﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-7893/2019-ГК

г. Пермь

22 августа 2019 года

Дело № А60-3025/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 августа 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Балдина Р.А., 

судей Гребенкиной Н.А., Григорьевой Н.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Полуднициным К.А.,

при участии:

от истца, ООО "Луч - тур", - Колесникова Н.И., паспорт, представитель по доверенности от 26.12.2018;

от ответчика, ООО "Блочные котельные-технологии", - представители не явились;

от третьего лица, ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие", Колесникова Н.И., паспорт, представитель по доверенности от 14.11.2018;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, 

ООО "Блочные котельные-технологии",

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 09 апреля 2019 года

по делу № А60-3025/2019

принятое судьей Усовой М.Г.,

по иску ООО "Луч - тур" (ОГРН 1025003521212,  ИНН 7703223170)

к ООО "Блочные котельные-технологии" (ОГРН 1096670035461, ИНН 6670276100), 

третье лицо: ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" (ОГРН 1026600877071, ИНН 6642000319)

о взыскании задолженности, пени по договору поставки, процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Луч - Тур" (далее - ООО "Луч - тур", истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Блочные Котельные-Технологии" (далее - ООО "Блочные котельные-технологии", ответчик) о взыскании долга по договору №03/18-ИРБ-БВК от 05.03.2018 в размере 1 839 000 руб., пени в размере 91 337 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 11 714 руб. 18 коп. Истец также просит расторгнуть договор с ответчиком по причине неисполнения обязательств по поставке оборудования.  

В порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительного предмета спора, привлечено ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" (далее - третье лицо).

12.02.2019 от ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" поступило заявление о процессуальном правопреемстве. ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" просит произвести замену истца по делу №А60-3025/2019 с    ООО "Луч-Тур" на правопреемника ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие".   

Определением суда от 08.04.2019 заявление истца о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Произведена замена взыскателя с ООО "Луч - Тур" на ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие".

Решением суда от 09.04.2019 с ответчика в пользу ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" взыскан долг по договору №03/18-ИРБ-БВК от 05.03.2018 в размере 1 839 000 руб., пени за период с 05.06.2018 по 31.10.2018 в размере 91 337 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2018 по 16.01.2019 в размере 11 714 руб. 18 коп., а также 32 421 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска. 

Ответчик с решением суда первой инстанции не согласился, направил апелляционную жалобу, в которой обжалуемый судебный акт просит отменить. Заявитель жалобы указывает на то, что суд неправомерно взыскал с ответчика неустойку, проценты по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и не применил ст. 333 ГК РФ. Ответчик также полагает неправомерным взыскание неустойки за период с 05.06.2018 по 31.10.2018 и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2018 по 16.01.2019, поскольку в указанный период с учетом полученного уведомления истца от 21.03.2018 у ответчика отсутствовали основания для исполнения договора: в уведомлении в частности указано на отсутствие технической возможности лизингополучателя установки оборудования, являющегося объектом поставки. 

Кроме того, ответчик полагает, что у истца отсутствовали основания для одностороннего отказа от договора, поскольку доказательств существенного нарушения условий договора ответчиком представлено не было. Указывает, что неисполнение договора в период с 21.03.2018 по ноябрь 2018г. связано исключительно с поведением истца, совершившего действия, свидетельствующие об отказе принять предложенное должником надлежащее исполнение и не совершившего действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства (не обеспечил предоставление проектной документации, утвержденной лизингополучателем (п. 4.1.10), после направления уведомления о расторжении договора 21.03.2018 не совершил действий, свидетельствующих о готовности приступить к приемке имущества в соответствии с п. 4.1.2 договора).

Апеллянт также выражает несогласие с произведенной заменой взыскателя с ООО "Луч - Тур" на ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие", указывая на то, что договор цессии, предоставленный ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" является недействительной (ничтожной) сделкой в силу ст. 10, 168, 170 ГК РФ, так как является мнимой сделкой, совершенной без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Истец, третье лицо направили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых возразили против ее удовлетворения.

Присутствующий в заседании суда апелляционной инстанции представитель истца и третьего лица против доводов апелляционной жалобы возражал по основаниям, приведенным в отзывах на нее. 

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, представителей не направил, что в силу ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 05.03.2018 между ООО "Луч-Тур" (покупатель), ООО "Блочные котельные-технологии" (продавец) и ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" (лизингополучатель) заключен договор поставки № 03/18-ИРБ-БВК (далее - договор), в соответствии с условиями которого продавец продает, а покупатель приобретает в соответствии с выбором лизингополучателя оборудование - Блочная водогрейная котельная БВК-1ГД, 2018 года выпуска, в количестве 1 единицы в соответствии со Спецификацией (Приложение № 1, является неотъемлемой частью договора).

В п. 1.4 договора сторонами согласовано, что в соответствии со ст. 667 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель уведомляет продавца, что имущество приобретается покупателем для передачи в пользование ОАО "Ирбитское хлебоприемное предприятие" (лизингополучателю) на условиях заключенного между покупателем и лизингополучателем договора № В Л -1103 от 05.03.2018. 

Право требования исполнения продавцом своих обязательств по договору имеют как покупатель, так и лизингополучатель (п. 1.3 договора).

Согласно п. 3.1 договора стоимость имущества составляет 6 130 000 руб.

Порядок расчетов предусмотрен в разделе 5 договора следующим образом:

- в течение 3-х рабочих дней со дня подписания договора покупатель осуществляет авансовый платеж в размере 30% от суммы, указанной в п. 3.1 договора, что составляет 1 839 000 руб. (п. 5.1 договора);

- следующие 65% от указанной в п. 3.1 договора суммы, что составляет       3 984 500 руб. покупатель оплачивает продавцу в течение 3-х рабочих дней с момента подписания акта осмотра и соответствия имущества на площадке продавца (п. 5.2 договора); 

- оставшиеся 5% от указанной в п. 3.1 договора суммы, что составляет    306 500 руб. покупатель оплачивает продавцу в течение 3-х рабочих дней с момента доставки имущества на площадку лизингополучателя и подписания акта приема-передачи имущества (п. 5.3 договора).

Платежным поручением № 64 от 06.03.2018 истец перечислил денежные средства на счет ООО "Блочные котельные-технологии" в размере 1 839 000 руб. (первый платеж по договору). 

21.03.2018 истец получил от лизингополучателя письмо (исх. № 575) о расторжении договора поставки №03/18-ИРБ-БВК в связи с технической невозможностью установки оборудования у лизингополучателя. 

В свою очередь истец 21.03.2018 направил в адрес ответчика письмо (исх. № 008) о расторжении договора поставки №03/18-ИРБ-БВК от 05.03.2018 по соглашению сторон в связи с технической невозможностью установки оборудования у лизингополучателя и возврате перечисленного аванса в размере 1 839 000 руб.

Ответчик в письме от 13.04.2018 (исх. № 1399) отказал покупателю в расторжении договора со ссылкой на то, что полученный аванс в полном объеме истрачен на приобретение оборудования и материалов для создания водогрейной котельной БВК-1ГД и предложил изменить условия договора поставки, заключив дополнительное соглашение на следующих условиях: частично оплаченные оборудование и материалы, заказанные ООО "Блочные котельные - Технологии" для строительства Блочной водогрейной котельной БВК-1ГД необходимо выкупить и получить, затем выкупленные оборудование и материалы предложить для продажи и реализовать, денежные средства, полученные от реализации оборудования и материалов в сумме аванса будут перечислены на расчетный счет ООО "Луч-Тур".

Также истцом в адрес ответчика направлялись претензии с требованием о расторжении договора и возврате авансового платежа. Поскольку требования указанные в претензиях удовлетворены не были, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении требования о расторжении договора, суд первой инстанции исходи из того, что расторжение договора в судебном порядке не требуется при наличии направления в адрес ответчика уведомления о расторжении договора в связи с существенными нарушениями договора поставщиком (абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ).

Удовлетворяя исковое требование о взыскании неустойки в заявленном истцом размере, суд первой инстанции исходи из верности представленного истцом расчета неустойки, а также отсутствия возражений со стороны ответчика. 

Суд первой инстанции, руководствуясь ст. 395 ГК РФ счел требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами правомерным, расчет истца правильным, в связи с чем исковое требование в данной части также удовлетворил.

Изучив материалы дела, доводы жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя истца и третьего лица в судебном заседании, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

На основании ст. 329 ГК РФ исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (ст. 331 ГК РФ).

Согласно п. 7.1 договора в случае нарушения продавцом сроков поставки, продавец выплачивает покупателю пени в размере 0,01% от суммы договора за каждый день просрочки.

Истец в связи с нарушением срока поставки продукции начислил неустойку в размере 91 337 руб. за период с 05.06.2018 по 31.10.2018. 

Ответчик считает неправомерным взыскание неустойки за период с 05.06.2018 по 31.10.2018, поскольку в указанный период с учетом полученного уведомления истца от 21.03.2018 у ответчика отсутствовали основания для исполнения договора: в уведомлении в частности указано на отсутствие технической возможности лизингополучателя установки оборудования, являющегося объектом поставки. 

Данные доводы судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены на основании следующего. 

В п. 5.1 договора указано на то, что покупатель в течение 3 рабочих дней со дня подписания договора осуществляет авансовый платеж в размере 30% от суммы, указанной в п. 3.1, что составляет 1 839 000 руб., включая НДС 18%, платежным поручением на расчетный счет продавца.

В соответствии с указанным пунктом договора, 06.03.2018 истец осуществил авансовый платеж в размере 30% от стоимости оборудования, что подтверждается платежным поручением №64 от 06.03.2018.

В соответствии с п. 4.1 договора Продавец (ответчик) осуществляет поставку имущества в течение 90 календарных дней с даты поступления авансового платежа в соответствии с п.5.1 договора на расчетный счет продавца. Датой поставки считается дата подписания акта приема-передачи (п. 4.1.4). Досрочная поставка разрешается при письменном согласовании с покупателем и лизингополучателем. Исходя из изложенного, ответчик должен был поставить оборудование в срок до 04.06.2018. 

Кроме того, п. 4.1.2 договора установлено, что в течение 3 рабочих дней с момента получения покупателем и лизингополучателем официального уведомления продавца о готовности имущества к отгрузке с площадей продавца по адресу: 623700, Свердловская область, г. Березовский, пос. Первомайский, 3, представители продавца и лизингополучателя подписывают акт осмотра и соответствия. В данном акте лизингополучатель подтверждает соответствие и комплектность имущества спецификации (приложение №1 к договора) и фактическое наличие имущества на площадке продавца. Так же в этом акте указывается, что продавец гарантирует сохранность указанного в акте имущества в полном объеме, в соответствии с зафиксированными характеристиками и качеством, с момента подписания вышеназванного акта до момента передачи имущества. При этом продавец несет риск случайной гибели или повреждения имущества до момента подписания акта приема-передачи (п. 4.1.4).

Между тем, доказательств подтверждающих приобретение или поставку оборудования материалы дела не содержат. Представленные в материалы дела доказательства, в том числе, переписка сторон свидетельствует о допущенной ответчиком неоднократной задержке поставки оплаченного истцом товара.

Доводы ответчика о том, что у него отсутствовали основания для исполнения договора, так как у истца не было технической возможности установки оборудования, являющегося объектом поставки, являются необоснованными. Поскольку договорные отношения между сторонами до истечения срока поставки оборудования не были прекращены, ответчик в письме от 13.04.2018 (исх. № 1399) отказал истцу в расторжении договора, ответчик должен был исполнить приятые на себя в рамках договора обязательства в установленный срок. Однако ответчик к выполнению обязательств так и не приступил, иное материалами дела не подтверждено, при этом удерживал перечисленные истцом денежные средства.

Судом апелляционной инстанции отклоняются доводы апелляционной жалобы о необходимости снижения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ в силу следующего.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суду предоставлено право уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. 

Согласно п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 ГК РФ). 

В соответствии с п.п. 73, 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.). 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ) (п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

Снижение размера неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (п.п. 1, 2 ст. 333 ГК РФ) (п. 77 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период. Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (п. 75 Постановления Пленума от 24.03.2016 № 7).

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 N 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

В связи с отсутствием доказательств явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом согласованной сторонами договора ставки, периода просрочки, допущенного ответчиком нарушения обязательств по договору (ст. 9, 65 АПК РФ). 

Не находит оснований для снижения размера неустойки и суд апелляционной инстанции.

Договорная неустойка устанавливается по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.  

Согласованный сторонами в договоре размер неустойки (0,01% от суммы договора за каждый день просрочки) является обычно применяемым хозяйствующими субъектами минимальным размером ответственности за нарушение обязательства, снижение которого по правилам ст. 333 ГК РФ возможно лишь при наличии доказательств того, что взыскание такой неустойки может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды. 

Доказательств нарушения принципа свободы договора при его заключении ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции признает, что начисленная истцом неустойка является справедливой, достаточной и соразмерной, в связи с чем, приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ст. 333 ГК РФ. 

Истцом также было заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2018 по 16.01.2019 в размере 11 714 руб. 18 коп.

Согласно ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации) (п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств"). 

Факт просрочки исполнения ответчиком денежного обязательства является основанием для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных в порядке ст. 395 ГК РФ. 

Представленный истцом расчет процентов, арбитражным судом проверен, признан верным. 

Таким образом, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, правомерно удовлетворено судом первой инстанции за период с 18.12.2018 по 16.01.2019 в размере 11 714 руб. 18 коп.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены и отклонены доводы ответчика о неприменении судом положений ст. 333 ГК РФ в силу следующих обстоятельств.

Согласно абзацу четвертому п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (п. 6 ст. 395 ГК РФ).

Учитывая, что предметом настоящего иска является взыскание процентов, начисленных на основании п. 1 ст. 395 ГК РФ, при расчете применены минимальные ставки размера ответственности, предусмотренные указанной статьей за неисполнение денежного обязательства, у суда первой инстанции отсутствовали основания для применения ст. 333 ГК РФ и уменьшения суммы начисленных процентов за пользование чужими денежными средствами.

Истцом  заявлено требование о расторжении договора, в связи с существенными нарушениями договора поставщиком.

В силу положений ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами или договором предоставлено право на одностороннее изменение договора, должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

В п. 1 ст. 450.1 ГК РФ указано, что предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. 

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (п. 2 ст. 450.1 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (ст. 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Из материалов дела следует, что истец направил в адрес ответчика претензию № 062 от 01.11.2018 с уведомлением о расторжении договора и с требованием возвратить авансовый платеж в размере 1 839 000 руб. и пени за нарушение сроков поставки, которая оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

17.12.2018г. истцом повторно направлена претензия (исх. № 069) с уведомлением о расторжении договора и требованием возврата перечисленного аванса и пени.

В ответе на претензию истца № 069 от 17.12.2017г. ответчик в письме б/н, б/д предлагал поставить оборудование и материалы для создания блочной водогрейной котельной БВК-1ГД или выкупить часть оборудования за дополнительную плату.

Поскольку 190 дней просрочки поставки продукции является существенным нарушением договора поставщиком, договор поставки №03/18-ИРБ-БВК от 05.03.2018г. считается расторгнутым в одностороннем порядке без обращения в суд с момента получения ответчиком претензии от17.12.2018г.

Поскольку договор расторгнут в одностороннем порядке по инициативе истца, оснований для расторжения этого договора в судебном порядке не имеется. В данной части требование истца правомерно оставлено без удовлетворения. 

С учетом изложенного решение суда от 09.04.2019 является законным и обоснованным. Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба ответчика удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ.

Принимая во внимание, что определение Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2019 в части предоставления документов, подтверждающих уплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. 00 коп. ООО "Блочные котельные-технологии", не исполнено, государственная пошлина в сумме 3 000 руб. 00 коп. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 апреля 2019  года  по делу № А60-3025/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО "Блочные котельные-технологии" (ОГРН 1096670035461, ИНН 6670276100) в доход федерального бюджета госпошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Р.А. Балдин

 

Судьи 

 

Н.П. Григорьева 

Н.А. Гребенкина