№ 09АП-58127/2019

Дело № А40-192270/18

г. Москва

24 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2019 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 24 октября 2019 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Д.Г.Вигдорчика, судей С.А.Назаровой, А.А.Комарова, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «АЛМАЗ  КАПИТАЛ», ф/у ФИО1  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.08.2019 по делу № А40- 192270/18, вынесенное судьей Пахомовым Е.А., 

об отказе финансовому управляющему ФИО2 - ФИО1 в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли- продажи недвижимого имущества № 23а, № 37, № 471, № 472 от 28.09.2017 г.,  

заключенных между ФИО2 и ФИО3,  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 при участии в судебном заседании: 

от ООО «АЛМАЗ КАПИТАЛ»-ФИО4 по дов. № 13 от 17.06.2019,  ф/у ФИО1-лично,паспорт,  

Иные лица не явились, извещены. 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-192270/2018-129- 159Ф от 22.11.2018 в отношении гражданина ФИО2  (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: город Москва, ИНН не указан, СНИЛС не указан,  место регистрации согласно заявлению: 123000, 

<

...> д  8/12, стр. 1, кв. 17) введена процедура реструктуризации долгов гражданина,  финансовым управляющим утвержден ФИО1 (член Союза  «СОАУ «Альянс», адрес для направления корреспонденции: 603146, 

<

...>, оф. 500).  

17.06.2019г., в электронном виде, в Арбитражный суд города Москвы поступило  заявление финансового управляющего ФИО1, в котором он просит:  

признать недействительными сделки по отчуждению на основании Договоров №  23а, № 37, № 471, № 472 от 28.09.2017 г. следующего недвижимого имущества  должника:  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 1200  

кв.м., расположенный по адресу: Московская область, г. Мытищи, ул. Лермонтова, д.  23-А, кадастровый номер: 50:12:0102114:11.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 956 кв.м.,  расположенный по адресу: 

<

...>,  кадастровый номер: 50:12:0102114:9.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 900 кв.м.,  расположенный по адресу: 

<

...>,  кадастровый номер: 50:12:0102114:10.  

- жилой дом, 2-этажный, общая площадь 581,10 кв.м., расположенный по адресу:  

<

...>, кадастровый номер:  50:12:0102115:223.  

- строение, общая площадь 64 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> кадастровый номер: 50:12:0000000:24443.  

- строение, общая площадь 24,10 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102115:228.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, общая  площадь 445 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102109:74.  

- квартира, жилое помещение, общая площадь 38 кв.м., расположенное по  адресу: 

<

...>, кадастровый  номер: 50:12:0102109:246.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для ведения гражданами садоводства и огородничества,  площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский  район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ «Звездочка», участок 471,  кадастровый номер: 50:12:0070311:46.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для ведения гражданами садоводства и огородничества,  площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский  район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ «Звездочка», участок 472,  кадастровый номер: 50:12:0070311:45.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.08.2019 суд отказал  финансовому управляющему ФИО2 - ФИО1 в  удовлетворении заявления о признании недействительными договоров купли-продажи  недвижимого имущества № 23а, № 37, № 471, № 472 от 28.09.2017 г., заключенных  между ФИО2 и ФИО3.  

Не согласившись с указанным определением ООО «АЛМАЗ КАПИТАЛ», ф/у  ФИО1 поданы апелляционные жалобы, в рамках которых просят  определение отменить, принять новый судебный акт.  

В обоснование требований апелляционных жалоб ООО «АЛМАЗ КАПИТАЛ»,  ф/у ФИО1 указывают на неплатежеспособность должника в момент  отчуждения имущества, фактическую аффилированность.  

В судебном заседании представитель ООО «АЛМАЗ КАПИТАЛ», ф/у ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержали, указали на незаконность  Определения от 23.08.2019.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены  надлежащим образом о дате и времени её рассмотрения, апелляционная жалоба  рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции  проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что  обжалуемое определение суда первой инстанции подлежит отмене по следующим  основаниям.  

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты  введения реструктуризации долгов гражданина. Абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и  пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1  октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными  предпринимателями.  

В обоснование своего заявления о признании сделок недействительными  финансовый управляющий ссылался на п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, указывал,  что сделки совершены в момент, когда должник обладал признаками  нестостоятельности (банкротства), по результатам совершения сделок должник  отвечает признакам недостаточности имущества должника, в результате совершения  сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.  

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в  целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение  трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Согласно материалам дела, настоящее дело о признании ФИО2 банкротом  было возбуждено 27.08.2018 г. Оспариваемые договоры были заключены 28.09.2017, то  есть в период подозрительности, что позволяет финансовому управляющему  оспаривать их по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как сделки,  совершенные в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Судом первой инстанции установлено, в ходе проведения процедуры  реструктуризации долгов гражданина финансовым управляющим были выявлены  сделки должника по отчуждению принадлежащего ему имущества: должником  ФИО2 28.09.2017 в пользу гр. ФИО3 произведено  отчуждение 10 объектов недвижимого имущества на общую сумму 56 447 709,17 руб.  

В частности, по договору купли-продажи недвижимого имущества № 23а от  28.09.2017 было отчуждено следующее имущество:  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 1200  кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102114:11. Стоимость продажи – 9 020 000 руб.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 956 кв.м.,  

расположенный по адресу: Московская область, г. Мытищи, ул. Лермонтова, д. 23-А,  кадастровый номер: 50:12:0102114:9. Стоимость продажи – 7 480 000 руб.  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, площадь 900 кв.м.,  расположенный по адресу: 

<

...>,  кадастровый номер: 50:12:0102114:10. Стоимость продажи – 6 600 000 руб.  

- жилой дом, 2-этажный, общая площадь 581,10 кв.м., расположенный по адресу:  

<

...>, кадастровый номер:  50:12:0102115:223. Стоимость продажи – 23 263 709,17 руб.  

- строение, общая площадь 64 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> кадастровый номер: 50:12:0000000:24443.  Стоимость продажи – 1 012 000 руб.  

- строение, общая площадь 24,10 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102115:228.  Стоимость продажи – 352 000 руб.  

По договору купли-продажи недвижимого имущества № 37 от 28.09.2017 было  отчуждено следующее имущество:  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов, общая  площадь 445 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102109:74. Стоимость продажи – 3 190 000  руб.  

- квартира, жилое помещение, общая площадь 38 кв.м., расположенное по  адресу: 

<

...>, кадастровый  номер: 50:12:0102109:246. Стоимость продажи – 3 000 000 руб.  

По договору купли-продажи недвижимого имущества № 471 от 28.09.2017 было  отчуждено следующее имущество:  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для ведения гражданами садоводства и огородничества,  площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский  район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ «Звездочка», участок 471,  кадастровый номер: 50:12:0070311:46. Стоимость продажи – 2 860 000 руб.  

По договору купли-продажи недвижимого имущества № 472 от 28.09.2017 было  отчуждено следующее имущество:  

- земельный участок, категория земель – земли населенных пунктов,  разрешенное использование: для ведения гражданами садоводства и огородничества,  площадью 600 кв.м., расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский  район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ «Звездочка», участок 472,  кадастровый номер: 50:12:0070311:45. Стоимость продажи 2 860 000 руб.  

Переход прав собственности с должника на гр. ФИО3 был зарегистрирован  в установленном законом порядке.  

Суд первой инстанции указал, что финансовым управляющим не доказано  наличие всей совокупности обстоятельств для признания сделок недействительными, а  именно, что сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов, другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

Как было отмечено судом, исходя из даты оспариваемых сделок – 28.09.2017,  они были совершены более чем за полгода до вступления в законную силу решений  Пресненского районного суда, на которые указывали финансовый управляющий и  кредитор. Ответчик, не являясь стороной заключенных с иными контрагентами  должника сделок и участником споров о взыскании по ним, не мог знать на момент  заключения оспариваемых договоров о наличии требований иных кредиторов к  должнику, не являвшихся на тот момент бесспорными.  

В обоснование наличия цели причинения вреда имущественными правам  кредиторов при совершении оспариваемых сделок финансовый управляющий и  кредитор указывают, что Левин Д.А., будучи знакомым с должником, должен был  знать об ущемлении интересов кредиторов должника, поскольку к моменту заключения  оспариваемых договоров должник был обременен обязательствами по договорам  поручительства.  

Однако данные доводы были отклонены судом, поскольку по всем  обязательствам ФИО2 являлся лишь поручителем, что подразумевает  возникновение обязательств лишь при неисполнении их основными заемщиками.  

Судом было отмечено, что в результате заключения договоров купли-продажи  не произошло нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, поскольку  договоры заключены на условиях, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки, являются возмездными и были полностью  исполнены как должником, так и покупателем, что свидетельствует о реальности  отношений между сторонами. На момент заключения договоров купли-продажи у  покупателя и должника отсутствовал умысел на причинение вреда имущественным  правам кредиторов должника.  

Судом был сделан вывод, что представленными в материалы дела  доказательствами не подтверждено, что ФИО3 и должник входят в одну группу  лиц. Сам по себе факт заключения между ФИО3 и компанией, участником  которой является должник, договора уступки права требования не свидетельствуют об  осведомленности ФИО3 об имущественном положении должника.  

Таким образом, суд первой инстанции учитывая, что ответчик и должник не  являются заинтересованными лицами, а также отсутствовали основания полагать, что  ответчик знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника  либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника,  оснований для выводов об осведомленности ответчика о цели причинения вреда  имущественным правам кредиторов не имеется, что в совокупности с отсутствием  такой цели и вреда кредиторам, пришел к выводу об отсутствии основания для  признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Между тем, по мнению апелляционной коллегии, судом первой инстанции не  учтено следующее.  

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

И силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинишь вред имущественным правам  кредиторов:  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов:  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать старого статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных доллеником сделок или юридически значимых действий, приведшие или  

могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения среда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал притоку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

В соответствии с абз. 2 п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда  имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения  сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка были совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату  (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с  выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии  одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов Оолжзшка. а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должнике на  последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок:  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности  или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством  Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником  обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или  искажены указанные документы:  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Следует отметить, что для квалификации сделки недействительной должно  соблюдаться условие неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника.  

По неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных  средств предполагается, если не доказано иное (ст. 2 Закона о банкротстве).  

Как следует из материалов дела, на момент отчуждения имущества у ФИО2. имелись непогашенные кредиторские требования перед кредиторами ФИО5, ФИО6, ФИО7. что подтверждается вступившим в законную силу  Решением Пресненского районного суда г. Москвы по делу № 2-0275/18 от 28.02.2018г.  

Из решения Пресненского районного суда г. Москвы по делу № 2-0275/18  следует, что срок возврата задолженности основного заемщика Чака СМ. и поручителя  ФИО2 наступил 01.08.2016г.  

Решением суда с Чака С.М. и ФИО2 солидарно взыскана в пользу  ФИО5 сумма в рублях, эквивалентная 1 376 938.25 долларов США.  

Решением суда с Чака С.М. и Махова С.В. солидарно взыскана в пользу Тай  Ю.В. сумма в рублях, эквивалентная 590 420,13 долларов США.  

Решением суда с Чака С.М. и ФИО2 солидарно взыскана в пользу  ФИО7 сумма в рублях, эквивалентная 1 101 550.61 долларов США.  

Таким образом, условие неплатежеспособности должника ФИО2 па  момент совершения сделок по отчуждению имущества полностью доказано, в связи с  чем в рамках настоящего спора цель причинении вреда имущественным правам  кредиторов предполагается.  

Между тем должник отвечал признаку неплатежеспособности не только на  момент совершения сделки, а еще за год до ее совершения.  

Срок появления в информационной базе суда Решения Пресненского районного  суда г. Москвы по делу № 2-0275/18 от 28.02.2018 г. для установления признаков  неплатежеспособности не имеет принципиального значения, поскольку признак  неплатежеспособности возникает не с даты решения суда, а с даты, когда фактически  должник прекратил исполнять свои обязательства.  

Кроме того, в рамках настоящего дела установлено, что на момент совершения  сделок по отчуждению 10 объектов недвижимого имущества должник был обременен  обязательствами по следующим договорам поручительства:  

- по договору поручительства от 28.11.2011 № 091100933/1 между ПАО  «Сбербанк России» и Маховым СВ.  

- по договору поручительства от 22.06.2016 № 091600008/0763/5 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 11.10.2016 № 091600023/0763/6 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 22.12.2016 № 091600039/0763/6 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 01.03.2016 № 091600901/0766/7 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- но договору поручительства от 18.03.2016 № 091600902/0766/7 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 23.03.2016 № 091600903/0766/7 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 30.06.2017 № 091700020/0763/6 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

- по договору поручительства от 23.06.2017 № 091700021/0763/6 между  ПАО «Сбербанк России» и ФИО2  

Вышеуказанные договора поручительства подписывались должником до  заключения сделок купли-продажи вплоть до 30.06.2017 г., задолженность по  вышеуказанным договорам поручительства составила 2 583 882 945 (Два миллиарда  пятьсот восемьдесят три миллиона восемьсот восемьдесят две тысячи девятьсот сорок  пять) рублей 90 копеек.  

На момент заключения договоров купли-продажи Продавец также был  обременен обязательствами по договору поручительства № 2016/П/КЛ3-116-5 от  15.11.2016 г.. по которому последний обязался обеспечивать исполнение обязательств  Заемщика ЗАО «Южная горно-химическая компания» (ИНН 

<

***>) перед ООО  КБ «Новопокровский» по своевременному и полному возврату денежных средств в  сумме 200 000 000,00 руб.  

Причем, п.4.1.2 указанного договора обязывал ФИО2. уведомлять Банк об  отчуждении имущества, находящегося у Поручителя как в личной, так и в совместной  собственности (в десятидневный срок с момента совершения соответствующей сделки).  Однако, сведения об исполнении указанной обязанности должником отсутствуют.  

Заключение сделки при наличии у Продавца обязательств поручительства на  сумму более 2.7 млрд. руб. не соответствует условиям обычного делового оборота.  

Покупатель имущества очевидно должен был принять меры по изучению и влиянию  указанной сделки па интересы кредиторов Продавца.  

Апелляционная коллегия также отмечает, что в материалы дела не представлены  достаточные доказательства наличия денежных средств в указанной сумме у ответчика.  А также доказательств снятия денежных средств со счета.  

В данном случае, следует обратить внимание, что представитель Ответчика в  судебном заседании 13.08.2019г. пояснил, что ФИО2. и ФИО3 давно знакомы  друг с другом.  

Согласно позиции, изложенной в Определении ВС РФ от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо через подтверждение аффилированности не только юридической  (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное  участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4  Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания  заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и  управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц.  

Указанные доводы подтверждают, что стороны знали о неплатежеспособности  ФИО2 на момент совершения сделки.  

Кроме того, апелляционная коллегия считает необходимым отметить  обстоятельства, свидетельствующие о взаимоотношениях ФИО3 с компаниями  ФИО2.  

Так, из постановления Арбитражного суда Московского округа от 12.01.2018г.   № Ф05-13992/16 по делу № А41-108121/15 следует, что 25.05.2017 ООО «Интермикс  Мет» (Цедент, компания, принадлежащая СВ. ФИО2) и ИП ФИО3 (Цессионарий)  заключили договор уступки права требования (цессии), по условиям которого Цедент  уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме право требования к ООО  «Ангарстрой» (должник) на взыскание и получение судебных расходов на оплату услуг  представителя в размере 800 000 руб., понесенных Цедентом при производстве по делу   № А41-38629/12 (стр. 2, абзацы второй и седьмой).  

25.05.2017 между ИП ФИО3, Обществом (ООО «Интермикс Мет») и  Адвокатским бюро «Бартолиус» было заключено соглашением о замене стороны,  согласно которому права и обязанности доверителя по соглашению об оказании  юридической помощи (между Обществом и Адвокатским бюро) переведены на ИП  ФИО3, поскольку ему уступлено право требования к должнику.  

Кроме того, в ходе рассмотрения дела в Арбитражному суде Московского  округа интересы ФИО3 и ООО «Интермикс Мет» представлял один  представитель.  

Таким образом, усматривается наличие фактической аффилированности ФИО3, принимая во внимание осведомленность о неплатежеспособности ФИО2 на  момент совершения сделки.  

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред.  от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1  Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки  знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника  либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  

действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Поскольку должником было отчуждено имущество на сумму 56 447 709.17 руб.,  указанные денежные средства должны были поступить в пользу кредиторов должника.  Расчет между сторонами производился наличными денежными средствами, однако  кредиторам денежные средства не перечислялись.  

По мнению коллегии, указанные обстоятельства могут говорить о причинении  вреда имущественным правам кредиторов.  

Таким образом, поскольку указанные взаимосвязанные сделки по отчуждение 10  объектов недвижимого совершены в момент, когда должник обладал признаками  несостоятельности (банкротства), по результатам совершения сделок должник отвечает  признакам недостаточности имущества должника - имеются основания для признания  сделок недействительными.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что имеются  основания для признания сделок недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона  о банкротстве.  

Исходя из вышеуказанных фактических обстоятельств, коллегия приходит к  выводу, что суд первой инстанции необоснованно отказал финансовому управляющему  в признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества, в  связи с чем определение суда первой инстанции от 23.08.2019г. подлежит отмене.  

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему  внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и  непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд  оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  

Последствия недействительности сделки в данной ситуации не применяются  судом апелляционной инстанции, поскольку из выписок ЕГРН (т. – 3 л.д. 147-150; т. – 4  л.д. 1-16) следует, что впоследствии ответчиком произведено отчуждение имущества.  Апелляционная коллегия также учитывает, что заявителем не указан способ  восстановления нарушенных прав, заявление не содержит иных требований помимо  признания сделок недействительными.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом  4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой  инстанции не допущено.  

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального  Кодекса Российской Федерации  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.08.2019 по делу № А40-  192270/18 отменить.  

Признать недействительными сделки по отчуждению на основании Договоров №  23а, № 37, № 471, № 472 от 28.09.2017 г. недвижимого имущества должника:  

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102114:11;  

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102114:9;  

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102114:10;  

- жилой дом, 2-этажный, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102115:223;  

- строение, расположенное по адресу: 

<

...> кадастровый номер: 50:12:0000000:24443;  

- строение, расположенное по адресу: Московская область, г. Мытищи, ул.  Лермонтова, д.23а, кадастровый номер: 50:12:0102115:228;  

- земельный участок, расположенный по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102109:74;  

- квартира, жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 50:12:0102109:246;  

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область,  Мытищинский район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ  «Звездочка», участок 471, кадастровый номер: 50:12:0070311:46;  

- земельный участок, расположенный по адресу: Московская область,  Мытищинский район, городское поселение Пироговский, д. Сорокино, СНТ  «Звездочка», участок 472, кадастровый номер: 50:12:0070311:45.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Д.Г. Вигдорчик  

Судьи: С.А. Назарова   А.А. Комаров  Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.