﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9753/19 

Екатеринбург

28 февраля 2020 г.

Дело № А60-13333/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 февраля 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе

председательствующего Сафроновой А.А.,

судей Громовой Л.В., Черкасской Г.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Солид Банк» (далее – общество «Солид Банк», Банк, заявитель, истец) на решение  Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2019 по делу № А60-13333/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании до и после перерыва приняли участие представители:

акционерного общества «Солид Банк» – Гаспарян Д.Э. (доверенность от 31.01.2020 №80, 25АА286361);

Захарова Максима Юрьевича (далее – Захаров М.Ю.) – Кузьмина Т.М.  (доверенность от  15.07.2019). 

Общество «Солид Банк» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «КБМ-Урал» (далее – общество «КБМ-Урал») в порядке регресса выплаченных по банковской гарантии от 25.07.2017 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470  денежных средств в сумме 13 074 882 руб. 03 коп., в том числе 11 147 728 руб. 19 коп. долга, 160 344 руб. 04 коп. процентов за период с 30.01.2018 по 19.02.2018 на основании пункта 6.8. Общих условий предоставления банковских гарантий в акционерном обществе «Солид Банк», являющихся неотъемлемой частью соглашения о выдаче банковской гарантии от 25.07.2017 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470 (далее – Общие условия предоставления банковских гарантий), а также пени в сумме 1 766 809 руб. 80 коп. за период с 20.02.2018 по 25.06.2018 на основании пункта 7.1 Общих условий предоставления банковских гарантий. Требование заявлено к обществу «КБМ-Урал» как поручителю исполнения обязательств обществом «КБМ-Строй» по соглашению о выдаче банковской гарантии от 25.07.2017 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470 на основании договора поручительства от 22.01.2018 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470) (статья 363, 379 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ). 

Обществом «КБМ-Урал» заявлен встречный иск о признании договора поручительства от 22.01.2018 №ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470 недействительным по мотиву нарушения порядка заключения крупной сделки и сделки с заинтересованностью (статьи 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», далее – Закон № 14-ФЗ).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями на предмет спора привлечен Захаров М.Ю. (участник общества «КБМ-Урал»), который просил признать договор поручительства от 22.01.2018 №ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470 недействительным как сделку, совершенную с нарушением порядка получения согласия на ее заключение (статья 46 Закона об ООО). 

Решением суда от 16.08.2019 в удовлетворении первоначального и встречного иска отказано, удовлетворены требования третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора Захарова М.Ю., признан недействительным договор поручительства 22.01.2018 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470, заключенный между обществом «КБМ-Урал» (поручитель) и  обществом «Солид Банк» (банк).

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Общество «Солид Банк» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении требований третьего лица отказать полностью. 

Заявитель не согласен с вынесенными по делу судебными актами, считает их в части удовлетворения заявления третьего лица (Захарова М.Ю.) и отказа в удовлетворении первоначального иска подлежащими отмене. Срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год. При этом календарная дата, с которой начинается исчисление срока исковой давности об оспаривании сделки определяется днем, когда о том, что она совершена с нарушением закона узнал или должен был узнать, в том числе участник, который подал иск, если сделку совершил директор, который был в сговоре с другой стороной.  

Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие сговора общества «Солид Банк» и единоличного исполнительного органа общества «КБМ-Урал» Багирова Д.Б., направленного на заключение договора поручительства в обход положений действующего законодательства. Указание суда апелляционной инстанции на сговор ввиду того, что Банк не проявил разумную осмотрительность и осторожность, не потребовал представления сведений об одобрении сделки единственным участником общества, не свидетельствует и не подтверждает, по мнению заявителя, наличие сговора между обществом «Солид Банк» и Багировым Д.Б, в связи с чем вывод судов о том, что Захаров М.Ю. не пропустил срок исковой давности, является необоснованным и противоречащим действующему законодательству.

При этом судом апелляционной инстанции был необоснованно отклонен довод Банка о том, что общество «КБМ-Урал» и общество «КБМ-Строй» образуют одну группу лиц (Багиров Д.Б. – участник общества «КБМ-Строй» с долей участия 100 %), чем объясняется экономическая целесообразность заключения обществом «КБМ-Урал» договора поручительства по обязательствам общества «КБМ-Строй».

Участник общества «КБМ-Урал» Захаров М.Ю., обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ), в связи с чем решение может быть  принято в пользу общества, а не участника. 

Общество «КБМ-Урал» в представленном отзыве просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между государственным унитарным предприятием Республики Крым «Черноморнефтегаз» (далее – бенефициар) и обществом «КБМ-Строй» (принципал) заключен государственный контракт на поставку обсадной трубы от 27.07.2017 № 268 (далее – контракт). 

Исполнение обязательств общества «КБМ-Строй» по контракту обеспечено банковской гарантией от 25.07.2017 № ЭБГ-А(2)-0305- 2017-0470 (далее – банковская гарантия), выданной обществом «Солид Банк» (гарант). 

В связи с неисполнением обществом «КБМ-Строй» обязательств по обеспеченному банковской гарантией обязательству, бенефициар направил в адрес общества «Солид Банк» требование от 11.12.2017 № 14/01-6335 об осуществлении выплаты по банковской гарантии в сумме                                    11 147 728 руб. 19 коп. 

Банк 26.01.2018 произвел выплату по банковской гарантии, что подтверждается платежным поручением от 26.01.2018 № 142. 

Письмом от 29.01.2018 банк направил обществу «КБМ-Строй» требование № 84 о возмещении денежных средств, выплаченных по банковской гарантии в размере 11 147 728 руб. 19 коп. Требование банка не исполнено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.05.2018 возбуждено дело № А60-29839/2018 о банкротстве общества «КБМ-Строй».

Определением от 26.06.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Определением от 12.09.2018 требование общества «Солид Банк» по соглашению о выдаче банковской гарантии в размере 12 990 748 руб. 23 коп., в том числе 11 147 728 руб. 19 коп. основного долга, 160 344 руб. 04 коп. процентов, 1 682 676 руб. пени, включено в реестр требований кредиторов общества «КБМ-Строй». 

Исполнение обязательств общества «КБМ-Строй» по соглашению о выдаче банковской гарантии обеспечено поручительством общества «КБМ-Урал» по договору поручительства от 22.01.2018 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470 (далее – договор поручительства), заключенному с обществом «Солид Банк», по условиям которого ответственность поручителя по обязательствам принципала является солидарной (пункты 1.1, 3.2 договор поручительства).

Банк обратился к обществу «КБМ-Урал» с требованием от 29.01.2019     № 61 о возмещении сумм, уплаченных по банковской гарантии и просил возместить 11 147 728 руб. 19 коп. долга, а также выплатить 160 344 руб. 04 коп. процентов за период с 30.01.2018 по 19.02.2018 и 4 837 693 руб. 50 коп. пени за период с 20.02.2018 по 30.01.2019. 

В связи с тем, что требование не было исполнено, банк обратился в суд с рассматриваемым иском.

Ответчик заявил встречный иск о признании недействительным договора поручительства от 22.01.2018 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470, как заключенного с нарушением порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью по основаниям, предусмотренным статьями 45, 46 Закона об ООО, статьями 173.1, 174 ГК РФ (сделка, совершенная без одобрения органом юридического лица – участником общества «КБМ-Урал»). 

Участник общества «КБМ-Урал» Захаров М.Ю. обратился с самостоятельными требованиями относительно предмета спора о признании договора поручительства недействительным как крупной сделки, совершенной без одобрения участника общества (статья 46 Закона № 14-ФЗ). 

Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 166, пунктом 1 статьи 168, пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, пунктом 1 статьи 45, статьей 46 Закона № 14-ФЗ, пунктами 21, 29, 93 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление № 27) в удовлетворении первоначального и встречного иска отказал. Требование третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора Захарова М.Ю. суд удовлетворил, договор поручительства от 22.01.2018 № ЭБГ-А(2)-0305-2017-0470, заключенный между обществом «КБМ-Урал» (поручитель) и обществом «Солид Банк» (банк), признал недействительным. 

Суд апелляционной инстанции, оставляя решение без изменения, с выводами суда первой инстанции согласился, признал их правильными, соответствующими имеющимся в материалах дела доказательствам и требованиям закона.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к выводу о том, что судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. 

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение (пункт 4 статьи 45 Закона № 14-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 46 Закона № 14-ФЗ установлено, что крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату. 

Решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества (пункт 3 той же статьи 46 Закона № 14-ФЗ). 

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества (пункт 4 статьи 46 Закона № 14).

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (пункт 6 статьи 45 Закона № 14).

Из разъяснений пункта 21 постановления № 27 следует, что в соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ лица, указанные в данных положениях закона, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им организации являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Пунктом 9 постановления № 27 предусмотрено, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 46 Закона № 14): количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; и качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения (абзац 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»,  далее – постановление № 25). 

При рассмотрении спора судами установлено, что оспариваемый договор поручительства заключен 22.01.2018, от общества «КБМ-Урал» договор подписан управляющим индивидуальным предпринимателем Багировым Д.Б., действующим на основании договора на оказание услуг по управлению обществом от 12.08.2014. На дату заключения договора (22.01.2018) Багиров Д.Б. являлся единственным участником (доля 100 % в уставном капитале) общества «КБМ-Строй» (общества, в интересах которого заключен договор поручительства, то есть выгодоприобретателем). 

В соответствии с бухгалтерским балансом общества «КБМ-Урал» по состоянию 31.12.2017 (последняя отчетная дата, предшествующая заключению договора поручительства) стоимость активов общества составила                         36 084 000 руб., 25 % от стоимости активов составляет 9 021 000 руб. Согласно п. 1.1. договора поручительства от 22.01.2018, поручительством обеспечено исполнение обязательств на сумму 14 022 300 руб. (сумма банковской гарантии без учета процентов и пени). 

Таким образом, является правильным вывод судов о том, что оспариваемый договор поручительства для общества «КБМ-Урал» являлся крупной сделкой и сделкой с заинтересованностью. 

Учитывая виды деятельности, которыми занимается общество «КБМУрал», а также отсутствие доказательств того, что им совершались аналогичные сделки, суды правильно указали на то, что спорная сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. 

Единственный участник общества «КБМ-Урал» Захаров М.Ю. на момент совершения сделки согласие на заключение договора поручительства не давал. Доказательств иного не представлено, равно как и не представлено доказательств последующего одобрения сделки (ст. 65 АПК РФ). 

Обжалуя принятые судебные акты, заявитель, ссылаясь на пункт 32 постановления № 25, пункта 2 постановления № 27 считает, что требования Захарова М.Ю. подлежали рассмотрению как требования общества «КБМ-Урал», срок исковой давности по которым пропущен в отсутствие доказательств сговора директора Багирова Д.Б. и другой стороны сделки (Банком).

В пункте 32 постановления № 25 Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах.

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Согласно пункту 15 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с  пунктом 2 постановления № 27 срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

Так, согласно абзацу второму пункта 2 указанного постановления независимо от того, кем предъявляется от имени общества требование об оспаривании сделки общества, единоличным исполнительным органом, участниками (акционерами), членами коллегиального органа управления корпорации или иными уполномоченными лицами, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона, узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, в том числе, если такое лицо непосредственно совершало данную сделку.

Исключение из указанного правила предусмотрено абзацем третьим пункта 2 постановления № 27, согласно которому срок исковой давности может исчисляться иным образом, только если был доказан сговор лица, осуществлявшего полномочия единоличного исполнительного органа в момент совершения сделки, с другой стороной сделки.

Юридическое лицо действует в гражданском обороте через своих представителей, в том числе лиц, осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа, которые имеют полномочия как на активные действия (например, совершение сделок), так и на пассивное представительство (восприятие от имени юридического лица внешних фактов). Риски недобросовестности указанных лиц несет юридическое лицо, и они не могут быть переложены на добросовестных третьих лиц.

Поскольку начало течения исковой давности связано с тем, когда юридическое лицо восприняло информацию об оспариваемой сделке, сведения, воспринятые директором, относятся на юридическое лицо и оно в подтверждение иного момента начала течения исковой давности не может ссылаться против третьих лиц на то, что директор был недобросовестный и действовал против интересов юридического лица, если только не будет доказан сговор директора с контрагентом по сделке.

Иное решение нарушало бы права другой стороны сделки, которая по причинам, связанным исключительно с внутренними взаимоотношениями в юридическом лице, была бы ограничена в возможности ссылаться на истечение исковой давности со стороны юридического лица. Кроме того, это нарушало бы правовое равенство, поскольку юридические лица находились бы в привилегированном состоянии за счет возможности «продления» исковой давности по требованиям об оспаривании сделок посредством смены директора или предъявления таких исков участниками (акционерами).

Указанная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 по делу № 305-ЭС19-20584. 

Вместе с тем, вопрос о сговоре управляющего общества «КБМ-Урал» Багирова Д.Б. с Банком судом первой инстанции не исследовался. В заявлении о вступлении в дело третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования на предмет спора, Захаров М.Ю. на сговор не ссылался и соответствующих доказательств не предоставлял (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

При этом Багиров Д.Б. в ходе рассмотрения дела неоднократно указывал, что, подписывая договор поручительства, рассчитывал на не наступление негативных последствий для общества «КБМ-Урал», поскольку полагал возможным возбуждение уголовного дела по факту хищения денежных средств общества «КБМ-Строй», их возврат и последующую  уплату Банку (л.д. 13-14, 88-91 т. 3).

Более того, судами оставлено без внимания то обстоятельство, что установление участником корпорации наличия сговора между руководителем корпорации и контрагентом по сделке безусловно влечет утрату доверия к руководителю корпорации. 

Тем не менее, Багиров Д.Б.  на момент рассмотрения дела в судах первой и второй инстанций, а равно в суде кассационной инстанции продолжает исполнять функции управляющего общества «КБМ-Урал», его полномочия Захаровым М.Ю.  с связи с утратой доверия не прекращены.

С учетом изложенного вывод суда апелляционной инстанции о наличии сговора между управляющим общества «КБМ-Урал» и Багировым Д.Б.  и об отклонении довода Банка об истечении годичного срока исковой давности для оспаривания договора поручительства по корпоративным основаниям  является преждевременным.

Согласно части 1 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций является несоответствие выводов суда, содержащихся в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, установленными судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Поскольку для разрешения спора по существу требуется оценка доказательств и установление обстоятельств дела применительно к разъяснениям, указанным в пункте 32 постановления № 25 и пунктах 2, 3 постановления № 27, к правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2019 по делу № 305-ЭС19-20584, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, судебные акты подлежат отмене в полном объеме, а дело – направлению в арбитражный суд первой инстанции на новое рассмотрение на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

При новом рассмотрении спора суду в целях обеспечения единства практики применения законодательства следует определить нормы права, подлежащие применению, исследовать доводы сторон и дать им надлежащую правовую оценку, разрешив спор в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение  Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2019 по делу         № А60-13333/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 по тому же делу отменить.

	Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           А.А. Сафронова 

Судьи					           Л.В. Громова 

                                                                                             Г.Н. Черкасская