ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-16732/2021

05 июля 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  26 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 июля 2024 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Целых М.П.,

судей  Брежневой О.Ю.,  Смольниковой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лепехиной М.А.,  рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  08АП-5777/2024) ФИО1 на определение  Арбитражного суда Тюменской области  от 06 мая 2024 года по делу №  А70-16732/2021 (судья Поляков В.В.), вынесенное по результатам рассмотрения  заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки, совершенной с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, далее – ответчик), недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Геоэкологическое предприятие «Промнефтегазэкология» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, 

 

установил:

Управление Федеральной налоговой службы по Тюменской области (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилось 31.08.2021 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Геоэкологическое предприятие «Промнефтегазэкология» (далее – ООО ГП «Промнефтегазэкология», должник).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.09.2021 указанное заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований кредитора к должнику.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2022 (резолютивная часть оглашена 07.02.2022) требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении ООО ГП «Промнефтегазэкология» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 26.02.2022 № 36.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 07.08.2022 ООО ГП «Промнефтегазэкология» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее - ФИО2, конкурсный управляющий).

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» от 06.08.2022 № 142.

Конкурсный управляющий ФИО2 11.06.2023 обратилась в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением об оспаривании в качестве единой сделки платежей, совершенных должником в период с 04.02.2019 по 28.12.2020 в пользу ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) на сумму 6 668 089 руб. 63 коп.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.05.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признаны недействительными перечисления с расчетного счета ООО ГП «Промнефтегазэкология» денежных средств за период с 04.02.2019 по 28.12.2020 в пользу ФИО1 на сумму 3 050 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО ГП «Промнефтегазэкология» денежных средств в размере 3 050 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Также с ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления отказать.

В обоснование жалобы её податель указывает, что Приказ от 31.12.2019 № 7 «О доплатах к должностному окладу на основании коэффициента трудового участия» является внутренним нормативным документов общества, который не был оспорен конкурсным управляющим, не признан недействительным в судебном порядке; дополнительные выплаты (премии) являются составной частью ежемесячной оплаты труда, подлежащей обязательной выплате в качестве заработной платы и не могли быть меньше минимально установленного штатным расписанием показателя; ответчиком в материал дела представлены сведения о выполняемой работе в рамках трудового договора за период с 2009 по 2020 гг., при этом факт выполнения ответчиком возложенных на него обязанностей конкурсным управляющим документально не опровергнут; размер дополнительных выплат (премий) был определен руководителем должника исходя из объема заключенный договоров в 2018-2019 гг., и поступившей оплаты по выполненным договорам (согласно оборотно-сальдовой ведомости по счету 51 – обороты с января 2019 года по декабрь 2020 года) в общей сумме 274 501 374 руб. 04 коп.; такая система оплаты применялась при определении заработной платы и ранее, начиная с ноября 2016 года, все доходы работником, полученные от работодателя, отражены в справках 2НДФЛ за период 2016-2020 гг. Полагает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие оснований для выплаты заработной платы и премирования ответчика за выполнение своих должностных обязанностей, а также доказательства противоправности действий по начислению премий и заработной платы; не доказано несоответствие квалификации и профессиональных качества ответчика установленному размеру заработной платы; не представлены доказательства, свидетельствующие о невыполнении или выполнении не в полном объеме или ненадлежащего исполнения ответчиком обязанностей, предусмотренных трудовым договором; не имеется сведений о выполнении данных обязанностей иным лицом. Считает, что убыточность деятельности должника или неисполнение им обязательств перед кредиторами, включая обязательства по уплате обязательных платежей в 2019-2020 гг., не могут быть признаны достаточным основанием для признания недействительными сделок должника по начислению предусмотренных соответствующей системой оплаты труда премий и заработной платы лицам, состоящим с обществом в трудовых отношениях.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 указанная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 26.06.2024.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства арбитражный суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного проверка обжалуемого определения осуществлена судом апелляционной инстанции только в оспариваемой части - в признания недействительной сделки по перечислению денежных средств в польщу ответчика в размере 3 050 000 руб. и применение последствий недействительности сделки. В отказной части обжалуемое определение не проверяется.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 06.05.2024 по настоящему делу в обжалуемой части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в ходе проведения конкурсным управляющим анализа банковских выписок по расчетным счетам должника было установлено, что за период с 04.02.2019 по 28.12.2020 в расчетного счета должника, открытого в ПАО «Запсибкомбанк» были произведены перечисления в адрес бывшего директора общества ФИО1 с назначением платежа заработная плата и премия в общем размере 6 668 089 руб. 63 коп, в том числе:

 04.02.2019 на сумму 80 000 руб. (возврат по договору займа от 20.03.2008 № 08); 05.02.2019 на сумму 230 332 руб. (возврат по договору займа от 16.09.2014 № 10); 06.02.2019 на сумму 215 000 руб. (возврат по договору займа от 20.03.2009 № 08); 27.02.2019 на сумму 200 000 руб. (зарплата за февраль 2018 года); 18.03.2019 на сумму 250 000 руб. (перечисление депонированной зарплаты); 18.03.2019 на сумму 500 000 руб. (зарплата за март 2019 года); 18.03.2019 на сумму 77 545 руб. (перечисление зарплаты); 21.03.2019 на сумму 80 000 руб. (зарплата за март 2019 года); 13.05.2019 на сумму 50 300 руб. (зарплата за март 2019 года); 14.05.2019 на сумму 30 300 руб. (зарплата за апрель 2019 года); 22.07.2019 на сумму 50 075 руб. (зарплата за май 2019 года); 29.07.2019 на сумму 100 000 руб. (зарплата за июнь 2019 года); 30.07.2019 на сумму 100 000 руб. (зарплата за июнь 2019 года); 01.08.2019 на сумму 18 009 руб. (зарплата за июль 2019 года); 25.03.2020 на сумму 100 000 руб. (зарплата за март 2020 года); 20.07.2020 на сумму 36 068 руб. (зарплата за март 2020 года); 20.07.2020 на сумму 2 455 руб. 73 коп. (зарплата за апрель 2020 года); 20.07.2020 на сумму 3 177 руб. 94 коп. (зарплата за май 2020 года); 21.07.2020 на сумму 538 руб. 30 коп. (компенсация за несвоевременную выплату зарплаты); 20.08.2020 на сумму 121 500 руб. (зарплата за июнь 2020 года); 31.08.2020 на сумму 22 788 руб. 66 коп. (зарплата за август 2020 года); 04.09.2020 на сумму 250 000 руб. (зарплата за сентябрь 2020 года); 25.09.2020 на сумму 950 000 руб. (премия); 13.10.2020 на сумму 2 400 000 руб. (премия); 15.10.2020 на сумму 8 527 руб. 59 коп. (зарплата за октябрь 2020 года); 20.10.2020 на сумму 91 472 руб. 41 коп. (зарплата за октябрь 2020 года); 22.10.2022 на сумму 2 723 руб. 99 коп. (зарплата за октябрь 2020 года); 27.10.2020 на сумму 7 276 руб. 01 коп. (зарплата за октябрь 2020 года); 23.11.2020 на сумму 610 руб. 36 коп. (зарплата за ноябрь 2020 года); 14.12.2020 на сумму 89 389 руб. 64 коп. (зарплата за ноябрь 2020 года); 23.12.2020 на сумму 28 696 руб. 54 коп. (зарплата за ноябрь 2020 года); 28.12.2020 на сумму 571 303 руб. 46 коп. (зарплата за ноябрь 2020 года).

Вместе с тем, первичные документы, подтверждающие законность начисления и выплату денежных средств, конкурсному управляющему переданы не были.

Полагая, что все перечисленные платежи носят характер подозрительных и образуют единую сделку по выводу имущества ООО ГП «Промнефтегазэкология» в пользу бывшего директора ФИО1, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что выплата 25.09.2020, 13.10.2020 в пользу ФИО1 немотивированного и завышенного размера премии в соответствии с положением об оплате труда в сумме 3 050 000 руб. (3 350 000 руб. за вычетом 300 000 руб., представляющих собой разумный размер премии для указанной должности) в условиях существенного ухудшения финансового положения организации не только не отвечает критерию добросовестности, но и направлена на причинение вреда кредиторам, что свидетельствует о наличии оснований для признании указанных платежей недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Основания для признания недействительными платежей, совершенных до весны 2020 года, судом не установлено, поскольку управляющим не доказано наличие у общества в указанный период признаков неплатёжеспособности и наличия не погашенных требований кредиторов; заработная плата, выплаченная ответчику за период с 25.03.2020 по 28.12.2020 соответствует средней заработной плате руководителя организации в аналогичной сфере деятельности.

Повторно исследовав материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционная коллегия судей принимает во внимание следующее.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления № 63, следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 Постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определяется как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 06.09.2021, оспариваемые перечисления денежных средств совершены  с 04.022019 по 28.12.2020, следовательно, оспариваемые сделки заключены в пределах периода подозрительности, установленного пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом на момент совершения спорных перечислений у должника наличествовали неисполненные обязательства перед такими кредиторами как:

- ФНС России в размере 11 078 139 руб. 35 коп., сформировавшееся не ранее, чем по итогам 2020 года (определения Арбитражного суда Тюменской области от 11.02.2022, от 25.04.2022, от 12.09.2022, от 21.09.2022, от 16.11.2022, от 23.11.2022 по настоящему делу);

- общество с ограниченной ответственностью «Сибирский стандарт» в размере 3 218 313 руб. 41 коп. по договорам подряда от 28.06.2018 № 866/4, от 07.11.2019 № 925/3 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 20.04.2022);

- акционерное общество «ЗапСибНМЦ «Стройизыскания» в размере 8 400 000 рублей за период с 01.01.2017 по 30.06.2020 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 27.04.2022);

- индивидуальный предприниматель ФИО3 в размере 184 830 рублей по договору от 25.06.2019 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 04.05.2022);

- федеральное государственное бюджетное учреждение науки Якутский научный центр Сибирского отделения Российской Академии наук в лице обособленного подразделения «Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера Сибирского отделения Российской академии наук» в размере 157 437 руб. 26 коп. по договору от 20.09.2018 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 05.05.2022);

- общество с ограниченной ответственностью «ЭкспертГаз» в размере 8 815 471 руб. 70 коп. по договору от 05.09.2018 (определения Арбитражного суда Тюменской области от 12.05.2022, от 12.09.2022);

- Управление по обеспечению деятельности мировых судей в Тюменской области в размере 400 000 рублей, сформировавшееся не ранее 16.07.2021 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 07.09.2022);

- общество с ограниченной ответственностью «Институт прикладных исследований газовой промышленности» в размере 21 631 126 руб. 38 коп. по договору от 02.10.2019 (определение Арбитражного суда Тюменской области от 03.10.2022).

Факт наличия неисполненных у ООО ГП «Промнефтегазэкология» обязательств на момент начисления и перечисления ФИО1  денежных средств  в размере 6 668 089 руб. 63 коп. ответчиком не оспорен.

Между тем из материалов дела следует,  что просрочка исполнения обязательств перед кредиторами стала образовываться  у должника начиная с марта 2020 года. Следовательно, платежи за  период с  04.02.2019 по  01.08.2019, обоснованно  не приняты судом первой инстанции во внимания. 

В свою очередь, наличие у должника на дату совершения сделок (период с 25.03.2020 по 28.12.2020) просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ, определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4), от 11.05.2021 № 307-ЭС20-6073(6)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

При заинтересованности сторон сделки к ним должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признается также руководитель должника.

Согласно представленных в материалы дела документов следует, что ФИО1 с 18.07.1995 являлся директором ООО ГП «Промнефтегазэкология», ему также принадлежали 25 % доли в уставном капитале этой организации.

Поскольку на момент осуществления спорных перечислений полномочия руководителя должника осуществлял ФИО1, являясь также одним из его участником, суд первой инстанции верно посчитал доказанным факт совершения оспариваемых сделок аффилированными лицами, в связи с чем указал на очевидную осведомленность контрагента по сделкам о признаках неплатежеспособности должника.

Вместе с тем, данное обстоятельство самостоятельным основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не является. Важным критерием для признания сделок недействительными по указанному основанию является факт причинения вреда кредиторам в результате заключения такой сделки.

Как было указано ранее, с учетом обжалования судебного акта в части удовлетворения заявления управляющего, 25.09.2020, 13.10.2020 должником в пользу ФИО1 осуществлена выплата премии в соответствии с положением об оплате труда.

Согласно штатному расписанию ООО ГП «Промнефтегазэкология» за 2018-2019 гг. тарифная ставка директора составляла 300 000 руб.

Протоколом внеочередного общего собрания участников ООО ГП «Промнефтегазэкология» от 27.04.2020 № 27 полномочия ФИО1 в должности директора продлены на 5 лет, должностной оклад сохранен в указанном выше размере.

Пунктами 1.5.2 и 3.4 Положения об оплате труда работников ООО ГП «Промнефтегазэкология», утвержденного директором общества 08.11.2016, наряду с ежемесячным окладом по должности, допустимо начисление доплаты к окладу, под которой понимается выплата стимулирующего характера, установленная работнику за выполнение им с его согласия работы, не предусмотренной трудовым договором по замещаемой им основной должности и/или должностной инструкцией работника, либо в случае выполнения им работ в условиях, отклоняющихся от нормальных, а также в иных случаях, предусмотренных названным положением или законодательством Российской федерации.

Возражая против удовлетворения заявления управляющего в указанной части, ответчик ссылался на то, что дополнительные выплаты в виде премии, размер которых находится в прямой зависимости от результатов работы общества и определяется руководителем общества самостоятельно на основании приказа директора, штатного расписании и Положения об оплату труда, являлись составной частью ежемесячной оплаты труда, подлежащей обязательной выплате в качестве заработной платы и не могли быть меньше минимально установленного штатным расписанием показателя; в ситуации, когда начисленные работнику премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению не могут быть признаны недействительными лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вклад.

Отклоняя указанные доводы, апелляционная коллегия судей принимает во внимание, что в соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) заработной платой признается вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

При этом работнику могут быть установлены два вида премий: премии постоянного и разового характера. Первые входят в систему оплаты труда, начисляются регулярно за выполнение заранее утвержденных показателей, у работника возникает право требовать их выплаты при условии выполнения указанных показателей (статья 135 ТК РФ). Вторые не являются гарантированным доходом работника, выступают дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяемой по усмотрению работодателя (статья 191 ТК РФ).

В силу статьи 191 ТК РФ премия является способом поощрения работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. Право работодателя устанавливать различные системы премирования, стимулирующих доплат и надбавок предусмотрено статьей 144 ТК РФ. Премии являются дополнительной, стимулирующей и поощрительной частью заработной платы работника. Такое дополнительное стимулирование должно быть обусловлено достижением работником установленных показателей и условий премирования - в том случае, если премии предусмотрены системой оплаты труда на предприятии, либо решением руководителя - в случае выдачи разовых премий.

Таким образом, действия по установлению вознаграждения в рамках трудовых правоотношений является возмездными, то есть, подразумевают наличие встречного предоставления в виде выполнения соответствующей трудовой функции.

В ситуации, когда начисленные ответчику премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению могут быть признаны недействительными при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (статья 61.2 Закона о банкротстве). Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2020 № 305-ЭС17-9623(7). 

В рассматриваемом случае пунктами 3.3, 3.3.1, 3.3.2 Положения об оплате труда работников ООО ГП «Промнефтегазэкология» предусмотрено, что надбавка к базовому окладу – стимулирующая выплата индивидуального характера, установленная работнику в соответствии с характером, особенностями работы и профессиональной квалификацией работника.

Надбавки устанавливаются на основании коэффициентов трудового участия (КТУ) к утвержденному базовому окладу определяется по результатам выполнения трех условий:

- выполнения производственного задания;

- сдачи объекта или этапа календарного плана Заказчику;

- поступление денежных средств за выполненный объем работы на расчетный счет предприятия.

Начальники отделов на основании выполнения условий пункта 3.3.1 устанавливает КТУ к базовому окладу и передает данные в бухгалтерию для начисления оплаты труда сотрудникам подразделения.

Поименованная доплата устанавливается работнику приказом (распоряжением) директора (пункт 3.4.1 Положения об оплате труда).

На основании приказа директора должника от 31.12.2019 № 7 «О доплатах к должностному окладу на основании коэффициента трудового участия» по итогам трудового участия по выполнению работ на завершенных объектах по договорам на выполнение комплексных инженерных изысканий в 2019 году перечисленным в нем работникам определены размеры доплат к должностному окладу, в том числе директору ФИО1 в сумме 3 850 575 руб.

Вместе с тем, как верно указанно судом первой инстанции, приказ директора должника от 31.12.2019 «О доплатах к должностному окладу на основании коэффициента трудового участия», равно как и Положение об оплате труда работников предприятия, является внутренним документов общества, утвержденным самим ФИО1, который в рамках настоящего спора, предполагающего применение повышенного стандарта доказывания, не может быть принят во внимание в качестве единственного и достаточного доказательства обоснованности выплаченной ответчику премии.

Помимо штатного расписания, вышеуказанного Приказа от 31.12.2019 № 7 и Положения об оплате труда ответчиком в материалы дела не представлено иных достоверных доказательств, обосновывающих разумность выплаченных ему сумм в виде премий с учетом качества и условий выполненной им в тот период работы применительно к существенности внесенного им вклада при выполнении обществом указанных в Приказе от 31.12.2019 № 7 контрактов, то есть после достижения определенных результатов организацией.

Премии в размере 950 000 руб. и 2 400 000 руб., которые носили стимулирующий характер, начислены и выплачены ответчику за выполнение установленных трудовым договором трудовых обязанностей по итогам трудового участия по выполнению работ на завершённых объектах по договорам на выполнение комплексных инженерных изысканий в 2019 году. Однако в материалах дела отсутствуют доказательства совершения последним особо сложной и трудоемкой работы в период, предшествующий выплате премии, что могло бы обусловить выплату дополнительного вознаграждения в виде премий, размер которых в разы превышает размер должностного оклада ответчика (300 000 руб.) и более чем в 3-9 раза размер начисленной за месяц заработной платы, согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2019-2020 гг., но в отсутствие иных сведений в обоснование указанного (например, увеличение количества отработанных часов (дней)).

В рассматриваемом случае конкретный перечень функционала, выполняемого ФИО1 в должности генерального директора ООО ГП «Промнефтегазэкология» в спорный период, ответчиком не раскрыт.

Ссылки ответчика на значительный объем выполненной на тот период обществом работы, само по себе не свидетельствует об обоснованности размера установленной ему премии, которая более чем в разы превышала размер начисленных премий иных работникам (производственных профессий) общества, в том числе непосредственно участвовавших в выполнении таких работ как комплексные инженерные изыскания, инженерные изыскания для строительства поисково-оценочных скважин, поиск и разведка ОПИ по конкретному объекту, наземные геофизические работы и пр.

При этом в материалах дела отсутствуют сведения и документы об установленных в соответствии с пунктом 3.3.1 Положения об оплате труда работникам начальниками отделов КТУ к базовому окладу, из которых можно было бы установить обоснованность столь существенной разницы установленных приказом размеров премий всех работников общества, в том числе его директора.

Сам факт наличия у общества проектов, объем выполненных работ на объектах не доказывает значительную степень участия в них непосредственно ответчика - ФИО1

Доказательств соразмерности выплаченной премии объему и сложности осуществляемых генеральным директором должника обязанностей не представлено, документов по кадрам должника (ведомости учета рабочего времени, должностные инструкции, сведения об утверждении надбавок на основании КТУ,  непосредственно сами КТУ и др.) в материалах дела не имеется, при этом установление необоснованной излишней премии в отсутствие экономически и юридически обосновывающих локальных нормативных и распорядительных актов, по существу носит произвольный характер, что в совокупности может свидетельствовать о злоупотреблении сторонами правом при ее установлении.

Более того как верно отмечено судом первой инстанции, пунктом 3 этого Приказа от 31.12.2019 № 7 закреплено, что доплаты к должностному окладу подлежат выплате по мере поступления денежных средств от заказчиков, тогда как фактически произведены в пользу ФИО1 25.09.2020 (950 000 руб.) и 13.10.2020 (2 400 000 руб.).

При этом осведомленность о наличии объективных признаков неплатежеспособности должника, исходя из существа трудовых функций ответчика, предполагается. Обстоятельства и документы, доступные ответчику по его должности, позволившие с очевидностью установить факт невозможности выполнения должником своих обязательств, в настоящем случае конкурным управляющим подтверждены.

В настоящем случае, судебная коллегия исходит из того, что ответчик не представил объективных, очевидных и убедительных доказательств и информации, свидетельствующих о степени его участия в реализации проектов должника, его активной деятельности в качестве руководителя общества. Достаточных и допустимых доказательств того, что вся деятельность ФИО1. была направлена на получение адекватного экономического результата своей деятельности, материалы спора не содержат.

Вопреки позиции ответчика при исследовании вопроса о действительности сделок по получению премий каждым лицом, поименованным в приказе о премировании, подлежат установлению конкретные обстоятельства и условия трудовой деятельности и трудового вклада каждого работника; в отношении ФИО1 материалы рассматриваемого дела не содержат относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о правомерности действий работодателя по начислению и выплате ему оспариваемых премий; факт участия ФИО1 в выполнении дополнительного объема работ, равно как и факты переработки/увеличения продолжительности рабочего времени у должника не доказаны ни прямыми, ни косвенными доказательствами.

С учетом отсутствия в материалах дела надлежащих доказательств обоснованности полученных ФИО1 дополнительных выплат в виде премий в размере 3 350 000 руб., коллегия судей полагает, что установление таких выплат произведено намеренно вопреки интересам должника и не отвечает экономическим критериям, установленным для расходов на оплату труда, в связи с чем находит верным вывод суда первой инстанции о разумности полагающейся к выплате директору общества премии в спорный период в сравнении с выплатами иным работникам общества, в размере 300 000 руб.

Таким образом, поскольку выплата премии произведена в условиях наличия у общества значительного размера кредиторской задолженности, не связана с увеличением объема работы, задач особой важности перед ответчиком не ставилось и им не исполнялось, разумный характер размера установленной директору премии, с учетом дифференцированной системы установленных к выплате премий иным работникам общества, не подтвержден, суд первой инстанции пришел к верному выводу о совершении указанной сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов общества, что является основанием для признания сделки по начислению и выплате единовременных премий 25.09.2020. 13.10.2020 в сумме 3 050 000 руб. недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Несогласие подателя жалобы с принятым судом первой инстанции судебным актом в части применения последствий недействительности сделки обусловлено исключительно наличием, по его мнению, оснований для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований о признании сделки недействительной. Конкретных возражений в указанной части апелляционная жалоба не содержит.

Таким образом, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют. Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого судебного акта, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему и не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах принятое арбитражным судом первой инстанции определение является законным и обоснованным, отмене или изменению не подлежит. Апелляционная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области  от 06 мая 2024 года по делу № А70-16732/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

М.П. Целых

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

М.В. Смольникова