ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-27383/2020

г. Саратов

23 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена  16 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2021 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Борисовой Т.С.,

судей Дубровиной О.А., Котляровой А.Ф.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в  судебном заседании:

представителя общества с ограниченной ответственностью «Кофе и Вино» - ФИО2, действующего на основании доверенности № 4  от 25.09.2020,

представителя общества с ограниченной ответственностью «ПроМэкс» -ФИО3, действующей  на основании доверенности от 25.03.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кофе и Вино» на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 апреля 2021 года по делу № А12-27383/2020

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Кофе и Вино» (400119 

<

...> ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «ПроМэкс» (400005, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

 третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - общество с ограниченной ответственностью «Волга кофе» (400066, 

<

...>, Этаж 1, Помещение 13, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Каскара Кофе» (400005, 

<

...>, Этаж 2, Комната 60, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

о взыскании убытков,  

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Кофе и Вино» (далее - истец, ООО «Кофе и Вино») обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ПроМэкс» (далее – ответчик, ООО «ПроМэкс») о взыскании убытков, а именно упущенной выгоды, за период с мая по декабрь 2019 года в размере 1 840 860 руб. 90 коп.

      Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 13 апреля 2021 года по делу № А12-27383/2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

ООО «Кофе и Вино», не согласившись с принятым судебным актом, обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, и принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

ООО «ПроМэкс», ООО «Каскара Кофе», ООО «Волга кофе»,  в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представлены письменные отзывы на жалобу, в которых указанные лица возражают против ее удовлетворения, считают решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представители истца и ответчика в судебном заседании поддержали правовые позиции, изложенные соответственно в жалобе и отзыве на неё.

Представители третьих лиц, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений в порядке, предусмотренном статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и размещением информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с требованиями абзаца 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебный акт в сети «Интернет» размещен 25.05.2021, что следует из отчета о публикации судебного акта.

Принимая во внимание наличие сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, основываясь на положениях статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая необходимость соблюдения срока рассмотрения апелляционной жалобы, обеспечения осуществления судопроизводства своевременно и в разумные сроки, суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотреть дело без участия представителей третьих лиц.

Законность и обоснованность принятого решения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 258, 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав представителей ООО «Кофе и Вино» и ООО «ПроМэкс», изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 17.07.2017 между ООО «Кофе и Вино» (арендатор) и ООО «ПроМэкс» (арендодатель) заключен договор аренды недвижимого имущества, по условиям пункта 1.1. которого арендодатель обязуется предоставить арендатору во временное владение и пользование нежилые помещения № 11 площадью 69 кв.м и № 8 площадью 8,3 кв.м, расположенные на первом этаже встроенного нежилого помещения общей площадью 513,9 кв.м по адресу: 

<

...>, для организации пункта общественного питания - кофейни «Воронка» (далее - договор).

Недвижимое имущество передано по акту приема-передачи от 17.07.2017.

Срок действия договора установлен сторонами в пункте 2.2. договора, определяется со дня подписания сторонами акта приема-передачи по 31.12.2021 включительно.

Согласно пункту 4.2.2 договора арендодатель обязан обеспечивать беспрепятственное использование арендатором помещением на условиях договора, не ограничивать каким-либо образом права арендатора на пользование арендованным помещением по назначению, указанному в п. 1.1 договора, и не осуществлять действий или бездействий, которые могут привести к такому ограничению.

По условиям пункта 4.1.3. договора арендодатель не имеет права предоставлять в Здании/Комплексе зданий, где находится арендуемое Помещение, являющееся предметом настоящего Договора, иным арендаторам помещения для аналогичных целей использования, определенных Сторонами в п. 1.1. настоящего Договора, за исключением тех, которым предоставлено право аренды на основании договоров, заключенных ранее, чем настоящий договор.

Действительность данного условия, его законность и обоснованность была проверена в судебном порядке, а именно 11.06.2019 ответчик обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с иском о признании изложенного подпункта договора недействительным.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.08.2019 по делу А12-19838/2019, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.11.2019, в удовлетворении указанного иска было отказано полностью.

Свои обязательства по договору истец исполнял надлежащим образом, однако, как следует из вступившего в законную силу судебного акта по делу                № А12-7243/2019 по иску о запрете передавать нежилые помещения, расположенные в здании, в период действия договора для организации пунктов общественного питания), 27.12.2018 ответчик передал третьему лицу (ООО «Волга кофе») в аренду соседние нежилые помещения № № 12, 13, 14, 15, 16, 17 и 18 (и помещения на антресольном этаже № № 6, 7 и 8) общей площадью 152,3 кв.м, расположенные в том же здании, для организации кофейни, после чего, в мае 2019 года, названное третье лицо открыло в здании свою кофейню под коммерческим обозначением «Surf Coffee».

Истец указывает, что ответчик, нарушив принятые на себя обязательства предусмотренные пунктом 4.1.3. договора от 17.07.2017, передав в аренду третьему лицу нежилые помещения, расположенные в здании, в период действия договора для организации пунктов общественного питания, тем самым причинил истцу убытки в виде упущенной выгоды, поскольку в результате близкого месторасположения третьего лица с аналогичным видом деятельности, у истца снизилась посещаемость и произошло снижение всех финансово-экономических показателей.

Данные обстоятельства легли в основу настоящего иска.

Отказывая в иске, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 1, 12, 15, 16, 393, 1064, 1069, 1071, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, и статьями 64, 65, 69, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о недоказанности истцом совокупности условий, необходимых для наступления гражданско-правовой ответственности ответчика в виде взыскания упущенной выгоды, а именно наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившим вредом (убытками), а также недоказанности реальной возможности получения истцом упущенной выгоды (неполученного дохода) в заявленном размере.

Оставляя решение суда первой инстанции без изменения, суд апелляционной исходит из следующего.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства, порождающих гражданские права и обязанности.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что при удовлетворении требования о возмещении вреда лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки (часть 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

В соответствии с указанной нормой заявитель, при обращении с требованием о возмещении убытков, должен доказать противоправность действий ответчика, причинную связь между допущенными нарушением и возникшими убытками, а также размер убытков, то есть к предмету доказывания по искам о взыскании убытков следует отнести доказывание обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий ответчика, наличия и размере убытков, причинной связи между ними, а также вины лица, причинившего вред. Деликтная ответственность, по общему правилу, наступает лишь за виновное причинение вреда.

В пункте 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

При этом истец обязан доказать, что именно ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

В абзаце третьем пункта 2 Постановления № 7 содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются принятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления № 7).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно разъяснениям пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить доходы в заявленном размере, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль. 

Как утверждает истец, ответчик нарушил условие пункта 4.1.3. договора, содержащее запрет на передачу помещений иным арендаторам, предоставил в здании общей площадью 513,9 кв.м по адресу: 

<

...> помещение арендатору - ООО «Каскара кофе» для аналогичных целей использования после заключения договора аренды с истцом.

Ответчик факт нарушения условий пункта 4.1.3 договора отрицает, поскольку договор аренды недвижимого имущества между ООО «ПроМэкс» и ООО «Каскара кофе» заключен 03.07.2017, то есть ранее договора, заключенного с истцом, что не противоречит условиям пункта 4.1.3 договора.

При рассмотрении спора по настоящему делу истцом заявлено о фальсификации представленного ответчиком доказательства - договора № 9 от 03.07.2017 и протокола разногласий к нему, по мотиву несоответствия дат их заключения датам фактического изготовления документов, истец считает, что договор № 9 от и протокол разногласий к нему изготовлены и подписаны после заключения договора от 17.07.2017 (т.3, л.д. 62-68).

В силу ст. 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 22.03.2012 № 560-О-О, закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу.

Истцом в целях проверки представленного доказательства поступило ходатайство о проведении судебной экспертизы. 

В ходе проверки заявления истца о фальсификации судом установлено, что оригинал договора 03.07.2017 и протокола разногласий к нему утрачены и не могут быть представлены в материалы дела.

Судом первой ин6станции были сделаны запросы в экспертные учреждения, однако возможности проведения экспертизы абсолютной давности документа по представленным копиям не установлено, в связи с отсутствием оригиналов документов. Истец на проверке доказательства путем проведения экспертизы не настаивал.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции отказал в проведении судебной экспертизы.

Способы проверки заявления о фальсификации доказательств определяются судом, выбор способа должен соответствовать конкретным обстоятельствам дела и доводам, положенным в основу заявления о фальсификации.

Суд первой инстанции проверил заявление о фальсификации доказательств путем сопоставления их с другими документами, имеющимися в материалах дела, при этом правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела.

Пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами. 

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в первой части настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимоотношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Согласно пункту 4.1.3. договора арендодатель не имеет права предоставлять в Здании/Комплексе зданий, где находится арендуемое Помещение, являющееся предметом настоящего Договора, иным арендаторам помещения для аналогичных целей использования, определенных Сторонами в п. 1.1. настоящего Договора, за исключением тех, которым предоставлено право аренды на основании договоров, заключенных ранее, чем настоящий договор.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.08.2019 по делу А12-19838/2019 ООО «Кофе и Вино» отказано в признании пункта 4.1.3. договора аренды недвижимого имущества от 17.07.2017 недействительным.

Включение сторонами в пункт 4.1.3. договора условия с подобной оговоркой, предполагает, что на момент заключения договора с истцом у ООО «ПроМэкс» был заключен договор с иным арендатором. 

В противном случае, необходимость включения такого условия в договор утрачивается.

Доказательств того, что на дату заключения договора истец был введен в заблуждение, а равно ответчик отказал ООО «Кофе и Вино» в предоставлении сведений о наличии на дату заключения договора заключенных договоров с иными арендаторами для аналогичных целей использования помещений, в материалы дела не представлено.

Судом установлено, что копий спорного договора от 03.07.2017, в том числе нотариально заверенной (т. 4, л.д. 92-97), и протокола разногласий к нему, имеющих различные даты заключения,  в материалы дела не предоставлено. 

Из пояснений третьего лица следует, что  между ООО «ПроМэкс» и ООО «Каскара Кофе» заключен договор аренды от 03.07.2017, с протоколом разногласий от той же даты, согласно которому ООО «ПроМэкс» обязалось передать ООО «Каскара Кофе» в аренду нежилые помещения площадью 152,3 кв.м, являющиеся частью встроенного нежилого помещения по адресу: 

<

...> для организации кофейни.  

В соответствии с пунктом 5.2. указанного договора, с учетом протокола разногласий, ООО «ПроМэкс» обязалось передать имущество в аренду по акту приема-передачи в срок не позднее 10.12.2018. Помещения переданы в аренду, о чем сторонами подписан акт приема-передачи от 10.12.2018. 

ООО «Каскара Кофе» приступило к проведению ремонтных работ в помещении, но в связи изменением у руководства ООО «Каскара Кофе» планов относительно использования указанного помещения, 27.12.2018 между ООО «Каскара Кофе», ООО «Волга кофе» и ООО «ПроМэкс» было заключено соглашение о переводе обязанностей по договору аренды № 9 от 03.07.2017, в соответствии с которым ООО «Волга кофе» приняло на себя обязанности арендатора по названному договору аренды. 

Вывод суда о применимости к вопросу о моменте заключения договора положений статей 432, 433 ГК РФ является правомерным, поскольку договор считается заключенным с момента подписания сторонами.

Также правомерна ссылка суда первой инстанции на положения пункта 3 статьи 611 ГК РФ, поскольку договор аренды должен содержать указание на срок передачи имущества. Учитывая консенсуальную природу договора аренды (п. 10 Информационного письма ВАС РФ от 11.01.2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»), суд пришел к правильному выводу о том, что обязанность арендодателя передать имущество арендатору возникает с момента заключения договора, но подлежит исполнению в срок в соответствии с условиями договора аренды.

В этой связи, предусмотренная договором аренды от 03.07.2017 отсрочка исполнения обязанности по передаче имущества арендатору не противоречит закону, а в случае нарушения этой обязанности арендодателем порождает на стороне арендатора право требования встречного исполнения сделки.

Судом первой инстанции установлено, что условия договора аренды от 03.07.2017 сторонами исполнены: имущество передано арендатору в дату, согласованную сторонами (10.12.2018), арендатором уплачен обеспечительный платеж, в сроки, определенные договором, исполняется обязанность по оплате арендной платы.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ оценка доказательств производится судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Исследованием собранных по делу доказательств, пояснений третьих, поведением сторон при согласовании условий договора 17.07.2017, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в договор аренды между ООО «ПроМэкс» и ООО «Каскара Кофе» заключен 03.07.2017, то есть ранее договора аренды между ООО «ПроМэкс» и ООО «Кофе и Вино», что, по сути, согласуется с волей сторон о включении в договор пункта 4.1.3., заключенного позднее (17.07.2017).

Судом подробно рассмотрены все доводы и обстоятельства, которые, по мнению истца, указывали на фальсификацию доказательств. Однако, они не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, в силу чего обоснованно отклонены судом. Правовых оснований для переоценки выводов суда первой инстанции не установлено.

Основываясь на положениях статей 15, 393 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно определил, что лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что утверждение истца о нарушении ответчиком условий пункта 4.1.3. договора не является безусловным основанием для удовлетворения требований о взыскании убытков, поскольку истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между открытием третьим лицом кофейни и наступлением в деятельности истца негативных последствий в виде снижения посещаемости кофейни истца и, как следствие, неполучении прибыли в заявленном размере.

Между тем таких доказательств материалы дела не содержат. 

При исчислении размера неполученных доходов должны учитываться данные, которые бесспорно подтверждают реальную возможность получения доходов в виде денежных сумм или иного имущества, причем неподтвержденные расчеты о предполагаемых доходах не должны приниматься во внимание.

Потерпевшей стороне необходимо доказать, что убытки вызваны не общим ухудшением хозяйственной ситуации, и связаны не только с предпринимательским риском, вполне обычным для деятельности общества, при этом нарушение арендодателем условий договора должно являться не просто одним из условий возникновения потерь, а именно неизбежно порождать их. То есть нарушение должно быть таким, что если бы его не было, то не возникло бы и убытков.

Как верно отметил суд первой инстанции, открытие кофейни в том же здании, где уже открыта другая кофейня, не влечет за собой обязательное автоматическое уменьшение потока клиентов из кофейни, открытой ранее, поскольку потребители в своем выборе руководствуются разными критериями - популярность заведения или наоборот его неизвестность, уровень цен, сервис, концепция, интерьер, и другие показатели (качество предлагаемого продукта, оформление и т.д.), влияющие интерес и привлечение потребителя. 

В связи с чем, с достоверностью утверждать, что именно открытие третьим лицом кофейни повлияло на посещаемость кафе истца, невозможно.

Следовательно, сам по себе факт размещения ООО «Волга кофе» кофейни в здании, в котором расположена кофейня истца, не является достаточным доказательством, свидетельствующим об уменьшении посещаемости кофейни истца и неполучении истцом дохода в размере 1 840 860 руб. 90 коп.

Уровень прибыли зависит от таких показателей как ассортимент товара, его цены, маркетинга, качества обслуживания, уровня доходов потребителей, экономической ситуация в стране в целом и других факторов. 

Увеличение расходов, связанных с ведением деятельности, также влияет на размер прибыли.

Следует отметить, что истцом в материалы дела представлены справки о составе расходов и доходов за 2018,2019 г.г., из анализа содержания которых усматривается, что по сравнению с 2018 годом в 2019 году у истца увеличились расходы на 500 344,42 руб., в том числе:

- закупка продуктов в 2018 году составила 3 408 723,87 руб., в 2019 году - 3 782 992,53 руб., увеличение составило 374 268,66 руб.;

- коммунальные услуги в 2018 году составили 342 000,20 руб., в 2019 году  -423 275,08 руб., увеличение составило 81 274,88 руб.;

- налоги в 2018 году составили 260 272 руб., в 2019 году - 261 241,30 руб., увеличение составило 969,30 руб.;

- аренда в 2018 году составила 1 475 892,85 руб., в 2019 году -  1 500 000 руб., увеличение составило 24 107,15 руб.;

- расходы на заработную плату в 2018 году составили 368 382,57 руб., в 2019 году - 388 107 руб., увеличение составило 19 724,43 руб.

Как следует из отчета о финансовых результатах за январь-декабрь 2019 года, расходы по обычной деятельности по сравнению с 2018 годом увеличились у истца на 548 000 руб., (6 430 000 - 5 882 000), прочие расходы увеличились на                31 000 руб., (79 000-48 000). Суммарно увеличение расходов составляет 579 000 рублей.

При этом истцом не представлены доказательства принятия мер, направленных на минимизацию потерь, вызванных увеличением расходов (смена ассортимента товара, смена маркетинга и т.д.).

Как верно отметил суд первой инстанции, снижение оборотов предприятия, снижение покупательской способности клиентов, относится к предпринимательским рискам самого истца, в связи с чем, указанные суммы не являются убытками по смыслу статьи 15 ГК РФ.

Возложение истцом ответственности за ведение своего бизнеса на других лиц, в частности на ответчика, не соответствует общим принципам гражданского законодательства, в соответствии с которыми ведение предпринимательской деятельности осуществляется самостоятельно и на свой риск.

В рассматриваемом споре истец не доказал, что снижение посещаемости кафе истца вызвано открытием третьим лицом кофейни в том же здании, равно как не доказал возникновение у истца по вине ответчика упущенной выгоды в заявленном размере.

Убытки взыскиваются при наличии всех элементов гражданско-правового деликта, что не означает автоматического возникновения права на взыскание убытков с ответчика (данная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2015 № 309-ЭС15-10298).

Пунктом 4 статьи 393 КГ РФ определено, что при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Кредитору самому необходимо принять меры, а также произвести действия для получения предполагаемой прибыли. Это значит, что заявитель должен доказать, что он мог и должен был бы в противном случае получить доход, и только нарушение обязательства со стороны ответчика явились причиной потерь, в результате чего появилась упущенная выгода.           Поскольку упущенная выгода представляет собой именно неполученный доход (прибыль) пострадавшего лица, размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести для извлечения данного дохода (производственные, транспортные и иные расходы).

Расчет упущенной выгоды произведен истцом исходя из аналогичной выручки за предыдущий период.

Однако истцом не учтен рост цен на приобретаемое сырье, в то время как из позиции истца следует, что цены на продукцию для потребителя не менялись в течение спорного периода времени, что само по себе с учетом увеличения затрат не может не сказаться на доходах общества.

Кроме того, применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Относительно требования о взыскании упущенной выгоды истец не представил документов, подтверждающих совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов в прежнем либо повышенном размере, по сравнению с тем, который в реальности был им получен; расчет истца сделан без учета необходимых затрат, которые понесены им при осуществлении торговой деятельности.

Таким образом, судами не установлено и в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что истец по вине ответчика утратил возможность получить доход от использования принадлежащей ему кофейни, который бы он получил при обычных условиях гражданского оборота в заявленный период.

Сам по себе факт уменьшения прибыли по сравнению с предыдущим периодом таким доказательством не является, поскольку предпринимательская деятельность носит рисковый характер, а доход от этой деятельности не является постоянным, гарантированным и стабильным в силу самой природы такой деятельности.

При таких обстоятельствах, истец не доказал наличие причинно-следственной связи между нарушением ответчиком обязательств по договору аренды и причиненными истцу убытками в виде недополученного дохода в размере 1 840 860 руб. 90 коп., вины ответчика в причинении вреда, а, следовательно не доказал совокупность условий для возложения на ответчика гражданско-правовой меры ответственности в виде возмещения убытков в виде упущенной выгоды.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, не допустил при этом неправильного применения норм материального права и процессуального права.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции считает, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленных требований по существу. Податель апелляционной жалобы не ссылается на доказательства, опровергающие выводы суда  первой инстанции, и таких доказательств к апелляционной жалобе не прилагает. В целом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая их, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 апреля 2021 года по делу № А12-27383/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции. 

 

 

Председательствующий судья                                                             Т.С. Борисова

 

Судьи                                                                                                          О.А. Дубровина

                                                                                                            

А.Ф. Котлярова