Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-1074/2021

29 марта 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 23 марта 2021 года. Полный текст  постановления изготовлен 29 марта 2021 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей  Гричановской Е.В., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

лица, участвующие в деле, не явились

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигал» ФИО3

на определение от 12.02.2021

по делу №А04-3236/2019 (вх.19327) 

Арбитражного суда Амурской области

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сигал» ФИО3

к ФИО4

о признании недействительной сделки

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Сигал»

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Амурской области от 15.05.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Ремпроммонтаж» о признании общества с ограниченной ответственностью «Сигал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Сигал», Общество, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве. Этим же определением к участию в рассмотрении настоящего заявления привлечена Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Амурской области.

Определением суда от 09.07.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3.

Решением суда от 28.10.2019 ООО «Сигал» признано банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО3 06.05.2020 обратилась в арбитражный суд с заявлением к ФИО4 о признании недействительной (мнимой) сделку по перечислению 17.02.2016 денежных средств с расчетного счета ООО «Сигал» №40702810623000001858, открытом АО «Россельхозбанк», на расчетный счет ФИО4 №40817810303000125537 в размере 100 000 руб., применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника указанной суммы.

Требования обоснованы ссылкой на статьи 10,168, 170 ГК РФ.

Определением суда от 12.02.2021 в удовлетворении заявления отказано. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение суда от 12.02.2021, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права.

Отзыв на апелляционную жалобу не поступил.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Из материалов дела следует, что 17.02.2016 с расчетного счета ООО «Сигал» №40702810623000001858, открытом АО «Россельхозбанк», на расчетный счет ФИО4 №40817810303000125537 произведено перечисление 100 000 руб. с назначением платежа «возврат по договору займа от 01.02.2016».

Конкурсный управляющий, ссылаясь на неравноценный характер встречного требования, а также на отсутствие первичных документов, послуживших основанием для перечисления ООО «Сигал» денежных средств на расчетный счет ответчика, и на то, что сделка  имеет признаки мнимой, направлена на создание искусственного документооборота и вывод денежных средств должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника, на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63).

Оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя (определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 по делу №А40-17431/2016).

Учитывая, что конкурсным управляющим оспариваются действия по перечислению денежных средств с расчетного счета должника 17.02.2016, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что данное перечисление не подпадает под период и признаки подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, предусмотренный законом трехлетний период подозрительности, не является сроком исковой давности. При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд вне зависимости от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Учитывая, что предусмотренные вышеуказанными статьями сроки являются пресекательными, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие у конкурсного управляющего материального права на оспаривание сделки, совершенной за пределами периода.

Кроме того, из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Амурской области от 09.07.2019 по делу №А04-3236/2019 в реестр требований кредиторов должника сумма включена задолженности перед  ООО «Ремпроммонтаж» за ненадлежащее исполнения обязательств по договору на выполнение работ по текущему ремонту фасада административного здания АБЗ от 20.09.2017  №10-П сумме 631 138,62 руб.

Определением суда от 10.09.2019 в реестр требований кредиторов ООО «Сигал» включены требования ФНС России в общей сумме 96 594,94 руб., указанная задолженность образовалась за период  2017-2019 года.

 Определением суда от 15.01.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ФНС России в сумме                    2 713 721,22 руб. Указанная задолженность образовалась в связи ненадлежащим исполнением должником  обязательств в части выполнения работ по государственным контрактам от 10.05.2017 №20/17-135, от 30.05.2017 №20/17-152, от 21.06.2017 №20/17-183, от 24.07.2017 №20/17-206.

В этой связи, как правильно указал суд первой инстанции, на момент совершения оспариваемого платежа должник не имел неисполненных обязательств перед кредиторами.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие оснований полагать, что спорным платежом мог быть причинен вред кредиторам, поскольку на дату его совершения должник не обладал признаками неплатежеспособности, доказательств обратного в материалы дела не представлено, равно как не представлено документальных доказательств, свидетельствующих  о том, что ФИО4 являлась заинтересованной по отношению к должнику лицом, а также о ее осведомленности о конечной цели спорной сделки.

Кроме того, судом первой инстанции принято во внимание, что на дату совершения спорной сделки в отношении должника не была применена ни одна из предусмотренных Законом о банкротстве процедур, следовательно, отсутствовали сведения, подлежащие публикации в соответствии со статьей 28 Закона о банкротстве.

Также судом обоснованно указано на отсутствие доказательств и того, что именно вследствие спорного перечисления произошло уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, что привело к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Кроме того, судом первой инстанции принята во внимание правовая позиция, изложенная  в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069, из которой следует, что законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки  (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11 по делу №А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 №304-ЭС15-20061 по делу №А46-12910/2013, от 28.04.2016 №306-ЭС15-20034 по делу №А12-24106/2014). 

В настоящем обособленном споре, конкурсный  управляющий, квалифицируя сделку  по перечислению, как совершенную с целью вывода имущества должника,  причинения имущественного вреда кредиторам при создании искусственного документооборота, не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, заявляя требование о признании оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) в связи с её совершением со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) в целях причинения имущественного вреда кредиторам, конкурсный управляющий фактически ссылается в качестве признаков ничтожности сделки на основания, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

  Учитывая, что конкурсный управляющий не ссылался на пороки сделки, выходящие за пределы специальных составов недействительности, предусмотренных Законом о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие оснований для признания её недействительной на основании статей 10,168 ГК РФ.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о наличии у оспариваемой сделки признаков мнимой сделки, суд первой инстанции исходил из следующего.

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 ГК РФ, является порочность воли каждой из ее сторон.

 В данном случае, как правильно указал суд первой инстанции, спорный платеж являлся реальным (имел реальные последствия в виде безналичного перечисления денежных средств получателю), в связи с чем сам по себе  не может быть квалифицирован в качестве мнимого.  

При этом, из материалов спора усматривается, что основанием платежа являлись конкретные правоотношения.

  Отсутствие у конкурсного управляющего первичной бухгалтерской документации, обосновывающей перечисление денежных средств, не свидетельствует о том, что подобные документы не существовали, а перечисление денежных средств осуществлено безосновательно. 

В этой связи, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для признания спорного платежа мнимой сделкой.

Выводы суда сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах основания для отмены определения суда от 12.02.2021 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 12.02.2021 по делу №А04-3236/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Т.Д. Козлова

Судьи

Е.В. Гричановская

С.Б. Ротарь