ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-55610/2024

28 декабря 2024 года

г. Санкт-Петербург

Постановление изготовлено в полном объеме  28 декабря 2024 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Семиглазов В.А.

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-30704/2024)  открытое акционерное общество «Российские железные дороги» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.08.2024 по делу № А56-55610/2024 (судья Капустина Е.В.), принятое 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Трансойл»

к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги»

о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Трансойл» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; Санкт-Петербург, Петроградская наб., д.18, лит.А, пом.309; далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; Москва, ул.Новая Басманная, д2/1, стр. 1; далее – Компания) о взыскании неустойки в размере 105 120 руб. 78 коп.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства на основании главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Решением в виде резолютивной части от 14.08.2024 исковые требования удовлетворены частично, с Компании в пользу Общества взыскано 70 000 руб. неустойки, в удовлетворении остальной части иска отказано.

Мотивированное решение изготовлено судом 27.08.2024.

Не согласившись с решением суда, Компания обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое решение суда, ссылаясь на то, что по вагонам № 51109338 и № 51234557 неустойка не применяется, поскольку возникла необходимости поставки запасных частей. Податель жалобы указывает на то, что на момент отцепки вагона № 51728863 в базе АБД ПВ ГВЦ отсутствовали сведения о принадлежности его Обществу, а при отцепке вагона № 51122430 заказчик не был уведомлен. Ответчик просит применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), указывая на то, что причины нарушения сроков проведения ремонта вагонов часто связаны с большой загруженностью эксплуатационных вагонных депо Компании в силу возложенной на основании закона обязанности по отцепке и ремонту вагонов, курсирующих по железнодорожным путям общего пользования. Кроме того, ответчик ссылается на сложную экономическую обстановку ввиду санкционной политики зарубежных стран.

В отзыве Общество просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена судом в соответствии с правилами статьи 272.1 АПК РФ без вызова сторон, по имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из материалов дела, Компания (подрядчик) и Общество (заказчик) 14.06.2013 заключили договор № ТОР-ЦВ-00-32 на выполнение текущего отцепочного ремонта грузовых вагонов (далее – договор), согласно которому истец поручает и обязуется оплачивать, а ответчик обязуется производить работы по текущему отцепочному ремонту (далее – ТОР) грузовых вагонов, принадлежащих истцу на праве собственности, аренды или ином законном основании.

Продолжительность нахождения одного грузового вагона заказчика в ТОР не должна превышать 78 часов после прибытия грузового вагона, на станцию проведения ремонта. Отсчет времени на проведение ТОР начинается с 00 часов 00 минут суток, следующих за сутками поступления грузового вагона на станцию проведения ремонта (пункт 3.5 договора)

Пени за нарушение сроков проведения ТОР грузовых вагонов рассчитываются с учетом индексации, принимаемой Правлением Компании (для шкалы Б договорные ставки рассчитываются накопительно: до 5 суток – 9,04 руб. в час, от 6 до 15 суток – 17 руб. в час, от 16 до 30 суток – 31 руб. 75 коп. в час, свыше 30 суток – 53 руб. 60 коп. в час) (пункт 2.6 договора).

За нарушение подрядчиком сроков проведения ТОР грузовых вагонов, предусмотренных пунктом 3.5 договора, заказчик вправе взыскать с подрядчика пени в размере, указанном в пункте 2.6 договора за каждый час просрочки.

Истец руководствуется разъяснениями, изложенными в Распоряжении от 03.12.2010 № 2503р, согласно которым «… неполный час считается за полный час» период времени менее 15 мин. в расчет не принимается, а период времени от 15 мин. До 1 часа принимается за полный час).

В связи с исполнением условий дополнительного соглашения № 32 к договору, относящегося к изменению ставок за простой вагонов в ТОР с 01.01.2023, расчет неустойки истцом произведен в результате пересчета, определенного в приложении № 42, учитывая изменения в расчетной стоимости часа сверхнормативного простоя вагонов (за каждый час свыше 72 часов).

Даты прибытия вагонов на станцию примыкания и окончания ремонта подтверждаются прилагаемыми уведомлениями о приемке вагона из ремонта (формы ВУ-36М, ВУ-23).

Подрядчик допустил нарушение срока выполнения текущего отцепочного ремонта, предусмотренного пунктом 3.5 договора, в отношении двух вагонов, принадлежащих заказчику на праве собственности, аренды и любом другом законном основании (работы в отношении указанных вагонов выполнены в сентябре-октябре 2022 года).

Размер неустойки за сверхнормативный простой вагонов в ремонте составил на сумму 105 120 руб. 78 коп.

Истец в адрес ответчика направил претензию от 01.02.2024 с требованием оплатить неустойку.

Оставление претензий без удовлетворения, послужило основание для обращения истца в суд с настоящим иском.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности исковых требований по праву и по размеру в части, применив положения статьи 333 ГК РФ.

В пункте 1 статьи 329 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Истец начислил ответчику неустойку в размере 105 120 руб. 78 коп.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик ходатайствовал о применении положений статьи 333 ГК РФ и снижении размера взыскиваемой неустойки.

Статьей 333 ГК РФ установлено, что суду предоставлено право уменьшить размер неустойки, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом на ответчика возлагается обязанность представления доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

В пункте 42 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при решении вопроса об уменьшении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ необходимо иметь в виду, что размер неустойки может быть уменьшен судом только в том случае, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг; сумма договора и т.п.).

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление N 7) разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 77 Постановления N 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно правовой позиции изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.09.2021 N 309-ЭС20-24330 по делу N А07-22417/2019 при наличии ходатайства о снижении размера неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, суды, рассматривая его, должны учитывать принцип добросовестности участников гражданского оборота, проверять равнозначность условий договора в части ответственности сторон в случае нарушения ими обязательств, выяснять, является ли сумма неустойки заявленной к взысканию несоразмерной последствиям нарушения обязательства.

Суд первой инстанции, с учетом обстоятельств дела, необходимости установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, с целью соблюдения принципа соразмерности ответственности последствиям нарушения обязательства, пришел к выводу о наличии правовых оснований для снижения размера неустойки до 70 000 руб.

Доводы ответчика относительно применения моратория на начисление неустойки подлежат отклонению.

Согласно пункту 1, 3 (подпункт 2) статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление N 44)  разъяснено, что в период действия моратория неустойка (статья 330 ГК РФ) не начисляется на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в период действия моратория (с 01.04.2022 по 01.10.2022) на требования, возникшие до введения моратория, финансовые санкции не начисляются.

Вместе с тем, действующее законодательство не содержит указание на возможность распространения вышеуказанных последствий введения моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на требования, которые возникли после введения указанного моратория.

Таким образом, при решения вопроса о начислении неустойки в период действия моратория следует исходить из буквального содержания разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления N 44, согласно которым в период действия моратория финансовые санкции не начисляются только на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункт 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

В силу подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым – десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

Абзацем девятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве установлено, что с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают следующие последствия: не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей. Аналогичные последствия предусмотрены на случай признания должника банкротом и открытия конкурсного производства.

Из изложенного следует, что законодателем предусмотрены аналогичные правовые последствия введения моратория, как и введение процедуры банкротства.

Такой подход к мерам государственной поддержки предполагает аналогичный порядок применения моратория, при установлении возможности его применения и возможности разрешения спорных моментов, возникших при применения постановления Правительства РФ от 28.03.2022 N 497.

Действие моратория, так же как и в деле о банкротстве, установлено в зависимости от периода возникновения обязательства (то есть в отношении требований кредиторов, которые возникли до введения процедуры банкротства (реестровые требования) финансовые санкции не начисляются, после финансовые санкции продолжают начисляться (текущие требования)).

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, указано, что для целей квалификации требования об оплате услуг в качестве реестрового или текущего правовое значение имеет момент оказания услуг, несмотря на то, что срок исполнения обязанности по их оплате может быть перенесен по соглашению сторон на более поздний период.

Для определения того, является ли денежное требование текущим, необходимо установить дату его возникновения и соотнести указанную дату с моментом возбуждения дела о банкротстве. Текущим является то требование, которое возникло после названного момента. Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

В целях установления момента возникновения требования кредитора (истца) необходимо учитывать положения Закона о банкротстве, из совокупного толкования пункта 1 статьи 5 которого и разъяснений, приведенных в пункте 1. постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее – Постановление N 63), в пункте 11 Постановления N 44, следует, что требования кредиторов относятся к текущим платежам, если они возникли после начала действия моратория.

Исходя из абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве, пункта 2 Постановления N 63, пункта 11 Постановления N 44 возникшие после начала действия моратория требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

По смыслу этой нормы права текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после начала действия моратория, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления N 63, при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание следующее.

Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств. Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются текущими платежами.

Таким образом, применительно к обстоятельствам настоящего спора правовое значение для квалификации требования истца о взыскании договорной неустойки в качестве текущего имеет именно дата, указанная в столбце «Начало отсчёта времени простоя (дата, время)», после чего на стороне ответчика возникла ответственность за нарушение срока ремонта вагонов.

В рассматриваемом случае вагоны отцеплены в ремонт, прибыли на станцию ремонта, а также сам ремонт и окончание ремонта были в период с мая по август 2022 года, то есть основания для ответственности возникли после введения моратория.

Довод Компании относительно вагонов № 51109338 и № 51234557 подлежат отклонению, поскольку условиями пункта 3.6.3 дополнительного соглашения № 25 от 31.03.2021 (действующим на момент производства ремонта вагона) оговорён перечень участков производства ТОР, на которые Общество обязано предоставить колёсную пару взамен выбракованной. 

Участок ТОР ст. М. Горький Приволжской ДИ в зону ответственности Общества по обеспечению исправными колёсными парами не включен, а случай поставки Обществом исправных колёсных пар на данный участок являются вынужденной мерой для скорейшего выпуска из ремонта вагонов, а не обязанностью. 

Вагон № 51122430 отцеплен по причине неисправности рычагов и тормозных тяг, замены/согласования съемных узлов и дорогостоящих деталей не требовалось. Согласование комплекта документов в ЭДО СПС является следующим шагом процесса после производства самого ремонта для получения оплаты за выполненные работы. Указанная причина не оговорена условиями пункта 5.2 договора в качестве причин не предъявления неустойки.

На момент ремонта вагон № 51728863 находился в аренде Общества, что подтверждается актом приёма-передачи цистерн № 1 от 01.10.2018 к договору аренды №121-08-03/15 от 01.09.2015 (приём вагона в аренду) и актом приёма-передачи цистерн №4.1В от 01.01.2023 к договору аренды № 121/08-03/р от 01.09.2015 (сдача вагона из аренды), то есть вагон находился в аренде Общества в период с 01.10.208 по 01.01.2023.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, полагая их законными и обоснованными, сделанными при учете фактических обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении иска и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу спора, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции. 

На основании изложенного, апелляционная коллегия полагает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального и процессуального права принял законное и обоснованное решение. Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.08.2024 по делу № А56-55610/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья

          В.А. Семиглазов