ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                      Дело № А09-4504/2019

Резолютивная часть постановления объявлена   26.11.2020

Постановление изготовлено в полном объеме    03.12.2020

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Еремичевой Н.В., судей Мордасова Е.В. и Тимашковой Е.Н. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии от истца – товарищества с ограниченной ответственностью «Хеллас ФИО2» (Hellas Logistic OU) (Эстония, г. Таллин) – ФИО3 (доверенность от 22.05.2019 № 9), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Трансхолдинг» (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) – ФИО4 (доверенность от 01.07.2018), ФИО5 (доверенность от 01.01.2020), в отсутствие представителей третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью «Асстра рус» (г. Москва, ОГРН 

<

***>,                 ИНН 

<

***>) и общества с ограниченной ответственностью «Чипита Санкт-Петербург» (г. Санкт-Петербург, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Трансхолдинг» на решение Арбитражного суда Брянской области от 17.06.2020                         по делу № А09-4504/2019 (судья Зенин Ф.Е.),

УСТАНОВИЛ:

товарищество с ограниченной ответственностью «Хеллас ФИО2» (Hellas Logistic OU) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Трансхолдинг» (далее – ответчик) о взыскании 5 792 874 рублей убытков, составляющих стоимость утраченного при перевозке груза.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Асстра рус» (далее – ООО «Асстра рус») и общество с ограниченной ответственностью «Чипита Санкт-Петербург» (далее – ООО «Чипита Санкт-Петербург»).

Решением Арбитражного суда Брянской области от 17.06.2020 исковое требование удовлетворено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новое решение. В обоснование своих доводов настаивает на невозможности применения к отношениям сторон положений Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) (заключена в г. Женеве 19.05.1956) (далее – Конвенция). Считает, что истцом надлежащим образом не подтверждены его правоотношения с клиентом и грузовладельцем. Указывает на то, что истец не имеет правовых оснований на взыскание с ответчика ущерба, поскольку он является экспедитором, а не перевозчиком или собственником груза. Полагает, что заявленный истцом размер ущерба не соответствует стоимости груза, определенной на основании товарно-транспортных накладных и счетов на оплату.

От истца в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между истцом (заказчиком) и ответчиком (исполнителем) заключен договор-заявка на перевозку груза от 05.03.2018 № 03/112 (далее – заявка), согласно которой исполнитель обязался организовать перевозку груза по маршруту с погрузкой в Греции и Румынии, с выгрузкой – Красное Село, Россия.

По международным товарно-транспортным накладным (GMR) С132, С133 и С134 груз был получен в местах погрузки. 

Однако груз не прибыл к грузополучателю в связи с тем, что был полностью утрачен 17.03.2018 в результате пожара грузового автомобиля на территории Украины.

В соответствии с расчетом истца стоимость утраченного груза составила                          5 792 874 рубля.

В адрес ответчика истцом направлена претензия от 05.04.2018 о возмещении стоимости утраченного груза, которая оставлена последним без удовлетворения, что послужило основанием для обращения товарищества с ограниченной ответственностью «Хеллас ФИО2» (Hellas Logistic OU) в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассматривая спор по существу и удовлетворяя требование истца, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

На основании пункта 1 статьи 785 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату.

Поскольку место погрузки груза (Греция и Румыния) и место доставки (Российская Федерация) находятся на территории трех различных стран, то суд первой инстанции справедливо посчитал, что спорная перевозка груза носит международный характер и к отношениям по настоящему спору подлежит применению Конвенция о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) (заключена в г. Женеве 19.05.1956, вступила в силу для СССР 1.12.1983 (с изменениями от 0507.1978)), участником которой является Российская Федерация.

Ссылка ответчика на то, что в рассматриваемом случае не подлежат применению положения Конвенции, правомерно признана судом первой инстанции несостоятельной ввиду следующего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 1 и 2 постановления               от 09.07.2019 № 24 «О применении норм международного частного права судами Российской Федерации» разъяснил, что на основании пункта 1 статьи 1186 ГК РФ арбитражные суды определяют право, применимое к правоотношению на основании норм международного частного права в случае, когда участником гражданско-правового отношения является иностранное лицо либо гражданско-правовое отношение осложнено иным иностранным элементом, в том числе когда объект гражданских прав находится за границей.

При разрешении споров, осложненных иностранным элементом, суды применяют нормы Конституции Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права, нормы международных договоров и акты международных организаций, внутригосударственные нормы права Российской Федерации и права других государств (иностранное право), обычаи, признаваемые в Российской Федерации.

К источникам внутригосударственного права Российской Федерации, содержащим нормы международного частного права, относятся, в частности, ГК РФ (в том числе раздел VI), Семейный кодекс Российской Федерации (раздел VII), Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации (глава XXVI) (пункт 1 статьи 1186 ГК РФ, часть 5 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Приведенный в пункте 1 статьи 1186 ГК РФ перечень иностранных элементов (иностранный субъект правоотношения, иностранный объект правоотношения) не является исчерпывающим. В качестве иностранного элемента, в том числе может также рассматриваться совершение за границей действия или наступление события (юридического факта), влекущего возникновение, изменение или прекращение гражданско-правового отношения.

В силу пункта 1 статьи 1 Конвенции она применяется ко всякому договору дорожной перевозки грузов за вознаграждение посредством транспортных средств, когда место погрузки груза и место доставки груза, указанные в контракте, находятся на территории двух различных стран, из которых, по крайней мере, одна является участницей Конвенции. Применение Конвенции не зависит от местожительства и национальности заключающих договор сторон.

Согласно статье 4 Конвенции договор перевозки устанавливается накладной. Отсутствие, неправильность или потеря накладной не отражаются ни на существовании, ни на действительности договора перевозки, к которому и в этом случае применяются постановления настоящей Конвенции.

Довод ответчика, продублированный в апелляционной жалобе, об отсутствии в международных товарно-транспортных накладных (GMR) С132, С133, С134 указания истца в качестве одного из участников спорной международной перевозки, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку данное обстоятельство не может свидетельствовать об отсутствии соответствующего договора между истцом и ответчиком, а, соответственно, не исключает применение Конвенции к отношениям сторон. 

Истец, являясь в спорной ситуации экспедитором по отношению к клиенту – «Asstra Forwarding AG» (т. 1, л. 38) не имеет какого-либо своего интереса, отличного от интереса клиента, либо от интереса грузоотправителей – «Chipita SA» и «Chipita Romania» по поводу спорной международной перевозки.  

В силу пункта 1 статьи 1 Конвенции она применяется ко всякому договору дорожной перевозки грузов за вознаграждение посредством транспортных средств, когда место погрузки груза и место доставки груза, указанные в контракте, находятся на территории двух различных стран, из которых, по крайней мере, одна является участницей Конвенции. Применение Конвенции не зависит от местожительства и национальности заключающих договор сторон.

Согласно положениям статьи 3 Конвенции перевозчик отвечает как за свои собственные действия и упущения, так и за действия и упущения своих агентов, своих служащих и всех других лиц, к услугам которых он прибегает для осуществления перевозки, когда эти агенты, служащие или другие лица действуют в рамках возложенных на них обязанностей.

В пункте 1 статьи 17 Конвенции определено, что перевозчик несет ответственность за полную или частичную потерю груза или за его повреждение, происшедшее в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, а также за опоздание доставки.

Пунктом 1 статьи 20 Конвенции предусмотрено, что правомочное по договору лицо может без предоставления иных доказательств считать груз потерянным, если он не был доставлен в течение тридцати дней по прошествии установленного срока.

Пунктом 1 статьи 23 Конвенции предусмотрено, что когда согласно постановлениям настоящей конвенции перевозчик обязан возместить ущерб, вызванный полной или частичной потерей груза, то размер подлежащей возмещению суммы определяется на основании стоимости груза в месте и во время принятия его для перевозки.

 Судом установлено, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, что спорный груз к месту назначения не доставлен по причине его полной утраты 17.03.2018 в результате пожара грузового автомобиля на территории Украины. 

В силу пункта 2 статьи 17 Конвенции перевозчик освобождается от ответственности за полную или частичную потерю груза или его повреждение, произошедшее в промежуток времени между принятием груза к перевозке и его сдачей, если потеря груза, его повреждение или опоздание произошли по вине правомочного по договору лица, вследствие приказа последнего, не вызванного какой-либо виной перевозчика, каким-либо дефектом самого груза или обстоятельствами, избегнуть которые перевозчик не мог и последствия которых он не мог предотвратить.

В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, свидетельствующие о том, что утрата груза вызвана обстоятельствами, указанными в пункте 2 статьи 17 Конвенции.

С учетом этого суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у ответчика в силу статьи 23 Конвенции возникла обязанность по возмещению убытков в виде стоимости утраченного груза.

Действующая судебная арбитражная практика по данной категории дел исходит из того, что перевозчик несет ответственность независимо от наличия или отсутствия его вины в нарушении обязательства по перевозке. Единственным основанием освобождения его от ответственности за утрату груза является наличие препятствий вне разумного контроля перевозчика – обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело, поскольку от него нельзя было разумно ожидать принятия этих препятствий в расчет при заключении договора, а равно их предотвращения и преодоления последствий.

Профессиональный перевозчик, не исполнивший или ненадлежащим образом исполнивший обязательство, являясь субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, несет гражданско-правовую ответственность независимо от наличия или отсутствия вины и может быть освобожден от нее лишь при наличии обстоятельств, которые он не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Судом установлено и следует из материалов дела, что утрата груза в рассматриваемом случае произошла после принятия ответчиком груза к перевозке и до выдачи его грузополучателю.

Стоимость возмещения не превышает установленного в пункте 3 статьи 23 Конвенции лимита ответственности перевозчика за его утрату.

Размер ущерба ответчиком надлежащим образом не опровергнут.

С учетом этого суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец не имеет правовых оснований для взыскания с ответчика ущерба, поскольку он является экспедитором, а не перевозчиком или собственником груза, является несостоятельным ввиду следующего.

Согласно статье 37 Конвенции перевозчик, уплативший согласно положениям Конвенции возмещение за ущерб, имеет право взыскивать с остальных участвовавших в выполнении договора перевозки перевозчиков основную, подлежащую возмещению сумму, проценты на нее и издержки, связанные с перевозкой, в том числе в случае, если перевозчик, по вине которого был причинен ущерб, должен один нести ответственность за убытки, оплачиваемые им самим или другими перевозчиками.

Как указано в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2017, если экспедитор заключает договор от своего имени, именно он вправе предъявлять перевозчику требования о возмещении причиненного частичной или полной утратой либо порчей груза ущерба. Причем не имеет значения, кто является собственником груза и возместил ли экспедитор клиенту соответствующий ущерб, – перевозчик обязан исполнить его требования.

Как следует из материалов дела, в том числе и из пояснений истца, заказ на перевозку спорного груза истцом получен у компании «Asstra Forwarding AG» по договору транспортного заказа от 07.03.2018 № 20180307-1689. 

В свою очередь, компания «Asstra Forwarding AG» получила данный заказ на перевозку товара у ООО «Астра Рус», а ООО «Астра Рус» – у грузовладельца –                    ООО «Чипита Санкт-Петербург».

В результате утраты ответчиком груза в адрес истца поступили претензии                       от «Asstra Forwarding AG» от 27.03.2018, от 07.05.2018 и от 03.08.2018 с требованием о возмещении ущерба в сумме 79 258,04 EUR. Такие же претензии были направлены грузовладельцем (ООО «Чипита Санкт-Петербург») в адрес ООО «Астра Рус» и «Asstra Forwarding AG».

После рассмотрения данных претензий истец направил в адрес ответчика письмо          от 05.04.2018 года с просьбой возместить ущерб, причиненный вследствие полной утраты груза на сумму 79 258,04 EUR напрямую грузовладельцу (ООО «Чипита Санкт-Петербург»). 

Однако данное письмо ответчиком оставлено без удовлетворения.

В целях скорейшего урегулирования спора и сохранения партнерских отношений с контрагентами выплаты в адрес ООО «Чипита Санкт-Петербург» начала осуществлять ООО «Астра Рус» частями в 6 траншей на общую сумму 79 258,04 EUR (письмо                        от 24.05.2018 HCX.№ RU09/00097-01.18), что подтверждается платежными поручениями                 от 30.05.2018 № 3442, от 13.06.2018 № 3781, от 28.06.2018 № 4192, от 13.07.2018 № 4570, от 26.07.2018 № 4934 и от 03.08.2018 № 5127 (с назначением платежа: оплата претензии        от 22.03.2018 по курсу на дату платежа, 1-й транш, 2-й транш, 3-й транш, 4-й транш, 5-й транш и 6-й транш), а также выписками по счетам ООО «Астра Рус», предоставленными ПАО «Сбербанк» в материалы дела в ответ на запрос суда первой инстанции.

 «Asstra Forwarding AG» 13.06.2018 по счету от 01.05.2018 № 20180524-1471PR компенсировало ООО «Астра Рус» сумму возмещения стоимости утраченного груза, перечисленную в адрес ООО «Чипита Санкт- Петербург», что подтверждается платежным поручением от 13.06.2018 № 930158Т14438173 на сумму 12 968 700 рублей 86 копеек и расшифровкой данных платежей от 13.06.2018, согласно которой сумма                                          в размере 5 593 303 рублей 29 копеек оплачена по претензии ООО «Чипита Санкт- Петербург».

Истец принял решение о возмещении полной стоимости ущерба компании «Asstra Forwarding AG» путем подписания 27.03.2018 соглашения о зачете встречных требований № Out.CH05/00071-01.18 на сумму 24 130 EUR. 

Оставшуюся сумму ущерба в размере 55 128,04 EUR истец обязался перечислить на расчетный счет «Asstra Forwarding AG» в срок до 31.12.2020 равными частями до полного погашения задолженности, но погасил ее полностью ранее срока. Факт оплаты остаточной суммы ущерба в размере 55 128,04 EUR подтверждается платежным поручением от 07.09.2018 № RMO1581808.

Таким образом, приняв обязательства по возмещению ущерба, причинённого в процессе несохранной доставки груза, истец занял место потерпевшего в отношениях, возникших вследствие причинения вреда, ввиду чего правомерно заявил требование к ответчику о  возмещении ущерба.

Довод апелляционной жалобы о несоответствии заявленного истцом размера ущерба фактической стоимости груза, определенной на основании товарно-транспортных накладных и счетов на оплату, является несостоятельным, поскольку юридически значимым фактом в процессе рассмотрения настоящего дела являются характеристики товара, принятого ответчиком в местах погрузки 06.03.2018 и 09.03.2018 по международным товарно-транспортным накладным, а также характеристики товара, уничтоженного пожаром, согласно экспертному заключению от 20.03.2018 № ЧК-190.

Бесспорных доказательств того, что по характеристикам в местах погрузки товар не совпадает с товаром, перевозимым в прицепе автомобиля марки «DAF XF-95», гос. номер «С298ММ61/РХ399861», уничтоженного пожаром (акт о пожаре от 20.08.2018                     № 01/1-28080), ответчиком в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

Стоимость утраченного груза подтверждается инвойсами (счетами)                           от 06.03.2018 № ЕП 0013639 – ЕП 0013641 и от 09.03.2018 № RU 3131372 – 3131374 на общую сумму 79 258,04 EUR, что соответствует 5 792 874 рублям, определенным по курсу в месте и во время принятия груза для перевозки (часть 1 статьи 23 Конвенции).

Отклоняя довод ответчика об истечении срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно учитывал следующее.

В силу пункта 1 статьи 32 Конвенции подача исков, которые могут возникнуть в результате перевозок, выполненных в соответствии с настоящей конвенцией, может происходить в течение одного года. 

Однако в случае злоумышленного поступка или вины, которая согласно закону, применяемому разбирающим дело судом, приравнивается к злоумышленному поступку, срок устанавливается в три года. Срок исчисляется: a) в случае частичной потери груза, повреждения его или просрочки в доставке – со дня сдачи груза; b) в случае потери всего груза – с тридцатого дня по истечении установленного для перевозки срока или, если таковой не был установлен, с шестидесятого дня по принятии груза перевозчиком к перевозке, и c) во всех прочих случаях – по истечении трехмесячного срока со дня заключения договора перевозки.

День, указанный выше в качестве точки отсчета срока подачи иска, не принимается в расчет при установлении его срока.

Согласно пункту 2 вышеуказанной статьи предъявление рекламации в письменной форме приостанавливает течение срока до того дня, когда перевозчик в письменной форме отверг резолюцию с возвращением приложенных к ней документов. В случае частичного признания предъявленной рекламации срок подачи иска возобновляется только в отношении той части рекламации, которая остается предметом спора. Доказательство факта получения рекламации или ответа на нее, а также возвращения относящихся к делу документов лежит на стороне, которая ссылается на этот факт.

Предъявление дальнейших рекламаций на том же основании не прерывает течения срока.

Из пунктов 3 и 4 рассматриваемой статьи следует, что при условии соблюдения положений, содержащихся в приведенном выше пункте 2, приостановление срока подачи иска регулируется судебным законом. То же самое относится к прерыванию этого срока.

Иск по истечении вышеуказанного срока не может быть более предъявлен даже в форме встречного иска или возвращения.

Как верно указано судом, положение пункта 3 статьи 32 Конвенции отсылает к пункту 2 статьи 1211 ГК РФ, согласно которому стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признается сторона, являющаяся, в частности, перевозчиком – в договоре перевозки.

В силу части 2 статьи 39 Федерального закона от 08.11.2007 № 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта» (далее по тексту –Устав) до предъявления к перевозчикам исков, вытекающих из договоров перевозок грузов, к таким лицам в обязательном порядке предъявляются претензии.

Частью 1 статьи 40 Устава определено, что перевозчик обязан рассмотреть предъявленные претензии и о результатах их рассмотрения уведомить заявителя в письменной форме в течение тридцати дней со дня получения соответствующей претензии.

На основании части 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Пунктом 3 статьи 202 ГК РФ предусмотрено, что если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т. п.), то течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Поскольку обязательный досудебный претензионный порядок рассмотрения споров установлен законом, а претензионный порядок по смыслу статьи 202 ГК РФ является одной из внесудебных процедур разрешения спора, то, как верно указано судом первой инстанции, в рассматриваемом случае срок исковой давности приостанавливается на 30-дневный срок.

Аргумент ответчика о том, что течение срока исковой давности должно быть приостановлено на 20 дней ввиду того, что такой срок указан самим истцом в претензии от 05.04.2018 (т. 1, л. 41), обоснованно не принят судом, поскольку произвольное установление стороной срока исполнения претензии, либо ответа не нее, не исключает императивное предписание части 1 статьи 40 Устава и применение положений части 5 статьи 4 АПК РФ при отсутствии иного соглашения сторон.

Судом установлено и следует из материалов дела, что срок доставки груза согласно транспортному заказу от 07.03.2018 (т. 1, л. 38 и 39) определен – 18.03.2018.

С учетом этого суд первой инстанции правомерно посчитал, что годичный срок исковой давности в силу подпункта «b» пункта 1 статьи 32 Конвенции начинает течь в случае потери всего груза – с тридцатого дня по истечении установленного для перевозки срока, то есть с 17.04.2018, и истекает, соответственно, 17.04.2019, а с учетом приостановления течения срока на 30 дней, – 17.05.2019. 

Исковое заявление подано истцом в Арбитражный суд Брянской области 14.05.2019 (подтверждается штампом суда), то есть в пределах срока исковой давности.

Иные доводы подателя жалобы не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, оснований для отмены решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Брянской области от 17.06.2020  по делу № А09-4504/2019    оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Н.В. Еремичева

Е.В. Мордасов

Е.Н. Тимашкова