АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

24 ноября 2022 года

Дело № А33-1957/2022

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 17.11.2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 24.11.2022 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибуголь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании страхового возмещения;

с участием в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО1;

в присутствии в судебном заседании:

- от истца: ФИО2, полномочия подтверждаются доверенностью от 25.08.2022;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО3,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибуголь» (далее – истец, страхователь) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (далее – ответчик, страховщик) о взыскании страхового возмещения в размере 323 017 руб. Определением от 02.02.2022 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением от 28.03.2022 суд перешел к рассмотрению спора по общим правилам искового производства, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен предприниматель ФИО1

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 17.11.2022. Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

27.01.2019 на территории угольного разреза «Восточный» был поврежден автомобиль SCANIA р/з 

<

***> предоставленный предпринимателю ФИО1 (потерпевший) по договору субаренды транспортного средства без экипажа от 01.10.2018 № 1.

Водитель ФИО4, действуя как работник потерпевшего, прибыл на угольный карьер «Восточный», расположенный в пос. Большие Сыры Балахтинского района Красноярского края, для погрузки приобретенного угля, который ФИО1 должен был доставить предпринимателю Гильберту В.Х. Водитель ФИО4, управляя автомобилем SCANIA р/з 

<

***> двигался по территории угольного разреза «Восточный». Вред был причинен в результате падения угля из сортировочного шнека на автомобиль. Оборудование и территория находятся в введении истца.

В связи с причинением ущерба ФИО1 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ООО «Сибуголь» о взыскании ущерба и упущенной выгоды. Решением от 14.12.2021 по делу А33-13380/2019, вступившим в законную силу, исковые требования частично удовлетворены. С ООО «Сибуголь» взыскан ущерб в размере 323 017 руб., представляющий стоимость ремонта поврежденного автомобиля.

ООО «Сибуголь» исполнило решение суда, что подтверждается платежным поручением № 1547 от 28.03.2022.

В последующем ООО «Сибуголь» (страхователь) предъявляло требования к САО «РЕСО-Гарантия» (страховщик) о страховом возмещении в том же размере в связи с вышеизложенными обстоятельствами, основываясь на заключенном со страховщиком договоре обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте № 111 0100316731 от 28.06.2018 (срок действия до 09.07.2019). 

По условиям данного договора ответчик застраховал риск наступления гражданской ответственности истца как владельца опасного объекта по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда потерпевшим в результате аварии на опасном объекте. Вышеупомянутый угольный разрез, где произошло происшествие, указан в перечне опасных объектов, являющемся приложением к договору страхования. Страховая сумма по договору составляет 10 000 000 руб.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Правопритязания истца связаны с ненадлежащим исполнением ответчиком как страховщиком обязательств по договору страхования. Правоотношения между сторонами возникли из договора страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте, подлежащие регулированию Федеральным законом от 27.07.2010 N 225-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте" (далее – Закон об обязательном страховании).

Институт страхования, с точки зрения своей правовой природы и экономического содержания, ориентирован на две основные цели: при заключении соответствующих договоров одна сторона получает гарантии защиты своих имущественных интересов, а другая, гарантируя соответствующую защиту, получает прибыль (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.10.2022 N 305-ЭС22-11869 по делу N А40-105075/2020).

Указанный вид страхования (ответственности владельца опасного объекта) является обязательным в законодательстве Российской Федерации и по своему смыслу, с одной стороны, направлен на обеспечение интересов владельца опасного объекта, связанные с возникновением у него обязанности по возмещению вреда, причиненного третьим лицами (потерпевшим). С другой стороны, такой вид страхования является дополнительной гарантией для потерпевших, обеспечивающей возмещение ущерба, причиненного в связи с эксплуатацией опасного объекта.

Согласно положениям статьи 8 Закона об обязательном страховании при наступлении страхового случая потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении причиненного вреда. Размер страховой выплаты, причитающейся потерпевшему в счет возмещения вреда, причиненного имуществу, определяется в соответствии с правилами обязательного страхования с учетом реального ущерба, причиненного повреждением имущества. Если размер вреда, причиненного потерпевшему, превышает предельный размер страховой выплаты, установленный частью 2 статьи 6 настоящего Федерального закона, разницу между страховой выплатой и фактическим размером вреда возмещает владелец опасного объекта. Размер страховой выплаты ограничивается суммой 500 000 руб. в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего - физического лица, за исключением вреда, причиненного в связи с нарушением условий жизнедеятельности.

В рассматриваемом случае факт причинения ущерба ФИО1 и причастность к этому истца, а также размер ущерба были установлены в судебном порядке (А33-13380/2019). В Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 20.01.2022 N 308-ЭС20-18999(2) по делу N А53-5227/2019, от 20.04.2022 N 308-ЭС21-26679 по делу N А53-24369/2019 обращается внимание на необходимость соблюдения принципа общеобязательности судебных актов, что не тождественно другому свойству законной силы судебных актов – преюдициальности. 

По результатам рассмотрения дела № А33-13380/2019 возникла правовая определенность в вопросах о том, что ФИО1 является легитимированным кредитором как лицо, имеющее право требовать возмещения ущерба с владельца опасного объекта в связи с причинением ущерба в результате эксплуатации этого объекта. Выводы суда, изложенные в решении, указывают на наличие оснований для того, чтобы ФИО1 как потерпевший обратился к страховщику за страховой выплатой. Между тем потерпевший решил удовлетворить свой интерес за счет непосредственного причинителя вреда, что не противоречит нормам действующего законодательства.

Главным аргументом ответчика против удовлетворения иска, являлась ссылка на то, что правом на страховое возмещение обладает потерпевший, а не страхователь. Потерпевший нарушил порядок взаимодействия в рамках отношений по договору страхования, обратившись за возмещением ущерба к непосредственному причинителю вреда. Между тем такая аргументация основания на неверном толковании норм действующего законодательства.

Согласно пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса (далее – ГК РФ) в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства. В соответствии с пунктом 1 статьи 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. В случае, когда третье лицо отказалось от права, предоставленного ему по договору, кредитор может воспользоваться этим правом, если это не противоречит закону, иным правовым актам и договору (пункт 4 статьи 430 ГК РФ).

Согласно статье 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей, они же потерпевшие в обязательстве вследствие причинения вреда). Как следует из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.06.2021 N 305-ЭС21-3003 по делу N А41-90465/2018 положения статьи 931 ГК РФ предполагают, что при наступлении вреда потерпевший самостоятельно выбирает ответственное лицо – непосредственно причинившее вред либо осуществившее страхование ответственности. Из выводов, изложенных в указанном определении относительно правильности разрешения спора судом первой инстанции, также усматривается, что в последующем при предъявлении причинителем вреда к страховщику требования о страховом возмещении возражения страховщика на счет несоблюдения порядка предъявления требований и отсутствия в связи с этим права на получение страхового возмещения не могут приниматься во внимание.

В пункте 69 ранее действовавшего Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" отмечалось, что лицо, возместившее потерпевшему вред (причинитель вреда, страховая организация, выплатившая страховое возмещение по договору добровольного имущественного страхования, любое иное лицо, кроме страховых организаций, застраховавших ответственность причинителя вреда или потерпевшего), имеет право требования к страховщику ответственности потерпевшего только в случаях, допускающих прямое возмещение убытков (статья 14.1 Закона об ОСАГО). В иных случаях такое требование предъявляется к страховщику ответственности причинителя вреда.

Аналогичные разъяснения изложены в настоящее время в пункте 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В рассматриваемом случае смысл правового регулирования и изложенная в указанных разъяснениях логика правоприменения в сфере отношений обязательного страхования автогражданской ответственности, имеют аналогичный характер для рассматриваемого спора.

Поскольку потерпевший решил удовлетворить свой интерес за счет непосредственного причинителя вреда, следует считать, что в соответствии с пунктом 4 статьи 430 ГК РФ потерпевший отказался от права на получение страхового возмещение, в связи с чем таким правом может воспользоваться истец с учетом того, что он возместил ущерб потерпевшему. Его интерес в получении страховой выплаты непосредственным образом обусловлен тем, что именно он, являясь страхователем по договору страхования, возместил ущерб потерпевшему.

У истца имелись разумные правовые ожидания, что потерпевший удовлетворит свой интерес ординарным, специально предусмотренным для этого законодателем способом – путем обращения к страховщику за страховой выплатой. Однако потерпевший поступил иначе. С этой точки зрения с учетом предъявления иска потерпевшим в рамках дела № А33-13380/2019 и выдвинутых страховщиком возражений в связи с нарушением порядка предъявления требований истец лишен был возможности получить выгоду от страхования своей ответственности помимо своей воли.

Истец был поставлен в такое положение, что он не смог воспользоваться страховой услугой. Следует учитывать, что страховая услуга является платной и страхователь страхует свою ответственность (даже в случае обязательного страхования) не на началах альтруизма – не в интересах третьих лиц (потерпевших), а в своем собственном интересе. Смысл страхования ответственности для истца состоял в том, что на случай наступления страхового случая он не понесет имущественных потерь в связи с необходимостью возмещения ущерба третьему лицу. Очевидно полезный эффект от страховой услуги для страхователя заключается в гарантировании того, что потерпевший не предъявит к нему требование о возмещении ущерба, удовлетворившись получением страховой выплаты. А в случае, если страховой выплаты не хватит для покрытия всего ущерба, то непосредственная ответственность страхователя будет уменьшена за счет частичного покрытия ущерба страховой выплатой.

Порядок реализации прав из договора страхования таков, что сам страхователь по общему правилу не может получить страховую выплату в целях направления её на возмещение ущерба потерпевшему. Однако возможность обратиться потерпевшего непосредственно к страховщику за страховой выплатой не меняет сути страховых отношений и цели вступления страхователя в эти отношения, а является лишь упрощенным способом доведения страховой выплаты до потерпевшего, минуя страхователя. В рассматриваемом же случае с точки зрения цели защиты имущественного интереса истца от риска наступления ответственности фактически его положение оказалось равносильным тому, как если бы он в принципе не заключил договор страхования. А страховщик при этом извлекает все выгоды от создавшегося положения, получив страховую премию и освободив себя от исполнения обязательств.

При этом истец действовал добросовестно, после установления правовой определенности относительно наличия у потерпевшего права на возмещение ущерба и его размера, исполнив судебное решение.

В этой связи возражения ответчика являются непоследовательными и основанными на недобросовестных мотивах. Страховщик в своих отзывах указывал, что препятствием для страховой выплаты является неисполнение страхователем судебного решения. В тоже время страховщик ссылался на нарушение порядка предъявления требований, подразумевая, что в сложившейся ситуации с требованием о страховой выплате к нему должен обратиться потерпевший. Указанные возражения направлены на извлечение страховщиком из сложившейся ситуации необоснованных преимуществ за счет ущемления интересов истца.

Подтвержденное в судебном порядке право потерпевшего является безусловным. Возникновение у него права на страховое возмещение с учетом положений Закона об обязательном страховании не зависело от того, фиксировались ли со стороны контрольно-надзорных органов власти какие-либо нарушения в деятельности истца, выносились ли по таким фактам предписания. Правом на страховое возмещение он не воспользовался и в судебном порядке добился подтверждения наличия права получить возмещение ущерба с непосредственного причинителя вреда. Изложенное свидетельствует, что на дату рассмотрения настоящего спора у страховщика не могут быть какие-либо разумные сомнения и основания на счет того, что изначально у него возникло обязательство по осуществлению страхового возмещения в пользу потерпевшего. В сложившейся ситуации интересы страховщика не нарушаются предъявленным иском. Необходимость несения расходов для осуществления страховой выплаты в обозримом будущем была ожидаемой в случае обращения потерпевшего к страховщику.

С учетом правовых позиций, изложенных в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 10.09.2013 N 2299/13 по делу N А14-5839/2012, от 03.06.2014 N 2410/14 по делу N А41-2321/13, Определениях ВАС РФ от 30.04.2008 N 5620/08 по делу N А40-42366/06-40-253, от 05.06.2013 N ВАС-5213/13 по делу N А40-66695/11-30-558, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.12.2018 N Ф04-5495/2018 по делу N А45-32179/2017, судом отмечается, что получив полное возмещение ущерба от истца, потерпевший не имеет больше законного интереса в получении страховой выплаты, такой интерес в настоящее время имеет истец. Потерпевший уже не может реализовать право на получение страхового возмещения, в противном случае он получит неосновательное обогащение. В этой связи довод ответчика о необходимости предъявления требования о страховой выплате потерпевшим не имеет под собой никакого экономического смысла. В связи с чем страхователь вправе компенсировать расходы по возмещению ущерба потерпевшему за счет страховой выплаты.

Интерес страховщика в настоящем судебном споре обеспечивается тем, что объем права истца на страховую выплату ограничен как размером фактически возмещенного ущерба, так и установленным законом предельным размером страховой выплаты, которую страховщик обязан осуществить. Размер ущерба по страховому случаю составил 323 017 руб., что находится в пределах ограничения, установленного частью 2 статьи 6 Закона об обязательном страховании и страховой суммы, предусмотренной договором страхования. В связи с изложенным заявленный иск признается судом обоснованным.

Расходы истца по оплате государственной пошлины составили 9 480 руб. (платежное поручение № 346 от 24.01.2022). Излишне оплаченная пошлина в размере 20 руб. подлежит возврату истцу на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ. В остальной части пошлина, оплаченная в размере 9 460 руб., подлежит возмещению за счет ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать со страхового акционерного общества "РЕСО-Гарантия" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Сибуголь" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 323 017 руб. страхового возмещения, а также 9 460 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Сибуголь" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета 20 руб., излишне уплаченной по платежному поручению от 24.01.2022 № 346, государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

Э.А. Дранишникова