АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-1849/2018

г. Краснодар

20 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Алексеева Р.А., судей Бабаевой О.В. и Трифоновой Л.А., в отсутствие истца – общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк "Кредо Финанс"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Интер-Каспий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), заявителя – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 321645100069172), заявителя – муниципального предприятия «Сагринский строительно-монтажный участок» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу муниципального предприятия «Сагринский строительно-монтажный участок» на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 31.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 по делу № А15-1849/2018, установил следующее.

ООО «Коммерческий банк "Кредо Финанс"» (далее – банк) обратилось в суд с иском к ООО «Интер-Каспий» (далее – общество) о взыскании 10 640 043 рублей 03 копеек задолженности по кредитному договору от 15.01.2015 № 06-01/15 (с учетом дополнительного соглашения от 29.02.2016), из которых 2 100 тыс. рублей основного долга, 854 043 рубля 03 копейки процентов за пользование кредитом с 15.01.2015 по 16.03.2018 и 7 686 тыс. рублей неустойки с 30.08.2016 по 31.08.2017.

Вступившим в законную силу решением от 10.09.2018 с общества в пользу банка взыскано 2 100 тыс. рублей основного долга, 854 043 рубля 03 копейки процентов за пользование кредитом с 15.01.2015 по 16.03.2018 и 2 046 829 рублей 60 копеек неустойки с 30.08.2016 по 31.03.2017. В остальной части в иске отказано.

ФИО1 обратился в суд с заявлением о замене истца (взыскателя) по указанному решению его процессуальным правопреемником – ФИО1 в соответствии с заключенным банком (цедентом) и ФИО1 (цессионарием) договором цессии от 22.11.2021 № 24.

МП «ССМУ» (далее – предприятие) обратилось в суд с заявлением о замене истца (взыскателя) по указанному решению его процессуальным правопреемником – предприятием в соответствии с заключенным банком (цедентом) и предприятием (цессионарием) договором цессии от 27.07.2016.

Определением суда от 31.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 04.07.2022, произведена процессуальная замена взыскателя на правопреемника – ФИО1, в удовлетворении заявления предприятия отказано. Суды исходили из того, что в результате заключения договора цессии от 22.11.2021 № 24 право требования, возникшее на основании решения суда от 10.09.2018 по делу № А15-1849/2018, принадлежит ФИО1 Договор цессии от 27.07.2016 отвечает признакам мнимой сделки, воля участников названного договора не была направлена на его фактическое исполнение, стороны не совершили действий по исполнению договора.

В кассационной жалобе предприятие просит отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, удовлетворяя заявление ФИО1, суды не учли, что договор уступки прав требования (цессии) от 22.11.2021 № 24 является недействительной сделкой, поскольку 27.07.2016 банк и предприятие заключили договор цессии, исполнение которого подтверждено представленными в дело доказательствами. При этом договор цессии от 22.11.2021 № 24 фактически не исполнен, ФИО1 не представлен в материалы дела акт приема-передачи документов, удостоверяющих право требования во исполнение данного договора. Суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства предприятия о приостановлении производства по делу до рассмотрения Арбитражным судом Республики Дагестан в рамках дела № А15-4040/2016 заявления о признании недействительным договора цессии от 22.11.2021 № 24. Кроме того, заявитель отмечает, что суд первой инстанции необоснованно принял к производству заявление ФИО1, поскольку оно подано с нарушением требований, установленных приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 28.12.2016 № 252 «Об утверждении Порядка подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа».

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует и судами установлено, что 15.01.2015 банк (кредитор) и общество (заемщик) заключили кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым банк предоставил заемщику кредит в сумме 3 500 тыс. рублей на срок с 15.01.2015 по 29.02.2016 под 24% годовых, а заемщик обязался возвратить кредитору полученную сумму кредита и уплатить на нее проценты (пункт 2.1 договора).

В материалы дела представлена копия подписанного председателем правления банка от лица банка (цедент) и руководителем предприятия (цессионарий) договора цессии от 27.07.2016, в соответствии с которым банк уступает предприятию права имеющиеся у цедента к обществу (должнику) в силу кредитного договора от 15.01.2015 № 06-01/15 и дополнительного соглашения к нему от 29.02.2016 (пункт 1.1 договора). Сумма уступаемого требования в соответствии с пунктом 1.1 договора составляет 2 126 тыс. рублей (пункт 1.2 договора). За уступаемые права цессионарий или третьи лица уплачивают цеденту денежные средства в размере 2 126 тыс. рублей. Право требования считается переданным с момента оплаты цессионарием или третьими лицами за уступаемое право (пункт 1.3 договора). 

Согласно акту приема-передачи от 27.07.2016 банк передал, а предприятие приняло кредитное досье должника. 

Уведомление банка от 27.07.2016 о заключении договора цессии от 27.07.2016 и необходимости в связи с этим направлять денежные средства в счет погашения обязательств по иным реквизитам получено должником 28.07.2016. 

На следующий день после заключения договора цессии от 27.07.2016 приказом Банка России от 28.07.2016 № ОД-2405 у банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением Арбитражного суда Республики Дагестан от 20.09.2016 по делу № А15-4040/2016 банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 

Исходя из установленной в акте сверки расчетов от 31.12.2017 суммы основного долга с начислением процентов и пени за просрочку оплаты долга банком был подан иск, который решением суда от 10.09.2018 по настоящему делу удовлетворен на общую сумму 5 000 872 рубля 63 копейки задолженности по кредитному договору от 15.01.2015 № 06-01/15. 

В соответствии с Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  конкурсным управляющим с 05.10.2021 по 22.11.2021 проводилась реализация указанного имущества (права требования к должнику) посредством публичного предложения. Сообщение о проведении торгов опубликовано в газете АО «Коммерсантъ» № 179(7141) от 02.10.2021, размещено на сайте Агентства и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 29.09.2021.

По результатам проведенных торгов по лоту 2 (права требования к обществу, протокол торгов от 22.11.2021 № РАД-272955) победителем признан ФИО1, с которым банком заключен договор уступки прав требования (цессии) от 22.11.2021 № 24 об уступке прав в отношении взысканных решением суда сумм, а также сумм пени, начисленных по состоянию на дату заключения договора цессии. Цена приобретаемого права установлена в размере 1 288 888 рублей, которые полностью уплачены банку. 

В связи с заключением указанного договора цессии от 22.11.2021 ФИО1 обратился в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве. 

В ходе рассмотрения заявления ФИО1 с таким же заявлением в суд обратилось предприятие об установлении правопреемства на основании ранее заключенного им с банком договора цессии от 27.07.2016.

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статей 1, 10, 166, 168, 170, 382, 388, 389.1, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 48, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в пунктах 1, 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой 5 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно пункту 4 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношениях между несколькими лицами, которым одно и то же требование передавалось от одного цедента, требование признается перешедшим к лицу, в пользу которого передача была совершена ранее.

Вместе с тем суды верно исходили из того, что предусмотренное пунктом 4 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации правило об очередности уступки не исключает при наличии соответствующих оснований возможности применения общих положений гражданского законодательства, в частности статей 10, 170 названного Кодекса (пункт 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018).

Суды установили, что оплата по договору цессии от 27.07.2016 фактически не произведена, поскольку в представленных учреждением в материалы дела выписках по лицевым счетам отражены сведения о взаиморасчетах между банком и сторонними организациями (ООО «Мед Лайф», ООО «Югстройкомплекс» и др.), в отсутствие сведений о том, что платежи осуществлялись за учреждение. Кредитное досье должника после заключения договора цессии от 27.07.2016 находилось в банке и фактически учреждению не передавалось, что подтверждается последующим выставлением права требования спорной задолженности, подтвержденной первичной документацией, на торги при реализации имущества должника.

Изложенное позволило судам сделать вывод о недостоверности сведений, отраженных в акте приема-передачи от 27.07.2016 документации по договору цессии от 27.07.2016.

Вступившим в законную силу решением от 10.09.2018, принятым после заключения договора уступки прав (требований) от 27.07.2016, установлено, что право требования в отношении спорного обязательства имеет банк.

Кроме того, суды указали, что с даты заключения договора уступки прав (требований) от 27.07.2016 и до момента обращения 10.01.2022 ФИО1 в Арбитражный суд Республики Дагестан с заявлением о процессуальном правопреемстве, то есть в течение более пяти лет, учреждение каких-либо действий по взысканию с должника задолженности не предпринимало; доказательств обратного не представлено. Суды отметили, что действия учреждения в данном случае отклоняются от обычного поведения субъекта предпринимательской деятельности, целью которого является извлечение прибыли. Поведение должника (общества), не сообщившего в ходе судебного разбирательства о состоявшейся уступке права требования по кредитному договору, не признано судами отвечающим требованиям добросовестности и разумности.

Установив, что подлинная воля участников договора цессии от 27.07.2016 не была направлена на его фактическое исполнение, стороны не совершили действий по исполнению договора, суды обоснованно заключили о мнимости данной сделки (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), совершенной в целях нарушения имущественных прав банка и ФИО1 (статья 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), и правильно отказали в удовлетворении заявления предприятия о процессуальном правопреемстве взыскателя по делу.

Вопреки доводам кассационной жалобы суды установили, что сделка с ФИО1 совершена банком в соответствии с положениями Закона о банкротстве: право требования к должнику приобретено ФИО1 по результатам проведенных торгов, сведения о которых в установленном законодательством порядке опубликованы в газете АО «Коммерсантъ» от 02.10.2021 № 179 (7141) и размещены в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 29.09.2021. Договор уступки прав требований (цессии) от 22.11.2021 № 24 заключен уполномоченными представителями сторон и исполнен сторонами, оплата за уступленные права произведена на расчетный счет цедента лично ФИО1 по чеку-ордеру от 21.12.2021. Злоупотребление правами в действиях ФИО1 не установлено; доказательств, подтверждающих мнимый характер данной сделки, учреждением не представлено.

Таким образом, нормы материального права применены судами по отношению к установленным обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя жалобы сводятся, по сути, к иной оценке доказательств, представленных в материалы дела, однако такими полномочиями суд кассационной инстанции не наделен (статьи 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается. 

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены.

С учетом изложенного Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не усматривает оснований для отмены или изменения определения и постановления.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 31.03.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2022 по делу № А15-1849/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий            Р.А. Алексеев

Судьи       О.В. Бабаева 

Л.А. Трифонова