АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А09-8847/2019

г. Калуга

07 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2024 года.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

судей

Антоновой О.П.,

Андреева А.В.,

 

ФИО1,

  

 

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО2

бывшего финансового управляющего ФИО2

 

ФИО3 (паспорт),

 

ФИО4 (паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 – финансового управляющего ФИО2 на постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024 по делу № А09-8847/2019,

УСТАНОВИЛ:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее - ФИО2 должник) возбуждено определением Арбитражного суда Брянской области от 30.08.2019 на основании заявления КБ «ЛОКО-Банк» (АО) (далее – Банк, залоговый кредитор).

Определением суда от 23.10.2019 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (далее - ФИО4) в реестр требований кредиторов должника включено требование КБ «ЛОКО-Банк» (АО)  в размере 98 658 122,37 руб., обеспеченное залогом имущества должника.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 11.06.2020 (резолютивная часть решения объявлена 10.06.2020) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4

Определением суда от 17.03.2023 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (далее - ФИО3).

30.10.2023 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Брянской области с ходатайством об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего в размере 1 134 000 руб. 

ФИО4 в возражениях на ходатайство ФИО3 указал на необходимость распределения суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего пропорционально отработанному времени, просил установить ему проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 928 405,8 руб.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 14.02.2024 ходатайство финансового управляющего ФИО3 удовлетворено. 

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024 определение Арбитражного суда Брянской области от 14.02.2024 отменено. Утверждена сумма по вознаграждению арбитражным управляющим ФИО3 и ФИО4 по 567 000 руб. каждому.

Не согласившись с принятым судебным актом ФИО3 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводом суда апелляционной инстанции о равноценности вклада ФИО4 вкладу ФИО3 в достижение положительного эффекта для залогового кредитора, указывает, что выводы апелляционного суда относительно вклада ФИО4 документально не подтверждены, возражения ФИО3 относительно проведенного им объема работы и достигнутого результата оставлены апелляционным судом без оценки.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 просит отказать в ее удовлетворении. 

В судебном заседании ФИО3 и ФИО4 поддержали правовые позиции, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть дело в порядке статьи 284 АПК РФ, в их отсутствие.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В ходе проведения процедуры реализации имущества должника осуществлялись мероприятия, направленные на реализацию следующего имущества, обремененного залогом в пользу КБ «ЛОКО-Банк» (АО):

- жилой дом, назначение: жилое, количество этажей, в том числе подземных этажей: 2, в том числе подземных этажей 1, общей площадью 320,7 кв. м, кадастровый № 32:28:0031642:18, расположенный по адресу: 

<

...>;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для использования индивидуального жилого дома, общей площадью 949 кв. м, кадастровый № 32:28:0031642:1, расположенный по адресу: 

<

...>.

По итогам проведения в период с 27.06.2023 по 28.09.2023 двух аукционов имущество осталось нереализованным.

Залоговый кредитор КБ «ЛОКО-Банк» (АО) выразил согласие оставить указанный предмет залога за собой о чем, между финансовым управляющим ФИО3 и кредитором заключено соглашение о передаче недвижимого имущества от 23.10.2023 по цене 16 200 000 руб.

ФИО3 обратился в суд с заявлением об установлении суммы процентов по вознаграждению финансового управляющего от реализации имущества должника в размере 1 134 000 руб. (16 200 000 * 7%), рассчитанной в соответствии с пунктом 17 статьи 20.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление ФИО3 в полном объеме, указал, что расчет процентов по вознаграждению является арифметически верным, в связи с чем, признан судом обоснованным. 

Установив, что действия финансового управляющего ФИО4 не были направлены на содействие кредитору и должнику в достижении целей процедуры банкротства, а наоборот создавали угрозу нарушения прав указанных лиц, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для выплаты ФИО4 процентов по вознаграждению финансового управляющего за реализацию вышеуказанного имущества. 

Суд апелляционной инстанции, изучив объем мероприятий, выполненных каждым финансовым управляющим в целях реализации залогового имущества, учитывая отсутствие в материалах дела сведений о признании действий какого-либо из управляющих не соответствующими закону, не выявив недобросовестного поведения со стороны управляющих, пришел к выводу о том, что оба финансовых управляющих в равной степени провели мероприятия по подготовке имущества и его реализации, в связи с чем посчитал возможным установить проценты по вознаграждению в равных долях по 567 000 рублей каждому арбитражному управляющему. 

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами апелляционного суда, исходя из следующего.

В силу пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

Судебная практика исходит из того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер, и включает в себя плату за проведение всех мероприятий в процедурах банкротства, в том числе плату за оказываемые управляющим услуги.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Поэтому начисление стимулирующей выплаты в каждом конкретном случае связано с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства.

Оценка вклада арбитражного управляющего при осуществлении им обязанностей финансового управляющего имуществом должника, эффективности такого вклада в целях установления размера вознаграждения в виде процентов напрямую относится к дискреции суда.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» разъяснено, что если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними. Суд вправе отступить от указанного правила, если вклад одного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства существенно превышает вклад другого.

Применяя данные разъяснения, следует сделать вывод о том, что, по общему правилу, если полномочия финансового управляющего должника исполняли несколько арбитражных управляющих, каждый из них имеет право на получение причитающегося ему вознаграждения в соответствующей части.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-9813, возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства.

При представлении доказательств того, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей процедуры банкротства, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

Необходимо учитывать, что в рассматриваемом случае сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего не могла быть распределена пропорционально продолжительности периода полномочий каждого финансового управляющего в ходе этой процедуры, поскольку согласно материалам дела, размещенным в сети Интернет общедоступной базе электронных документов «Картотека арбитражных дел» сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО4 ранее уже устанавливалась судом в связи с реализацией иного имущества должника (определение суда от 30.08.2022).

Предметом настоящего обособленного спора является установление суммы процентов по вознаграждению только за мероприятия по реализации принадлежавшего должнику земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...>. 

Соответственно, о достижении положительного эффекта как для залогового кредитора, так и в целом для процедуры банкротства может свидетельствовать именно результат удовлетворения требований залогового кредитора.

В рассматриваемом случае залоговый кредитор воспользовался предоставленным ему пунктом 4.1 статьи 138 Закона о банкротстве правом оставления залогового имущества за собой. 

Оставление предмета залога залоговым кредитором за собой является одной из форм реализации имущества и данное обстоятельство влечет возникновение права на проценты по вознаграждению управляющего. Под выручкой в таком случае понимается цена, по которой залоговый кредитор принимает имущество (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017)).

ФИО4, претендуя на получение процентов по вознаграждению финансового управляющего, указывал на выполнение им в рамках процедуры банкротства ФИО2 значительного объема работ, а именно: проведение инвентаризации имущества должника, подготовка положения о порядке, условиях и сроках продажи имущества (утвержденного определением Арбитражного суда Брянской области от 16.10.2020), назначение торгов форме аукциона (отмененных по причине принятых определением суда от 02.12.2020 обеспечительных мер в виде запрета на проведение торгов).

Признавая возражения ФИО4 необоснованными, суд первой инстанции учел правовую позицию залогового кредитора и принял во внимание следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что в период когда залоговым кредитором проводились мероприятия по оценке залогового имущества, устанавливались основания пользования должником соседним земельным участком, ФИО4 было подано в суд заявление об утверждении порядка и условий продажи залогового имущества.

07.10.2020 в адрес КБ «ЛОКО-Банк» (АО) поступило исковое заявление ФИО2 о признании недействительными договоров поручительства №ВаПМГКВ-17/7/10 от 19.04.2017, №ДП 2017-238/0792 от 27.09.2017, ДП 2017-239/0802 от 27.09.2017 и договора залога недвижимого имущества № 3 2017-238/0248 от 01.11.2017, подписанных между Банком и ФИО2 и являющихся основанием для включения требования Банка в реестр требований кредиторов должника. 

Намерение должника оспорить договоры, как заключенные с лицом, который не был способен понимать значение своих действий по причине травмы, подтверждаются фактом подачи в Советский районный суд города Брянска указанного искового заявления по делу № 9-364/2020, которое впоследствии было возвращено истцу, в связи с нарушением правил подсудности (21.12.2020). 

С учетом указанных обстоятельств утвержденный Банком 20.09.2020 порядок реализации залогового имущества не направлялся в адрес финансового управляющего, поскольку, согласно позиции залогового кредитора, возможность проведения торгов была нецелесообразна ввиду наличия негативных последствий, как для залогового кредитора, так и потенциальных покупателей имущества в случае удовлетворения иска.

Определением суда от 16.10.2020 было удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО4 об утверждении положения о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, находящегося в залоге у Банка, который ссылался на отсутствие предложений от залогодержателя. 

13.11.2020 финансовым управляющим должника в ЕФРСБ было размещено сообщение о проведении публичных торгов по реализации имущества должника (публикация № 5711258).

19.11.2020 залоговый кредитор обратился с письмом к финансовому управляющему ФИО4, в котором просил аннулировать сообщение о торгах, отменить торги, в связи с обращением должника в суд общей юрисдикции с заявлением о признании договоров поручительства недействительными.

Отсутствие ответа со стороны финансового управляющего явилось основанием для обращения в суде с ходатайством о принятии обеспечительных мер. 

Определением суда от 02.12.2020 приняты обеспечительные меры в виде запрета финансовому управляющему ФИО4 проводить до 04.09.2021 торги по продаже залогового имущества должника, обеспечивающего требования КБ «ЛОКО-Банк» (АО).

07.09.2021 ФИО5 обратился в Советский районный суд с исковым заявлением к КБ «ЛОКО-Банк» АО о признании недействительными договоров поручительства №ВаПМ-ГКВ-17/7/10 от 19.04.2017, №ДП 2017- 238/0792 от 27.09.2017, ДП 2017-239/0802 от 27.09.2017 и договора залога недвижимого имущества № 3 2017-238/0248 от 01.11.2017.

Определением Советского районного суда от 11.10.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечен финансовый управляющий ФИО4

Решением Советского районного суда от 13.10.2022 по делу № 2-594/2022 в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказано. 

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что в рассматриваемом случае действия финансового управляющего ФИО4 не были направлены на содействие залоговому кредитору и должнику в достижении цели процедуры банкротства, а наоборот создавали угрозу нарушения прав указанных лиц, что потребовало вмешательства суда, учитывая игнорирование ФИО4 требований залогового кредитора и совершение действий, направленных на реализацию имущества должника при наличии судебного разбирательства, направленного на освобождение спорного имущества от обременения в виде залога, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для выплаты ФИО4 процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Суд апелляционной инстанции в нарушение требования пункта 13 части 2 статьи 271 АПК РФ не обосновал надлежащим образом в обжалуемом судебном акте мотивов, по которым он не согласился с указанными выводами суда первой инстанции, основанными на представленных в дело доказательствах.

Кроме того, судом апелляционной инстанции не учтено, что мероприятия по реализации залогового имущества (земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...>), по результатам которых был достигнут положительный эффект для залогового кредитора, проводились после освобождения ФИО4 (17.03.2023) от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

ФИО3 после утверждения финансовым управляющим должника были выполнены следующие мероприятия: осмотрено залоговое имущество, оценено его техническое состояние, установлен круг лиц, имеющих право на залоговое имущество (в том числе состоящих на регистрационном учете по месту нахождения залогового имущества), произведено фотографирование имущества для демонстрации претендентам на участие в торгах; организованы и проведены 2 аукциона; размещены рекламные объявления на сервисе Авито; осуществлялось взаимодействие с претендентами на участие в торгах; подготовлено предложение залоговому кредитору об оставлении имущества за собой, форма соглашения согласованна с залоговым кредитором; совершены действия, необходимые для государственной регистрации перехода права собственности на имущество от должника; за счет залогового имущества произвел расчеты с кредиторами второй очереди и залоговым кредитором. 

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что положительный эффект для залогового кредитора (удовлетворение требований за счет предмета залога) был достигнут в результате мероприятий по реализации указанного имущества, проведенных именно финансовым управляющим ФИО3

Вывод апелляционного суда о том, что для целей надлежащего проведения торгов ФИО4 был сформирован пакет документов и пояснительная информация по объекту продажи, осуществлена рассылка интересантам данного пакета документов в ответ на запросы, документально не подтвержден. Представленная ФИО4 электронная переписка не свидетельствует о направлении в адрес интересантов именно сведений о залоговом имуществе.

Материалы дела также не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО4 передал ФИО3 итоги проведенной им работы (информацию по объектам продажи, фотографии объектов, дефектные ведомости, оценку технического состояния объектов, контакты потенциальных покупателей, проявивших интерес к объектам продажи и другие).

Порядок продажи залогового имущества составлен залоговым кредитором в 2023 году самостоятельно (в том числе с необходимостью актуализации цены объектов), без учета положения подготовленного ФИО4 в 2020 году, преждевременно представленного на утверждение суда до окончания судебного разбирательства, направленного на освобождение спорного имущества от обременения в виде залога.

Опубликованное ФИО4  13.11.2020 сообщение о проведении торгов было отменено 03.12.2020 в связи с вынесением Арбитражным судом Брянской области от 02.12.2020 определения о принятии обеспечительных мер в виде запрета на реализацию имущества (по причине нецелесообразности проведения торгов до завершения рассмотрения судом спора в отношении залогового имущества, в целях предотвращения причинения ущерба). Соответственно, после отмены  обеспечительных мер объективная возможность воспользоваться результатом выполненных ФИО4 мероприятий отсутствовала, торги по продаже залогового имущества проводились ФИО3 заново, с самого начала.

Таким образом, представленными в материалы дела документами не подтверждается, что работа ФИО4 в части организации торгов повлекла положительный эффект как для залогового кредитора, так и в целом для процедуры банкротства. 

По результатам исследования оценки фактических обстоятельств данного обособленного спора, объема выполненных финансовыми управляющими  мероприятий, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для выплаты ФИО4 процентов по вознаграждению финансового управляющего.

При указанных обстоятельствах постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024 содержащее выводы, не соответствующие имеющимся в деле доказательствам, принятое с нарушением норм процессуального права, не отвечает требованию законности, установленному частью 3 статьи 15 АПК РФ, поэтому подлежит отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ. 

Поскольку суд первой инстанции оценил в полном объеме доказательства, приобщенные к материалам дела, установил обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения обособленного спора, дал правильную правовую оценку, возникшим правоотношениям, оснований для отмены определения от 14.02.2024 у суда апелляционной инстанции не имелось.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Центрального округа находит содержащиеся в ней доводы обоснованными, нашедшими свое подтверждение, в связи с чем, обжалуемый судебный акт - подлежащим отмене. Определение от 14.02.2024, вынесенное Арбитражным судом Брянской области без нарушения и неправильного применения норм материального права и норм процессуального права, подлежит оставлению в силе в соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ.

 

руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2024 по делу № А09-8847/2019 отменить.

Определение Арбитражного суда Брянской области от 14.02.2024 по делу № А09-8847/2019 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                О.П. Антонова

 

Судьи                                                                                                 А.В. Андреев 

 

                                                                                                             ФИО1