﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-22756/2017

г. Красноярск

28 мая 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен 28 мая 2020 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Споткай Л.Е.,

судей: Парфентьевой О.Ю., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Конончук А.А.,

при участии: от ответчика - акционерного общества «Норильскгазпром»: Ботяновский А.С., представитель по доверенности,

от истца - общества с ограниченной ответственностью «Интегра - Бурение»: Демченко А.С., представитель по доверенности, Савосько С.Г., представитель по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интегра - Бурение» 

на решение Арбитражного суда Красноярского края 

от 19 февраля 2019 года по делу № А33-22756/2017,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интегра – Бурение» (далее – заявитель, апеллянт, истец, общество «Интегра – Бурение») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением, измененным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к акционерному обществу «Таймыргаз» (далее – ответчик, общество «Таймыргаз», правопреемник ответчика - общество «Норильскгазпром») о взыскании:

- 255 609 862, 60 руб. - задолженности по оплате выполненных работ по договору на выполнение работ по строительству двенадцати скважин на кустовых площадках № 6 и № 4 Пеляткинского ГКМ №12-158/14/16-14/М от 25.04.2014,

- 138 465 496,47 руб. - неустойки за просрочку оплаты выполненных работ по договору от 25.04.2014 № 12-158/14/16-14/М по состоянию на 04.12.2018, 

- 12 215 132,51 руб. - неосновательного обогащения, 

- 29 594 860, 32 руб. - задолженности по оплате дополнительных работ, связанных с ликвидацией геологического осложнения на скважине № 841, 

- 1 598 340,93 руб. - задолженности по оплате стоимости дополнительных материалов для ликвидации геологического осложнения на скважине № 841,

- 217 338 279,39 руб. - задолженности по оплате дополнительных работ, связанных с ликвидацией геологического осложнения на скважине № 862.

Определением арбитражного суда от 18.09.2017 исковое заявление принято к производству. 

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 19.02.2019 по делу № А33-22756/2017 в удовлетворении исковых требований общества «Интегра – Бурение» отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, заявитель обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, доводы которой сводятся к следующему:

- арбитражный суд необоснованно отказал в удовлетворении требований истца о взыскании стоимости дополнительных работ, выполненных в целях устранения последствий геологических осложнений на скважинах № 841, № 862,

- заявителем в материалы дела представлены исчерпывающие первичные доказательства, подтверждающие факт выполнения и стоимость работ на этапе № 24,

- расходы на консервацию оборудования понесены подрядчиком, а значит, подлежат возмещению заказчиком,

- заказчиком неправомерно произведен зачет суммы неустойки за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ в счет оплаты их стоимости,

- правовых оснований для применения к подрядчику договорной ответственности в виде взыскания неустойки не имеется в связи с объективной невозможностью последнего выполнить обязательства в согласованные сторонами сроки.

Определение о принятии апелляционной жалобы к производству от 28.03.2019 опубликовано на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда в разделе «Картотека арбитражных дел» 29.03.2019 10:52:52 МСК,  где лица, участвующие в деле, могли с ним ознакомиться. Определение о принятии апелляционной жалобы к производству выполнено в виде электронного документа, подписанного электронно-цифровой подписью, и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте апелляционного суда.  

         На основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворено ходатайство ответчика о процессуальном правопреемстве, произведена замена ответчика акционерного общества "Таймыргаз"   на  акционерное общество "Норильскгазпром".

Истец заявил ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы для установления объема дополнительных работ, связанных с устранением геологического осложнения на скважине №841 Пеляткинского ГКМ, а также причин(ы) инцидента, произошедшего 21.12.2014 в период строительства скважины №862 Пеляткинского ГКМ,, ответчик заявил ходатайство о проведении дополнительной экспертизы.

Согласно части 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства, в том числе, о проведении экспертизы, суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Правовые основы проведения судебных экспертиз в арбитражном процессе регулируются положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ от 31.05.2001).

В силу части 3 статьи 9 АПК РФ арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. По смыслу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Из положений указанных норм следует, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, являются исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу. В тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела, суд вправе назначить проведение по делу судебной экспертизы.

Вопросы, требующие специальных знаний в строительно-технической области, разрешаются посредством проведения судебной экспертизы (статьи 82 - 87 АПК РФ).

При этом вопрос о назначении повторной экспертизы в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения на основании ходатайства участвующего в деле лица является правом суда, которое основывается на процессуальных нормах оценки судом заключения первоначальной экспертизы.

Исследовав имеющееся в материалах дела экспертное заключение, доводы сторон, судебная коллегия пришла к выводу  о необходимости назначения повторной экспертизы ввиду возникновения сомнений в обоснованности заключения экспертов. Экспертное заключение не содержит ссылок на какую-либо нормативно-техническую документацию, оценить достоверность выводов экспертов без методологического обоснования не представляется возможным.

Так, в экспертном заключении отсутствует исследовательская часть с приведением критериев и параметров, по которым одни операции, указанные в суточных рапортах, отнесены к дополнительным работам в соответствии со спецификой конкретного типа осложнения газонефтеводопроявления, другие операции – нет. Материалами дела подтверждается, что всего работы по ликвидации осложнения на скважине №841 проводилось в два периода: 30.03.2016 -10.04.2016 и 16.04.2016 – 20.04.2016. Вместе с тем, без приведения какого-либо обоснования эксперты не привели данные по 7 дням из 17 дней осложнения, вызванного поступлением газа в скважину, не отнесли к дополнительным работам часы технологических операций по промывке, откачки и т.п.

Как истец, так и ответчик, опровергая доводы друг друга, ссылаются на отсутствие методики определения основных и дополнительных работ, связанных с геологическими осложнениями. Являются спорными вопросы наличия в разрезе горизонтальной части открытого ствола пластов с повышенным содержанием углей, а также причин геологического осложнения на скважине №862.

          Для оценки указанных доводов сторон и необходимости разъяснения возникших при рассмотрении дела вопросов требуются специальные познания в строительно-технической области, области газонефтедобычи и геологии нефти и газа.

          Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 09.03.2011 №13765/10 по делу №А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 05.06.2019 назначена повторная комиссионная экспертиза, производство которой поручено экспертам ФГБОУ ВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет» Хафизову А.Р., Левинсону Л.М., Мулюкову P.A., Чижову А.П., производство по делу приостановлено.

На разрешение экспертов представлены следующие вопросы: 

-исходя из анализа суточных рапортов геолого-технологических исследований определить, какой объем дополнительных работ (операций), связанных с устранением геологического осложнения на скважине №841 Пеляткинского ГКМ, был выполнен ООО «Интегра-Бурение», а также какое совокупное производительное время (в сутках, часах, минутах) было затрачено на выполнение данных дополнительных работ (операций)?

- что явилось причиной/причинами инцидента, произошедшего 21.12.2014 в период строительства скважины №862 Пеляткинского ГКМ: геологические осложнения (в понимании раздела «Термины и определения», применяемые в Договоре №12-158/14 от 25.04.2014), либо неудовлетворительная работа Подрядчика (нарушение условий Договора и приложений к нему, проектной документации, нормативно-технической документации и иных нормативных документов, устанавливающих требования безопасности на объектах нефтегазодобывающих производств, в том числе к технологии бурения скважин)?

Определением от 30.07.2019 производство по делу возобновлено, в связи с поступлением заключения экспертов.

         Ответчик представил письменные возражения по экспертному заключению, просит назначить повторную   экспертизу,   поставив   перед   экспертами   следующий единственный вопрос: Вопрос № 1: «Исходя из анализа суточных рапортов геолого-технологических исследований, определить, какой объём дополнительных работ (операций), связанных с устранением геологического осложнения на скважине № 841 Пеляткинского ГКМ, был выполнен ООО «Интегра-Буреннс», а так же какое совокупное производительное время (в сутках, часах, минутах) было затрачено на выполнение данных дополнительных работ (операций)?».

Рассмотрев ходатайство о проведении судебной экспертизы, арбитражный суд апелляционной инстанции определил: в удовлетворении ходатайства отказать.

         От ответчика - акционерного общества «Норильскгазпром» поступило ходатайство, в котором просит суд вызвать экспертов ФГБОУ ВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет» Хафизова А.Р., Левинсона Л.М., Мулюкова P.A., Чижова А.П. для дачи пояснений в Третий арбитражный апелляционный суд. 

         В материалы дела от экспертов ФГБОУ ВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет» поступили письменные пояснения экспертов на вопросы сторон. 

         Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019 удовлетворено ходатайство об участии экспертов в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи (далее- ВКС)

	В судебном заседании апелляционной инстанции посредством ВКС эксперты ФГБОУ ВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет», явившиеся  в судебное заседание в  Арбитражный суд Республики Башкортостан, дали пояснения по экспертному заключению, ответили на вопросы  ответчика. 

          В материалы дела 04.03.2020 от экспертов ФГБОУ ВО «Уфимский государственный нефтяной технический университет» дополнительно поступили письменные ответы на дополнительные вопросы сторон.

          Ответчик заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы в полном объеме, изложив основания заявленного ходатайства со ссылкой на суточный рапорт за 30.03.2016; ведомость отбора проб шлама по скважине № 841 куст б - Пеляткинское ГКМ; таблицу сопоставления периодов превышения газопоказаний применительно к дополнительным работам; акт от 11.05.2016 № 31 технического расследования инцидента по ожиданию завоза химреагентов на Пеляткинском ГКМ куст № 4 (скважина 841); акт на непроизводительное время от 20.04.2016; анализ действий подрядчика в период простоя скважины в необсаженном состоянии (с приложениями); проведение сравнения строительства скважины №862 и других скважин с аналогичными характеристиками; выписку из сводного отчета об оказании услуг по геолого-технологическим исследованиям на скважине № 862 ПГКМ и материалов ГТИ, (графические материалы и заключения о результатах Услуг); схему скважины 862 с указанием верхней и нижней части Суходудинской свиты.; ошибку экспертов при определении расположения листов геологической карты; выкопировку из статьи Кринина В.А. «Предпосылки формирования несводовых залежей нефти в мезозойских отложениях севера Пакулихинской моноклиали».

           Оценив доводы ответчика, исследовав указанные документы, суд определил: в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы отказать (выводы суда по результатам оценки доводов и исследования документов содержатся далее в тексте постановления). Рецензии на экспертное заключение приобщены к материалам дела.

           Представитель ответчика заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, заключения и лингвистического заключения. 

	Представитель истца изложил свои возражения по заявленному ходатайству ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных документов, просит в удовлетворении указанного ходатайства отказать. 

	Суд апелляционной инстанции определил в удовлетворении заявленного ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных документов, отказать, в связи с отсутствием оснований применительно к требованиям статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

         Представитель ответчика заявил повторное ходатайство о приобщении к материалам дела указанных дополнительных документов, обратив внимание суда на то, что документы предоставляются в обоснование возражений относительно апелляционной жалобы. 

         Вместе с тем, из пункта 26  Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 №36 «О применении арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» следует, что поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств как приложенных к апелляционной жалобе, так и к отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

	Таким образом, предоставление дополнительных доказательств в обоснование возражений относительно апелляционной жалобы не является безусловным основанием для их приобщения к материалам дела.

	Суд, совещаясь на месте, в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно определил: в удовлетворении заявленного ходатайства ответчика о приобщении к материалам дела дополнительных документов, изготовленных после вынесения судебного акта и не являющихся предметом оценки в суде первой инстанции, отказать.

	Представитель ответчика вновь заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы в полном объеме. 

          Суд в удовлетворении ходатайства ответчика  о назначении повторной судебной экспертизы отказал.

          От сторон поступили дополнительные пояснения  относительно размера  неустойки за просрочку выполнения работ, за просрочку оплаты работ с приложением расчетов неустойки, пояснения и расчеты по этапу №24 на сумму 217 млн. руб., а также относительно заявленных требований об оплате дополнительных работ на скважинах №№841, 861, оплате материалов, консервации оборудования со ссылками на баланс времени при ликвидации осложнения; акт об инциденте при спуске хвостовика от 19.12.2014; письмо подрядчика от 24.12.2014 исх.№4234н; письмо подрядчика от 26.12.2014 б/н; дополнительный план работ на спуск пилотного фреза; акт на определение кровли цм и повторной заливке от 27.01.2015, на  приложение № 13 к договору с указанием маршрутов демобилизации, письма об открытии «зимника» № ТГ/7194/34 от 29.11.2016, № ТГ/7766/34 от 22.12.2016; акт о начале выполнения демонтажа буровой установки от 12.03,2017; акт окончания выполнения демонтажа буровой установки от 10.04.2012 и другие доказательства.

           От ответчика поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью обеспечения участия представителя Омельченко И.А.

           Представители истца возражают по заявленному ходатайству, пояснили, что интересы ответчика представляет другой представитель, участвующий и ранее во всех судебных заседаниях, представитель Омельченко И.А. не участвовала в предыдущем судебном заседании, не мотивировала невозможность рассмотрения апелляционной жалобы в ее отсутствие.

           В удовлетворении ходатайства судом апелляционной инстанции отказано. В судебное заседание 26 мая 2020 явился представитель ответчика Ботяновский А.С., в материалы дела поступили уточненные расчеты, письменные пояснения по каждому требованию истца в виде сводной таблицы с указанием тезисной позиции ответчика со ссылками на доказательства, процессуальные документы, которые имеются в материалах дела. Препятствий для рассмотрения апелляционной жалобы не установлено. 

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При проверке законности и обоснованности обжалуемого решения судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Как следует из представленных материалов дела, 25.04.2014 между обществом  «Интегра-Бурение» (подрядчиком) и обществом «Таймыргаз» (заказчиком) заключен договор №12-158/14/16-14/М на выполнение работ по строительству двенадцати скважин на кустовых площадках № 6 и № 4 Пеляткинского ГКМ.

 По условиям договора подрядчик в соответствии с проектно-сметной документацией принял на себя обязательства выполнить работы, связанные с вышкостроением, бурением и испытанием скважин № 461, 862, 462, 662, 663, 463, 863, 841, 941, 441, 442 и 641 Пеляткинского газоконденсатного месторождения Усть-Енисейского района Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района Красноярского края (далее - Пеляткинское ГКМ) и передать результат выполненных работ заказчику.  В свою очередь заказчик обязался принять выполненные подрядчиком работы и оплатить их стоимость.

В соответствии с пунктом 4.1.1 договора приемка результата выполненных работ осуществляется поэтапно в соответствии с приложением № 3 к договору.

Пунктом 4.1.5 договора предусмотрено, что заказчик обязан в течение 10 рабочих дней после получения от подрядчика извещения об окончании работ по соответствующему этапу осмотреть и принять результат и подписать акт о приемке выполненных работ (форма КС-2), либо в этот же срок предоставить мотивированный отказ от подписания акта о приемке выполненных работ. В случае отсутствия мотивированного отказа заказчика в указанный срок, работы по этапу считаются принятыми без замечаний.

Из материалов дела следует, что 28.06.2017 общество «Интегра-Бурение» завершило выполнение работ на этапе № 24 (по освоению скважины № 641). Стоимость работ определена в приложении № 3 к договору и составила 277 228 004 руб. 

В целях осуществления расчетов по договору подрядчик письмом от 04.07.2017 № 2404Н направил заказчику акт о приемке выполненных работ (по форме № КС-2) от 28.06.2017 № 2, справку о стоимости выполненных работ и затрат (по форме № КС-3) № 2 от 28.06.2017, журнал учета выполненных работ (формы № КС-6а), счет-фактуру № 260817-0001 от 28.06.2017, счет на оплату № 35 от 28.06.2017. Пакет документов  получен ответчиком 07.07.2017. 

В перечень работ, выполненных на этапе № 24, подрядчиком включены работы по консервации на время ожидания зимника ПГКМ - п. Тухард, стоимость которых составила  43 770 655 руб. Указанные работы включены в общую стоимость в связи с отсутствием технической возможности вывоза буровой установки после окончания работ на последней скважине № 641 (16.10.2016) до прогнозируемой даты открытия зимника ПГКМ - п. Тухард (12.01.2017). Включение затрат на консервацию направлено на компенсацию потерь подрядчика за простой бурового оборудования в указанный период.

Заказчик в письме № ТГ/3402/34 от 11.07.2017 сообщил об отказе в подписании первичных документов о выполнении работ на этапе № 24, заявив о необходимости исключения из стоимости работ расходы по консервации в сумме 43 770 665 руб. По мнению заказчика, работы по консервации оборудования в ожидании зимника подрядчиком фактически не были выполнены, следовательно, основания для их возмещения отсутствуют.

28.07.2017 общество «Интегра-Бурение» повторно направило заказчику пакет документов для подписания и приемки работ, выполненных на этапе № 24, при этом  замечания заказчика не были приняты во внимание.

Пунктом 5.11 договора предусмотрено, что оплата работ производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика в течение 45 (сорока пяти) календарных дней с момента предъявления подрядчиком счета. 

Счет на оплату получен ответчиком 07.07.2017, срок для оплаты выполненных работ истек 21.08.2017. 

В установленный договором срок заказчик выполненные работы не оплатил, в связи с чем, 24.08.2017 подрядчиком направлена претензия № исх-3032Н о погашении задолженности в размере 277 228 004 руб. с НДС 18%. 

Общество «Интегра-Бурение» в письме от 25.08.2017 № исх.3054Н обратилось к обществу «Таймыргаз» и обществу «ГМК «Норильский Никель» (собственнику общества  «Таймыргаз») с просьбой о проведении совместных переговоров с целью урегулирования разногласий, возникших в процессе исполнения договора.

Заказчиком произведена частичная оплата стоимости работ, выполненных на этапе № 24, что подтверждается платежным поручением от 22.09.2017 на сумму 21 618 141,40 руб. С учетом частичной оплаты размер задолженности ответчика составил 255 609 862,60 руб.

Пунктом 12.4 договора предусмотрена ответственность заказчика за несоблюдение сроков оплаты выполненных работ в виде неустойки в размере 0,1% от стоимости подлежащих уплате денежных средств за каждый день просрочки. 

Истцом начислена неустойка за просрочку оплаты выполненных работ на этапе № 24 за период с 22.08.2017 по 12.02.2019 в сумме 138 465 496,47 руб. 

Обществом «Таймыргаз» предъявлена встречная претензия от 20.07.2017 № ТГ/3591/18 об оплате неустойки в сумме 224 054 340,11 руб. за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ в соответствии с пунктом 12.3.1 договора.

22.08.2017 акционерное общество «ЮниКредит Банк» по требованию общества «Таймыргаз», во исполнение независимой гарантии от 02.09.2016 № 00170-02-0059805 выплатило заказчику 12 215 132,51 руб. – в счет возмещения суммы неустойки за просрочку выполнения работ на скважине № 641 Пеляткинского ГКМ (по претензии от 20.07.2017 № ТГ/3591/18).

На оставшуюся сумму неустойки (211 839 207,60 руб.) заказчиком проведен зачет в счет оплаты стоимости работ, выполненных на этапе № 24. О зачете подрядчик  извещен путем направления соответствующего уведомления от 31.08.2017 исх. №ТГ/4295/18. 

Оставшаяся после проведения зачета сумма задолженности (21 618 141,40 руб.) оплачена обществом «Таймыргаз», о чем свидетельствует платежное поручение от 22.09.2017 № 3062.

08 августа 2017 года подрядчик направил в адрес заказчика ответ (№ исх. 2886Н) на претензию № 1173591/18 от 20.07.2017 с приложением своего расчета неустойки по договору, указав, что требование заказчика об оплате неустойки за просрочку выполнения работ подрядчиком в размере 224 054 340,11 руб. не соответствует условиям договора. 

Так, по расчету подрядчика последним не допущена просрочка по выполнению работ на скважине № 641 Пеляткинского ГКМ, следовательно, требование заказчика по выплате гарантом неустойки в сумме 12 215 132,51 руб. заявлено необоснованно. 

Общество «Интегра-Бурение» возместило акционерному обществу «ЮниКредит Банк» сумму выплаченной обществу «Таймыргаз» неустойки (12 215 132,51 руб.). Указанная сумма, по мнению истца, является неосновательным обогащением ответчика, которая подлежит возмещению.

30 марта 2016 года при производстве работ на этапе № 15 по бурению скважины № 841 произошло геологическое осложнение, то есть обстоятельство, не зависящее от подрядчика, которое привело к невозможности завершения работ подрядчиком в установленный договором срок.

Протоколом от 04.04.2016 стороны подтвердили наличие на скважине № 841 геологического осложнения (газопроявлений из линзы песчаника), для устранения которого потребовалось выполнение дополнительных работ.

В соответствии с условиями договора, выполнение дополнительных работ по устранению геологического осложнения подлежит оплате на основании актов выполненных работ с применением суточной стоимости (ставки) работ (п. 3.2 договора, пп. «в» п. 2.2 и пп. «в» п. 3 Приложения № 5).

23 сентября 2016 года подрядчик направил в адрес заказчика исполнительный сметный расчет стоимости дополнительных работ, связанных с ликвидацией геологического осложнения на скважине № 841, а также исполнительный сметный расчет стоимости дополнительных работ по приобретению и доставке химреагентов на Пеляткинское ГКМ. Стоимость дополнительных работ по устранению геологического осложнения составила 39 661 964,44 руб. из расчета 13,08 суток устранения осложнения и суточных ставок (приложение № 5 к договору).

Общество «Таймыргаз» не согласилось с предъявленным к оплате объемом и стоимостью дополнительных работ в связи с не подтверждением подрядчиком факта выполнения работ по устранению геологического осложнения в течение 13,08 суток на скважине № 841.

По расчету заказчика действительный срок выполнения работ по устранению последствий геологического осложнения составляет 3,32 суток, исходя из суточной ставки 2 569 712,10 руб. без НДС, установленной в п. 5 приложения № 5 к договору. Ответчик полагает, что стоимость дополнительных работ составила 10 067 104,12 руб. с НДС (3,32 суток х 2 569 712,10 руб. без НДС + 18% НДС). 

Денежные средства в сумме 10 067 104,12 руб. добровольно выплачены обществом «Таймыргаз», что подтверждается платежным поручением от 12.09.2017 № 2939.

Протоколом от 04.04.2016 стороны подтвердили факт наличия на скважине № 841 геологического осложнения в виде газопроявлений из линзы песчаника. Для его устранения потребовалось увеличить плотность бурового раствора с проектного значения 1160 кг/м3 до 1280 кг/м3.

Увеличение плотности бурового раствора повлекло дополнительный расход химических реагентов (утяжелителя). 

По условиям договора заказчик оплачивает подрядчику стоимость дополнительных материалов и оборудования из фактически произведенных затрат на их приобретение и доставку + 10% в объеме и по маршруту, согласованному с заказчиком, при наличии подписанных обеими сторонами дополнительных соглашений (пункту 7 приложения № 5 к договору).

23.09.2016 подрядчик направил заказчику для подписания и оплаты исполнительный сметный расчет на сумму 36 147 120 руб. с НДС, подтверждающий стоимость расходов по приобретению дополнительного материала (ВагасагЬ) в объеме 133 т для устранения осложнения на скважине № 841. К исполнительному сметному расчету приложены документы, обосновывающие расходы по доставке материала на сумму 9 399 797 руб. без НДС.

На совещании рабочей группы, оформленном протоколом от 13.03.2017 № ТГ/26/18-пр, подрядчиком не представлены дополнительные документы, подтверждающие всю заявленную сумму затрат.

Согласно пункту 3.4 договора дополнительные затраты подрядчика, не подтвержденные документально и предварительно не согласованные с заказчиком, осуществляются за счет средств подрядчика и к оплате заказчиком не принимаются.

Вместе с тем актами дополнительного расхода химических реагентов на скважине № 841 куста № 4 Пеляткинского ПГКМ подтвержден дополнительный расход реагента ВагасагЬ в объеме 82 т  (том 7, л.д.199-209).

Заказчиком в рамках урегулирования претензионных требований оплачены документально обоснованные расходы на транспортировку 82 т. материала ВагасагЬ автотранспортом по маршруту г. Новый Уренгой - Пеляткинское ГКМ в размере 6 536 944,33 руб. с НДС, что подтверждается платежным поручением № 2938 от 12.09.2017 из которых: 5 036 166,67 руб. - стоимость перевозки 82 т. материала исходя из ставки 61 416,67 руб. без НДС за 1 т. (определена истцом из расчета общей стоимости перевозимого автотранспортом мела 7 370 000 руб. и общей массы 120 т.); 503 616,67 руб. - накладные расходы 10% согласно п. 7 приложения № 5 к договору; 997 161,00 руб. - НДС 18% (том 1, л.д.32).

Общество «Таймыргаз» в ответе на претензию от 12.09.2017 № ТГ/4485/18 выразило готовность рассмотреть вопрос о заключении дополнительного соглашения к договору  в случае документального подтверждения в соответствии с условиями договора иных заявленных расходов на устранение осложнения на скважине № 841, в том числе стоимости реагента. 

30.10.2017 после уточнения иска обществом «Интегра-Бурение» документально подтверждены расходы по приобретению 82 т. материала ВагасагЬ (мел) на сумму 994 112,24 руб. с НДС, которые оплачены обществом «Таймыргаз» по платежному поручению от 28.11.2017 № 3707, из которых: 765 880 руб. - стоимость самого материала ВагасагЬ (мел.) в количестве 82 т. (9 340 руб. без НДС за 1 т.); 76 588 руб. - накладные расходы 10% согласно п. 7 приложения № 5 к договору; 151 644,24 руб. - НДС 18%.

По расчету истца с учетом произведенной заказчиком частичной оплаты остаток суммы подлежащей взысканию с ответчика дополнительной стоимости доставки (авиатранспортом) материалов в количестве 13 т. составляет 1 598 340,93 руб.

21.12.2014 при бурении скважины № 862 Пеляткинского ГКМ произошел инцидент, связанный с заклиниванием хвостовика в горизонтальной части ствола скважины, что привело к последующей необходимости перебуривания части ствола скважины. Истец полагает, что причиной указанного инцидента явилось наличие геологического осложнения в стволе скважины.

Согласно разделу договора «термины и определения, применяемые в договоре»: осложнения по геологическим причинам (геологические осложнения)» - состояние на скважине, возникшее во время бурения или освоения скважины не по вине заказчика и подрядчика, а в силу непредвиденных обстоятельств геологического характера, независящих от действий заказчика и подрядчика и требующее для его ликвидации дополнительных затрат. Геологические осложнения фиксируются сторонами путем подписания двустороннего акта.

В соответствии с пунктом 3.2 договора стоимость работ подлежит увеличению на сумму произведенных и согласованных сторонами дополнительных работ. В соответствии с пп. В п. 3 приложения №5 к договору заказчик на условиях суточной оплаты стоимости работ оплачивает подрядчику работы, выполняемые подрядчиком, независимо от глубины бурения, которые не предусмотрены договором. Суточные ставки подрядчика указаны в таблице 1 приложения № 5 к договору.

Скважина № 5 является наклонно-направленной, поэтому суточная ставка генподряда для бурения составляет 3 375 824,46 руб. без НДС. Для ликвидации геологического осложнения было затрачено 65,06 суток, что подтверждается балансом времени при ликвидации осложнения в скважине №862 Пеляткинского ГКМ, детализацией времени ликвидации геологического осложнения на скважине № 862. Из 65,06 суток 8,49 суток составил простой по метеоусловиям, который был оплачен ответчиком, а также 2,01 суток - неоплачиваемое время. Общее время, подлежащее оплате, по мнению истца, составило 55 суток.

Стоимость дополнительных работ по расчету истца составила 217 338 279,39 руб. с НДС.

Заказчик принял работы по скважине № 862 с учетом повторного бурения, что подтверждается следующими документами:

- актом об окончании бурения скважины № 862 от 09.03.2015, 

- актом приема-передачи эксплуатационной газовой скважины № 862 кустовой площадки № 6 Пеляткинского ГКМ (законченной бурением) от 18.03.2015, 

- актом о спущенных трубах НКТ от 14.04.2015, 

- актом о приемке выполненных работ от 04.04.2015, 

- справкой о стоимости выполненных работ и затрат от 20.04.2015,

- актом о приемке выполненных работ от 20.04.2015, 

- счетом-фактурой от 20.04.2015 № 989, 

- актом сдачи-приемки скважины № 862 куст № 6 в производство работ,

- актом сдачи-приема скважины № 862 куст № 6 из производства работ.

Таким образом, по мнению истца, ответчиком согласованы и приняты дополнительные работы по ликвидации геологического осложнения на скважине № 862 на сумму 217 338 279,39 руб.

Ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате выполненных работ послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции в обжалуемом решении в удовлетворении исковых требований отказал, сославшись на то, что выполненные истцом работы частично оплачены ответчиком, оставшиеся взаимные обязательства сторон по договору погашены путем зачета. 

При принятии обжалуемого судебного акта арбитражный суд руководствовался положениями статей 307, 309, 702, 711, 720 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

Предметом настоящего иска являются материально-правовые требования истца к ответчику о взыскании стоимости выполненных подрядных работ, неустойки на просрочку их оплаты, стоимости дополнительных работ, расходов по приобретению и доставке дополнительных материалов, а также неосновательного обогащения, в связи с выплатой гарантийной суммы.   

Проанализировав условия заключенного сторонами договора, апелляционный суд пришел к выводу о том, что к правоотношениям сторон применимы положения параграфа 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения. Цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение.

Если возникла необходимость в проведении дополнительных работ и по этой причине в существенном превышении определенной приблизительно цены работы, подрядчик обязан своевременно предупредить об этом заказчика. Заказчик, не согласившийся на превышение указанной в договоре подряда цены работы, вправе отказаться от договора. В этом случае подрядчик может требовать от заказчика уплаты ему цены за выполненную часть работы.

Подрядчик, своевременно не предупредивший заказчика о необходимости превышения указанной в договоре цены работы, обязан выполнить договор, сохраняя право на оплату работы по цене, определенной в договоре (пункт 5 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений статей 711, 720 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность заказчика по оплате работ наступает после сдачи ему результата работ, если иное не предусмотрено договором; надлежащим доказательством выполнения работ по договору подряда являются акты приемки выполненных работ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

По смыслу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Выполнение работ на этапе № 24, расходы на консервацию буровой установки.

Проверив доводы апелляционной жалобы о необоснованном отказе в удовлетворении требования о взыскании стоимости работ, выполненных на этапе № 24 (освоение скважины № 641), апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Сторонами в договоре предусмотрен порядок приема-сдачи работ на определенном этапе. 

В соответствии с пунктом 4.1.4 приемка результата работ по соответствующему этапу осуществляется при условии предоставления подрядчиком следующей первичной учетной документации, оформленной в соответствии с требованиями действующего законодательства по этапу № 24: 

- акта о приемке выполненных работ (форма КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3), журнала учета выполненных работ (форма КС-6а), акта приемки законченного строительством объекта (в соответствии с формой, предусмотренной приложением № 14 к договору), подписанного уполномоченными представителями заказчика и подрядчика. 

Дополнительно подрядчиком представляются следующие документы при приемке работ по этапу № 24:

-	акт приема-передачи кустовой площадки,

документы, указанные в пунктах 3.2.2, 3.2.3, 3.2.5, 3.2.6 договора (при приемке результатов работ по этапам, стоимость которых изменена в порядке, установленном пунктами 3.2.2, 3.2.3, 3.2.5, 3.2.6).

Первичная учетная документация по соответствующему этапу работ предоставляется подрядчиком за 3 рабочих дня до даты приемки работ соответствующего этапа. Состав выполненных работ, указанных в журнале учета выполненных работ (форма КС-6а), должен соответствовать составу работ, указанных в приложении № 3 к договору, акте о приемке выполненных работ (форма КС-2) по соответствующему этапу работ.

Согласно пункту 4.1.5 заказчик обязан в течение 10 рабочих дней после получения от подрядчика извещения об окончании работ по соответствующему этапу осмотреть и принять результат и подписать акт о приемке выполненных работ (форма КС-2), либо в этот же срок предоставить мотивированный отказ от подписания акта о приемке выполненных работ. Мотивированным основанием для отказа в подписании акта о приемке выполненных работ также является не предоставление к началу приемки результата работ по соответствующему этапу документов, предусмотренных пунктом 4.1.4 настоящего Договора. В случае отсутствия мотивированного отказа заказчика в указанный срок, работы по этапу считаются принятыми без замечаний.

Ответчиком не оспаривается факт выполнения истцом работ по освоению скважины № 641. Разногласия сторон возникли в результате несогласия заказчика с предъявлением к оплате не подтвержденных документально расходов подрядчика, связанных с консервацией буровой установки.

В целях осуществления процедуры сдачи-приемки результатов работ истец письмом № исх-2404н от 04.07.2017 направил ответчику первичную документацию по завершающему этапу № 24 на общую сумму 277 228 004 руб. с НДС. В состав работ подрядчиком включены затраты на консервацию буровой установки на время ожидания зимника ПГКП - п. Тухард» в размере 43 770 665 руб. с НДС.

В соответствии со статьей 752 Гражданского кодекса Российской Федерации если по не зависящим от сторон причинам работы по договору строительного подряда приостановлены и объект строительства законсервирован, заказчик обязан оплатить подрядчику в полном объеме выполненные до момента консервации работы, а также возместить расходы, вызванные необходимостью прекращения работ и консервацией строительства, с зачетом выгод, которые подрядчик получил или мог получить вследствие прекращения работ.

Апелляционным судом установлено, что в приложении к договору № 1 «График строительства скважины» предусмотрена возможность проведения подрядчиком мероприятий по консервации в ожидании зимника ПГМК – п. Тухард. 

В приложении к договору № 13 стороны согласовали сроки эксплуатации дорог зимнего пользования: со второй половины января до мая, поскольку для транспортировки буровой установки весом в несколько тонн необходимо, чтобы установился крепкий лед. 

С учетом изложенного, судебной коллегией отклоняется довод ответчика о наличии у подрядчика возможности для вывоза буровой установки в ноябре – декабре, как противоречащий условиям договора. 

Во время ожидания возобновления маршрутов для вывоза оборудования буровая техника простаивает, подрядчик несет не только потери в результате такого простоя, но и затраты на демонтаж, техническое обслуживание оборудования. При заключении договора стороны оценили такого рода расходы заказчика в твердой денежной сумме (43 770 665 руб.) и возложили обязанность по их возмещению на заказчика. Таким образом, консервация буровой установки не входит в перечень работ по договору подряда, поэтому ответчик не может отказаться от оплаты работ по консервации со ссылкой на неполное выполнение подрядчиком работ. 

Судебная коллегия обращает внимание на то, что ответчик знал о готовности и принятии мер истцом по консервации оборудования, что подтверждается письмами общества «Норильскгазпром» от 29.11.2016 № ТГ/7194/34, от 22.12.2016 № ТГ/7766/34, адресованными обществу «Интегра-Бурение». 

Кроме того, обществом «Интегра-Бурение» утвержден перечень мероприятий по подготовке, по проведению консервации и организации охраны буровой установки БУ-3000ЭУК, бурового оборудования, бригадного хозяйства на КП4 Пеляткинского ГКМ (т. 6 л.д. 105-110). В частности, для организации процесса консервации необходимо произвести разборку бурильного инструмента, подготовить площадку под стаскивание буровой установки, произвести стаскивание буровой установки на место консервации, демонтаж верхнего привода и т.д. Из плана мероприятий по подготовке к консервации, проведению консервации и организации охраны буровой установки, утвержденному подрядчиком 12.12.2016, следует, что консервация направлена на прочистку оборудования после использования, покрытие его специальными антикорозийными растворами, защищающими от внешних воздействий при длительном хранении. 

Из отчетов директора проекта от 30.12.2016, 31.01.2017, 28.02.2017 о ходе выполнения работ по проекту строительства 12 скважин на кустовых площадках № 4, 6 Пеляткинского ГКМ следует, что подрядчиком проводились работы по стаскиванию и консервации буровой установки БУ-3000ЭУК на время ожидания зимника (т. 6 л.д. 112-114).

Работы по освоению (началу бурения) скважины № 641 начаты подрядчиком 29.09.2016, что подтверждается актом о начале бурения, подписанным представителями обществ «Интегра-Бурение» и «Таймыргаз». 

12.12.2016 между заказчиком и подрядчиком подписан акт о стаскивании буровой установки на кустовой площадке № 4 Пеляткинского ГКМ для выполнения работ по монтажу. 

12.03.2016 составлен акт о начале выполнения работ по демонтажу буровой установки «Уралмаш-3200 ЭУК» на кусте № 4 Пеляткинского ГКМ.

Согласно акту от 10.04.2017 произведен полный демонтаж буровой установки. У сторон отсутствуют замечания к качеству выполненных работ. 

В акте от 16.05.2017 зафиксировано окончание выполнения этапа демобилизации бурового оборудования и бригадного хозяйства в части демобилизации с кустовой площадки № 4  Пеляткинского ГКМ в п. Тухарт. 

30.07.2017 между подрядчиком и заказчиком подписан акт о выполнении работ по строительству 12 скважин на кустовых площадках № 4 и № 6 Пеляткинского ГКМ, замечания к качеству выполненных работ отсутствуют. 

Установленные по делу фактические обстоятельства позволяют судебной коллегии прийти к выводу о том, что работы по консервации буровой установки на время ожидания зимника подрядчиком выполнены, им понесены соответствующие расходы на стаскивание, демонтаж и обеспечение технической сохранности многотонной буровой установки, которые не входят в перечень работ, но связаны с выполнением обязательств по договору от 25.04.2014 №12-158/14/16-14/М, следовательно, указанные расходы подлежат возмещению заказчиком. 

Доводы ответчика о том, что консервация оборудования возможна только после демонтажа, подлежат отклонению. Ни из договора подряда, ни  из графика выполнения работ не следует, что консервация оборудования может осуществляться исключительно после его демонтажа. Техническая возможность осуществления консервации до демонтажа оборудования подтверждена сервисной нефтяной компанией ООО «Оренбургтехсервис» (том  9, л.д.15-37).

Таким образом, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания расходов на консервацию буровой установки являются необоснованными.

На основании изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о доказанности подрядчиком факта выполнения работ на этапе № 24, стоимости выполненных работ в размере 277 228 004 руб., в том числе, включая расходы на консервацию буровой установки в сумме 43 770 665 руб.

Отказывая в выплате стоимости работ по этапу №24, ответчик произвел  односторонние действия по зачету стоимости выполненных строительных работ на указанном этапе в счет уплаты неустойки по договору за нарушение подрядчиком сроков выполнения таких работ. Подрядчик заявил ходатайство об уменьшении суммы неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

По мнению ответчика, действия заказчика по зачету денежных сумм в одностороннем порядке прекратили его встречное обязательство перед истцом по оплате стоимости выполненных работ, по мнению, истца указанное не соответствует целям регулирования подрядных правоотношений. 

Как следует из существа законодательного регулирования и правовой природы сложившихся правоотношений сторон, выполненные подрядчиком работы по бурению скважин имеют потребительскую ценность для заказчика, вступая в договорные отношения с ответчиком, истец рассчитывал на получение денежных средств от выполненных им работ. В свою очередь просрочка выполнения подрядных работ в силу положений статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий договора влечет возникновение ответственности также в денежном эквиваленте. В связи с чем, при  зачете стоимости выполненных по договору работ на сумму рассчитанной неустойки за нарушение сроков их выполнения, суд должен рассмотреть возражения стороны относительно факта начисления неустойки, порядка и периода расчета суммы штрафных санкций, а при наличии ходатайства также применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

 При этом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что зачет был произведен заказчиком до предъявления иска со стороны общества «Интегра-Бурение», в связи с чем, в данном случае, предъявление заказчиком встречного иска о  взыскании договорной неустойки за просрочку исполнения обязательства по выполнению работ не являлся обязательным. 

Неустойка, начисленная обществом «Норильскгазпром» за нарушение сроков выполнения работ, предъявленная к зачету по этапу №24.

Заказчиком начислена неустойка обществу «Интегра-Бурение» за просрочку выполнения работ по договору в общей сумме 213 357 741,74 руб., которая засчитана заказчиком в счет оплаты стоимости работ по бурению скважин на этапе № 24. При определении указанной суммы исключены периоды нахождения скважин на обустройстве у заказчика (изъяты заказчиком на период подключения коммуникаций и т.п.). В обоснование правомерности начисления договорной неустойки ответчик сослался на следующие обстоятельства.  

Процесс бурения эксплуатационной газовой скважины является единым технологическим процессом, включающим в себя последовательные технологические этапы: бурение, обустройство, освоение (работа для запуска). В этой связи дни обустройства скважин при расчете неустойки исключены из расчета неустойки соответствующего этапа.

Вместе с тем, ответчик не согласен с доводом истца о том, что работы по освоению каждой скважины необходимо считать нарастающим итогом (накопительным эффектом), неустойка рассчитывалась ответчиком по каждому этапу в отдельности. 

Договором предусмотрено выполнение работ по строительству 12 эксплуатационных газовых скважин, каждая из которых является самостоятельным объектом по договору, а также физически (скважины технологически не связаны, могут эксплуатироваться и эксплуатируются независимо друг от друга) и юридически (все скважины оформлены в качестве самостоятельного объекта недвижимости). С учетом самостоятельной ценности каждого этапа установлены отдельные сроки их выполнения и предусмотрена неустойка в размере 0,1% от стоимости своевременно невыполненного этапа за каждый день просрочки. 

В суде апелляционной инстанции  заказчик представил несколько расчетов неустойки с учетом своих возражений на выводы судебной экспертизы, проведенной на стадии апелляционного производства. В том, числе, при расчете суммы неустойки ответчиком учтено время (путем вычета из расчета), затраченное подрядчиком на выполнение дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 - 5,56 суток.

При таких условиях размер неустойки за просрочку работ по расчету заказчика составил 213 357 741, 74 руб. (приложение №1 к письменным дополнительным пояснениям в суде апелляционной инстанции от 16.03.2020).

При этом, ответчик  пояснил, что предоставляя новый расчет, настаивает на своей прежней позиции и размере неустойки на сумму 224 054 340,11 руб.

Истец с доводами ответчика по порядку начисления неустойки за нарушение обязательства не согласился, пояснив следующее.

Изъятие скважины для целей ее обустройства в период выполнения работ влечет пролонгацию сроков всех последующих работ.

Обустройство скважины – представляет собой комплекс работ на незавершенном строительством объекте (на скважине), выполняемых самостоятельно ответчиком с временным изъятием по акту скважины из владения истца и последующим ее возвращением  для завершения работ подрядчиком.

Изъятие скважины ответчиком с целью обустройства приводит к приостановлению выполнения на ней работ подрядчиком, следовательно, должно и продлевать срок выполнения работ по договору в целом, а не конкретного этапа, на котором скважина изымалась. В данном случае простой истца вызван действиями ответчика.

Условиями договора предусмотрено, что работы выполняются последовательно (поэтапно), что обусловлено объективными обстоятельствами. Бурение осуществляется одной буровой установкой, завершив бурение на одной скважине, буровая установка транспортируется на следующую скважину. Освоение скважины производится после ее бурения и после завершения работ по освоению на другой скважине, освоение двух скважин одновременно технически невозможно.

С учетом указанных доводов истца, судебная коллегия соглашается с алгоритмом расчета истца. Изъятие скважины для ее обустройства производилось как в периоды бурения, так и в периоды освоения, что не оспаривается ответчиком.

Довод ответчика о согласовании сторонами 14-дневного срока на обустройство скважины в письме от 20.06.2016 № исх-1961н отклоняется судебной коллегией ввиду нижеследующего.

Из содержания письма усматривается, что истец согласен компенсировать 14 дней простоя в период обустройства скважины за свой счет. Вместе с тем, достижение договоренности о периоде обустройства скважины ответчиком не свидетельствует о том, что этот период должен быть исключен из общего количества дней, затраченных ответчиком на обустройство скважины. 

Довод ответчика о том, что стороны достигли соглашения о времени обустройства скважины, противоречит условиям договора, графику выполнения работ, в которых не предусмотрен 14-дневный срок на обустройство скважины. Сторонами соответствующие изменения в договор и в график не вносились. При таких обстоятельствах позиция ответчика об обратном документально не подтверждена и не может быть принята во внимание. 

Расчет неустойки за нарушение сроков выполнения подрядчиком работ по договору от 25.04.2014 № 12-158/14/16-14/М по этапу бурение и этапу освоение представлен обществом «Интегра-Бурение» с учетом  времени, затраченного подрядчиком на выполнение дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 - 5,56 суток:

этап по договору

Расчет фактической просрочки

Вынужденная просрочка подрядчика

 Расчет неустойки

 

срок

окончания работ по

дог-ру 

Осрок выполнения работ

 

Ддни просроч

кки

количество дней обустройства по каждой скважине

обустройство скважин (в днях) нарастающим итогом, если проср-ка повлияла на бурение сважин

Ппростой по метеоусловиям

в  днях) нарастающим итогом

геологическое осложн-е

на скв. № 841 

Кол-во дней вынужденной просрочки подрядчика

Ккол-дней просрочки по

вине подрядчика

стоимость по дог-ру 

размер неустойки

Бурение скважины № 461, куст № 6

21.10.14

24.10.

2014

33

118

18

 

18,00

--15

552 776 570,29 

 

Бурение скв. № 862, Куст № 6

28.12.14

114.04. 2015

1107

117

35

110,26

45,26

662

478 420 767,22 

29 537 698 рублей 

17 копеек

Бурение скв. № 462, 

Куст № 6

22.02.15

118.06.2015

1116

229

64

110,26

74,26

442

419 944 039,09 

17 528 464 рубля19 копеек

Бурение скв. № 662, Куст № 6

18.04.15

116.06. 2015

559

0

64

110,26

74,26

--15

3300 655 195,38 

 

Бурение скв. № 663, Куст № 6

11.06.15

223.07. 2015

442

0

0

64

110,26

74,26

--32

3300 655 195,38 

 

Бурение скв.

№ 463, Куст № 6

06.08.15

'05.10.2015

660

119

83

110,26

93,26

--33

3304 775 536,99 

 

Бурение скв. № 863, Куст № 6

31.10.15

118.12. 2015

448

0

0

83

110,26

93,26

--45

3359 712 369,85 

 

Бурение скв.№ 841, Куст № 4

12.03.16

227.05. 2016

776

0

0

83

116,61

5,56

105,17

--29

5512 748 748 

 

Бурение скв. № 941, Куст № 4

05.05.16

 30.06. 2016

556

0

0

83

116,61

5,56

105,17

--49

3326 972 401,74

 

Бурение скв. № 441, Куст № 4

30.06.16

12.08. 2016

443

0

0

83

116,61

5,56

105,17

--62

3306 440 750,68 

 

Бурение скв. № 442, Куст № 4

24.08.16

07.10.

2016

444

0

0

83

116,61

5,56

105,17

--61

3306 440 750,68 

 

Бурение скв. № 641, Куст № 4

16.10.16

112.12. 2016

557

0

0

83

116,61

5,56

105,17

--48

3302 429 623,71 

 

итого сумма неустойки составила 47 066 162 рубля 36 копеек 

 

этап по договору

Расчет фактической просрочки  

Вынужденная просрочка подрядчика

Расчет неустойки

 

окончание по договору

Оокончание по факту

Кколичество дней просрочки

Кколичество дней

Ообустройства

ппо каждой скважине на этапе освоения

Ообустройство скважин (в днях) нарастающим итогом если просрочка повлияла на

освоение последующих скважин

Ппростой по метеоусловиям (в днях) нарастающим итогом

Ггеологическое осложения на скв 841 (в днях) нарастающим итогом

Ввынужденная просрочка вследствие переноса

ббуровых работ

Кколичество дней вынужденной просрочки подрядчика

Ккол-дней просрочки по вине подрядчика

стоимость по дог-ору, руб. с НДС

размер неуст-ки

 Освоение скв №461

006.11. 2014

114.11. 2014

88,00

0

0

0

0

 

118,00

118,00

--10,00

31 491 153,95 

 

Освоение скв № 862

110.01. 2015

220.04. 2015

1100,00

0

0

0

110,26

335,00

445,26

554,74

29 441 395,18 

1 611 621 рубль 

97 копеек

Освоение скв № 462

110.03. 2015

330.06.2015

1112,00

0

0

0

110,26

664,00

774,26

337,74

31 491 153,95 

1 188 476 рублей 15 копеек

Освоение скв. № 662

004.05. 2015

227.07.2015

884,00

223

0

110,26

664,00

997,26

--13,26

31 491 153,95 

 

Освоение скв № 663

227.06.2015

115.09 2015

880,00

229

0

110,26

664,00

1103,26

--23,26

31 491 153,95 

 

Освоение скв. № 463

222.08. 2015

220.10.

2015

559,00

0

0

0

110,26

883,00

993,26

--34,26

31 491 153,95 

 

Освоение скв № 863

113.11. 2015

223.08. 2016

2284,00

220

0

113,01

883,00

1116,01

1167,99

74 684 848,00

12 546 307 рублей 62 копейки 

Освоение скв № 841

116.04. 2016

117.08. 2016

1123,00

339

0

116,61

55,56

883,00

1144,17

--21,17

46 023 506,72

 

Освоение скв № 941

221.05. 2016

229.09. 2016

1131,00

444

220

116,61

55,56

883,00

1149,17

--18,17

31 491 153,95 

 

Освоение скв №441

116.07.2016

005.10. 2016

881,00

334

224

116,61

55,56

883,00

1139,17

--58,17

31 491 153,95 

 

Освоение скв № 442

007.09. 2016

110.11. 2016

664,00

113

0

116,61

55,56

883,00

1118,17

--54,17

31 491 153,95 

 

Освоение скв № 641

111.07. 2017

228.06. 2017

-13,00

228

0

116,61

55,56

883,00

1133,17

--146,17

277 228 004,00

 

итого сумма неустойки за нарушение сроков выполнения работ составила 15 346 405 рублей 74 копейки 

Контррасчет, произведенный истцом, учитывает время вынужденного простоя в связи с обустройством скважин ответчиком, время, затраченное подрядчиком на выполнение дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 - 5,56 суток, а также время простоя по метеоусловиям.  

Указанный расчет является верным, выполненным в соответствии с условиями договора и фактическими обстоятельствами спора.

Истец заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижению размера неустойки, предъявленной ответчиком к зачету.

Вместе с тем, суд соглашается с доводами ответчика об отсутствии оснований для снижения размера неустойки, который указал, что сумма начисленной неустойки составляет 4,3% от общей цены контракта, следовательно, подрядчик за выполненные работы получил оплату в размере 95,7% от цены контракта. Такое соотношение неустойки и стоимости выполненных работ не нарушает баланса интересов сторон и не лишает подрядчика прибыли за выполненные им работы, является справедливой и соразмерной ответственностью за не соблюдение сроков выполнения работ.

Судебная коллегия полагает, что указанная сумма неустойки является разумной, соразмерной последствиям нарушения обязательства. Доказательства чрезмерно высокого процента неустойки и ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства подрядчик суду не представил (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом судебной коллегией учтено, что в рассматриваемом случае установленный договором процент договорной неустойки (0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки) представляет собой результат соглашения сторон и добровольного волеизъявления подрядчика как стороны договора, не противоречит практике делового оборота и не является чрезмерно высоким. Также учтено, что  своевременное выполнение работ является социально значимым. Пеляткинское газоконденсатное месторождение  является стратегически важным, обеспечивающим необходимым объемом газа потребителей жителей сектора Норильского промышленного района и Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района. 

Кроме того, судебной коллегией определен размер неустойки по контррасчету подрядчика с учетом всех особенностей технологического процесса производства эксплуатационной газовой скважины.

С учетом изложенного, стоимость выполненных работ по этапу №24 подлежит уменьшению на сумму неустойки за нарушение сроков выполнения работ (зачет), определенной судом апелляционной инстанции  ко взысканию по контррасчету истца в сумме 62 412 568,10 руб. (47066162,36 ( бурение) + 15346405,74 ( освоение).

Пояснения ответчика, изложенные в дополнениях от 20.04.2020, 25.05.2020 с приложением  нового расчета неустойки с учетом времени выполнения дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 из расчета не 5,56 суток, а 4,83 суток, подлежат отклонению (по основаниям изложенным далее по тексту постановления, стр.23).

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика:

- 29 594 860, 32 руб. - задолженности по оплате дополнительных работ, связанных с ликвидацией геологического осложнения на скважине № 841, 

- 1 598 340,93 руб. – возмещения затрат по доставке дополнительных материалов авиатранспортом для ликвидации геологического осложнения на скважине № 841,

- 217 338 279,39 руб. - задолженности по оплате дополнительных работ, связанных с ликвидацией геологического осложнения на скважине № 862, апелляционный суд пришел к следующим выводам. 

Требования истца об оплате ответчиком дополнительных работ, материалов, транспортных расходов связаны с возникновением необходимости устранения геологических осложнений на скважинах № 841 и № 862. 

В заключенном сторонами договоре содержится понятие «геологического осложнения», под которым заказчик и подрядчик условились понимать состояние на скважине, возникшее во время бурения или освоения скважины не по вине заказчика и подрядчика, а в силу непредвиденных обстоятельств геологического характера, независящих от действий заказчика и подрядчика и требующее для его ликвидации дополнительных затрат. Геологические осложнения фиксируются сторонами путем подписания двустороннего акта.

В пункте 3.2 договора предусмотрено, что стоимость работ подлежит увеличению на сумму произведенных и согласованных сторонами дополнительных работ. В соответствии с подпунктом В пункта 3 приложения № 5 к договору заказчик на условиях суточной оплаты стоимости работ оплачивает подрядчику работы, выполняемые подрядчиком, независимо от глубины бурения, которые не предусмотрены договором. Суточные ставки подрядчика указаны в таблице 1 приложения № 5 к договору.

Скважина № 841.

Апелляционным судом установлено, материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что 30.03.2016 при бурении скважины № 841 кустовой площадки № 4 Пеляткинского ГКМ в отложениях Долганской свиты на глубине 769 м. при плотности бурового раствора 1,20г/куб.см. отмечено поступление газа в буровой раствор (то есть геологическое осложнение). 

Факт обнаруженного геологического осложнения зафиксирован заказчиком и подрядчиком в двустороннем протоколе от 04.04.2016. В целях ликвидации геологического осложнения (газопроявления из линзы песчаника) стороны приняли решение продолжить бурение с текущими параметрами раствора с плотностью 1,28г/куб.см. до проектного забоя, пересмотреть программу спуска и цементирования промежуточной колонны. Обществу «Интегра-Бурение» поручено подготовить и согласовать с обществом «Таймыргаз» потребность в химических реагентах для строительства оставшихся скважин куста № 4. 

Обществом «Интегра-Бурение» выполнены дополнительные работы по устранению геологического осложнения, приобретены дополнительные материалы (химические реагенты) для увеличения плотности раствора, а также понесены транспортные расходы по доставке материалов до местонахождения скважины.   

Стороны не пришли к соглашению относительно времени, затраченного подрядчиком для ликвидации геологического осложнения, в целях определения стоимости выполненных дополнительных работ.

Так, истцом предъявлена к оплате стоимость дополнительных работ в размере 39 661 964,44 руб. из расчета 13,08 суток и суточной ставки 2 569 712,10 руб. без НДС, установленной в пункте 5 Приложения №5 к договору.

 Ответчиком признана обоснованной лишь сумма 10 067 104,12 руб. (3,32 суток х 2 569 712,10 руб. без НДС + 18% НДС), которая оплачена заказчиком платежным поручением от 12.09.2017 № 2939. Следовательно, по мнению истца, у ответчика образовалась задолженность по оплате дополнительных работ на скважине № 841 в сумме 29 594 860,32 руб. 

Также подрядчиком заявлено о приобретении дополнительных материалов и о несении транспортных расходов на сумму 36 147 120 руб. 

Заказчик признал обоснованной сумму транспортных расходов – 6 536 944,33 руб., которую погасил платежным поручением от 12.09.2017 № 2938. По платежному поручению от 28.11.2017 № 3707 заказчик перечислил подрядчику денежные средства в размере 994 112,24 руб. в счет оплаты дополнительных материалов. 

Истец полагает, что за ответчиком числится задолженность в сумме 1 598 340,93 руб., являющаяся расходами подрядчика, связанными с доставкой дополнительных химических реагентов авиатранспортом. Указанная сумма предъявлена ко взысканию с общества «Таймыргаз».

Скважина № 862. 

Как следует из искового заявления, 21.12.2014 при бурении скважины № 862 Пеляткинского ГКМ произошел инцидент, связанный с заклиниванием хвостовика в горизонтальной части ствола скважины, что привело к последующей необходимости повторного бурения части ствола скважины. Подрядчик полагает, что причиной инцидента явилось наличие геологического осложнения в стволе скважины  в виде обнаружения углей и углесодержащих толщ с содержанием до 80% угля в шламе.

Указанная скважина является наклонно-направленной, суточная ставка генподряда для бурения составляет 3 375 824,46 руб. без НДС. Для ликвидации геологического осложнения подрядчиком затрачено 65,06 суток. В подтверждение затраченного времени  на ликвидацию инцидента представлены баланс времени при ликвидации осложнения на скважине № 862 Пеляткинского ГКМ, детализация времени ликвидации геологического осложнения на скважине № 862. Из 65,06 суток 8,49 суток составил простой по метеоусловиям, который был оплачен ответчиком, а также 2,01 суток - неоплачиваемое время. Общее время, подлежащее оплате, по мнению истца, составило 55 суток.  

Стоимость дополнительных работ, потребовавшихся для устранения инцидента (из расчета 55 суток), составила 217 338 279,39 руб. с учетом НДС, которая ответчиком не оплачена. 

Между тем, как полагает истец, заказчик принял работы по скважине № 862 с учетом произведенного повторного бурения, о чем свидетельствуют следующие документы:

- акт от 09.03.2015 об окончании бурения скважины № 862 куста № 6 Пеляткинского ГКМ, 

- акт приема-передачи эксплуатационной газовой скважины № 862 кустовой площадки № 6 Пеляткинского ГКМ (законченной бурением) от 18.03.2015, 

- акт о спущенных трубах НКТ от 14.04.2015, 

- акт о приемке выполненных работ от 04.04.2015, 

- справка о стоимости выполненных работ и затрат от 20.04.2015,

- акт о приемке выполненных работ от 20.04.2015, 

- счет-фактура № 989 от 20.04.2015, 

- акт сдачи-приемки скважины № 862 куст № 6 в производство работ,

- акт сдачи-приема скважины № 862 куст № 6 из производства работ.

Таким образом, по мнению истца, ответчиком согласованы и приняты дополнительные работы по ликвидации геологического осложнения на скважине № 862 на сумму 217 338 279,39 руб.

В связи с тем, что сторонами не достигнуто соглашение по поводу определения объема и стоимости дополнительных работ и материалов в целях устранения подрядчиком геологических осложнений на скважинах № 841, № 862, а определение указанных исходных данных требует специальных познаний, апелляционным судом определением от 05.06.2019 удовлетворено ходатайство общества «Интегра – Бурение» о назначении повторной комиссионной судебной экспертизы. Проведение экспертизы поручено экспертной группе Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Уфимскому государственному нефтяному техническому университету» в составе: Хафизова Айрата Римовича, Левинсона Льва Михайловича, Мулюкова Рината Абдрахмановича, Чижова Александра Петровича.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

- исходя из анализа суточных рапортов геолого-технологических исследований определить, какой объем дополнительных работ (операций), связанных с устранением геологического осложнения на скважине №841 Пеляткинского ГКМ, был выполнен обществом «Интегра-Бурение», а также какое совокупное производительное время (в сутках, часах, минутах) было затрачено на выполнение данных дополнительных работ (операций)?

- что явилось причиной/причинами инцидента, произошедшего 21.12.2014 в период строительства скважины № 862 Пеляткинского ГКМ: геологические осложнения (в понимании раздела «Термины и определения», применяемые в договоре №12-158/14 от 25.04.2014), либо неудовлетворительная работа подрядчика (нарушение условий договора и приложений к нему, проектной документации, нормативно-технической документации и иных нормативных документов, устанавливающих требования безопасности на объектах нефтегазодобывающих производств, в том числе к технологии бурения скважин)?

30.07.2019 в апелляционный суд поступило заключение экспертов от 24.07.2019 № 047-541/14.

На вопрос об определении объема дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841, выполненных обществом «Интегра-Бурение» и производительного времени (в сутках, часах, минутах), затраченного на выполнение дополнительных работ, комиссия экспертов ответила следующим образом. 

Всего работы по ликвидации осложнения по геологическим причинам на скважине № 841 Пеляткинского ГКМ проводились в два периода:

период - в течение 12 дней с 30.03.2016 с 2 часов 30 минут по 10.04.2016 до 19 часов 45 минут,

период - в течение 3 дней с 16.04.2016 с 21 часа 55 минут по 18.04.2016 до 24 часов 00 минут.

Объем дополнительных работ (операций), связанных с устранением геологического осложнения на скважине № 841 Пеляткинского ГКМ, выполнен обществом «Интегра-Бурение» и составил 181 операцию.

Совокупное производительное время (в сутках, часах и минутах), которое было затрачено на выполнение данных дополнительных работ (операций) составило 170 часов 41 минуту.

По вопросу о причине (причинах) произошедшего 21.12.2014 инцидента в период строительства скважины № 862 Пеляткинского ГКМ (геологические осложнения либо неудовлетворительная работа подрядчика), эксперты пришли к следующему выводу. 

Причиной осложнения и последующего прихвата, приведшего к инциденту, является геологическое осложнение, которое произошло в результате интенсивного разрушения стенок ствола скважины и непрогнозируемого обвалообразования слабосцементированных пород содержащих угли в интервале 3105-3165 м. ствола скважины № 862 Пеляткинского ГКМ.

Причиной инцидента, произошедшего 21.12.2014 в период строительства скважины № 862 Пеляткинского ГКМ, является геологические осложнение (в понимании раздела «термины и определения» договора от 25.04.2014 № 12-158/14).

Все технологические операции по подготовке ствола скважины, сборке и спуску хвостовика проводились подрядчиком в соответствии с требованиями проектных документов, в точном соответствии с Планом на спуск хвостовика, под контролем супервайзеров обществ «Таймыргаз» и «Интегра-Бурение» и с фиксацией соответствующими актами.

Нарушения условий договора и приложений к нему, нормативно технической документации и иных нормативных документов, устанавливающих требования безопасности на объектах нефтегазодобывающих производств, в том числе к технологии бурения скважин, со стороны подрядчика отсутствуют.

В соответствии с частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение экспертов является одним из доказательств по делу, не имеет заранее установленной силы и оценивается наряду с другими доказательствами.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе». 

Суд оценивает доказательства, в том числе экспертное заключение, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Ознакомившись с экспертным заключением от 24.07.2019 № 047-541/14, сопоставив выводы экспертов с имеющимися в деле доказательствами и пояснениями лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает возможным частично учесть мнения экспертов по первому вопросу, по второму вопросу выводы экспертов во внимание апелляционным судом не принимаются по следующим основаниям.

При рассмотрении вопроса об определении производительного времени, затраченного подрядчиком на выполнение дополнительных работ на скважине № 841, судебная коллегия принимает во внимание дополнительные пояснения ответчика от 12.03.2020. Работы, выполненные истцом 17 и 18 апреля 2016 года, учтенные экспертами как дополнительные, не подлежат оплате ответчиком. В материалы дела представлен акт от 11.05.2016 № 31 технического расследования инцидента по ожиданию завоза химреагентов на куст № 4 (скважина 841), составленный обществом «Интегра-Бурение» ( том 15, л.д.69-73). В акте указано, что отсутствие химических реагентов (утяжелителя) на скважине № 841 явилось причиной халатного отношения сотрудников общества «Интегра-Бурение» к исполнению своих должностных обязанностей (т. 15 л.д. 69). В данном акте зафиксировано, что в результате ожидания химреагентов подрядчику причинены убытки в размере 2,9 млн. руб. (прямые затраты), выраженные в 76 часах непроизводительного времени, не подлежащие оплате обществом «Таймыргаз». В соответствии с актом на непроизводительное время от 20.04.2016, непроизводительное время по вине общества «Интегра-Бурение» составило 76 часов с 11:00 часов 17 апреля до 15:00 часов 20 апреля 2016 года. 

Судебная коллегия соглашается в указанной части с доводами ответчика,  возражения ответчика по выводам экспертов основаны на первичной документации, оформленной непосредственно при исполнении договора.

При таких обстоятельствах экспертами необоснованно для определения стоимости дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 включено 13 часов за 17.04.2016 и 24 часа за 18.04.2016, всего 37 часов (13 часов + 24 часа). Таким образом, совокупное производительное время, затраченное на выполнение дополнительных работ (операций) со 170 часов 41 минуты подлежит уменьшению на 37 часов, что соответствует 133 часам 41 минуте и, соответственно - 5,56 суткам.

При этом, судом апелляционной инстанции принят во внимание первичный документ, составленный самим истцом непосредственно при исполнении обязательств по договору, а также отсутствие ясных и однозначных пояснений об основаниях включения в расчеты 17-18.04.2016 со стороны экспертов, как в их письменных пояснениях, так  и в пояснениях, данных в судебном заседании, проведенного посредством видеоконференцсвязи.

Оценив в совокупности все доказательства и доводы сторон, суд приходит к выводу о том, что обществом «Интегра-Бурение» необоснованно предъявлена заказчику к оплате стоимость дополнительных работ по устранению осложнения на скважине № 841 на сумму 39 661 964,44 руб. с НДС из расчета 13,08 суток устранения осложнения и суточных ставок (согласно приложению № 5 к договору).

Не может судебная коллегия согласиться и с расчетами ответчика. По расчетам заказчика период выполнения дополнительных работ по устранению последствий геологического осложнения составил 3,32 суток (79 часов 68 минут). Исходя из суточной ставки 2 569 712,10 руб. без НДС, установленной пунктом 5 приложения № 5 к договору, стоимость дополнительных работ составила 10 067 104,12 руб. с НДС (3,32 суток х 2 569 712,10 руб. без НДС + 18% НДС). 

Истец и ответчик в обоснование своей позиции представили суточные сводки проведения работ на объекте строительства, обществом «Таймыргаз» также сформирована выписка суточной сводки выполнения работ, связанных с устранением геологического осложнения на скважине № 841 в период с 30.03.2016 по 18.04.2016. 

Вместе с тем, для оценки обстоятельств проведения основных или дополнительных работ требуются специальные познания, какой–либо методики, алгоритма определения дополнительных работ сторонами в договоре не предусмотрено.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд принимает выводы по результатам повторной экспертизы в части, не противоречащей первичной документации, оформленной при исполнении договора, и полагает, что дополнительные работы, выполненные подрядчиком в ходе устранения геологического осложнения, подлежат оплате заказчиком из расчета их выполнения в течение 5,56 суток (за вычетом времени простоя по вине самого подрядчика).

По указанным основаниям, судебная коллегия также определяет величину 5,56 суток, как обоснованную величину, подлежащую включению в расчеты неустоек.

Ответчиком произведена частичная оплата на сумму 10 067 104 рубля 12 копеек по платежному поручению от 12.09.2017 № 2939 и на сумму 75806 рублей 50 копеек по платежному поручению №2239 от 26.11.2018.

Таким образом, по расчету суда апелляционной инстанции, исходя из суточной ставки 2 569 712,10 руб. без НДС, установленной пунктом 5 приложения № 5 к договору, стоимость дополнительных работ по устранению последствий геологического осложнения на скважине №841 составила 16 859 367,15 руб. с НДС (5,56 суток х 2 569 712,10 руб. без НДС + 18% НДС). 

С учетом частичных оплат долг заказчика составил 6 716 456,53 руб. (16859367,15 – 10067104,12 – 75806,50).

Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика.

Остальные возражения и расчеты ответчика, в том числе предоставленные в судебное заседание 20.04.2020, 26.05.2020 о недостоверности экспертизы и недоказанности времени выполнения дополнительных операций с приложением  нового расчета времени выполнения дополнительных работ по устранению геологического осложнения на скважине № 841 из расчета не 5,56 суток, а 4,83 суток, подлежат отклонению. Возражения ответчика сводятся к несогласию с выводами экспертов и основаны на предположительных доводах ответчика. При этом суд учитывает как отсутствие в договоре методики разграничения основных и дополнительных работ, так и отсутствие у представителя ответчика специальных познаний. Приняты во внимание судом пояснения экспертов от  03.02.2020 №047-18/14 (стр.17-26).

Судебная коллегия также признает необоснованными доводы ответчика о необъективности проведенной повторной экспертизы ввиду наличия в заключении большого количества цитат и заимствований из заключения специалиста Шутько С.Ю. Само по себе наличие в экспертном заключении цитат и заимствований отдельных положений из научных работ других специалистов не может свидетельствовать о заинтересованности или  некомпетентности экспертов, допустивших такое цитирование. Представленное в апелляционный суд заключение экспертов содержит самостоятельные выводы, сделанные ими на основе собственного проведенного исследования. Таким образом, экспертное заключение от 24.07.2019 № 047-541/14 не представляет собой сплошную компиляцию из заимствованных высказываний специалиста Шутько С.Ю. В данном случае заимствование осуществлено экспертами в том объеме, в котором оно оправдано целями цитирования, учитывая, что сфера проведения исследования является специфичной, узкой, профессиональной, обладает своим понятийно-категориальным аппаратом. В связи с этим, цитирование и заимствование некоторых положений, выводов иных специалистов в этой же области неизбежно. 

Расходы для доставки материалов.

Истцом были заявлены к взысканию расходы по дополнительным материалам в сумме 9 129 397,50 руб., которые потребовались для устранения геологического осложнения на скважине № 841.

Согласно п. 7 Приложения № 5 к договору заказчик оплачивает подрядчику стоимость дополнительных материалов и оборудования из фактически произведенных затрат на их приобретение и доставку + 10% (накладные расходы) в объеме и по маршруту, согласованному с заказчиком, при наличии подписанных обеими сторонами дополнительных соглашений. 

В ходе рассмотрения спора ответчик произвел оплату в сумме 7 531 056,57 руб.     Таким образом, по мнению истца, с учетом частичной оплаты ответчиком задолженность по оплате расходов на дополнительные материалы на скважине № 841 составляет  1 598 340,93 руб., что составляет стоимость доставки авиатранспортом по маршруту Тазовск Пеляткинское ГКМ 13-ти тонн мела. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований истца в данной части, указал, что представленные истцом в рамках рассмотрения дела документы в подтверждение необходимости срочного завоза материала на скв. №841 с помощью авиатранспорта не имеют относимости к существу рассматриваемого спора и не доказывают наличие согласования заказчика на проведение данных затрат.      

           Как следует из материалов дела, в связи с инцидентом на скважине №841 стороны согласовали дополнительное количество химреагентов, не входящих в расход материалов для бурения (протокол от 04.04.2016, акты дополнительного расхода химреагентов от 31.03.2016 – 10.04 2016 7, том 7, л.д.191-209). 

           В соответствии с положениями п. 7 Приложения № 5 к договору заказчик произвел оплату за согласованный объем материала, что не оспаривается истцом.

           Оценив обстоятельства спора, судебная коллегия, соглашается с выводами суда, основания отнесения на заказчика расходов подрядчика, связанных с доставкой дополнительных химических реагентов авиатранспортом в сумме 1 598 340,93 руб. применительно к  вышеуказанным условиям договора документально не подтверждены, с заказчиком не согласованы, следовательно, возмещению ответчиком не подлежат. 

         Кроме того, указанные расходы являются предпринимательским риском общества «Интегра-Бурение», связанным с ненадлежащим обеспечением сохранности материалов. Вывод апелляционного суда основан на следующем.

В материалы дела представлены программы строительства скважин и применения буровых растворов, из которых следует, что необходимо иметь резервные материалы и материалы на случай технологического осложнения, без их наличия забуривание скважины запрещено. В указанных документах детально регламентированы как  наименование, так и объем, концентрация химических реагентов.

До начала бурения подрядчик должен был обеспечить наличие надлежащего количества химических реагентов, в том числе и для применения в случае инцидентов при бурении скважин. Вместе с тем, в материалы дела представлен акт от 11.05.2016 № 31 технического расследования инцидента по ожиданию завоза химреагентов на куст № 4 (скважина 841), составленный обществом «Интегра-Бурение» (том 15, л.д.69-73). В акте указано, что отсутствие химических реагентов (утяжелителя) на скважине № 841 явилось причиной халатного отношения сотрудников общества «Интегра-Бурение» к исполнению своих должностных обязанностей.

Как следует из указанного акта, а также переписки с ООО «Бурсервис»  о наличии материалов на кустовых площадках  №4 и №6 Пелятскинского месторождения (том 12, л.д.134,141-142) во вине работников общества «Интегра-Бурение» запас химических реагентов находился под снегом, из- за недостатка обнаруженного количества необходим срочный завоз мела на скважину № 841. В апреле 2016 года в период инцидента по вине работников подрядчика (отсутствие информации  о фактическом наличии утяжелителя, отказ работников по поиску химии, ненадлежащая организация проезда на куст № 6 для розыска химии, частичный подъем химреагентов после откапывания из-под снега) работы на скважине №841 не были обеспечены необходимым количеством материала (том 15, л.д 54-55,59-60, 75-85), виновные работники подрядчика привлечены к дисциплинарной ответственности (том 15, л.д.62).

В указанном акте содержатся причины ожидания реагентов: отсутствие на кусте №4, весь утяжелитель  находится на кусте №6, инженер не знает фактического остатка, ИТР не проверил фактическое наличие, а также выводы: халатное отношение к выполнению должностных обязанностей, отсутствие контроля за выполнением работ, мобилизация химреаагентов не выполнена в полном объеме.

Общество «Интегра-Бурение», как профессиональный участник рынка подрядных строительных работ, приступая к выполнению обязательств по договору, обязано не только обеспечить необходимый запас материалов, но и принять меры по обеспечению его хранения и сохранности на весь период исполнения контракта, возможности полной мобилизации в случае необходимости. Установленные в акте  обстоятельства, напротив свидетельствуют о неосмотрительном и незаботливом отношении подрядчика к соответствующим материалам. Повторное их приобретение и оперативная доставка к месту производства работ дорогостоящим авиатранспортом являются попытками подрядчика по возложению на заказчика расходов, которых можно было бы избежать в случае проявления им минимальной степени осмотрительности и добросовестности. 

            При таких обстоятельствах, доводы о том, что истец представил в материалы дела доказательства, подтверждающие факт несения расходов на авиатранспорт в заявленном к взысканию размере, а именно: акт о выполнении авиационных работ на вертолете МИ-26Т на сумму 2 029 797, 00 руб.. акт-отчет о выполнении заявки на полет от 16.04.2016, заявку № 000000837 от 22.04.2016 , заявку на полет №3/4 от 28.04.2016 , платежное поручение №1754 от 26.04.2016 предоплата за авиационное обслуживание, приложение № 1 к акту выполненных работ № 733 от 28.04.2016 с указанием суммы оплаченных расходов в размере 2 029 797, 00 руб., справку о весе багажа, не имеют правового значения.

С учетом изложенного, расходы по оплате услуг авиаперевозки химических реагентов в сумме 1 598 340, 93 руб. не подлежат отнесению на заказчика, в удовлетворении указанного требования следует отказать.

 

Скважина № 862. 

По расчетам истца стоимость дополнительных работ, потребовавшихся для устранения инцидента (прихват обсадной колонны хвостовика) на скважине № 862 Пеляткинского ГКМ (из расчета 55 суток), включая перебур хвостовика, составила 217 338 279,39 руб. с учетом НДС, которая ответчиком не оплачена. 

По мнению заказчика, обрушение горных пород могло возникнуть из-за простоя скважины с отрытым стволом (5,5 суток по вине подрядчика до начала спуска хвостовика). Более того, по вине подрядчика 4 суток продолжался затянутый срок спуска хвостовика, когда необходимо было выполнить его подъем при первой посадке, калибровку и проработку ствола скважины после подъема хвостовика, затем произвести повторный спуск хвостовика до его прихвата. По сути, открытый ствол простоял более 9 суток по вине подрядчика из-за низкой организованности и технологической готовности, ошибок при бурении ствола с набором кривизны и подготовки ствола к спуску хвостовка. В результате простоя скважины с открытым стволом происходило набухание пород, возможно произошло обрушение породы из стенки скважины под влиянием горного давления, которое на глубине прихвата было максимальным для условий бурения. Эти обстоятельства, безусловно, отрицательно повлияли на спуск хвостовка и его прихват.

В материалы дела представлены многочисленные заключения экспертов, рецензии на заключения.

По мнению части экспертов и рецензентов причинами посадок (первая посадка в открытом стволе на интервале спуска 2 808 - 2 832 м.) и прихвата хвостовика (окончательная посадка на глубине 3 125 м.) являются ошибки, допущенные подрядчиком на этапе формирования профиля искривленного интервала. Из-за волнообразного перегиба ствола скважины на интервале 2 940-2 200 м. произошли повышенные сопротивления при спуске хвостовика. В том числе, отверстие башмака обсадной колонны БКМ-168 было выполнено долотом диаметром 142,9 мм. Это не является отклонением от проекта, но поскольку над башмаком ствол скважины имел кривизну выше установленной проектом, это приводило к дополнительным сопротивлениям при спуске хвостовика и ее посадкам при спуске. В совокупности указанных факторов, вызванных ошибками при формировании криволинейного участка ствола скважины, наличие длительного простоя открытого ствола скважины, рост сил сопротивления при спуске чрезвычайно деформированного в разных направлениях хвостовика оказался непреодолимым, что и привело к инциденту. Подтверждение вывода о причинах аварии с хвостовиком является то, что второй ствол, пробуренный рядом с первым в аналогичных горно-геологических условиях взамен аварийного, выполнен с более плавным набором кривизны без отклонений от допустимых значений по интенсивности искривления и без существенных перегибов, что в результате позволило успешно без посадок произвести спуск хвостовика и завершить строительство ствола с горизонтальным окончанием.

По мнению подрядчика, причиной инцидента, связанного с заклиниванием хвостовика в горизонтальной части ствола скважины, явилось наличие геологического осложнения в стволе скважины (в понимании договора подряда)  в виде обнаружения углей и углесодержащих толщ с содержанием до 80% угля в шламе. Нарушения требований безопасности со стороны истца отсутствуют, что также подтверждено повторной экспертизой. Истец выполнил дополнительные работы, не предусмотренные договором: часть хвостовика была извлечена из скважины, ствол скважины был перебурен.

По мнению истца, ответчик согласовал и принял дополнительно выполненные работы по ликвидации геологического осложнения на скважине № 862 на сумму 217 338 279,39 руб. с учетом произведенного повторного бурения, о чем свидетельствуют следующие документы:

-протокол еженедельного совместного селекторного совещания ОАО «Таймыргаз» и ООО «Интегра-Бурение» от 22.12.2014,

- дополнительный план производства работ по скважине № 862 от 25.12.2014 (том 10, л.д.127-140),

- план работ по зарезке бокового ствола на скважине №862 (том 10),

- дополнительная программа по бурению горизонтального участка скважины № 862 (том 10, л.д.141),

- акт от 09.03.2015 об окончании бурения скважины № 862 куста № 6 Пеляткинского ГКМ (том 6, л.д.135),, 

- акт приема-передачи эксплуатационной газовой скважины № 862 кустовой площадки № 6 Пеляткинского ГКМ (законченной бурением) от 18.03.2015 (том 6, л.д.136), 

- акт о спущенных трубах НКТ от 14.04.2015 (том 6, л.д.137-140), 

- акт о приемке выполненных работ от 04.04.2015 (том 6, л.д. 141), 

- справка о стоимости выполненных работ и затрат от 20.04.2015 (том 6, л.д.142),

- акт о приемке выполненных работ от 20.04.2015 (том 6, л.д.143), 

- счет-фактура № 989 от 20.04.2015 (том 6, л.д.144), 

- акт сдачи-приемки скважины № 862 куст № 6 в производство работ (том 6, л.д.145-146),

- акт сдачи-приема скважины № 862 куст № 6 из производства работ (том 6, л.д.147-148).

Оценив как указанные документы, так и иные документы в их совокупности, выводы экспертов, доводы сторон, судебная коллегия приходит к выводу о том, что представленные в материалы дела доказательства не позволяют апелляционному суду прийти к выводу о том, что на этапе бурения скважины № 862 куста № 6 Пеляткинского ГКМ произошло событие, подпадающее под признаки геологического осложнения в понимании договора, заключенного сторонами.

 Каких-либо доказательств согласования ответчиком дополнительных работ применительно к условиям договора, в материалы дела не представлено. Более того, как при исполнении договора, так и на протяжении всего судебного разбирательства заказчик квалифицировал аварийную ситуацию как брак по вине подрядчика.

Акт о начале осложнения от 21.12.2014 (том 11, л.д.150) с указанием геологического осложнения заказчиком не подписан. В акте представителем заказчика указано, что потеря подвижности  произошла не в процессе бурения, а при спуске обсадной колонны, когда подрядчик уже обладал всей полнотой геологической информации касающейся интервала и установки обсадной колонны.

Истец ссылается на протокол еженедельного совместного селекторного совещания ОАО «Таймыргаз» и ООО «Интегра-Бурение» от 22.12.2014.

Вместе с тем, как следует из пункта 6 протокола еженедельного совместного селекторного совещания ОАО «Таймыргаз» и ООО «Интегра-Бурение» от 22.12.2014 подрядчику указано на необходимость разработать график выполнения работ по устранению брака.

Ни в одном из указанных истцом документов нет сведений о квалификации, согласовании и принятии работ по устранению брака, как дополнительных.

Судебная коллегия также оценивает действия подрядчика, как профессионального участника правоотношений, применительно к условиям договора и требованиям законодательства.

          В соответствии с пунктом 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

          Согласно пункту 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

          Положениям статьи 716  Гражданского кодекса Российской Федерации корреспондируют условия договора подряда (пункта 7.2.21).

Доказательств того, что подрядчик в ходе бурения под хвостовик информировал заказчика  о имеющимся геологическом осложнении, в соответствии с условиями договора (пункт 7.2.21) направлял в адрес заказчика какие-либо уведомления и  предупреждения в материалы дела не представлено. 

В письмах №ТГ/ 7456/34 от 23.12.2014,  № ТГ/7548от 26.12.2014 ОАО «Таймыргаз» указывает подрядчику на нарушение условий договора (пункт 7.2.21), а также обращает внимание, что потеря подвижности  произошла не в процессе бурения, а при спуске обсадной колонны, когда подрядчик уже обладал всей полнотой геологической информации касающейся интервала установки обсадной колонны, однако не принял никаких мер для сохранения устойчивости стенок скважины. Также заказчиком дано указание о том, что скважина должна быть пробурена до проектного забоя, колонны должны быть спущены в соответствии с Техническим заданием к договору.

         С учетом изложенного, доводы о том, что истец выполнял дополнительные работы по ликвидации геологического осложнения, а ответчик согласовал выполнение дополнительных работ, отклоняются, как противоречащие представленным в материалы дела доказательствам.

        Довод истца о том, что 20.12.2014 стороны подписали Акт готовности ствола скважины к спуску хвостовика (том 11, л.д.149),  не имеет правового значения.

Подписывая акт о готовности ствола скважины № 862 к спуску хвостовика, заказчик и подрядчик исходили из того, что ствол готов к спуску хвостовика. Более того, после простоя скважины с открытым стволом 4 суток не было выявлено геологических проявлений в виде обрушений породы, что позволяло считать ствол скважины  устойчивым.

Действия заказчика не являются причиной инцидента, произошедшего  21.12.2014 и основанием для возложения на него расходов по перебуру скважины.

Более того, в материалы дела представлен акт на непроизводительное время от 25.02.2015, подписанный как со стороны истца, так и представителем ответчика (том 7, л.д.220),  в указанном акте стороны зафиксировали факт непроизводительного времени с 21.12.2014 (с 12 час. 45 мин.) по 25.02.2015 (21 час.50 мин), в связи с выполнением работ по ликвидации последствий прихвата. В акте зафиксированы сведения: непроизводительное время составило 58,8 суток, причина: прихват хвостовика, виновная сторона : ООО «Интегра-Бурение». 

В указанном акте не содержатся сведения о дополнительных работах по причине геологического осложнения, акт подписан сторонами без замечаний.

В письме №226 от 31.03.2015 ООО «Интегра-Бурение» признает, что при строительстве скважины были допущены упущения организационно-технологического характера, что привело к просрочке выполнения работ по вине подрядчика, обратился с просьбой не применять штрафные санкции за отклонение календарно-сетевого графика, в связи с произошедшем инцидентом на скважине №862. (том 2, л.д.38).

Судебная коллегия учитывает, что подрядчик в 2015 году признавал свою вину, и только после предъявления в 2017 году неустойки со стороны заказчика изменил свою позицию, квалифицировав спорные работы, как дополнительные работы в связи с геологическим осложнением.

          Тот факт, что заказчиком приняты выполненные работы с учетом произведенного перебура второго хвостовика, свидетельствуют лишь о принятии качественно выполненных работ, а не о принятии дополнительных работ, в связи с чем, ссылки истца на акт об окончания бурения скв. № 862 к.6 Пеляткинского ГКМ от 09.03.2015 (т. 6, л.д. 135), акт приема-передачи эксплуатационной газовой скважины № 862 кустовой площадки №6 Пеляткинского ГКМ (законченной бурением) от 18.03.2015 (т. 6, л.д. 136), акт о спущенных трубах НКТ от 14.04.2015 (т. 6, л.д. 137-140), акт о приемке выполненных работ от 04.04.2015 (т. 6, л.д. 141), справку о стоимости выполненных работ и затрат от 20.04.2015 (т. 6, л.д. 142), акт о приемке выполненных работ от 20.04.2015 (т. 6, л.д. 143), счет-фактуру № 989 от 20.04.2015 (т. 6, л.д. 144), акт сдачи-приёма скважины № 862 куст № 6 в производство работ (т. 6, л.д. 145-146), акт сдачи-приёма скважины № 862 куст № 6 из производства работ (т. 6, л.д. 147-148), не имеют правового значения.  Качественно выполненные работы ответчиком оплачены, что истцом не опровергается.                 

         Не могут быть приняты и доводы истца о том, что:

-  при осуществлении работ на скважине № 862  ответчику направлялись шламограммы, из которых следует, что при бурении на трёх участках скважины наблюдалось наличие угля в шламе, 

- представитель заказчика (супервайзер)  подтвердил наличие угля, 

- ответчик не давал истцу указаний о приостановке работ или об изменении порядка их осуществления. 

         Как следует из акта об осмотре оборудования от 11.01.2015 и акта отбора проб от 13.01.2015 супервайзер не согласился с выводами подрядчика, указав, что образцы проб извлеченного материала рекомендуется отправить в стационарную лабораторию для химического анализа на наличие угля.

         Как следует из материалов дела и не опровергается сторонами, лабораторный химический анализ проведен не был.  Таким образом, факт наличия угля документально не подтвержден. 

         При этом, оценив многочисленные заключения экспертов, рецензии специалистов, судебная коллегия пришла к выводу о том, что без химического анализа в  лабораторных условиях визуально определить уголь в шламе с достоверностью нельзя. В документах истец указывает термин «угольный детрит» (том 7, л.д.219) и «углефицированный  детрит», который не может являться прямым доказательством существования угольных пластов без подтверждения данными каротажа скважины, и  не может являться материалом, с которым связан прихват бурового оборудования. Так называемая угольная крошка может появиться в шламе в результате истирания углефицированного  детрита буровым инструментов и внешне не будет отличаться от угольной. 

          В отсутствие лабораторного анализа шлама идентификация материала может быть только предположительной. С учетом изложенного, ссылки истца на шламограммы отклоняются.

           Каких-либо препятствий для проведения лабораторного анализа шлама, истец не приводит. 

          В тоже время, при наличии разногласий о действительности шламограммы с заказчиком по показателям мощность и процентное соотношение углесодержащих пород (письма заказчика №ТГ/ 7456/34 от 23.12.2014,  № ТГ/7548от 26.12.2014), а также соответствующих указаний супервайзера о необходимости провести анализ, общество «Интегра-Бурение», как профессиональный участник рынка подрядных строительных работ, должен был проявить осмотрительность и принять к меры к проведению лабораторного исследования шлама на предмет наличия угля.

           В отсутствие достоверного и допустимого доказательства наличия угля в шламе, а соответственно и доказательства геологического осложнения на скважине № 862 в понимании договора подряда, истец не вправе возлагать свои расходы, связанные с перебуром скважины до проектного забоя (то есть для достижения надлежащего и качественного результата работ), на заказчика.

          В соответствии с «Технологической схемой разработки Пеляткинского ГКМ», утвержденной Протоколом ЦКР Роснедра от 25.12.2014 №6174 на месторождении предусмотрен отбор керна из продуктивных горизонтов в первой вертикальной скважине в кустовой площадке» (том 19, л.д.29-31).

         Такой отбор был произведен на скважине № 861 (первая, вертикальная или «пилотная»), промаркирован и передан заказчику в соответствии с требованиями РД 39-0147716-505-85. Керн, характеризующий интервал продуктивного горизонта СД-УШ –место прихвата хвостовика на скважине №862, не содержит углистые прослои, которые могли бы привести к высокому содержанию угля в шламе (10-20%) и к осложнению. Описание керна с фотографиями приобщены к материалам дела (том 19, л.д.32-45).

          Судебная коллегия также учитывает, что при бурении ствола-дублера, выполненном в соответствии с Проектом ГРП-122Г, никаких инцидентов не возникло, ствол пробурен до проектной отметки и принят заказчиком в эксплуатацию. Указанное обстоятельство также свидетельствует о том, что причиной инцидента при бурении скважины № 862 явилось не геологическое осложнение, а допущенные подрядчиком технологические нарушения при выполнении работ.

Отклоняя доводы истца и выводы экспертов Уфимского государственного нефтяного технического университета, а также аналогичные выводы иных экспертов и рецензентов о наличии геологического осложнения на этапе бурения скважины № 862 куста № 6 Пеляткинского ГКМ, судебная коллегия принимает во внимание документы, составленные сторонами непосредственно после аварийной ситуации, доказательства, сформированные непосредственно при исполнении договора, в том числе, со стороны самого истца, указавшего в акте от 25.02.2015 о наличии вины подрядчика. 

 Кроме того, апелляционный суд принимает во внимание и тот факт, что вывод экспертов о причинах инцидента на скважине № 862 носит вероятный, а не утвердительный характер. В частности, в письменных пояснениях экспертов от 03.02.2020 на вопросы сторон указано следующее.  

В заключении (далее по тексту – заключение повторной экспертизы) экспертами проанализировано наличие углей во всей Суходудинской свите и по другим скважинам Пеляткинского ГКМ. Согласно ведомости отбора проб шлама по близко расположенной скважине № 863 экспертами обнаружено 3 пласта с содержанием углей до 20% общей длинной 25 м. 

Между тем, скважина № 863 пробурена без осложнений, породы в массе устойчивы. К экспертному заключению приложена схематическая карта возможного развития угольной линзы. Очевидно развитие угольного пласта в месте седловины между С-В и Ю-З локальными поднятиями палеорельефа на момент формирования Суходудинской свиты. Между тем, эксперты признают, что для резервуарного (локального, в пределах сетки скважин) прогноза развития пропластков угля необходимо провести специальные научные исследования, палеографический, фациальный анализ и сейсмогеологическое моделирование по материалам сейсморазведочных работ, которые в данном случае не проводились.

Как установлено судебной коллегий в заключении повторной экспертизы также не содержится анализ описания керна по скважине №861 («пилотной») этого же месторождения, согласно которому в интервале прихвата хвостовика угольные пласты отсутствуют.

При этом, вертикальная скважина №861 пройдена со сплошным отбором керна в интервале 2585-2618 м, который полностью захватывает пласт СД-УШ –место прихвата хвостовика на скважине №862 (скважина № 862 вскрыла пласт на глубине 2812,3м по стволу, 2581м по вертикали). Таким образом, по всему пласту, вскрытому скважиной №862, в скважине №861 керн был отобран, в указанном интервале вынос керна составил 100%, из описания следует, что керн представлен, в основном, песчаником и алевролитом. По результатам интерпретации данных ГИС скважины №862, пласт СД-УШ  с глубины 2812,3 м и до забоя представлен песчаником, наличие угля не отмечено.

Таким образом, выводы экспертов о наличии угольных прослоев, об их объеме и распространении в месторасположения скважины № 862, носят вероятностный и теоретизированный характер, не основаны на непосредственном эмпирическом исследовании породы в скважине № 862 и не учитывают фактический анализ керна по скважине №861 в соответствии с «Технологической схемой разработки Пеляткинского ГКМ».  С учетом изложенного, анализ экспертами  шламограммы по скважине №863, не может восполнить отсутствие указанного исследования.

Кроме того, согласно журналам ГТИ вынос углистых веществ в шламе по второму стволу скважины №862 не превышал 20%, что совпадает с количеством угля указанным в пункте 4.3 заключения повторной экспертизы по скважине №863. Инцидентов и прихватов во втором стволе скважины №862 и при бурении скважины №863 не зафиксировано, что свидетельствует о безаварийном бурении с проектными параметрами в условиях наличия 20% содержания угля в скважине. 

 Факты залегания и обнаружения угля в Суходудинской свите в целом не свидетельствуют об их наличии в скважине № 862, равно как и не исключают их полное отсутствие в ней. Однако выводы на основании обобщения данных и сведений, содержащихся в научных работах, не могут быть положены в основу принятия судом решения о возложении на ответчика имущественных обязательств. 

В отсутствие оценки экспертами обстоятельства простоя скважины с необсаженным стволом, анализа состава работ по окончании процесса бурения скважины с 12.12.2014 до прихвата хвостовика 21.12.2014, оснований для выводов об отсутствии брака со стороны подрядчика и упущений организационно-технологического характера, которые  привели к перебуру ствола скважины и которые в период исполнения обязательств признавал сам истец, у суда не имеется. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В материалы настоящего дела представлено несколько рецензий на заключение экспертов от 24.07.2019 № 047-541/14, в том числе, Томского политехнического университета, Московского государственного университета им. Ломоносова М.В., института нефти и газа ФГБОУ ВО «СФУ», содержащих комментарии о некорректности, противоречивости, недостоверности выводов экспертов Уфимского государственного нефтяного технического университета относительно наличия углей в нижней части Суходудинской свиты и связанного с этим геологического осложнения при проведении работ на скважине № 862. 

Проанализировав содержание поступивших рецензий, судебная коллегия установила следующее. Мнения специалистов в области геологии (рецензентов), по своей сути, сводятся к различному толкованию понятий и категорий, таких как: «геологическое осложнение», «уголь», «углефицированный детрит». Следует обратить внимание на то, что рецензенты не пришли к единому пониманию причины инцидента,  произошедшего на скважине № 862. Апелляционный суд полагает, что такой плюрализм мнений обусловлен глубокой теоритизированностью выводов экспертов и рецензентов, в связи отсутствием (не проведением) лабораторного исследования, которое не может быть в настоящее время проведено спустя 6 лет (с 2014 года) после инцидента.   Все выводы экспертов, рецензентов сводятся в основном к теоретическим рассуждениям о наличии или отсутствии угля в нижней части Суходудинской свиты.

С учетом изложенного, а также анализа первичных документов, составленных в 2014-2015 гг., судебная коллегия приходит к выводу о том, что проведение повторной судебной экспертизы с постановкой перед экспертами тех же самых вопросов не будет являться целесообразным, не приведет к устранению многообразия мнений, поэтому многочисленные ходатайства ответчика (общества «Норильскгазпром») о назначении дополнительной, повторной экспертизы судебной коллегией отклонены. На вопросы сторон и суда, возникшие после ознакомления с заключением, эксперты ответили в судебном заседании и представили письменные пояснения. 

В соответствии с п. 3.2. договора стоимость работ подлежит увеличению на сумму произведенных и согласованных сторонами дополнительных работ.

          Согласно абзацу 3 пункта 1.3 договора в случаях возникновения геологического осложнения, произошедшего не по вине подрядчика, сроки выполнения работ по договору продлеваются на время устранения геологического осложнения.

         Применение указанных пунктов договора могло быть в случае геологического осложнения при проведении работ на скважине № 862. Однако, факт геологического осложнения судом первой инстанции не установлен. Оснований для иных выводов у судебной коллегии также не имеется по уже изложенным выше основаниям.

       Кроме того, судебная коллегия полагает, что в случае каких-либо несоответствий (геологической характеристики разреза, проектных значений и т.п.) подрядчик обязан был принять меры к установлению литологического состава шлама (лабораторный анализ) и предупреждению осложнений и брака.

По условиям пункта 3.7 договора ликвидация аварий, брака в работе, иные работы, необходимость выполнения которых возникла по вине подрядчика, оплате не подлежат, в связи с чем, оснований для возмещения стоимости дополнительных работ, выполненных на скважине № 862 в сумме 217 338 279,39 руб., не имеется. 

В указанной части требование истца является необоснованным и удовлетворению не подлежит.  

Соответственно доводы апелляционной жалобы со ссылкой на пункт 1.3 договора о том, что геологическое осложнение на скважине №862 должно быть учтено при расчете неустойки, которую предъявил к зачету ответчик, являются также необоснованными. 

Неустойка, начисленная заказчику за просрочку оплаты работ.

В соответствии с пунктом 12.4 договора подряда за несоблюдение сроков оплаты выполненных работ, предусмотренных договором, заказчик уплачивает подрядчику неустойку в размере 0,1% от стоимости подлежащих уплате денежных средств за каждый день просрочки.

В материалы дела  в суде апелляционной инстанции истцом представлен уточненный расчет неустойки за просрочку оплаты выполненных работ за период с 22.08.2017 по 23.01.2019, размер неустойки составил 101 778 499 рублей 35 копеек.

Проверив указанный расчет, судебная коллегия признает указанный расчет верным. Период просрочки определен в соответствии с условиями договора (пункт 5.11) и с  учетом обстоятельств спора. 

Пунктом 5.11 договора предусмотрено, что оплата работ производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет подрядчика в течение 45 (сорока пяти) календарных дней с момента предъявления подрядчиком счета. 

Счет на оплату получен ответчиком 07.07.2017, срок для оплаты выполненных работ истек 21.08.2017. В установленный договором срок заказчик выполненные работы не оплатил, в связи с чем, истец правомерно произвел расчет неустойки с  22.08.2017.

 В расчете учтена оплата долга в виде зачета неустоек, обоснованно предъявленных заказчиком (в суммах 47066162,36 руб. и 15 346 405 , 74 руб.), а также частичная оплата долга по платежным поручениям в размере 21 618 141,40 руб, задействованы величины по инциденту на скважине №841, признанные судом апелляционной инстанции обоснованными (по уже изложенным выше основаниям).

По этим же основаниям остальные варианты расчетов сторон судом отклоняются. 

С учетом частичной оплаты ответчиком неустойки в сумме 943 892 рубля 06 копеек на стадии апелляционного производства, с ответчика подлежит взысканию неустойка за просрочу оплаты работ в сумме 100 834 607 рубля 29 копеек (101 778 499, 35  -  943 892, 06).

В соответствии с пунктом 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) заявление ответчика о применении положений статьи 333 Кодекса может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что ответчик в суде первой инстанции о снижении неустойки не заявлял, а также доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств по правилам статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил, что в данном случае исключает возможность применения к рассмотренному требованию статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Неосновательное обогащение.

22.08.2017 акционерное общество «ЮниКредит Банк» по требованию общества «Таймыргаз», во исполнение независимой гарантии от 02.09.2016 № 00170-02-0059805 выплатило заказчику 12 215 132,51 руб. – в счет возмещения суммы неустойки за просрочку выполнения работ на скважине № 641 Пеляткинского ГКМ (по претензии от 20.07.2017 № ТГ/3591/18).

         ООО «Интегра-Бурение» возместило банку платеж по гарантии по платежному поручению от 22.08.2017 (том 6, л.д.111).

        22.09.2017 ответчик оплатил истцу остаток задолженности, который, по мнению ответчика, составил 21 618 141,40 руб. (277 228 004 руб. (24 этап) - 43 770 655 руб. (стоимость консервации)- 211 839 207,60 руб. (зачет неустойки, рассчитанной ответчиком) - 12 215 132,51 руб.-(выплата банком).

        Истец с расчетом ответчика не согласен, считает, что основания для начисления неустойки отсутствуют, в связи с чем, зачет не состоялся, а выплаченная в пользу ответчика гарантия является неосновательным обогащением. 

По уже изложенным выше основаниям, доводы истца о необоснованном начислении заказчиком неустойки и отсутствии оснований для зачета не нашли своего подтверждения, оснований для взыскания суммы оплаты банковской гарантии в качестве неосновательного обогащения в размере 12 215 132 рубля 51 копейка, не имеется.

В указанной части судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции. В удовлетворении указанного требования следует отказать. 

Таким образом, общая сумма задолженности ответчика перед истцом по договору составила 298 879 265 рублей 13 копеек, которая сложилась из следующего:

277 228 004 руб. (стоимость выполненных работ на этапе № 24 включая консервацию) + 101 778 499 руб. 35 коп. (сумма неустойки за просрочку оплаты работ) + 6 716 456,53 руб. (стоимость дополнительных работ на скважине № 841) минус 47 066 162,36 руб. и 15 346 405,74 руб. (зачтенные суммы неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору) - 21 618 141,40 руб. - 943 892,06 руб. - 1 869 093,19 руб. (частичные оплаты ответчиком задолженности, в том числе на стадии апелляционного производства).

Указанная сумма задолженности  298 879 265 рублей 13 копеек, в том числе 198044657 рублей 84 копеек  задолженность по оплате работ по договору от 25.04.2014 №12-158/14/16-14/М, 100834607 рублей 29 копеек неустойка за просрочку оплаты работ,  подлежит взысканию с общества «Норильскгазпром» в пользу общества «Интегра-Бурение». 

В удовлетворении остальной части исковых требований следует отказать. 

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что необоснованный отказ в удовлетворении требований ООО «Интегра-Бурение» о взыскании стоимости выполненных им работ нарушает права заявителя на получение соразмерного работам денежного возмещения, на судебную защиту, а также не отвечает принципам осуществления эффективного правосудия. 

Согласно пункту 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. 

Согласно статье 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

Поскольку выводы суда первой инстанции не соответствовали обстоятельствам дела, то решение Арбитражного суда Красноярского края от 19 февраля 2019 года по делу № А33-22756/2017 подлежит отмене, с принятием нового судебного акта о частичном удовлетворении исковых требований.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Учитывая тот факт, что работа экспертами проведена, предоставлены ответы на поставленные вопросы, несмотря на принятие апелляционным судом не всех выводов комиссии экспертов, основания для снижения суммы вознаграждения экспертам отсутствуют. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что согласно платежному поручению от 28.11.2017 №6256 на депозитный счет суда первой инстанции истцом перечислено 300000 рублей для проведения экспертизы по делу №А33-22756/2017,  согласно платежному поручению от 19.04.2019 №1739 на депозитный счет суда апелляционной инстанции истцом перечислено 300000 рублей для проведения экспертизы, ответчиком  платежными поручениями от 24.05.2019 №2574, от 27.09.2019 №4740 перечислено 70000 рублей и 60000 рублей соответственно.

Стоимость услуг экспертов судом первой инстанции определена  в размере 280 000 рублей, судом апелляционной инстанции – 270 000 рублей.

Излишне уплаченные денежные средства в сумме 30 000 рублей, уплаченные обществом «Интегра-Бурение» за проведение экспертизы по платежному поручению от 19.04.2019 № 1739, следует возвратить истцу с депозита апелляционного суда, 130000 рублей, уплаченные обществом «Норильскгазпром» по платежным поручениям от 24.05.2019 № 2574, от 27.09.2019 №4740 подлежат возврату ответчику. 

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение спора в судах первой и апелляционной инстанциях, а также за проведение судебной экспертизы и повторной комиссионной экспертизы распределены судом с учетом положений статьи 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям (пропорция определена с учетом добровольной оплаты долга ответчиком после принятия иска к производству в судах первой  и апелляционной инстанции). 

Согласно платежному поручению №4622 от 07.09.2017 истец уплатил государственную пошлину в сумме 200 000 рублей по иску, а также произвел уплату государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

С учетом результата рассмотрения спора и принципа пропорционального распределения судебных расходов на ответчика относится 99074,35 руб. расходов по уплате государственной пошлины - по иску, 1486,2 руб.- по апелляционной жалобе, 138712 руб. по оплате услуг эксперта (первая инстанция), 133758 руб. – по оплате услуг экспертов (апелляция). В остальной части судебные расходы подлежат отнесению на истца. 

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца 100560 рублей 55 копеек расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска и апелляционной жалобы, 272470  рублей  - по оплате услуг экспертов.

Руководствуясь статьями 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

                                                ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 19 февраля 2019 года по делу № А33-22756/2017 отменить. Принять новый судебный акт.

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Интегра - Бурение» удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Норильскгазпром» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интегра-Бурение» 298 879 265 рублей 13 копеек, из них 198044657 рублей 84 копеек  - задолженности по оплате работ по договору от 25.04.2014 №12-158/14/16-14/М, 100834607 рублей 29 копеек – неустойки, а также 100560 рублей 55 копеек расходов по уплате государственной пошлины, 272470 руб. – по оплате услуг экспертов.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через суд, принявший решение.

 

Председательствующий

Л.Е. Споткай

Судьи:

О.Ю. Парфентьева

 

В.В. Радзиховская