутствии материально-правового интереса, формальное исполнение сделки для вывода денежных средств из под контроля ООО УК «Белореченское», отклонены судом как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Задолженность перед кредиторами периодически погашалась должником. Полная оплата не производилась в связи с неполной и несвоевременной оплатой собственниками и нанимателями помещений.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, учитывая хозяйственную деятельность должника,  суд первой инстанции пришел к выводу о том, что объективное банкротство наступило в связи с несвоевременной уплатой населением жилищно-коммунальных услуг. 

При этом все необходимые меры для урегулирования задолженности ООО «УК «Белореченское» принимались. 

В настоящем деле конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившими последствиями, не указано какова степень влияния каждого из ответчиков.

Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов. 

В соответствии с пунктом 14 Правил предоставления коммунальных услуг управляющая организация, выбранная в установленном жилищным законодательством Российской Федерации порядке для управления многоквартирного жилого дома приступает к предоставлению коммунальных услуг потребителям в доме с даты, указанной в решении общего собрания собственников помещений о выборе управляющей организации, или с даты заключения договора управления домом, но не ранее даты начала поставки коммунального ресурса по договору о приобретении коммунального ресурса, заключенному управляющей организацией с ресурсоснабжающей организацией. 

Таким образом, заключая договоры, ресурсоснабжения, управляющая компания является исполнителем коммунальных услуг, который самостоятельно не осуществляет реализацию коммунальных услуг, а лишь выступает посредником при осуществлении расчетов, занимаясь сбором соответствующих денежных сумм с собственников жилья и их перечислением в полном размере на счета организаций, реализующих коммунальные услуги.

 Часть 6.2 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения, водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской Федерации. 

Во исполнение Постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2012 N 253 утверждены Требования к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг. Документ определяет требования, предъявляемые к управляющей организации, товариществу собственников жилья, жилищно-строительному, жилищному кооперативу и иному специализированному потребительскому кооперативу при осуществлении ими расчетов с ресурсоснабжающими организациями за ресурсы, поставляемые по заключаемым указанными лицами договорам энергоснабжения (купли-продажи, поставки электрической энергии (мощности)), теплоснабжения и (или) горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, поставки газа (в том числе поставки бытового газа в баллонах), необходимые для предоставления собственникам и пользователям помещений в многоквартирном доме или жилых домов коммунальной услуги соответствующего вида. В пункте 6 требований к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг указано, что платежи исполнителя (в том числе, управляющей организации) подлежат перечислению в пользу ресурсоснабжающих организаций и регионального оператора не позднее рабочего дня, следующего за днем поступления платежей потребителей исполнителю. 

Таким образом, денежные средства, поступающие от потребителей коммунальных услуг, аккумулируемые на расчетном счете управляющей компании, имеют целевое назначение - оплата жилищно-коммунальных услуг, оказанных ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями. 

Управляющая компания, выступая посредником между потребителями коммунальных услуг и ресурсоснабжающей организацией, получая от потребителей денежные средства, является транзитным звеном, обеспечивающим перераспределение поступивших денежных средств между ресурсоснабжающими организациями. При этом управляющая компания не вправе иным образом определить назначение денежных средств, зачисленных на ее расчетный счет от потребителей коммунальных услуг. Названные денежные средства не являются имуществом должника и не могут быть направлены на погашение кредиторской задолженности в процедуре банкротства. 

Из изложенного следует, что специфика деятельности должника, как управляющей компании, которая заключается в сборе денежных средств с населения и оплате потребленной им энергии, водоснабжения и водоотведения, при этом обязанность по оплате подлежит исполнению вне зависимости от наличия (отсутствия) в распоряжении управляющей организации денежных средств. При этом, ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную задолженность перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью населения, является обычной для функционирования управляющих организаций. 

Суд апелляционной инстанции считает, что сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают и не является безусловным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Сам по себе факт вхождения указанных лиц в одну группу с должником о противоправности поведения таких лиц не свидетельствует.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности в данном случае оснований для привлечения АО АПК «Белореческий» к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (ст.61.11 Закона о банкротстве) за доведение должника до банкротства (невозможность полного удовлетворения требований кредиторов).

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в рассматриваемой ситуации наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующего должника лица по исполнению своих непосредственных обязанностей. 

Из материалов дела не следует злонамеренности действий контролирующих должника лиц, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу конкурсный управляющий просит привлечь ответчиков к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующего должника лица ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Таким образом, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба – удовлетворению, не подлежат, поскольку оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, с учетом обозначенных в жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 марта 2022 года по делу № А60-63057/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.С. Нилогова