ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

27.03.2025

Дело № А40-91809/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 20.03.2025

Полный текст постановления изготовлен  27.03.2025

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей Тарасова Н.Н., Уддиной В.З.

при участии в судебном заседании:

-от  к/у АО «МРСЭН» - ФИО1-лично, к/у, паспорт.(онлайн )

-от ФИО2- ФИО3- дов .от 07.11.2023 № в реестре 216 (онлайн)  

рассмотрев 20.03.2025 в судебном онлайн-заседании кассационную жалобу ФИО4

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024

о признании недействительными сделками перечисление денежных средств с расчетного счета АО «Межрегионсоюзэнерго» в пользу ФИО4 в период с 29.01.2016 по 08.12.2017 в общем размере 191 373 000 руб.,

в деле о несостоятельности (банкротстве) АО «Межрегионсоюзэнерго»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о признании признано несостоятельным (банкротом) АО «Межрегионсоюзэнерго» конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета должника в пользу ФИО4 в размере 191 373 000 руб. и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024, удовлетворено заявление конкурсного управляющего, признаны недействительными сделками перечисление денежных средств с расчетного счета АО «Межрегионсоюзэнерго» в пользу ФИО4 в период с 29.01.2016 по 08.12.2017 в общем размере 191 373 000 руб., применены последствия недействительности сделки и взысканы с ФИО4 в пользу АО «Межрегионсоюзэнерго» денежные средства в общем размере 191 373 000 руб. 00 коп. 

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций ФИО4 (далее – ответчик) обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты и направить материалы обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку полагает, что основания для признания сделки недействительной отсутствуют, все обстоятельства, необходимые для признания спорной сделки недействительной не доказаны, выводы судов первой и апелляционной инстанций не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, имеющимся в деле доказательствам, а обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм права.

Судебное заседание проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания).

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы, просил удовлетворить по изложенным в ней основаниям.

Представитель конкурсного управляющего против удовлетворения кассационной жалобы возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве, который приобщен судебной коллегией к материалам дела, как представленный с соблюдением требований, установленных статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что, согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы  кассационной жалобы и отзыва на нее, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность  применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в период с 29.01.2016 по 08.12.2017 должником перечислено ФИО2 в качестве премирования, возмещения затрат и расчета при увольнении 191 373 000 руб.

Конкурсный управляющий полагает, что в действиях ФИО2 усматривается недобросовестное поведение, выразившееся в выводе активов должника, повлекшее увеличение кредиторской задолженности и невозможность ее погашения, поскольку спорные платежи являются экономически необоснованными, были совершены в отношении работника (ответчика), принадлежавшего к кругу лиц, принимавших управленческие решения в отношении должника и не были связаны с достижением экономического эффекта от действий, послуживших основанием для премирования, а возмещение затрат, расчет при увольнении не подтверждаются документально.

Ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику, поскольку согласно штатному расписанию ответчик занимал должность главного советника в аппарате управления генерального директора и являлся бенефициаром группы МРСЭН. Согласно схеме взаимосвязей АКБ «Мосуралбанк», опубликованной на официальном сайте Банка России, ФИО4 являлся бенефициаром группы 7 компаний МРСЭН, ему принадлежало 39,4% в ООО «Центр частного права электроэнергетики», которое, в свою очередь, владело 19% АО «МРСЭН».

Также ФИО2 принадлежало 49,5% в ООО «БазисЭнергоТрейд», которое владело, в свою очередь, 19% АО «МРСЭН».

Из схемы взаимосвязей кредитной организации и лиц, следует, что под контролем либо значительным влиянием находится кредитная организация АКБ «Мосуралбанк», ФИО2 принадлежали 39,49% долей в уставном капитале ООО «Центр частного права электроэнергетики», которое владело 19% акций АО «МРСЭН», 39,49% х 19% = 7,5% в АО «МРСЭН» и 49,5% в уставном капитале ООО «БазисЭнерго Трейд», которое владело 19% акций АО «МРСЭН» при том, что еще 49,5% в уставном капитале ООО «БазисЭнерго Трейд» находились на балансе общества и в силу части 1 статьи 24 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не учитываются при определении результатов голосования на общем собрании участников общества, при распределении прибыли общества, также имущества общества в случае его ликвидации.

Таким образом, эффективная доля ФИО2 в уставном капитале ООО «БазисЭнерго Трейд» составила 98%, что дает 98% x 19% = 18,62% в АО «МРСЭН». Также ООО «Центр частного права электроэнергетики» владело 19,85% акций АО «Финэнергоинвест», которое: владело 19% акций АО «МРСЭН» напрямую; владело 19,0543% акций ВСК, которое владело 24,55% акций АО «Финэнергоинвест»; владело 19,478% акций АСК, которое владело 6,84% акций АО «Финэнергоинвест», что в совокупности дает долю владения в АО «МРСЭН», равную: 39,49% x (19,85% + 19,0543% x 24,55% + 19,478% x 6,84%) x 19% = 1,9%.

Учитывая изложенное, ФИО2 через промежуточные доли владения в уставных капиталах других юридических лиц принадлежало 6,84% + 18,62% + 1,9% = 27,36% акций АО «МРСЭН» (при определении конечной доли владения через промежуточные компании применяются правила определения доли косвенного участия в соответствии с подпунктом 3 пункта 3 статьи 105.2 НК РФ: доля косвенного участия определения как произведение долей прямого участия первых двух организаций (иных лиц) в последовательности, а при наличии последующего участия путем умножения получившегося произведения на долю следующего прямого участия в последовательности и каждого следующего получившегося произведения на каждую долю следующего прямого участия до последней организации в последовательности).

Полагая, что платежи совершены в отсутствие правовых оснований, в пользу заинтересованного лица, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в период подозрительности и являются недействительными на основании положений статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, пришел к выводу о недействительности сделки по всем заявленным конкурсным управляющим должника основаниям и наличии оснований для применения последствий недействительности сделки.

Принимая во внимание установленные судами обстоятельства, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно части 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В рассматриваемом случае, судами установлено, что оспариваемые сделки совершены в период с 29.01.2016 по 08.12.2017, то есть за пределами трех лет до даты принятия заявления о признании АО «Межрегионсоюзэнерго» несостоятельным (банкротом) – 10.06.2021, соответственно не могут быть оспорены по специальным основаниям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В настоящем случае суды, принимая во внимание установленные обстоятельства,  пришли у выводу, что ответчик и должник являются аффилированными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, в том числе являлись таковыми на даты оспариваемых сделок.

Также факт того, что ФИО2 и ФИО5 являлись конечными бенефициарами группы МРСЭН (то есть контролирующими АО «МРСЭН» лицами) установлен в рамках дела о банкротстве АО «Роскоммунэнерго» (дело № А25- 605454/2018).

Указанное свидетельствует о том, что ответчик имел полномочия по совершению и одобрению сделок, а также не мог не знать о появившихся признаках банкротства.

Суд кассационной инстанции отмечает, что в силу норм части 1 статьи 129, статьи 191 Трудового кодекса Российской Федерации премия является выплатой стимулирующего характера, определение конкретного размера премии относится к исключительной компетенции работодателя.

В силу положений абзаца шестого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на отдых, обеспечиваемый в том числе предоставлением оплачиваемых ежегодных отпусков. В соответствии с частью 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации, при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

По смыслу приведенных выше норм заработная плата, а также премии являются встречным исполнением по отношению к исполнению работником своих должностных обязанностей.

Однако в материалах дела отсутствуют документальные подтверждения выполнения ответчиком каких-либо трудовых обязанностей или достижения результатов, за которые была начислена премия.

При этом, статус ответчика в качестве лица, имеющего возможность оказывать влияние на деятельность должника, предоставлял ему право принимать управленческие решения и давать распоряжения, касающиеся функционирования всего холдинга МРСЭН, включая распоряжение денежными средствами.

Указанные полномочия позволили ответчику инициировать перечисление значительных сумм в свою пользу, оформленных как премия, компенсация расходов по процентам кредита, а также выплаты по соглашению при увольнении. Эти действия подтверждают, что ответчик занимал позицию, выходящую за рамки обычного сотрудника, и фактически являлся лицом, имеющим существенное влияние на финансовые потоки компании, в том числе на распределение активов между участниками группы компаний.

Также судами учтено, что ответчик с 2016 года проживает за пределами Российской Федерации и спорные перечисления были совершены в период, когда ответчик фактически отсутствовал в стране,  а, следовательно, его действия по получению денежных средств под видом выплат связанных с трудовым договором совершены со злоупотреблением правом и ответчик в силу своего должностного положения был осведомлен об имевшейся задолженности перед кредиторами, а также о признаках неплатежеспособности должника на даты совершения оспариваемых сделок и не мог не знать о финансовом положении должника, наличии у него кредиторов, а также о том, что оспариваемые перечисления денежных средств причинят вред имущественным правам кредиторов должника. 

Судами установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами АО «Хакасэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Архэнергосбыт», что подтверждается вступившими в законную силу определениями суда о включении требований указанных кредиторов в реестр требований кредиторов должника по настоящему делу.

Таким образом,  суды обоснованно исходили из того, что оспариваемые платежи фактически представляли собой вывод денежных средств с расчетного счета должника в пользу заинтересованного лица, в отсутствие пояснений относительно оснований и назначения перечислений денежных средств, в том числе периода, по итогам какой работы и на основании какого документа начислена премия, а также отсутствии экономического эффекта от действий, послуживших основанием для премирования, при наличии признаков неплатежеспособности, совершены со злоупотребление правом, в связи с чем был причинен вред имущественным правам кредиторов, а ответчик, получая от должника денежные средства, не мог не знать о том, что оспариваемые перечисления причиняют вред кредиторам должника, принимая во внимание также и то, что оспариваемые платежи не имеют разумного объяснения, при их совершении действительная воля сторон была направлена на вывод активов должника в ущерб правам и законным интересам кредиторов должника.

Отклоняя доводы ответчика о  пропуске срока  исковой давности, суды учитывали положения пункта 2 статьи 181, пункта 1 статьи 196, пунктов 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 статьи 61.9 закона о банкротстве и исходили из того, что срок исковой давности по заявленным требованиям не мог начать течь ранее возникновения у конкурсного управляющего права  на подачу соответствующего заявления, то есть применительно к рассматриваемому случаю ранее даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (резолютивная часть решения объявлена 04.04.2022), а поскольку конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением 04.04.2023, следовательно, срок не пропущен.

Суд кассационной инстанции соглашается с указанными выводами судов, поскольку как следует из обжалуемых судебных актов, суды исходили из совокупности собранных по делу доказательств и установленных фактических обстоятельств.

При этом доводы заявителя кассационной жалобы о том, что ему не было известно о наличии признаков неплатежеспособности должника правомерно отклонены судами, поскольку в силу своего должностного положения ответчик был осведомлен об имевшейся задолженности перед кредиторами.

Довод заявителя о нарушении судами статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отклонению как не нашедший своего подтверждения в ходе кассационного производства. Нарушения судами предусмотренного статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядка рассмотрения заявления о фальсификации доказательств судами не допущено.

Вопреки доводам кассационной жалобы, нарушения положений статей 181, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к установленным по делу обстоятельствам и неправильного применения статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами не допущено.

Исчерпывающих документальных доказательств, достоверно подтверждающих доводы ответчика, последним не представлены (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при этом все доводы, пояснения ответчика и представленные им документы получили надлежащую оценку судов.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства и, пришли к обоснованному и правомерному выводу об удовлетворении заявленных требований.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают правильность выводов судов, сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 по делу № А40-91809/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                    Е.А. Зверева  

Судьи                                                                                                Н.Н. Тарасов

                                                                                                           В.З. Уддина